
Полная версия:
Деревня 3
Менько подошел к праздно гуляющим и поздоровался сразу со всеми, ему ответили вразнобой, каждый на свой лад. Став чуть в сторонке Менько закурил и провел взглядом по толпе. Многих он знал по именам, пару человек были с его села, выехавшие после подтоплений в Битучары. Народ вел речь о пропавших людях и участившихся нападений на скот. Кто-то считал, что это взбесившиеся звери нападают ночью на охотников и грибников, рваные раны явно не мог нанести человек. Женщины говорили о серийном убийце, или же целой банде кровожадных и сумасшедших бродяг, поселившихся в тайге.
Неожиданно возле Менько появился инвалид без ног, ловко подъехавший на тележке. Присмотревшись Жора узнал в нем своего бывшего сельчанина, бездельника и выпивоху по имени Тимофей. На немой вопрос Менько Тимофей весело ответил:
– А электричкой переехало, – он ловко развернулся и стал напротив Сергея. Вот такое счастье привалило. Жил себе, стрелял у мамки пенсию. И вона: сразу козыря выпали, инвалид первой группы. Каждый месяц восемь тыщ: пей не хочу. Все мужики завидуют. Мои кормильцы, – любовно похлопал по культям, обернутым в брезент. Я теперь среди своих уважаемый человек, с постоянным доходом. То был Тимка а нынче: Тимофей Геннадьевич.
Рядом с Менько стоял его бывший одноклассник Лицобей по паспорту. Лицобей гордился «грозной» фамилией и в юности много куролесил и куражился, пытаясь ей соответствовать. Однако то ли он неправильно толковал фамилию, то ли из-за хилого телосложения, но по морде доставалось в основном ему, и он вечно ходил с разбитым носом или синяком под глазом. Как это часто бывает с щуплыми мужчинами с большими амбициями, жену он выбрал крупную, дородную и быстро очутился под её каблуком. Лицобей не спеша и важно рассуждал о построенной на Ангаре ГЭС:
– Строили пол века, а толку что. Подтопления, все гниет, рыба вымерла. Поселки, которые переселили, вывезли спору нет, а перезахоронений кладбищ не сделали. Вот всякая дрянь и мутирует. Короче кранты всему региону. А потом обращаясь к Менько спросил:
– Жора, а у вас волки не шалят? Менько не стал рассказывать историю произошедшую в хлеву у Марины, а не хотя ответил:
– Ну, это зимой, разве…
– А у нас в районе и соседних и летом, буянят, люди пропадают как в Бермудском треугольнике.
– Летом? – изумился Менько. – Волки?
– Так глухомань вокруг, чего бы и не пошалить. А к вам даже автобуса нет. Потому что незачем. Сколько у вас дворов-то жилых, осталось?
– Ну-у… пять домов.
– Ага, а было, десятка три в вашем Нижнем, загнулось оно. И если б только оно, десятками деревня исчезают и заводится там всякая хрень. Всё просрали москвичи-демократы. Суки.
– Да, тут еще собаки бешеные в вокруг Битучар бегают, – включился в разговор охотник по имени Иван. Возле заброшенной лесопилки, вообще целые стаи. Мы всех предупреждаем, вы осторожнее. Второе лето подряд такое безобразие. Их лисы бешеные кусают, собаки людей кусают, люди потом бесятся… Я даже слышал, что потом люди начинают кусаться…
Небольшого роста крепкая бабка с ярким теплым платком из под которого выбивались седые волосы, включилась в беседу. Ей хотелось быстро все рассказать, удивить собравшихся людей, она спешила из- за этого ее рассказ выходил неловкий и куцый:
– Так нас наказывают за грехи наши, – сказала она и поправила платок. Во. Недавно вот пропала Ангелина – Дурочка. Историю Ангелины знали все в Битучарах. Несколько лет назад ее изнасиловала заезжие лесорубы, издеваясь до тех пор, пока она не потеряла сознание. После этого она стала другой – ее ум помешался, вот и прозвали ее Дурочкой.
Она ушла в лес и нехитро жила в покосившейся заброшенной избушке. Весной и летом увлекала с собой мужчин и доставляла им такое удовольствие своим сладострастием, что потом они не могли даже смотреть на своих толстых смердящих жен. Никто не мог насытить ее, мужики ходили к ней по одному и компаниями. Жены несколько раз ловили ее и избивали до полусмерти, но это не меняло ход событий, мужики по – теплу, да и зимой захаживали к Ангелине, плененные ее дикой страстью.
