Эвелин в другом мире

Она провела меня вглубь лавки, и я увидела платье.

Оно висело на манекене в центре зала, освещённое мягким светом. Ткань была белой, но не просто белой — она переливалась, как лунный свет на воде. Тонкая, почти невесомая, с серебряной вышивкой в виде звёзд и лунных лилий. Рукава были длинными, прозрачными, спадающими каскадом, а лиф был украшен мелкими жемчужинами, которые мерцали при каждом движении.

— Это платье из ткани «Лунная паутина», — сказала Лайэль. — Его ткут только в Тельэльдире, из нитей, которые прядут ночные мотыльки. Оно лёгкое, как дыхание, и меняет оттенок в зависимости от освещения. Я думаю, оно вам подойдёт.

Я подошла ближе и коснулась ткани. Она была прохладной и гладкой, как шёлк, но при этом казалась живой, дышащей.

— Оно… прекрасно, — выдохнула я.

— Примерьте, — сказала Лайэль. — А я принесу украшения.

Она ушла в подсобку, а я осталась с Сориэном. Он стоял у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на меня.

— Ну что, принцесса, — сказал он с лёгкой насмешкой. — Готова стать королевой красоты?

— Я просто хочу, чтобы всё прошло хорошо, — сказала я, чувствуя, как внутри разливается тепло от его взгляда.

Он сделал шаг вперёд и взял меня за руку.

— Иди примерь, — сказал он тихо. — Я буду ждать.

Я скрылась за ширмой и начала переодеваться. Ткань скользила по коже, как вода, и когда я надела платье, то почувствовала, что оно идеально сидит — словно сшито специально для меня. Глубокий вырез открывал плечи, серебряная вышивка переливалась в свете ламп, и подол струился до самого пола.

Я вышла из-за ширмы, и Сориэн замер.

Его глаза расширились, и я видела, как он сглотнул. В его взгляде было столько восхищения, что мне стало неловко. Он смотрел на меня так, будто видел впервые.

— Ты… — начал он и запнулся. — Ты потрясающе выглядишь.

Я улыбнулась, чувствуя, как щёки заливаются румянцем.

— Ты просто смотришь на платье, — сказала я, стараясь шутить.

— Нет, — сказал он, и его голос стал тише. — Я смотрю на тебя. Ты прекрасна, Эвелин.

Он подошёл ближе, и я увидела, как его взгляд скользит по моим плечам, по вырезу, по ткани, которая облегает мою фигуру. В его глазах горел тот самый огонь, который я видела у купели. Он не скрывал своего восхищения.

— Тебе идёт этот цвет, — сказал он. — Будто ты сама — часть лунного света.

Я отвела взгляд, чувствуя, как внутри всё замирает. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно в тишине лавки.

— Спасибо, — прошептала я.

В этот момент вернулась Лайэль с шкатулкой в руках. Она открыла её, и внутри я увидела украшения — изящные, как кружево. Диадема из серебра, в форме лунных лилий, с маленькими голубыми камнями. Серьги-капли, которые мерцали, как звёзды. Ожерелье с подвеской в виде полумесяца.

— Лучшее, что у меня есть, — сказала она. — Идеально к платью.

Она помогла мне надеть украшения, и я посмотрела на себя в большое зеркало. Отражение смотрело на меня — Лиара, но уже не совсем Лиара. Это была я. Эвелин, которая стала принцессой. Мои серебряные волосы, заплетённые в сложную прическу с жемчугом, моя бледная кожа, мои глаза, в которых горел странный огонь. Уши, остроконечные, трепетали при каждом звуке.

— Идеально, — сказала Лайэль с улыбкой. — Вы выглядите, как настоящая королева.

— Принцесса, — поправил Сориэн, и его голос звучал гордо. — Она пока принцесса.

Я повернулась к нему и увидела, как он смотрит на меня. Жадно. Так, как смотрят на то, что хотят заполучить. Его глаза горели, и я чувствовала, как под этим взглядом тает моя решимость.

— Ты выглядишь… — он не договорил, просто покачал головой и улыбнулся. — Ладно, теперь моя очередь.

