скачать книгу бесплатно
Прикосновение Бога
Екатерина Беляева
События книги развиваются в 2080 году. История повествует о Еве – тридцатитрехлетней женщине с нелёгкой судьбой. Ева прошла войну снайпером, а теперь занимается ликвидациями неугодных новому Государству людей. На этот раз ей поручено устранить Судью Левицкого, но исход дела оказывается неожиданным и пугающим для главной героини. Сможет ли Ева смириться с новыми реалиями? Сумеет ли победить своих демонов? Удастся ли ей не потерять себя в водовороте необъяснимых событий? Психодрама пронизана флэшбеками, которые дают понимание о том, что на самом деле движет Евой. Книга непростая, заставляет думать. Она о смыслах, о войне, о любви и ненависти, о чувстве долга, о человечности и жестокости, о трансформациях через боль, о Боге, о поиске себя и обретении себя. Осторожно! Оставляет шлейф горького послевкусия.
Екатерина Беляева
Прикосновение Бога
«…Пока у нас есть наши воспоминания, пока у нас есть наша память… мы живы»
Прикосновение Бога
Екатерина Беляева
2024
Я – Господь Бог твой; держу тебя за правую руку твою,
говорю тебе: «Не бойся, Я помогаю тебе».
(Ис.41:13). Книга пророка Исайи.
2073 год. Гражданская война. Несколько республик некогда единого Государства объединились в так называемый Сепараторий. Правительство Сепаратория во главе с самопровозглашенным Президентом мобилизует мощную армию, которая постепенно продвигается внутрь страны, присоединяя все новые и новые земли. Цель военной кампании – взятие Столицы и свержение действующей власти.
На северо-западной военной базе «Андромеда», что находится под протекторатом Сепаратория, ведется подготовка специальной снайперской группы к предстоящей операции по уничтожению руководителя контрснайперского подразделения противника.
– Пять, четыре, три, два, один…Огонь!
Командир группы с позывным «Крот», коренастый брюнет с обветренным красным лицом, стоял позади своих подопечных, уложенных в единую линию и стреляющих залпом по муляжам. Он стоял, широко расставив ноги и уперев руки в бока, точно монумент. Его косматые брови были сведены к переносице. На команде «Огонь!» правая бровь поднималась, а ноздри неистово раздувались.
– Пять, четыре, три, два, один…Огонь!
Шесть снайперов выстрелили как один. Но чуткое ухо Крота уловило рассинхрон.
– Бес, мать твою! Опять вперед батьки в пекло! Ты не знаешь свой спуск. Заново. Тренируемся до тех пор, пока каждый залп не сольется в единый выстрел.
Время близилось к обеду. Плотные серые облака нависали над полигоном точно суровые брови Крота над его фанатично блестевшими черными глазами. Накрапывал мелкий противный дождь, пробирая до мурашек. Осень в этих краях редко радовала сухой и солнечной погодой. Стрелки устали и проголодались.
– Нормально. Следующее упражнение – стрельба по малоразмерным целям. Разбиться на снайперские пары!
Крот был скуп на похвалу, поэтому его «нормально» расценивалось стрелками как высшая степень одобрения. Дождь усиливался, земля раскисала. На мокрых сосредоточенных лицах читалось желание как можно скорее оказаться в штабе, и вместе с тем упорство в достижении поставленной цели. К концу тренировки снайперы продрогли до костей, несмотря на теплое термобелье и непромокаемые костюмы.
– Итак, подведем итоги. Кокос – 9 баллов, тебе следует поработать над дыханием. От того, что дышишь часто и поверхностно, хромает меткость. Охотник – 9 баллов, сильно напрягаешь кисть руки. Ртуть и Криптон – по 10 баллов, без комментариев. Хотя нет, Криптон – слишком долгое зацеливание, в идеале на полсекунды меньше. Бес – 8 баллов, плохо слышишь команды, слишком много самодеятельности. Еще раз проявишь себя как выскочка – будешь дисквалифицирован. Волк – 9 баллов, дыхание нестабильно. А теперь шагом марш на обед. Отдыхаем до 17:00, после собираемся в корпусе D, будем настраивать прицельный комплекс.
По пути в столовую Криптон догнал Ртуть и пошел рядом с ней. Ртуть была единственной девушкой в их шестерке. Наряду с этим она была единственной девушкой-снайпером на всей «Андромеде».
– Ну и погодка, просто мрак.