– Так вот, – продолжала бабка, я подкармливала Ангелину, носила ей то картошку, то хлеб… Ага. Совсем у нее хозяйства не было, питалась как бурундук, с леса. Бывало приду она тощая как жердь сидит и в окно смотрит словно озябла.
– Давай короче Марфа, – перебил ее стоявший рядом дедок в больших не по размеру сапогах.
– Короче. Позавчера прихожу к ней к ней в избушку, там все перевернуто и кровь на полу. Уже высохшая. Вышла я на улицу смотрю по сторонам, следы ищу. Вижу тащили ее волоком в тайгу. Дальше идти я побоялась.
– Ты хоть участковому сказала что Ангелина – Дурочка пропала, – спросил тот же дед.
– Сказала, – но только в носу поковырялся, дурачка мол она, объявится сама. Вот такой у нас мильцонер, прямо екушки – воробушки – закончила повествование Марфа.
У каждого была своя версия страшных событий разворачивающихся в Битучарском районе. Кто – то упоминал НЛО, безногий Тимофей пригубив чекушку, авторитетно заявил, что это йети, снежный человек и мол он даже его видел. Бойкая бабка, с пакетом в руках где лежало две булки хлеба, ответила инвалиду:
– Ты бы меньше хлебал Тимка, ноги пропил уже. Не просыхаешь какой год, вот тебе и мерещатся… Эти снежные люди. Скоро Деву Марию увидишь или динозавра. Толпа громко засмеялась.
Менько засобирался домой, точнее на край Битучар забрать поросят и постараться засветло вернуться в село. Дело с поросятами оказалось не быстрым, сначала не было хозяйки, потом их долго ловили и засовывали в мешки, за которые тетка просила у него денег. Выехал Жора с Битучар, когда на улице начало сереть. Стараясь проскочить за светло большую половину пути он жал на газ, машину бросало, сзади громко и противно визжали поросята. Но через сорок минут пути он почувствовал что УАЗ ведет вправо и остановился. Было пробито переднее колесо, громко выругавшись Сергей открыл багажник и начал вынимать мешки с поросятами. Один мешок развязался и освободившийся Ниф Ниф пулей полетел по дороге в сторону села, громко визжа. Жора от нелепости ситуации смачно ругался и смеялся одновременно. Завершив менять колесо, он посмотрел по сторонам и на небо.
Стало резко темно. Черное небо светилось серебряной пылью, сверкало хрустальными гирляндами, переливалось россыпями изумрудов и бриллиантов. Таких крупных и ярких звезд, такой завораживающей космической иллюминации Менько еще никогда не приходилось видеть. Залюбовавшись небом он на несколько мгновений забыл о том что он стоит посреди тайги, которая в последнее время хранила много страшных тайн.
Жору передернуло, он почувствовал что из тайги за ним кто – то наблюдает, хотя вокруг было тихо и спокойно. Но Менько долго проживший в тайге, обладал звериным чутьем и точно знал что за ним следят. Делая вид что ничего не происходит он сложил инструмент, забросил притихших поросят в багажник и открыл заднюю дверь где у него лежала двустволка. Засунув в стволы два патрона с картечью он посмотрел по сторонам и прислушался. Совсем недалеко от дороги было явно слышно влажное и свистящее дыхание. Дыхание воняло падалью и этот запах был смутно знаком, но понять, где и когда он сталкивался с ним, Жора не мог. Где-то позади, далеко в тайге, хрустнула ветка. Их несколько отметил Менько и открыл водительскую дверь. Нервы были напряжены до предела. Как он ни всматривался в непроглядную темень, как ни вслушивался в гробовую тишину леса, нарушаемую лишь изредка пробегавшим в ветвях ветерком, ничего подозрительного больше ему уловить не удалось. Дыхание и вонь исчезли.
