Диалоги с Дьяволом

– Что? – очень тихо переспросил он. – Я не ослышался? Ты поставила имя Люцифера в один ряд со словами «искренно», «доверительно» и «открыто»? А мне говорили, ты умная, Алиса, – Вебранд презрительно скривился, отчего его красивое лицо исказилось до неузнаваемости, ибо презрение было против его природы. – Послушай себя, что ты говоришь? Неужели ему хватило всего одного разговора, чтобы затуманить твой разум?

– Вовсе это не так! – в возмущении воскликнула Алиса. – Я лишь говорю, что он мне таким показался. И да, он мне понравился. И нет, – предупреждая новый поток слов Вебранда, повысила голос девушка, – это ничего не меняет. Потому что я в самом деле умная, Вебранд. И зная наверняка, что Ад существует, я точно туда не хочу. Но мне интересно посмотреть, что он может мне такого предложить.

– Ты так молода, а тебя уже насквозь проело тщеславие, – Вебранд отодвинулся от неё, всем видом показывая свою неприязнь. – Возомнила себя владычицей морскою, забыв, с кем имеешь дело. Он играет на твоём характере, разворачивает его так, чтобы ты считала себя победителем. А на деле ты только сильнее вязнешь в болоте его игр. Для меня это – работа, для тебя – жизнь, Алиса, а для него – всего лишь развлечение.

Повисла давящая тишина, во время которой Алису переполняли противоречивые эмоции, что мешало ей произнести хоть слово. Но, к сожалению, превалирующей эмоцией было негодование от того, за кого он её принимал. Поэтому говорить начал снова он.

– И поистине, я не встречал более вздорного подопечного, чем ты, – продолжая презрительно раздувать ноздри, возмущался Вебранд. – Ты послушай свою мотивацию. В Ад она не хочет! Всё дело в этом? В страхе перед Адом? Я думал, что в тебе живёт частичка благодарности к Всевышнему за всё, что Он даровал тебе. И что ты будешь руководствоваться этим, когда станешь распоряжаться своей жизнью и Его уважением!

– Кто бы говорил! – наконец взорвалась Алиса. – Позволь узнать, где были твои мысли о Его уважении, когда ты против воли брал ту девушку на снегу! Ты ни черта не знаешь ни о моём к Нему отношении, ни обо мне самой, так что не суди так поспешно! Я думала, ты будешь мне благодарен за то, что я сделала для тебя, а ты…

– Ну вот мы и перешли на «ты».

Это было произнесено очень тихо, однако оборвало её на полуслове. Почти всю свою гневную тираду она говорила, не глядя на Вебранда, и теперь, подняв на него взгляд, сразу же об этом пожалела.

– Ты ещё более тщеславна, чем я предполагал, – Вебранд поднялся с места, продолжая говорить всё на одной ровной низкой ноте. – Значит, ты считаешь, что это благодаря тебе я здесь? – он рассмеялся, и Алиса вся похолодела от ужаса. Слышать такой смех у Люцифера было приемлемо, но Люцифер так не смеялся. А вот её ангел-хранитель – да.

– К твоему сведению, Алиса, «благодарить» за это я должен Люцифера, – он продолжал иногда издавать смешки. – Это он явился к Всевышнему, просил за меня, заявил, что я давно искупил свою вину и заслуживаю нового шанса. И меня «освободили досрочно за хорошее поведение», – он близко наклонился к её лицу, заставив её отпрянуть. – И тебя не касается то, что произошло тогда в Арктике. Тебе не повезло, Алиса, ибо моё хорошее настроение покинуло меня раньше срока. Называть меня на «ты» я тебе больше не позволю. Правила у нас будут простыми: ты не дерзишь мне больше никогда; при появлении Люцифера ты зовёшь меня немедленно; и ты пересмотришь свои взгляды на жизнь и научишься быть благодарной не только в вечерней молитве.

– Звать вас, – она сделала ударение на местоимении, – я могу только в случае пожара, наводнения или другого внезапного катаклизма?

Язвительность в её голосе граничила с сарказмом, что не добавляло ей очков в данной ситуации, но Вебранд уже полностью взял себя в руки и пропускал интонации мимо ушей.