– Не говори. Я мечтаю о большой чашке горячего чая.
– А я о тарелке горячего супа. И каком-нибудь бифштексе или стейке с кровью. Устала?
– Есть немного.
В столовой было тепло и вкусно пахло обедом. Молодые люди сели за один стол, друг напротив друга. Криптон внимательно посмотрел на Ртуть.
– А ты молодец, ни единого нарекания. Крот тобой доволен.
– Тобой тоже. Хотя, как мне кажется, он немного предвзято к тебе относится.
Вдруг девушка улыбнулась.
– У тебя подпалины на брови.
– Пустяки. Ешь давай.
После обеда оставалась пара часов свободного времени. Члены снайперской группы разбрелись по казармам – после насыщенной тренировки их сморил сон. Но Ртути и Криптону было не до сна, им хотелось поскорее скрыться от посторонних глаз, их путь лежал мимо складов и арсеналов в сторону ангаров для военного транспорта. Дождь почти закончился, но небо по-прежнему хмурилось, готовое в любую секунду послать на землю очередную порцию воды. Молодые люди шли молча, вдыхая запах сырой земли и прелых листьев. Наконец они добрались до ангаров. Криптон первым взобрался в кузов грузовика, крытого брезентом, и помог взобраться подруге.
– Угощайся, – сказал он, протягивая Ртути сигарету. Та посмотрела изумленно – все-таки настоящие сигареты, а не фильтрум, в их время были настоящей экзотикой. Достать их представлялось делом нелегким, особенно в условиях войны.
– Не думай о том, где я добыл это, просто бери.
Ртуть с легким укором покачала головой.
– Перед операцией нужно быть в хорошей форме.
– Я же не алкоголь тебе предлагаю, – усмехнулся молодой человек и снова повторил, – угощайся.
Они закурили. С наслаждением глотая дым, выпускали его медленно, тонкой струйкой, прикрыв глаза и млея от приятного оцепенения. В головах было непривычно пусто и гулко. Казалось, не только легкие, но и все их сознание наполнилось этим благостным дымом, обволакивающим каждую клеточку тела. Первой тишину нарушила Ртуть.
– Что если Беса дисквалифицируют?
Криптон ответил не сразу. Он сделал последнюю затяжку, как бы продлевая удовольствие. Посмотрел на подругу слегка пьяными глазами.
– Беса оставят, вот увидишь. Крот не дурак, чтобы совершать рокировки накануне операции. Ты замерзла?
– Немного.
– Иди сюда.
Он обнял девушку, та уткнулась носом в его плечо. Плечо пахло сыростью и чем-то неуловимо терпким. Такой запах был присущ только ему одному. Смесь настоящего качественного табака, земли и горьковатого пота – во всем мире не было аромата приятнее.
– О чем ты думаешь? – после минутного молчания подала голос Ртуть, заглянув в лицо Криптона. Лицо было бесстрастным и неподвижным как маска.
– Ни о чем особенном. О предстоящей операции, о войне в целом… О том, насколько мы продвинулись за этот год.
– Что насчет операции? Что ты чувствуешь?
– Не могу сказать, что я абсолютно спокоен, но есть уверенность, что все пройдет гладко. Мы хорошо работаем как команда. Это о многом говорит.
– Ты не задумывался о том, что будет, если у кого-нибудь из нас сдадут нервы?
– Я доверяю нашему военному психологу, он настоящий профессионал. Подбор стрелков грамотный, снайперские пары составлены идеально не только с точки зрения боевой подготовки, но и с точки зрения психологической совместимости. Да и в случае чего, плен нам не грозит, всю группу расстреляют на месте. Это ли не высшая награда – отдать свою жизнь за Сепараторий, за Президента, за новое Государство.
Ртуть вздохнула.
– Если это необходимо, я отдам свою жизнь, не раздумывая. Но я бы хотела еще послужить на благо Сепаратория. Сорок три ликвидации – этого пока слишком мало.
– Сорок три? Однако… Ты обскакала меня на целых три ликвидации, Птичка.
– Почему Птичка?
Криптон засмеялся, обнажая свои сахарно-белые ровные зубы.
– Потому что в клетке.
Глава 1.