Менько сел в машину и тяжело выдохнул. У него кружилась голова и бил озноб. Ему представлялось некое незримое, но огромное и всемогущее существо, откуда-то из далекой высоты наблюдавшее за его переживаниями и страхами. Менько сквозь лобовое стекло опять посмотрел на небо. «Где это Бог? Если что – там на небе?» – мысленно задавал он самому себе вопрос. Бог казался ему невероятно сильным, но одновременно пассивным и равнодушным. Он не создавал трудностей и боли, но и не помогал, предпочитал безучастно взирать на копошения людей. Но будет ли он всегда таким безучастным? Не сдует ли он в один прекрасный день его самого, как Жора смахивал с руки маленького жучка…
ГЛАВА V
Стемнело, но бесконечный лес, через который он шел, был наполнен бледно – синим сиянием. Было не понятно что является его источником и откуда оно идет. На тропинке блеснула лужица, но ее отблеск был неестественно – багровым. Он остановился, нагнулся и опустил в воду пальцы. Поднеся их к лицу он увидел что пальцы в крови. макнул. Осмотревшись он увидел, что кровью забрызгано все вокруг – деревья, кусты и тропика. Казалось что только что прошел кровавый дождь, по стволам деревьев стекали алые ручейки. Ему не было страшно, казалось что все так и должно быть. Он пошел дальше. Краев Сергей Семенович с криком проснулся и резко сел на край кровати переваривая ужасный сон.
Краев Сергей поднялся с дивана и протер свои глаза, окинул темную пустую комнату тусклым взглядом и тяжело вздохнул. Молча без каких-либо эмоций, пошёл в душ, уютный квартира уже не казалась такой безопасной как раньше. Раньше ему нравилось его жилище, светлая кухня, большой холодильник в котором всегда стояло пиво и большая спальня с широкой кроватью.
Вчера вечером, мучимый головной болью он уснул под щебетания телевизора в гостиной на диване. Постоянная бессонница, ужасы, которые никак не оставляли Краева, разрушения его мозг и тело. Он превратился в страдающую массу.
Краев подошел к окну и посмотрел на улицу. Заканчивалась осень, на улице моросил дождь, над городом повисла тяжелая московская серость. Он отошел от окна и пошел на кухню заваривать кофе.
Убежав с проклятой деревни вместе с Викой, Сергей надеялся что в Москве все наладится – он пойдет на работу, займется спортом, пройдет обследование у лучших врачей.
Начал Краев с обследования в клинике «МедОк», где у него была полная медицинская страховка от компании. Полный надежд и позитива, Краев сдал кровь и прошел обследование у всех врачей как на диспансеризации. Все хвалили его здоровье, острое зрение и слух. Внутренние органы были в полном порядке. Никаких изменений и отклонений. Единственное терапевт отметил излишнюю волосатость тела Краева, которую он и сам недавно заметил. Волосы росли между лопаток и небольшой пушок был даже на ягодицах.
У Сергей проснулось жажда жизни и вернувшись с клинике «МедОк», он пригласил Вику в ресторан «Море», где подавали вкусные и свежие морепродукты. Она провели прекрасный вечер и дома долго занимались любовью. Вика утомленная и разгоряченная, лежа на плече у своего возлюбленного тихо проговорила:
– Я таким давно не видела, точнее вообще не видела. Три раза, ты как зверь.
– Теперь у нас все будет хорошо. Я с следующей неделе пойду на работу, а на новый год полетим на Мальдивы. Самое главное я здоров как бык и готов порвать эту жизнь.
Вернул Краева в затравленное чувство безысходности и ужаса, звонок с клиники. Его врач – терапевт, небольшого роста с ранними залысинами молодой человек, которого Краев по- дружески называл Ромой. Рома сказал чтобы Краев немедленно приехал в больницу. На вопросы Сергей что случилось, врач ответил коротко – «у тебя проблемы с кровью». Рома почему – то назначил ему встречу в кафе рядом с больницей. Войдя в кафе Краев увидел Рому, нервно перебирающего бумаги в папке бумаги. Сергей поздоровался и сел за стол.
– Привет тут вообщем такое дело даже не знаю с чего начать – тихо словно змея прошептал Рома.
– Начни с чего нибудь, – нервно ответил Краев и заказал у подошедшей официантки кофе.
– Ты знаешь что нибудь о крови? – спросил Рома и начал нервно мешать остывший чай.
– Знаю – она красная. Если серьезно, ничего не знаю, кроме того что у меня вторая положительная группа и без крови мне будет хреново.
– Эритроциты, лейкоциты и тромбоциты являются клеточным компонентом крови человека. Транспорт кислорода происходит с помощью гемоглобина, дыхательного пигмента, – начал читать лекцию, хорошо поставленным голосом Роман.
– Короче Склифасовский, я клятву Гиппократа не собираюсь давать, – прервал его Краев. Проблемы то в чем у меня?
