В объятиях врага

Королевский сад окутывали густые сумерки, и Гор среди зеленых насаждений в темной одежде был совсем неприметным, но даже отсюда я увидела его взгляд, извиняющийся за снаряд, чуть не засадивший мне по лбу. Я оперлась на подоконник локтями, пытаясь сопротивляться нахлынувшим незнакомым чувствам.

Он помахал мне рукой, приглашая спуститься, а затем крикнул:

— Или я поднимусь! — он проговорил это достаточно громко и одновременно не слишком, чтобы не привлекать ненужного внимания.

Я замахала руками и показала, что пусть ждет.

— Он, как и обещал, пробрался в замок! С ума сойти! — ахнула я, закрывая окно, и неожиданно растерялась: — Что мне делать?

— Идти, конечно! — Исетта заложила закладкой страницу и достала свой плащ.

— А как быть с пропуском?

— Прошлый ты отдала?

— Нет. Думаешь, будет работать?

— Почему бы ему не работать? — Она пожала плечами. — Иди.

— Ты прикроешь? — спросила я, пряча серебристые волосы в капюшон.

— Ради любви… даже не договариваясь, — подмигнула она мне.

Я, не сдержавшись, обняла ее и поспешила. Недавно я как раз разведала коридор для прислуги, который должен был вести на первый этаж к выходу в сад. Несколько минут ходу — и вот я вышла через неприметную дверь в темный, дышащий весной сад. Дойдя до собственных окон, я несколько растерялась, так как никого там не нашла. Может, он привиделся мне?

С резким выдохом я ахнула, когда темная фигура вынырнула прямо из-за кустов и жарко прильнула к моим губам. Пряный мужской аромат, смешавший в себе железо и лес, окутал мои ноздри. Мы были скрыты густыми зарослями высокого кустарника, поэтому я позволила безумству продлиться какое-то время. Даже нахально прикусила захватчику губу. Гор был горячим и каким-то диким, отчего внутри невидимые мехи раздували угли чего-то запретного и желанного.

— Я тоже скучал, Миа, — оторвался он от меня, жадно всматриваясь в черты моего лица.

— А я думала, ты не придешь, — решила поделиться с ним опасениями.

— Я всегда выполняю обещания, — улыбнулся он. И мне захотелось сделать то же самое в ответ. — Пойдем! — Горячая ладонь обхватила мою и Гор повел меня прямо через сад.

— Нас не должны увидеть, ты понимаешь? — пробормотала я.

— Как скажешь, колдунья из Рейка, — ответил он, уверенно ведя меня через сад к стене, где стояли конюшни, судя по звукам и запаху.

— Ты служишь королю? — решила спросить я, пока он пропускал меня внутрь помещения, где пахло навозом, влажной смесью зерен и лошадьми.

— Все мы служим королю, — отозвался мужчина, ловко ориентируясь в темном помещении. Пройдя к последнему деннику, он открыл дверцу и спокойно зашел к гнедому жеребцу с темной гривой. Лошадь дремала стоя, но, увидев вторженца, лишь всхрапнула и переступила с ноги на ногу.

— Как ты проник в замок? Ты работаешь здесь? — я наблюдала, как он сноровисто седлает животное. Движения выверены: потник, седло, трензель, оголовье, повод. Гор знал, где и что лежит и как с этим обращаться. И это явно был конь, который с ним знаком.

— Можно и так сказать. Я сузила глаза.

— Не хочу допытываться, но мне было бы интересно. Как ты сказал? Я хочу узнать тебя, Гор, — улыбнулась ему, возвращая сказанную им фразу.

— Любопытство?

— Ну, ты берешь лошадь, значит, мы идем не на соседнюю улицу, а уже едем куда-то намного дальше. Вопрос: куда?

— Ты мне доверяешь? — затянул он подпругу на лошади, а затем, когда лошадь сдула живот, подтянул ее еще.

Я пожала плечами.

— А насколько ты доверяешь себе сам? — спросила его, пока мы выходили в город, мимо стражника, качнувшего Гору головой.

Он усмехнулся моим словам.

— Если бы я доверил себе жизнь, то могу поклясться тебе, колдунья, она каждый день подвергалась бы угрозам. Но… именно ее ценою я бы защитил твою. — Он подал мне руку, предлагая помочь залезть в седло.

— Красиво. — Меня тронули его слова. Но насколько они правдивы? — А что бы ты себе не доверил? — спросила я его, когда он ловко залез в седло позади меня.

— Наверное… все остальное, — ошарашил он меня.

— Почему?

— Потому что, когда воин теряет голову от женщины, — это может закончиться очень плохо, — прошептал он мне на ухо, обдавая дыханием. По моему плечу и шее разбежалась волна мурашек, и адреналин вновь подстегнул меня изнутри, говоря тем самым, что его слова имеют под собой больше смысла, чем просто абстрактные понятия. Ведь он говорил о себе…