Ева открыла глаза. Потом снова закрыла. Вставать страшно не хотелось. «Еще десять минут, – пообещала она себе, – через десять минут я точно встану». Перевернулась на другой бок, зарылась лицом в подушку. Тревожно-гнетущее чувство поднялось откуда-то изнутри, сжимая голову в тиски. В висках запульсировали, застучали маленькие молоточки. Ева откинула одеяло и села на кровати. Кажется, приснилось что-то из прошлой жизни. «Не хочу вспоминать» – решила она и, окончательно стряхнув остатки сна, впустила солнечный свет в свою комнату, заставив шторы разъехаться одним движением мысли.
На улице стояла чудесная апрельская погода. Ева накинула на плечи невесомый халат и вышла на балкон. Лужайка перед домом радовала глаз сочной зеленью, каменная дорожка бежала вниз к блестевшей в отдалении реке с хорошо оборудованным частным пляжем. Сразу же захотелось искупаться, но в это время года вода в реке еще не успела как следует прогреться.
«Бассейн, 22 градуса» – подумала Ева, задав нужную температуру воды в крытом бассейне рядом с домом. Она еще немного постояла на балконе, подставляя лицо ласковым солнечным лучам и любуясь лазоревой эмалью неба. Дурные мысли улетучились вместе с легким весенним ветерком, уступая место мыслям насущным. Что ж, пока вода нагревается, нужно перекусить. Ева спустилась вниз со своей мансарды, на ходу задавая команду для чаеварки. Ройбуш без сахара. Заглянула в холодильник. Выбрала творожный сыр с креветками, намазала пару ломтиков цельнозернового хлеба и с аппетитом съела. Настроение окончательно нормализовалось.
В коридоре Ева чуть было не столкнулась с Юлей, выходящей из своей комнаты.
– Доброе утро. – Поздоровалась девочка.
– Доброе утро. – Эхом отозвалась Ева.
– Ты в бассейн?
– Да. А у тебя сейчас разве не должны идти занятия?
– Пятнадцать минут до начала. И у меня контрольная по квантовой технологии. Есть что-нибудь съестное в этом доме?
– Лучше бы пробежалась до речки и обратно, сбросила свой кортизол.
Но Юля уже тащила из кухни большую коробку с готовым завтраком. Через приоткрытую дверь комнаты Ева увидела еще одну такую коробку, только пустую, и кучу фантиков от конфет. Она неодобрительно покачала головой. Юля обогнула Еву, бедром открыла дверь пошире и, оставив коробку с едой на столе, принялась растягивать свой тетрафон, на сколько хватило рук. Затем она прикрепила его к стене и зашла в вебинарую комнату. И пока там было пусто, девочка принялась с аппетитом уплетать свой второй за утро завтрак. Ева прикрыла дверь и пошла дальше.
Вода в бассейне уже нагрелась до нужной температуры. Женщина скинула халат, обнажив свое стройное подтянутое тело в купальнике. Она аккуратно спустилась в прохладную воду и поплыла, активно работая руками и ногами. Плаванье ей нравилось, оно приводило в порядок не только тело, но и мысли. Сделав несколько кругов, Ева вышла из воды будто обновленная. «Теперь можно и позаниматься» – решила купальщица, промакивая кожу полотенцем. Она не любила ходить в спортзал, предпочитая тренировки на открытом воздухе в любую погоду. Для этой цели Ева позаботилась организовать на своей территории островок с тренажерами. Зима в этом году выдалась дождливая и ветреная, погода окончательно испортилась уже в начале декабря и только к концу февраля вошла в свою климатическую норму, но, несмотря на это, Ева упорно занималась и совершала пробежки почти каждый день. Если бы у нее были соседи, они поразились бы рвению этой хрупкой женщины тренироваться до изнеможения, невзирая на мокрый снег, едкий туман и пробирающий до костей ветер. Но Ева жила за городом уединенно. Ближайший поселок располагался в двух километрах от ее места обитания. Иногда она совершала марш-броски до этого поселка через лес, однако больше предпочитала пробежки по свой территории вдоль реки.
Привычку поддерживать себя в форме и работать на износ в любых условиях Ева приобрела на войне. Война закончилась четыре года назад, а привычка осталась. Вот и сегодня снилось что-то с привкусом тех лет. Полигон… Дождь… Сигаретный дым… Лицо-маска, глаза-льдинки. Ева мотнула головой, прогоняя непрошеные воспоминания.
– Вот тебе за это, наряд вне очереди. – Пробормотала она, отжимаясь дополнительные десять раз.