Он выбрал костюм — тёмно-синий бархат, с серебряной вышивкой, который подчёркивал его плечи. Он был красив в этом наряде, и я поймала себя на мысли, что он мог бы быть принцем, если бы не был заперт в теле человека.

Мы сидели в мягких креслах, пока мастерицы делали мне прическу. Они заплели мои серебряные волосы в сложную косу, украсили жемчужными нитями и серебряными заколками в виде лунных лилий. Когда я посмотрела в зеркало, я едва узнала себя.

— Готово, — сказала Лайэль. — Вы — само совершенство.

В дверь лавки вошёл Аэлион. Он был в теле Бертрана, но уже переодет — кожаная куртка сменилась на тёмно-серый камзол с высоким воротником, украшенным серебряными заклёпками. Его рыжие волосы были убраны в хвост, и на поясе висел длинный меч, который я раньше не видела.

— Выглядишь впечатляюще, — сказал он, и его красные глаза скользнули по мне. На мгновение я увидела в них что-то тёплое, но он быстро спрятал это за маской холодности.

— Мы готовы, — сказал Сориэн, поднимаясь. — Пора.

Мы вышли из лавки. До приёма оставался час.

---

Мы двинулись к замку по широкой улице, вымощенной белым камнем. Я шла между ними, чувствуя, как платье струится по моим ногам, как украшения мягко позвякивают при каждом шаге. Город вокруг нас сиял — вечерний свет делал его ещё более волшебным.

Я чувствовала себя уверенно. Впервые за всё время я не боялась. У меня была цель, у меня были союзники, и я знала, что должна сделать.

Аэлион шёл справа от меня, его рука лежала на рукояти меча. Сориэн — слева, и я чувствовала его взгляд на себе. Они оба были рядом. Они оба защищали меня.

Но я не знала, что за нами следят.

В тенях домов, на крышах, среди прохожих — они были везде. Люди принца Кайла, одетые в серые плащи, двигались бесшумно, как тени. Они наблюдали за каждым нашим шагом, запоминали каждое движение. Один из них, высокий и худой, с арбалетом за спиной, достал маленькое зеркальце и прошептал в него несколько слов.

— Принц Кайл, — сказал он в зеркало. — Они в городе. Идут к замку. Двое мужчин и эльфийка. Она одета в белое. У неё украшения.

Голос из зеркала ответил холодно:

— Следуйте за ними. Не упускайте из виду. Я скоро буду.

Человек спрятал зеркало и нырнул в тень, продолжая следить.

Я ничего не знала. Я шла вперёд, улыбаясь, чувствуя, как ветер играет с моими волосами.

Но Аэлион вдруг остановился. Его красные глаза сузились.

— Что-то не так, — сказал он тихо, почти неслышно.

— Что? — спросила я, оборачиваясь.

Он медленно повернул голову, сканируя взглядом улицу. Его рука сжала рукоять меча.

— За нами следят, — сказал он. — Я чувствую это. Чужая магия. Тонкая, но есть.

Сориэн тоже насторожился. Его глаза вспыхнули красным, и я увидела, как он поднял руку, готовясь к заклинанию.

— Не сейчас, — сказал Аэлион, кладя руку на плечо брата. — Не здесь. Нам нужно войти в замок. Там мы будем под защитой Таланиона.

Мы ускорили шаг. Я чувствовала, как холод пробегает по спине, как страх возвращается. Но я не обернулась. Я знала, что если я обернусь, то увижу их — тени, которые преследуют нас.

Мы подошли к воротам замка. Они были огромными, из белого камня, украшенные резными фигурами эльфов и драконов. Стражи в серебряных доспехах стояли по обе стороны.

— Кто вы? — спросил один из них.

— Лиара Сильванросс, — сказала я, поднимая голову. — У меня назначена аудиенция с правителем Таланионом Золотым Листом.

Стражник кивнул и открыл ворота.

Мы вошли в замок. Тяжёлые двери закрылись за нами, отрезая нас от внешнего мира.

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение отпускает.

Но я знала, что это только начало.

Принц Кайл был близко. И он не остановится, пока не получит своё.

Я сжала кулаки и пошла вперёд, к тронному залу, где нас ждал правитель высших эльфов.

