Вальдира. Игры Судьбы

— Точно, мышка. А за учебу не волнуйся, Я послезавтра тут буду, после обеда и начнем, договорились?

Я кивнула, но всё же не удержалась — За мышку я придумаю тебе такое прозвище, что ты еще пожалеешь.

— Оставить фамильярничать с наставником! — отчеканил Зелт, но тут же испортил воспитательный момент своим же громким смешком. — Если мне понравится прозвище, обещаю, что научу тебя одному ну очень крутому секретному зелью — он подмигнул. — Ну всё, давай иди, время — деньги — и вытолкал меня за дверь, закрывшись изнутри на засов.

Возвращаясь в лавку травницы я вспомнила, что хотела сегодня посетить Гильдию Алхимиков и Гильдию Воинов, но, конечно же, уже не успевала. Ну ничего, схожу завтра. А сегодня помогу Гликерье с пакетиками и выйду в реал. Там тоже ждали важные дела. И куда вдруг пропала моя спокойная безмятежность и неторопливость? Теперь мне хотелось, чтобы в сутках было не 24 часа, а больше. Но тут уж — извините, не бывает такого. Крутись, успевай, как говорил мой отец.

Как же мне не хочется покидать Вальдиру! Тут интересно, тут каждый день что-то необычное, яркое, встряхивающее меня раз за разом. Кажется, что я участвую в какой-то неимоверной гонке, где на кону стоит что-то настолько ценное, что никто не желает её проиграть. И мне это безумно нравится. Здесь я чувствую себя живой, настоящей. Жаль, что там, за радугой, приходится изображать из себя ту, кем я больше не являюсь. Интересно, поймет ли когда-нибудь Виктор Николаевич, что та Анна, которую он знал с ее безоблачного детства, умерла, я — совершенно другая. А если поймет, понравлюсь ли я ему такой? Вопросики, конечно… Психолога я не боялась. Она не знала меня всю жизнь, так что и удивляться ей не придется.

Думала я обо всем этом, сидя на кушетке, в подсобке лавки травницы. Гликерья ушла, а мы со слимом остались. На ночь я перетащила ведро, в котором он теперь жил, к себе и поставила рядом. А теперь вот сидела, смотрела, как он с удовольствием и тихим урчанием поглощает большую морковь, которую я купила ему, возвращаясь от алхимика и думала всякие разные мысли.

— Да я же просто оттягиваю свое возвращение! — вдруг поняла я. Мне не хочется возвращаться в родной дом, который теперь утыкан глазами всевидящих видеокамер. В дом, где периметр охраняется вооруженными людьми, а за пределами его мне и вовсе грозит нечто ужасное. Но я не боюсь… Нет. И сделаю всё, чтобы разочаровать тех, кто считает меня слабой. Пусть приходят, я буду готова!

Глава 22. Ярость и веселье.

По коридорам собственного дома я шла с прямой спиной. Теперь прокрадываться куда-либо было бессмысленно. Вокруг по-прежнему тишина, порядок и, на первый взгляд, ничего не поменялось. Но под потолком в углах висели белые купольные камеры, эдакие аккуратные полусферы на круглых основаниях. Они почти сливались с побелкой, и только крохотные красные точки внизу выдавали их: они мерцали как остывающие угольки. Теперь дом не пуст, а я под присмотром — неприятным, чужим присмотром… Ладно…

Знакомство с инструктором по бодзюцу прошло буднично и как-то скучно, что ли. Мужчина в возрасте, невысокого роста, с восточной внешностью представился: — Зовите меня Мастер Чжан. Давайте приступим.

И всё. И мы приступили.

Мне понравилась его деловитость и спокойные, негромкие пояснения. Пробежка, скакалка, разминка, наклоны и скручивания. Шест он дал мне в руки только спустя тридцать минут. И учил лишь чувствовать его вес, менять хваты, выписывать в воздухе круги и восьмерки.

— Эти движения должны быть доведены до автоматизма. — говорил он, поправляя мои руки, держащие шест. — Не думать. Тело должно само знать, что и как ему делать. Следи за дыханием.

Я дышала, пыхтела и старательно запоминала. Руки подрагивали от напряжения. Если раньше были мысли, что тренер сразу научит меня каким-то боевым приемам, то теперь пришло понимание, что это будет не так легко и просто, как в моих мечтах. Однако, я не расстраивалась. Знала, что любая учеба постигается небольшими шагами, повторениями и усердием. Наверное, в спорте так же.