– Короче у тебя не человеческая кровь, – сказал Рома и уставился в чашку с кофе, словно там на дне игрались рыбки. Краев долго молчал и изучающе смотрел на Рому.
– И что у меня за кровь? – выдавил из себя Сергей.
– Животного, – ответил Рома не отрываясь от рассматривания дна чашечки. У человека 4 группы крови, у тебя – 7, как у собаки. И эритроциты у тебя как собаки… И … ДНК, – Рома начал заикаться и потерял хоть мыслей. Я такого не видел и не знаю что делать. Краев стал спокоен как фараон в гробнице, первичный страх прошел и рассеялся, словно жидкий туман жарким утренним летом.
– Ошибки быть не может? – спросил Сергей и потянулся к бумагам Ромы.
– Нет, я два раза в лабораторию отправлял. Там начальник – урод, начал меня дебилом называть что я ему собачью кровь отправляю на анализ, типа шутки как у дворника. Что делать, то Сергей? Что с тобой произошло?
– А ничего не делать, я сам разберусь. Я у тебя эти анализы заберу, а ты забудь об этих бумажках и обо мне, – сказал Краев и полез в карман за бумажник достал несколько пятитысячных купюр и попрощался с Ромой.
Прийдя домой Краев залез в интернет и на два часа погрузился в изучение темы оборотней, лепреконов и Вервольфов. Вика была в салоне красоты и ему никто не мешал.
Оборотни упоминались в легендах еще со времен основания Рима. Когда римляне пытались помешать переходу Ганнибала через Альпы, в их рядах появился волк, который прошел через все войско, загрызая всех на своем пути, и удалился невредимым. Оборотней боялись и в Древней Греции. Древнегреческая легенда о появлении оборотней гласит, что верховное божество Зевс превратил впервые человека в волка, разгневавшись на аркадского тирана царя Ликаона. Этот безбожник, дабы посмеяться над Зевсом, накормил его блюдом из человечины, приготовив жаркое из тела собственноручно им убитого семилетнего сына.
В Египте в обличие животного, был бог Оcирис. Он превратился в волка, чтобы избавить Египет от злых сил, которые собирались поработить страну вскоре после сотворения мира. А в индийских легендах рассказывается об оборотнях, которые могли становиться тиграми, обезьянами, змеями.
Часто ликантропия сопровождается еще одним заболеванием – гипертрихозом. Это болезнь повышенной волосатости тела. Густые волосы как шерсть покрывает тело и мужчины, и женщины, и даже детей. Эта болезнь была уже у Краева.
Но что делать, когда ты стал оборотнем в интернете ничего не было сказано. Сергей сидел за столом подперев руками голову и смотрел в окно. Все происходящее выглядело сюрреалистично, Краева бросало в пот будто на него вылили горячего спирта. Все что говорил ему Яков в деревне оказалось правдой и это не вылечить и никуда от этого не деться. Сергей долго думал и вконце концов понял, какой у него есть выход…
ГЛАВА VI
Из глубины веков, из неведомых запредельных далей приходит оно в материальный мир. Все было просто и ясно. Все шло правильно, все логически объяснимо: материализм, физика, химия. Живешь как на паровозе летишь и вдруг… Все ломается, рушится словно случайно, а может, намеренно, сдвинутое неведомой темной силой. И жизнь, казавшаяся такой налаженной и понятной, в один миг превращается в темный бездонный омут, из которого ни за что не выбраться на безопасный берег. А будущее, в котором ты себя видел на десять лет вперед, вдруг исчезает в туманной ужасной пелене…
Краев сидел в кафе, пил кофе и думал о том, что он есть сейчас. Он вспоминал свой свой приезд в глухую деревню, для лечения от наркомании, лес страшную погоню, укус неведомого зверя и наконец свое первое превращение. Он волк, оборотень или как их там еще называют. А еще его пугали слова старшего поселения Якова, что в нем бушует две крови. Одна – оборотней живущих в деревне, которые контролируют происходящее и живущих по каким – то «правилам», а вторая диких кровожадных «черных» полуволков полулюдей. И что в нем победит еще не известно. От этих мыслей у него заболела голова. Что с этим делать и как с этим жить он не знал. Он представлял опасность для Вики. И не только для нее.