– Вздор. Ты можешь звать меня тогда, когда сочтёшь это нужным. Будет лучше, если все свои мысли отныне ты будешь доверять не дневнику, а мне. Или же ты можешь писать всё на бумагу и давать мне читать после, иначе…

– Вот ещё! – вскрикнула Алиса.

– …иначе, – как ни в чём не бывало продолжил Вебранд, – я сочту, что есть нечто опасное для твоей психики, что ты скрываешь от меня, но что может стать доступным твоему «открытому» и «искреннему» Люциферу.

– Тогда я тоже больше не разрешаю вам обращаться ко мне на «ты»! – вспыхнула девушка.

– Как угодно, – он в последний раз смерил её презрительным взглядом, а затем чуть склонил голову. – Был раз знакомству, всего хорошего.

И он исчез в ослепительной вспышке белого света. Алиса была на сто процентов убеждена, что он сделал это нарочно. Закончив моргать и различив перед собой контуры кухни и тарелки супа, она в сердцах разбила последнюю об пол. Суп разбежался по всему кафелю. Однако, выплеснув гнев, Алиса снова ощутила жалобное урчание в животе и с грустью уставилась на осколки.

Некоторое время просидев, уставившись на то, что было тарелкой, Алиса вспомнила, что скоро домой вернётся папа, в связи с чем не мешало бы привести кухню в первоначальное состояние. Подметая осколки керамики и ссыпая их в мусорное ведро, девушка обдумывала некоторые события. Невероятно, но ей удалось всего за один день вывести из себя сразу двух архангелов. Да что там, за один день – за пару часов. И обдумав этот факт, Алиса решила, что он не в её пользу. Кроме того, к своему удивлению, она поняла, что многовато совпадений в том, что обещал ей на счёт Вебранда Дэвид, с тем, чем пригрозил ей её новый Хранитель.

Не зря говорят, что физический труд приводит мысли в порядок. Водя половой тряпкой по кафелю кухни, Алиса осознала, что в ней совсем не осталось злости на Вебранда. Она прокрутила в своей голове весь их разговор и пришла к выводу, что её слова можно было воспринять только так, как сделал это архангел. Он ведь совсем не знал девушку, а потому его выводы приняли ту форму, которая казалась самой очевидной. Кроме того (в чём девушка созналась себе намного неохотней), Люцифер и правда обладал даром расположить к себе и заболтать до потери ориентации. Поэтому в голове Алисы поселилась непрошеная мысль о том, что, возможно, только возможно, Вебранд был прав, и манера разговора Люцифера была всего лишь способом привести Алису, в конечном итоге, не к тому пункту назначения. И то, что казалось девушке одобрением и восхищением, на деле являлось всего лишь снисхождением и прямой заинтересованностью. Признаться, этого ей совсем не хотелось. Она могла терпеть снисхождение Вебранда, что было почти приемлемо, могла терпеть даже снисхождение Дэвида, в котором совершенно разочаровалась как в личности. Но от Люцифера ей нужно было другое. Ей хотелось, чтобы он на самом деле принимал её за равную, а не заведомо смотрел свысока, как делали это представители Небесного Престола.

Алиса вздрогнула и уныло уставилась на тряпку. Чёрт, ею в самом деле владело тщеславие. Равенства ей захотелось, ха. Ну а последняя мысль Алисы далась ей труднее остальных, так как вызвала густую краску стыда. Она поставила ему в упрёк тот самый случай, за который сама же его и оправдывала. Как можно было быть такой… невоспитанной. Она в первый раз его видела, он был с ней вежлив, в хорошем настроении. Как она могла позволить себе такое поведение? Как могла быть такой жестокой и эгоистичной? Хорошее начало сотрудничества, ничего не скажешь. Люцифер действительно оставил в её душе свой негативный отпечаток. Но теперь это предстоит как-то исправлять. Перед её глазами на секунду предстало лицо Люцифера, довольно ухмыляющегося тому, как сложились у неё с Вебрандом отношения. Алиса поморщилась. Однако это ей дало пищу для размышлений.