А когда я провожала мастера Чжана до двери, меня выловил Андрей Валерьевич. Сопровождающий нас охранник, который всю тренировку стоял у дверей нашего маленького спортзала и мой новый тренер вышли, а я была сопровождена на кухню.

— Анна Андреевна — тон мужчины был спокойным, но я напряглась. Было в нем что-то такое… Как отголоски грома на ясном, казалось бы, небе. — Позавчера вечером здесь кое-что произошло. И он замолчал, глядя на меня.

Я нахмурилась, вспоминая. Вспомнила. Кивнула.

— Почему вы не сообщили о произошедшем? Вы звонили мне сразу после инцидента, но не сказали о нем ни слова. — вот теперь его возмущение слышалось явственно.

— Я не сообщила потому, что не сочла это важным, Андрей Валерьевич — отчеканила я.

— Напрасно! Это не штатная ситуация. Более того, если вы продолжите замалчивать подобные события, свидетелем которых станете, это может нанести вам непоправимый ущерб. Вы понимаете это?

— Не совсем — я пожала плечами. — Как это может мне навредить?

В ответ я была вынуждена прослушать получасовую лекцию о том, что сегодня люди, работающие в доме, пренебрегают правилами приличия, а завтра уже подсыпают в еду что-нибудь эдакое или тайно впускают в дом подозрительных личностей. Потому, что моральные границы у них размыты или не хватает банального соображения о том, что делать можно, а что нельзя.

— Обещайте мне, если вдруг случится или покажется странным хоть что-то, вы не промолчите. Любой взгляд, слово, поступок, вы берете трубку и сообщаете мне. — он был серьезен, суров и, кажется, слегка зол.

— Обещаю — я опустила голову. На самом деле не хотелось, чтобы этот проницательный тип заметил, что мне не нравится ни сам разговор, ни его давление на меня. Слишком много давления. И если от Виктора Николаевича я еще сносила подобное отношение, то от начальника охраны… Мое терпение не бесконечно и сейчас было на исходе. Когда поучения закончлись, я встала, попрощалась и ушла. В своей комнате я подняла трубку и набрала номер экономки. Ответил незнакомый женский голос. Распорядилась насчет времени ужина и завтрака. Положила трубку. Всё это время я действовала словно на автомате, стараясь ничем не выдать чувства переполняющие меня.

Спокойно, Фейт — твердила я себе мысленно. Однако, злость и бессилие кипели во мне подобно вулкану. Хотелось вернуться в спортзал, взять шест и разнести камеры хотя бы в коридоре, ведущем к моей спальне и те, что стояли по пути на кухню, в ванную и туалет. Теперь я постоянно чувствовала, как мне в спину кто-то смотрит и это выводило из себя, бесило, раздражало…

Нет, крушить и ломать бессмысленно и неправильно. Но что-то делать было надо. Я набрала в ванную воды и погрузилась в нее с головой. Открыла глаза, глядя, как на поверхности блестит пена. И почувствовала, как моя ярость не уходит, но словно приглушается. С этим надо что-то делать… Завтра приедет психолог, я поговорю с ней. А пока мое спасение — в Вальдире. Значит, я буду проводить там как можно больше времени, обойдусь и без прогулок.

Ворчание Гликерьи, шелест страниц книги, даже тихое уркание слима, которому травница только что бросила несколько начавших портиться корешков приводили мои чувства в равновесие. Здесь мне было гораздо лучше, чем дома и я от души наслаждалась этим. Учиться, изучать травы, зелья, прокачивать навыки — вот что мне интересно.

— Фейт. Фейт! — голос травницы пробился через мои мысли.

— Ой. Да, тетушка, Луша. Извините, задумалась — покаянно произнесла я.

— Задумалась! О ком же ты задумалась, деточка? Неужто сердечко твое пленил кто? Не алхимик ли вчерашний? — в голосе женщины послышалось неодобрение.

— Да что вы такое говорите… — пробормотала я в изумлении — Думала о том, что учиться усерднее надо. — А алхимик… Он меня в ученицы вчера принял.

— Что? В ученицы? — от удивления ее брови поползли вверх — Нелюдимый он, грубый. Обижать ведь тебя станет, подумала бы сначала хорошенько! У него в лавке и не держится никто, день-два, а потом вылетают как пробки из бутылки, да с криками, скандалами.