Краев наблюдал за молодой парочкой, ярко одетой, которая перешептывалась и заглядывала в меню. Он стал необычно хороши слышать, видеть, обоняние необычно обострилось. Парочка обсуждала посетителей, а на кухне жарили курицу. Невыносимо. Сергей встал и вышел из кафе.
Вика была на седьмом небе и поехала к родителям сообщить хорошие новости о отказе от своей вредной привычки и возможно о скорой свадьбе. Все шло как и обещал возлюбленный – они приедут в Москву, он вылечиться от лесной «заразы» и они будут жить долго и счастливо. От этих мыслей Краев усмехнулся.
Жить… Как с этим жить? Зачем с этим жить? Краев недавно придумал простой способ избавиться от всего этого. Смотря в хмурое Московское небо затянутое свинцовыми тучами, он решил умереть. Покончить с собой и с этой напастью. Неожиданно на душе у него стало спокойно и тепло. Он решил.
Бесцельно ходя по улицам города Сергей придумывал способ ухода из жизни. Может позвонить своему другу Артему Смирнову, оставшемуся в деревне. Но он фактически его бросил, убежав с таежного села вместе с Викой. Да и телефонов там нет, так же как и вышек и света. Смерть, только смерть, спасет его.
Прыгнуть в метро под поезд кроваво и некрасиво, повесится, говорят что при таком виде самоубийства человек непроизвольно сливает свои экскременты. И вдруг он вспомнил о том с чего все началось, о героине. Вот она легкая и приятная смерть.
Он давно стер телефоны всех дилеров, но его «новая» память работала как компьютер. В голове появился список всех телефонов людей, кто продавал ему белую смерть. Он набрал номер Паши, по кличке «Филин», который всегда был на связи и днем и ночью. За полтора месяца ничего не изменилось и «Филин» через несколько гудков снял трубку.
– Привет привет, пропавший, – слегка заикаясь поздоровался Паша. Куда пропал?
– Были дела, – ответил Краев. Сможем сейчас встретиться?
– Да только у меня дома, я ногу на волейболе вывихнул, – ответил «Филин». Краев усмехнулся наркодилер и волейбол. Спросив адрес Сергей заказал такси и через пол часа сидел в двухкомнатной квартире Паши.
Квартира не отличалась комфортом и чистотой. Паша прихрамывая встретил гостя и провел на кухню, на столе уже стояли чашки для чая.
– Кофе – чай? – спросил «Филин» внимательно рассматривая гостя. Краев коротко ответил:
– Чай, без сахара.
– А ты хорошо выглядишь. Чистый что ли? Слез? Давно не звонил. Краев ничего не ответил и молча прихлебывал чай.
– Паш мне надо 20 грамм, чистого, плачу любые деньги. Но надо прямо сейчас.
– Ого, вечеринку решил закатить? Или впрок берешь? Краев опять ничего не ответил. Паша продолжал: я такие веса дома не держу сейчас позвоню, привезут и вышел из кухни.
Сергей безучастно смотрел в окно. На деревьях как кляксы сидели вороны, начал накрапывать дождь. Вошел «Филин» и сказал:
– Сейчас привезут. Ну как живешь? Переломался что ли? Зачем опять заскакиваешь? Вопросы раздражали Краева, и что на них отвечать он не знал. Он смотрел в окно. Со двора в открытое окно кухни лезли кривые ветки какого -то уродливого дерева – квартира была расположена на втором этаже. Небо было затянуто белесым маревом, сквозь которое с трудом пробивалось осеннее солнце.
Дилер продолжал болтать:
– У меня тут давеча один клиент захотел бросить, попросил помочь. Короче закупил ему доширак, ведро для мочи и блевотины, валиум трамал, забрал все телефоны и закрыл его в квартире. Он сам попросил, на неделю. Так он знаешь что сотворил, по простыням спустился с шестого этажа на пятый. И позвонил мне. Да героин дело такое… Когда он есть тебя не волнует не футбол, не погода, да вообще ничего тебе не надо. В этот момент позвонили в дверь, «Филин» пошел открывать. Вернувшись весело сказал:
– Вот и гостинчик. Чистый как снежок. Смотри с непривычки не передозни. Краев расчихался, с облегчением выдохнул и наконец – то покинул квартиру дилера.