И надеялась, что мы успеем.

---

Приём у правителя.

Тронный зал Таланиона Золотого Листа был величественным до головокружения. Высоченные своды уходили вверх, теряясь в полумраке, а вдоль стен горели тысячи свечей, отражаясь в хрустальных подвесках люстр. Белый мрамор пола был выложен золотыми узорами в виде листьев и виноградных лоз, и каждый мой шаг отдавался тихим эхом.

Правитель высших эльфов восседал на троне из белого дерева, украшенном живыми цветами, которые непрерывно распускались и увядали, создавая иллюзию вечного цветения. Таланион был красив той холодной, надменной красотой, которая свойственна высшим эльфам — золотые волосы струились по плечам, глаза цвета расплавленного янтаря смотрели на нас с ленивым любопытством, а тонкие, изящные пальцы с длинными ногтями постукивали по подлокотнику трона.

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как платье струится по моим ногам, как украшения тихо позвякивают. Аэлион и Сориэн остановились позади меня, чуть сзади — как и положено свите.

Я опустилась в глубоком поклоне, склонив голову так низко, что мои волосы коснулись пола. Позади меня я услышала, как братья тоже кланяются — синхронно, как и подобает эльфийским воинам.

— Ваше Величество, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно. — Я — Лиара Сильванросс, наследница лунного трона. Я пришла просить вашей помощи и защиты.

Таланион медленно поднялся со своего трона. Он был высоким — выше любого человека — и двигался с грацией хищника. Он подошёл ко мне, взял мою руку и поднёс к своим губам, коснувшись поцелуем.

— Лиара Сильванросс, — сказал он, и его голос звучал как музыка. — Я слышал о вас. И о вашей трагической судьбе. Добро пожаловать в Тельэльдир. Вы — желанная гостья в моём доме.

Он отпустил мою руку и посмотрел на братьев, окинув их быстрым, оценивающим взглядом.

— Ваша свита, — сказал он, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка. — Необычная. Человек и маг. Но я уважаю верность. Вы можете оставаться при ней.

— Благодарю, Ваше Величество, — сказал Аэлион, и его голос был низким и спокойным.

Таланион сделал знак, и к нам подошёл слуга в длинной серебристой тунике.

— Вы разместитесь в гостевых покоях, — сказал правитель. — Я приставлю к вам охрану. Вы — мои гости, и я гарантирую вашу безопасность.

— Ваше Величество, — сказала я, и мой голос дрогнул, но я собралась. — Я благодарна за вашу заботу. Но я хотела бы, чтобы мои спутники оставались при мне. Они — моя единственная защита в этом мире. Я доверяю им больше, чем кому-либо.

Таланион приподнял бровь. Его взгляд скользнул по Аэлиону, затем по Сориэну. Он, казалось, взвешивал что-то в своём уме, а потом медленно кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Я уважаю ваше желание, принцесса. Ваши люди будут при вас. Но в замке действуют мои законы. Если они нарушат их — они будут наказаны.

— Они не нарушат, — сказала я уверенно. — Я ручаюсь за них.

Таланион улыбнулся — холодной, но не злой улыбкой.

— Тогда ступайте. Отдохните с дороги. Все вопросы мы обсудим за ужином. А пока мои слуги проводят вас в покои.

Мы поклонились и вышли из тронного зала.

---

Покои, которые выделил нам Таланион, оказались роскошными. Просторная комната с высоким потолком, огромная кровать под балдахином из серебристой ткани, мягкие кресла у камина, в котором уже потрескивали дрова. Окна выходили в сад, и за ними виднелись белые башни города, освещённые вечерним солнцем.

— Он дал тебе одну комнату, — сказал Сориэн, оглядываясь. — А мы с братом должны были быть в соседних.

— Я не позволю вам уйти, — сказала я, чувствуя, как страх сжимает горло. — Если Кайл в городе, он может попытаться проникнуть сюда. Я не хочу быть одна.

Братья переглянулись. В их взглядах было что-то — понимание, усталость, согласие.— Хорошо, — сказал Аэлион. — Мы останемся здесь. Я буду спать у двери. Сориэн — у окна. Если кто-то попытается войти, мы его не пропустим.