— Не переживайте, я справлюсь. Да и учебы много не бывает. Атлас я тоже еще не до конца выучила! — Я продемонстрировала ей обложку книги. — Надеюсь, вы не против?

— А чего мне против-то быть? Старательная ты. Что не попрошу, всё делаешь. Так что пока я тобой очень довольна. — она подчеркнула голосом слово «пока» и подула на выбившуюся из прически кудрявую прядь.

Я улыбнулась про себя. Гликерья как всегда, в своем репертуаре. — Тетушка Луша, всё, выучила я. Дальше какое задание будет?

— А всё то же. Раз травы новые выучила, то иди, да собирай их. А если других наберешь, из тех, что до этого приносила, то заплачу за них тебе, не обижу. Всё ли поняла, Фейт?

— Всё поняла — отчиталась я, приняв стандартное задание, подхватывая посох и направляясь к выходу.

У Южных ворот сегодня стояло больше стражников, чем обычно и я увидела, что тракт патрулируется тройками стражей. Значит, сегодня агров тут можно не бояться. Без опаски вышла на лужок и тут меня настигло сообщение от Мастгина: «Иди пока без меня, буду позже, напишу». Я, как ни странно, даже обрадовалась. Давно уже хотела попробовать одну штуку.

Собирая травки я уходила всё дальше к лесу. Брала всё подряд, что знала, а цветков того самого ведьмина вереска нарвала побольше, но на этот раз не только сиреневых, но и серых. Принесу их в лавку алхимика, уточню, для какого зелья они нужны, может быть, выучу новый рецепт.

Зайдя за те самые кусты, обильно растущие полукругом и заслоняющие меня от городских стен я оглянулась по сторонам. Вокруг никого. Отлично, приступим. Открыв интерфейс магической книги я «щелкнула» по заклинанию «Скрытый в тумане» и выбрала опцию сделать активным. Выскочило окно с предложением изучить информацию. Согласилась и прочитала:

«Скрытый в тумане»

Тип: Маскирующая/Природная магия

Ранг: Высший

Базовое потребление маны: 7–10.

Длительность: 3–4 секунды

Эффект: Тонкая пелена тумана радиусом 1-1,5 метра.

Особенности: Туман стелется по земле; если рядом есть влага (роса, водоем), расход маны уменьшается до 4-6, длительность заклинания увеличивается до 6-7 секунд.

Важно: Сильный ветер рвёт завесу; огонь и жар рассеивают её за 1–2 секунды; магия истинного зрения видит сквозь неё с помехами.

Когда я закрыла окно с информацией выскочило еще одно, с коротким пояснением и двумя рисунками. Рассмотрев их я поняла, что заклинание помещается в любую руку по выбору. Выбрала правую и заметила, как через запястье на ладонь скользнул светящийся серый сгусток. Готово. Теперь надо сделать рукой короткое движение снизу вверх, если следовать подсказкам на рисунке. Эдакий жест «Встань». Сразу вспомнилась преподавательница по музейному делу в институте, что частенько использовала этот жест на лекциях. Если кто-то шумел, разговаривал или занимался чем угодно, но не учебой, к нему применялся именно этот жест, после чего нарушитель вставал и публично подвергался порицанию. Я, к слову, ни разу не была уличена в подобном, чем даже втайне гордилась. Впрочем, не стоит отвлекаться на воспоминания из прошлой жизни. Что там дальше…

Ага. Делать это движение нужно быстро и плавно, не рывком. Полностью вытягивать руку вперед не обязательно. Попробую.

Согнув руку в локте я сделала короткое движение ладонью, глядя на траву под ногами. Сгусток в ладони засветился ярче и через секунду и трава и растущий рядом куст скрылись в полупрозрачном тумане. Раз, два, три, чет…По туману прошла рябь и он исчез. Куст снова стал прекрасно виден. Мана — минус 7 очков. Эх, маны у меня маловато. Так дело не пойдет! Я открыла окно характеристик и забросила все 5 свободных очков в Интеллект.

Уровень: 6.

Сила: 10

Ловкость: 10

Выносливость: 10

Интеллект: 3

Мудрость: 6

(баллов для распределения: 0)

Вы получили достижение «Умник» первого ранга! Ваша награда за достижение:

+1% к шансу идентификации предметов.

+50 к количеству пунктов маны.