Дома Сергей спокойно и буднично сварил себе смертельную дозу из 8-10 – ти грамм и закачал все в баян. Сев в кресло он долго рассматривал шприц с желтоватого цветом. Перед глазами промелькнули ужасы после своего первого превращения. Его охватило отвращение к самому себе и он решился. Перетянув руку он долго не мог попасть себе в вену, а попав в нее быстро ввел в себя убийственную дозу героина и через несколько секунд отключился…
Краев пришел в себя от хлопков по щекам которые у наносила вернувшаяся Вика. Он непонимающе обвел взглядом комнату увидел закатанный рукав, упавший шприц и плачущую Вику, которая кричала ему в лицо:
– Зачем?! Зачем?! Мы же вылечились, почему ты это сделал? Ты не любишь меня?
Краев окончательно прийдя в себя, вспомнил о смертельной дозе которую он ввел себе и заплетающимся голосом ответил:
– Это не то, что ты думаешь…
– А что это?, – сквозь слезы заикаясь спросила Вика. Ты, что витаминок, себе вколол?
– Я переживаю за тебя… Поэтому хотел умереть… Пошли попьем чаю я все расскажу.
Уже на кухне, держа в руках цветную чашку Краев рассказал своей возлюбленной все от от своего первого превращения, до разговора с Яковом, который и объяснил ему суть происходящего. Сергей рассказал о том, что в нем борется две крови оборотней, одна из которых немыслимо чудовищная и неконтролируемая. Делая вывод Сергей закончил:
– Если я стану тем кто меня укусил в лесу, а не таким как Яков и живущие в деревне, я превращусь в не думающую машину убийства. Как проверить, кем я стал или становлюсь – не знаю. Со стороны этот монолог мог походить на сцену из фильма ужасов. Вика сидела неподвижно с широко раскрытыми глазами.
– У тебя в деревне я заметила изменения, но чтоб такое… У тебя точно не галлюцинации после дозы? Краев вспомнил что он ввел себе такое количество героина, который мог убить пятерых.
– Нет, все так как я рассказал. Я не сошел с ума. И кстати я ввел себе около 10 ти грамм чистейшего героина, чтобы умереть. Ты сама знаешь, что бывает в таких случаях. А я жив и совершенно не чувствую, никакого воздействие этой дряни на себе. Тут Сергей вспомнил о том что ему сказал Яков в лесу – убить себя оборотень не может. Краев, продолжил:
– Я много читал информации на эту тему, хочу тебе сказать что у каждого народа есть легенды об оборотнях и этой болезни. Это происходило на протяжении всей истории человечество. Как говориться дыма без огня не бывает… Вот я и попал в огонь…
Яна нервно вертела свой мобильный телефон. Помолчав спросила:
– Допустим все так и что мы будем делать?
– Мы – ничего, ты уедешь к родителям и забудешь меня.
– Никогда. Я тебя не брошу, я люблю тебя – у Вики текли слезы размазав тушь, она стала похоже на приведение. Краев улыбнулся и вытер ей слезы. Потом они долго обсуждали и решали что делать.
– Обычно это происходит в полнолуние, это в том случае если я «хороший» оборотень, как Яков. Если я из этих, «черных», то могу стать зверем в любую минуту, – рассуждал Сергей.
– Допустим ты милый и хороший оборотень, – уже шутила Вика, их кровь победила и нам повезло, сколько до следующего полнолуния?
– Две недели, – не задумываясь ответил Краев.
– Надо готовиться, – заключила Вика. Время от времени ее посещала мысль, что это происходило во сне или не с ними.
Уже в в наступившей темноте они решили уехать на дачу к Сергею по Новой Риге и установить там крепкую клетку…
ГЛАВА VII
После своего второго превращения, у себя на даче Краев был подавленный и ослабший. Он очнулся в клетке и увидел смотрящую на него Вику. Под глазами у нее были синяки а глаза в красные прожилки. Ему стало ее жалко. Они долго молчали и смотрели друг на друга.
– Ну и как ты после этого будешь со мной жить? Даже просто находиться рядом? – спросил Сергей.
– Нормально, – ответила Вика. Человек ко всему привыкает.
– Ты сняла это на видео?
– Не все… Когда ты начал превращаться я испугалась и убежала. Потом представила, что у меня в клетке большая любимая собака. Зашла покормила, сырым мясом и немного засняла на телефон.
– Кстати, выпусти меня, – попросил Краев.
– Извини, – ответила Вика и быстро открыла клетку. Сергей вышел и пошел в ванную, одевшись в спортивный костюм попросил телефон.