Я вздохнула с облегчением. Мы были вместе. Мы были в безопасности. Хотя бы на время.

В дверь постучали. На пороге стоял слуга с тремя большими коробками.

— От правителя, — сказал он с поклоном. — Для бала-маскарада, который состоится сегодня вечером.

Он просит вас выбрать маски, которые вам по душе.Он поставил коробки на стол и вышел.

Я открыла первую коробку. Внутри лежала маска — серебряная, с узорами в виде лунных лилий и тонкими цепочками, спадающими вниз. Она была изящной и холодной, как лунный свет.

— Эта — для тебя, принцесса, — сказал Сориэн, и его голос был мягким. — Идеально подходит к твоему платью.

Я взяла маску в руки. Она была лёгкой, почти невесомой, и когда я приложила её к лицу, она идеально села, словно была сделана по моим меркам.

— А для нас? — спросил Сориэн, открывая вторую коробку.

Внутри лежала чёрная маска с серебряным узором в виде дракона, обвивающего клинок. Она была строгой, воинственной, и Сориэн взял её с явным одобрением.

— Моя, — сказал он, надевая её.

Третья маска была тёмно-серой, с красными вставками в виде языков пламени. Она выглядела устрашающе и в то же время благородно. Аэлион взял её, и когда он надел её на лицо Бертрана, его красные глаза вспыхнули сквозь прорези, создавая жутковатый, но впечатляющий образ.

— Мы готовы, — сказал он. — Теперь осталось дождаться ужина.

---

Ужин проходил в большом зале, украшенном живыми цветами и тысячами свечей. Гости — высшие эльфы в роскошных нарядах — сидели за длинным столом, и воздух был наполнен запахами изысканных блюд и тонких вин.

Таланион сидел во главе стола, и я — слева от него. Он был галантен, улыбался, подливал мне вино, и я чувствовала, как его взгляд скользит по моему платью, по украшениям, по моей коже.

— Вы прекрасны, принцесса, — сказал он, и его голос был тёплым. — Когда я услышал слухи о вашей гибели, я не поверил. И я рад, что оказался прав.

Я улыбнулась, стараясь скрыть нервозность.

— Ваше Величество, — сказала я. — У меня есть важное послание для вас.

Я достала из-за корсажа свиток с печатью Аэлиона и протянула ему. Таланион взял его, сломал сургучную печать и пробежал глазами по тексту. Его лицо слегка изменилось — в глазах мелькнуло удивление и… уважение?

— Мор'энталис, — сказал он тихо. — Я думал, что этот род угас. Значит, наследник жив?

— Да, Ваше Величество, — сказала я. — Он жив и скоро вернёт свой трон.

Таланион внимательно посмотрел на меня, затем на братьев, стоящих за моей спиной.

— Мы обсудим это позже, — сказал он. — А сейчас — давайте танцевать.

Он встал, протянул мне руку и повёл меня в центр зала. Я чувствовала, как на нас смотрят десятки глаз, как шёпот пробегает по рядам гостей.

— Гости, — объявил Таланион, — я хочу представить вам Лиару Сильванросс, наследницу лунного трона. Она — моя гостья. Она под защитой моей короны. И я рад приветствовать её в Тельэльдире.

Зал взорвался аплодисментами. Я чувствовала, как внутри всё дрожит, но я держалась.

Таланион взял меня за талию, и мы начали танец. Музыка была нежной, как вздох, и я двигалась, чувствуя, как платье струится вокруг меня. Он вёл меня уверенно, его рука на моей талии была тёплой, и я старалась не думать о том, что этот танец — лишь часть игры.

Когда музыка стихла, Таланион остановился и посмотрел на меня.

— Принцесса, — сказал он тихо, чтобы никто не слышал. — Мне нужна одна услуга. Небольшая. Для моего личного ритуала.

— Какая, Ваше Величество? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Ваша кровь, — сказал он, и его голос стал серьёзным. — Всего несколько капель. Это — условие моего согласия. Без этого я не смогу дать вам Верительную грамоту.

Я замерла. Кровь. Он просил мою кровь.

— Почему? — спросила я.