Вот, теперь другое дело! Пора бы попробовать прогуляться по лесу. Возможность скрыться хотя бы ненадолго давала отличные шансы выжить и даже уйти без потерь. Перехватив посох специальным хватом я лихо выписала в воздухе круг. Ух ты! Здесь это получилось гораздо легче, чем в реале. Ну всё, держитесь мобы и растения, я иду!

Спустя полчаса я вышла обратно к кустам из леса. Мне пришлось прервать свою увлекательную прогулку потому, что объявился будущий великий тихушник и написал, что ждет меня на том месте, где «скоропостижно скончался от стрелы супостата». И это не я придумала, так было написано в его сообщении. Странно, что это вдруг на него нашло?

Выйти-то я вышла, обошла кусты, но никого не увидела. Опять прячется? Ничего, теперь и у меня найдется, чем его удивить. Скастовав «туман» я тихонько начала обходить куст с другой стороны, стараясь поддерживать заклинание постоянно и глядя, как быстро тает полоска маны. Эх, её нужно больше. Гораздо больше!

— Ого! — очень тихий возглас изумления я услышала чуть слева от куста, хотя, готова была поклясться, что там никого не было. — Это что за чудо такое! Магия?

Но я бесшумно кралась на голос, не откликаясь. Одновременно с тем, как исчез мой туман, полностью иссушив и так жалкие остатки маны, увидела спину в знакомом сером балахоне. Бу! — громко крикнула я и Мастгин подпрыгнув и развернувшись в прыжке оказался ко мне лицом к лицу. В обеих руках по кинжалу, лицо перепуганное, круглые глаза вытаращены. Зрелище было настолько комичным, что я не выдержав, расхохоталась в голос. — Ох, не могу — меня душил смех и я упала на колени, продолжая смеяться.

— Ну тебя! — в голосе парня слышалось облегчение вперемешку с досадой. — Напугала!

— Ахахахаха — заходилась я в корчах — Ох, извини — перестать смеяться вот так сразу у меня не получалось — Не смогла удержаться. Увидела твою спину и… Оно само как-то. Не злись, ладно?

— Ладно — проворчал он, тоже улыбаясь. — Не ожидал от тебя такой подлянки, вот честно!

— Не поверишь, сама от себя не ожидала — внезапно призналась я.

— А поначалу такой отмороженной казалась, серьезной. Ну какая ты серьезная после этого? А если бы я тебя кинжалами, а? — он укоризненно покачал головой.

— Ну правда, Мастгин, оно само как-то, я даже подумать не успела — не то, чтобы мне было стыдно, наоборот, смешно, но я видела, как он переживает за свой внезапный испуг, поэтому добавила: — Я больше не буду... Ну, наверное... Прости.

— Прощаю! — по-королевски напыщенно возвестил он и тут же перешел на совсем другой тон: — Давай рассчитаемся за вчерашний лут и продолжим прокачку. Тем более что ты обзавелась очень интересным заклинанием, мне нравится, полезное. Но и я тоже кое-что в Гильдии магов изучил. Теперь не пропадем!

Спустя два часа мы оба со всех ног мчались к безопасной городской стене. Почему мы мчались? А потому, что мой спутник чересчур увлекся преследованием поросеночка «на отбивные», как он выразился и не заметил мамашу. Монструозного вида кабаниха двадцатого уровня выскочила на нас так внезапно, что Мастгин только успел выдохнуть «бежим» и вот мы бежим.

Я еще пару раз пыталась запутать моба своим туманом, но мана кончилась, а темное облачко заклинания тухушника наоборот делало его более заметным при ярком свете дня. Додумался тоже! Такая маскировка спасет в темной подворотне или во мраке ночи, но не сейчас! Хорошо, что нас было двое и взбешенная мамаша убиенной «отбивной» металась от одного к другому, иначе бы кто-то из нас точно не смог убежать.

Полоска выносливости уже была желтой, да и здоровье не ахти, успела меня мстительная кабаниха пару раз зацепить. Кусты мы миновали стремительно, но в этот раз со стены не летели стрелы. Наверное, ржут над нами — промелькнула мысль. Третий день я веселю дежурящих стражников своим бегом. Впрочем, раздавшийся над головой свист стрелы и кабаний визг дал мне понять, что мы снова легко отделались. Но остановиться рискнула только когда вспомнила о том, что впереди канава и очень, очень скользкий склон. Я-то вспомнила, а вот напарник забыл и продолжал свой бег. Впрочем, недолго. Короткое ругательство, громкий плюх и всплеск воды дал понять, что утро у меня сегодня определенно задалось.