После насыщенной тренировки Ева снова прыгнула в бассейн. На этот раз именно прыгнула, поднимая тучу брызг. С наслаждением проплыла туда-обратно. Ее разгоряченное тело, то поднимаясь над поверхностью воды, то скрываясь под водой, было невероятно гибким для женщины ее возраста. В этом году ей стукнуло тридцать три, но никто не дал бы ей больше двадцати пяти. Несмотря на все тяготы военной службы, Ева сохранила женскую привлекательность и изящество. Миловидные черты лица придавали ей почти детский вид. При беглом взгляде неопытный человек отметил бы в ней некоторую наивность и застенчивость юной девушки-студентки. Виной ли этому едва заметные тени ямочек на щеках или мягко сужающийся книзу овал лица – непонятно, но только мнение это было бы ошибочным, и к Еве не имело никакого отношения. А вот характерный прищур сканирующих глаз и несколько шрамов на теле выдавали в ней прошедшего ад стрелка спецподразделения. Взгляд ее, зачастую стальной, тяжелый, иногда едко-колючий, могли выносить далеко не все.
Она вернулась в дом, высушила и уложила волосы, переоделась в идеально сидящий по фигуре комбинезон изо льна. Зашла на секунду на кухню, чтобы выпить ежевичного сока и обнаружила там Юлю, поедающую банан.
– Ты куда? – спросила девочка.
– В город, на маникюр и массаж.
– Мм… А у меня перемена. И еще я сдала контрольную на 96 баллов.
– Понятно. Все, я поехала. Не ешь много.
Ева гнала свой роскошный Опиус по безупречно ровной трассе. Не то, чтобы она сильно спешила, просто ей нравилась быстрая езда без автопилота.
«Климат-контроль: морской бриз, 23 градуса тепла» – мысленно скомандовала Ева. Искусственный интеллект электромобиля моргнул в ответ зеленым глазком. Спидометр показывал 270 км/ч. Ее это будоражило до мурашек, до покалывания в пальцах рук, неистово сжимающих руль.
– Я живая, я живая.
Въезжая в черту города, Опиус автоматически скинул скорость до 80 км/ч. Здесь было непривычно людно и суетливо. Много машин, много бестолковой болтовни. Звуки и запахи совсем не те, что за городом. Не мегаполис конечно, но и не провинция. Нет, жить здесь она бы не смогла. Ева вздохнула и свернула с основной магистрали на второстепенную дорогу. Проехав еще метров триста, она припарковалась у современного многоэтажного бизнес-центра. В этом городе-в-городе она останется почти до самого вечера.
В кабинете Евиного мастера по маникюру раздражающе пахло фиалками. Не сильно, но это был один из тех запахов, от которого щемило сердце и нарастала тревога. Сама мастер, опрятная девушка лет двадцати, Еве нравилась. Она была не болтлива и не имела привычки приставать к чужим людям с неудобными вопросами.
– Сегодня как обычно?
– Да, длину в ноль и какой-нибудь нюдовый оттенок.
«Фиалки отвратительны» – подумала Ева, ища глазами источник запаха. Не нашла, очевидно, это была функция климат-контроля. Потерпеть или попросить сменить функцию?
– Вера, будьте добры, уберите фиалки, меня от них мутит.
– Хорошо, мята или озон?
– Лучше озон, благодарю.
Следующим пунктом сегодняшнего чек-листа Евы был массаж. Массажист, колоритная небинарная личность неопределенного возраста, бывающий поочередно то женщиной то мужчиной, напротив, любил пофилософствовать. Он не требовал от клиентов какого-либо участия, поэтому Ева слушала его речи вполуха.
–…и если бы каждый человек в мире это осознавал, военных конфликтов было бы в разы меньше.
Главной причиной, по которой она ходила к нему, были его волшебные руки. Небинарный массажист раскладывал тело на отдельные косточки, а потом снова собирал его как конструктор.
–…поэтому Кант был прав, утверждая, что человек – это существо не только природное,
но и свободное.
– Свободное?
Сознание Евы ухватилось за последнюю мысль как за соломинку. Она попыталась сконцентрироваться на этой мысли, как на чем-то предельно важном, но массажист приступил к проработке икроножных мышц.
– Терпи, терпи, дорогая. Чувствую, ты опять переусердствовала с физической нагрузкой. Ох, и зачем так убиваться? За что ты себя так наказываешь?
Он идеально прорабатывал забитые после тренировки мышцы. Это было больно.
«Я живая».