— Это — древний ритуал, — сказал он. — Он связывает нас узами доверия. Это не причинит вам вреда, клянусь. Но это необходимо.

Я посмотрела на Аэлиона. Он стоял у стены и слегка кивнул.

— Хорошо, — сказала я. — Я согласна.

Таланион сделал знак, и к нам подошёл эльф в длинной мантии — лекарь. Он нёс маленький стеклянный флакон и серебряную иглу. Он взял мою руку, проколол палец, и я почувствовала лёгкую боль. Из ранки потекла кровь — яркая, алая — и лекарь собрал её во флакон.

— Благодарю, — сказал Таланион, принимая флакон. — Вы не пожалеете об этом, принцесса.

Он передал мне пергамент с фамильной печатью — Верительную грамоту.

— Вы всегда желанный гость в Тельэльдире, — сказал он, целуя мою руку. — Оставайтесь столько, сколько захотите.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается облегчение. Мы сделали это.

Я шла обратно через коридор, когда кто-то схватил меня за руку и резко втащил в кабинет.

Я попыталась закричать, но ладонь зажала мне рот. Я билась, пыталась вырваться, но меня прижали к стене, и я увидела его.

Кайл.

Его голубые глаза горели безумным огнём, на губах играла хищная улыбка. Он был одет в чёрный костюм, без маски, маска упала напол, и я поняла, что он пробрался в замок незамеченным.

— Ну здравствуй, принцесса, — прошептал он. — Хочу обратно. И тебя, и твою корону.

Он прижал меня к стене, поднял мои руки над головой и зафиксировал их одной рукой. Он навалился всем своим весом, не давая мне пошевелиться. Я хотела закричать, но он придвинулся ближе и впился в мои губы жадным, требовательным поцелуем.

Я от страха чуть не потеряла сознание. Его язык проник в мой рот, его свободная рука начала задирать моё платье, гладить бедро, и я чувствовала, как он прижимается ближе, как его желание становится осязаемым.

Я мычала, пытаясь вырваться, и от безысходности укусила его за губу.

Он зарычал, но не отстранился. Я почувствовала, как кровь течёт по его губе, как капает на мой подбородок. Он отпустил мои руки, подхватил меня под бёдра и усадил на стол. Сам оказался между моих ног.

Мы тяжело дышали. По его губе и подбородку стекала кровь, но он не злился. Он улыбался.

— Как же ты меня заводишь, принцеска, — прошептал он. — Оторваться от тебя нет сил.

— Ты дурак! — выкрикнула я. — Отпусти! Ты сумасшедший! Что тебе от меня надо?

— Ты знаешь что, — сказал он, наклоняясь ближе. — Не спрашивай.

Я смотрела в его безумные глаза и понимала, что должна что-то сделать. В голове возник план. Рискованный, отчаянный, но единственно возможный.

— Хорошо, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я смогу дать тебе только себя, не корону. Но через три месяца. Я обещаю, что буду твоей.Он замер. Его улыбка стала шире.

— Почему только себя, а не корону? — спросил он. — И почему через три месяца? Я хочу сейчас.

Он снова потянулся ко мне, но я остановила его, приложив палец к его губам.

— Потому что для начала я откажусь от трона и короны, — сказала я. — А только корона позволит Аэлиону стать правителем. Я дала клятву, что не буду использовать корону для себя. Если я её нарушу, я умру через три месяца. Понимаешь? Тогда тебе ничего не достанется. А корону ещё нужно найти. Мы её ищем. С друзьями.

Кайл молчал, глядя на меня. Его глаза изучали моё лицо, и я видела, как внутри него борется желание и расчёт.

— Обещаешь? — спросил он наконец. — Я не смогу так долго ждать.

Он убрал мой палец и снова впился в мои губы. Я почувствовала, как его язык жадно проникает в мой рот, как он прижимается ко мне всем телом. Вкус крови — его крови — смешался с моим дыханием, и вдруг мир пошёл кругами.

Видения.

Калейдоскоп картинок пронёсся перед моими глазами: Кайл верхом на первой лошади, его смех, его собака по кличке Торнадо, его первый поцелуй — робкий, на заднем дворе замка, его первый секс, его лицо в крови, его слёзы над телом убитой матери, я не знала, что она умерла. Всё это проносилось передо мной, как фильм, и я не могла остановиться.