— Смейся-смейся — ворчал Мастгин, зацепившись за конец протянутого мной посоха и влезая вверх по склону.

— Ты тоже надо мной смеялся! — парировала я. А тебе всего лишь рассказали о том, как в этой канаве искупалась я. Поверь, видеть это своими глазами — бесценно! — я закрыла лицо руками, аж всхлипывая от неуемного ржача.

— Мелочи — отмахнулся он. — Высохну. Зато мы с прибытком и без потерь, а это, уж поверь, самое главное! Мало у тебя маны, мало! — припечатал он. — А свободные очки за новый уровень сразу надо было в Мудрость вкидывать, а не ждать у моря погоды! Не прогуляться ли нам прямо сейчас на Плосефонт? Скинем лут, денежек станет больше. Купишь себе пару-тройку колечек, серьги какие, да одежку получше, с бонусам на защиту, а?

Но я не ответила, наблюдая, как гремя доспехами, по шелковой траве луга в нашу сторону идут сразу двое привратных стражей.

Глава 23. Зов. Непростой выбор.

Двое стражников остановились перед нами не перекрывая путь, но выражение их суровых лиц не оставляло возможности просто уйти. Тот, что повыше, снял шлем и с ухмылкой сказал:

— Ты, девица, третий день уж выбегаешь из тех кустов, как нарочно. Скоро ребята наши ставки делать начнут, что у тебя стряслось на этот раз. Мы всегда настороже, всегда следим и охраняем, — продолжил он, кивнув в сторону темнеющего леса. — Свинью подстрелили, да. Но потому, что решили — гарнизону не помешает мясца, раз само в руки идет.А второй, глядя не на меня, а на моего спутника строго предупредил:— Но вы на это особо не рассчитывайте. Дикие свиньи — не агры, и не наша забота. Да и мы вам не няньки, уясните это! А ты, юнец, коли готов помочь страже в розыске агров, что вчера на вас напали, подходи к Южным воротам через час после полудня. Отправишься с нами. Что скажешь? — и он замолчал, пристально уставившись на моего напарника.

Но то, что произошло дальше повергло меня чуть ли не в шок потому, что Мастгин внезапно выпрямился, лицо его стало серьезным и каким-то торжественным и он четко ответил:

— Сочту за честь, уважаемый страж! Буду у Южных ворот вовремя. Спасибо, что возьмете меня с собой, я горд оказанным мне доверием, да и у меня к этим гадам свои счеты! — и всё это он выдал даже не моргая и преданно глядя стражнику прямо в глаза.

Им понравился его ответ. Первый стражник добавил: — Что ж, посмотрим, на что ты годен. А ты, девица, учись справляться с трудностями сама, уяснила ли?

— Уяснила, уважаемый страж — пробормотала я.

Но тут он усмехнулся и добавил: — А впрочем, забавна ты. Мало кто тут каждый день бродит на одном и том же месте, только ты вот травы свои собираешь. Присматривают за тобой стрелки, присматривают… С этими словами они развернулись, доспехи звякнули, и стражники пошли прочь, унося трофей.

Я повернулась к напарнику, без слов вопрошая — что это сейчас было, на что он скорчил самодовольную гримасу и сказал: — Совсем не соображаешь, Фейт? Это же городская стража! Да мне репутация с ними важнее золота любого!

— Хм… — я задумалась — Это потому, что ты вор и тихушник?

— Именно! — Знала бы ты, как плюсовая репутация с городской стражей может выручить в неприятной ситуации! И даже если она потом рухнет, то есть неплохой шанс избежать очень серьезных последствий — тут он покачал головой и добавил: — Слушай, извини, но сегодня погулять по самой шумной площади Альгоры не получится, сама понимаешь. Давай, может, на завтра перенесем? Всё равно же ты задания травницы выполняешь до конца недели. А нам как раз и кач и приработок хороший.

— Давай — кивнула я — Тем более что после обеда я буду занята.

— Занята? Ишь, деловая какая — удивился парень — Ну, давай до лавки провожу, да побегу. Лут сбывать и обратно к воротам. Ни за что не пропущу этот квест!

Как назло, в тот момент, когда мы подходили к лавке, из двери вышла Гликерья, на ходу перевязывая фартук поплотнее и увидела нас. Её брови нахмурились и я поняла, что она уже напридумывала себе лишнего. Не зря же всё время спрашивает, есть ли у меня «друг сердешный» и переживает, не влюбилась ли я в кого. Поэтому я тихо шепнула Мастгину — Иди дальше! Делай вид, что случайный знакомый.

Вот в чем, в чем, а в смекалке моему спутнику было не отказать. Он не остановился, не заорал на всю улицу «а почему?», нет. Он сделал именно так, как попросила. Когда я повернула к лавке он так и пошел дальше по улице, не прощаясь и даже не взглянув в нашу с травницей сторону.

— Кто это был? — строго спросила женщина, заходя в лавку за мной.

— Да так, знакомый один, встретились случайно у ворот — откровенно врать не хотелось, но и рассказывать ей всю историю нашего знакомства — тоже.

— Да? — подозрений в голосе травницы меньше не стало.

— Да, тетушка Луша. Не волнуйтесь, просто случайный знакомый. Я травы собирала. Много набрала, посмотрите? — и стала выкладывать на прилавок охапки растений.

Она наблюдала за мной, а когда последние стебли были извлечены и представлены пред ее очи, взгляд ее глаз смягчился и она расщедрилась на похвалу: — Молодец, деточка. Радуешь меня, радуешь. Не зря сестрица моя тебя рекомендовала. Работящая ты, старательная и усердная. Только вот мужчин как-то многовато вокруг тебя крутится!

Я от такого внезапного заявления аж дар речи потеряла. Мужчины? Крутятся вокруг меня? Ага, конечно. Прямо круги наворачивают как коты вокруг миски со сметаной. Мне стало смешно, уже который раз за это утро, но я неимоверным усилием воли сдержала непрошенную улыбку. А травница, не подозревая ни о чем, продолжала говорить: — Ну, давай разберем всё, да потом сухие травы по пакетам разложим. А после обеда будешь свободна на сегодня.

— Хорошо. — обрадовалась я. Ведь меня сегодня ждала грандиозная уборка в лавке алхимика. Возвращаться в реал до вечера я не собиралась. Главное — успеть на встречу с психологом. Сегодня мне было, о чем с ней поговорить.

Лавка алхимика. Вот уж, конечно, там мне пришлось потрудится на совесть. Грязи было прямо много. Особенно по углам, а про паутину и пыльные полки я вообще молчу. Забавно, что спереди, до флаконов, пыль была сметена, а вот отодвинуть все эти склянкибутылёчки никто не потрудился — и за ними слой пыли впечатлял.

Мытье ужасно грязных котлов на заднем дворе тоже не доставило мне особого удовольствия. До колодца я носила их по одному. Тяжелые, неудобные, да еще и грязнющие снаружи. Настолько закопченные, что если бы не фартук и перчатки в его кармане, без спроса взятые с одной из вешалок, я бы была похожа на трубочиста. Нет, внутри они были довольно чистыми. Из одного явственно пахло мятой и чем-то ягодным, а из другого, наоборот, воняло какой-то горечью, аж глаза слезились. Третий вообще пришлось скрести специальным скребком, черный толстый слой гари не поддавался больше никак. Но я терла, мыла, скребла и ополаскивала, словно на автомате. Мои мысли были далеко отсюда.

Почему-то мне казалось, что я слышу шепот Серого Духа. Он словно звал меня, кричал, но настолько тихо, что слов разобрать было невозможно. Когда я закончила, наконец, наводить чистоту и порядок в лавке наставника, то поняла, что сейчас же должна вернуться в гостиницу, в свою личную комнату. Возможно, мне просто показалось, что сущность, живущая в серпе, зовет меня, может быть, это лишь отголоски памяти, что никогда не отпускают до конца. Легендарный комплект. Вот что всё это время было в моей голове. Если бы не Серый Дух, я бы, скорее всего, не стала связываться с этими вещами. Продала бы их и жила себе спокойно. Но… Но я этого не сделаю. И если гребень — просто предмет, то серп… Можно сказать, что он живой. И я чувствую какое-то необъяснимое родство с ним, словно мы связаны. Впрочем, наверняка так и есть. Мы связаны. Поэтому, разложив на листе пергамента серые цветочки ведьминого вереска для просушки и закрыв за собой дверь на ключ, я направилась на север Альгоры.

Шла уже не раз хоженным маршрутом, но сегодня замечала куда больше.