Я чувствовала, как магия пробуждается во мне, как тёплая волна разливается по венам. Кровь Кайла попала мне в рот — и она была ключом, который открыл что-то внутри.

Кайл заметил, как моё тело начинает дрожать, как взгляд становится пустым.

— Лиара! — он испуганно коснулся моего лица. — Приди в себя, милая! Останься со мной!

Но я уже проваливалась в темноту, чувствуя, как сознание покидает меня.

---

Я очнулась от голосов.

— Ты идиот! — кричал кто-то. — Ты силой пытался взять её!

— Я не хотел, чтобы так вышло! — оправдывался Кайл. — Она укусила меня, моя кровь… её тело отреагировало!

Я медленно открыла глаза. Надо мной склонились лица Сориэна и Аэлиона. Сориэн был бледен от гнева, его глаза горели красным огнём, и он сжимал кулаки, готовый броситься на Кайла.

— Ах ты подонок! — кинулся он на него. — Так нельзя!Ты силой хотел взять её!

Аэлион перехватил брата, удержав его за плечо.

— Тише, — сказал он тихо, но в его голосе слышалась сталь. — Нас услышат. Стража сбежится.

Он повернулся к Кайлу. Его красные глаза смотрели холодно и оценивающе.—

Что взамен, принц? — спросил он.

Кайл сглотнул. Его губа всё ещё была разбита, и кровь стекала на подбородок.

— Она обещала, что через три месяца вернётся ко мне. Добровольно, — сказал он. — Я готов помочь вам. Искать корону. Идти с вами.

Братья переглянулись. В их взглядах мелькнуло понимание — они знали, что я солгала, что после красной Луны я исчезну из этого мира.

— Хорошо, — сказал Аэлион. — Ты пойдёшь с нами. Но если ты прикоснёшься к ней ещё раз — я убью тебя своими руками.

Кайл кивнул, и в его глазах мелькнула странная смесь страха и уважения.

Меня подняли на руки — Сориэн, я чувствовала его тепло, его дыхание на моей щеке, — и отнесли обратно в мои покои. Братья остались со мной на всю ночь, охраняя мой сон.

А я спала и видела странные сны — лица, голоса, кровь. И чувствовала, как магия, проснувшаяся во мне, пульсирует в каждом ударе сердца.

---

Утром я проснулась, чувствуя себя разбитой, но живой.

На стуле у моей кровати сидел Кайл. Его губа была опухшей, но он улыбался.

— Доброе утро, принцесса, — сказал он. — Как спалось?

— Тебе не идёт быть заботливым, — сказала я. — Это выглядит неестественно.

— Мне тоже так кажется, — ответил он. — Но я решил стать хорошим. Хотя бы на время.

Он поднялся и вышел из комнаты, оставляя меня одну с мыслями о том, что вчера случилось, и о том, что меня ждёт впереди.

В дверь вошёл Сориэн. Он был без маски, и его глаза — красные, усталые — смотрели на меня с нежностью.

— Как ты? — спросил он.

— Жива, — ответила я.

Он подошёл ближе и сел на край кровати.

— Ты была умной, — сказал он. — Он поверил. Теперь он будет с нами. Мы сможем за ним следить.

— А ты не ревнуешь? — спросила я, и в моём голосе послышалась лёгкая насмешка.

Сориэн улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня замирало сердце.

— Ревную, — сказал он тихо. — Но я не боюсь его. Он — человек. А я — принц эльфов. И я верну себе своё тело. И тогда ты увидишь, кто я на самом деле.

Он наклонился и поцеловал меня в лоб — нежно, почти по-братски.

— Отдыхай, — сказал он. — Нам нужно собираться. Завтра мы отправляемся в путь.

Он вышел, а я осталась лежать, чувствуя, как на душе становится тепло.

Я знала, что мы идём к короне.

И я знала, что Кайл теперь с нами.

Но я также знала, что это опасно, и что я должна быть готова ко всему.

Я закрыла глаза и позволила себе ещё немного отдохнуть.

Впереди был долгий путь.