Манагер подземелья

Джетт Рид

Манагер подземелья

Глава 1. Принцип Петри, или Добро пожаловать в админ-панель Ада

Меня зовут Артем, и я умер от бумажного пореза.

Нет, это не метафора. За неделю до дедлайна годового отчета я порезал палец краем срочного приказа о повышении KPI по синергии. Рана загноилась. Врач в поликлинике, куда я выбрался через три дня, лишь грустно покачал головой: «Сепсис. Поздно. Вы же интеллигентный человек, почему тянули?» Я хотел объяснить про квартальный план, но мир уплыл в серую муть.

А потом я проснулся за столом.

Но не в белых хоромах и не в раскаленных подземельях. Передо мной был стандартный офисный стол цвета «дерево скука», заваленный стопками пергаментов. Слева – безнадежно захламленный стеллаж, где на полке, подмигивая мне, стояла стеклянная сфера с надписью «Миссия на сегодня». Справа – доска для заметок, испещренная какими-то рунами, среди которых я с диким облегчением узнал знакомые графики Ганта. В воздухе пахло пылью, старой бумагой и… серой. Буквально. Словно кто-то невидимый жег спички.

«Офис, – первая связная мысль пронзила мозг. – Я в аду. И это офис».

Передо мной лежал открытый свиток с заголовком, набранным витиеватым, но понятным шрифтом: «ВНУТРЕННИЙ ПРИКАЗ № 666/н».

Ниже текст:

Кому: Куратору Подземелья № 777 «Хлюпийские Катакомбы», Артемусу (временно исполняющему обязанности).

От: Отдела Кадров Потусторонней Администрации (ОКПА).

По вопросу: Вступления в должность и срочного устранения инцидента уровня «Критический».

Уважаемый Артемус! Поздравляем с успешным пост-мёртвым трудоустройством! На основании анализа ваших прижизненных компетенций (менеджмент, отчетность, хроническое неумение говорить «нет») вы назначены на ключевую позицию в инфраструктуре Развлечений для Героев. Ваша задача – обеспечить бесперебойный и регламентированный процесс прохождения подземелья «Хлюпийские Катакомбы» группами авантюристов уровней 3-5.

ИНЦИДЕНТ: В результате безответственных действий предыдущего Куратора (переведен на участок по выращиванию кислых болотных ягод) произошла несанкционированная ротация босса 3-го уровня. Вместо утвержденного «Гнилого тролля-смотрителя» в финальном зале активирован Принцип Петри (справка: самовоспроизводящаяся амебообразная сущность с индексом угрозы 7.8). Сущность поглотила тролля, вышла за рамки выделенной зоны и, цитируем донесение младшего беса-смотрителя, «сожрала пол арсенала и две каморки гоблинов-рабочих, активно плодится и проявляет признаки коллективного интеллекта».

ТРЕБОВАНИЕ: Немедленно локализовать инцидент, предоставить отчет по форме ПД-7 («Чрезвычайные происшествия») и обеспечить возобновление проходимости подземелья к плановой проверке Высшей Инспекции Чародеев (ВИЧ), которая состоится через 5 (пять) рабочих циклов свечения кристалла.

Приложение: 1) Схема подземелья. 2) Мануал для новых сотрудников. 3) Таблица норм расхода зелья на один проход.

Я уставился на текст. Пост-мёртвое трудоустройство. Принцип Петри. Плановая проверка. У меня заныла та часть мозга, что десять лет отвечала за сдачу квартальных отчетов. Хаос. Авгиевы конюшни. Мне, новичку, подкинули горящий проект с сорванными сроками и вышедшим из-под контроля… биологическим оружием? Я почувствовал странную, почти ностальгическую тоску. Это было знакомо. Это было моё.

«Ладно, Артем, – прошептал я себе. – Ты умер от бюрократии. Теперь ты будешь ею править».

Я хлопнул ладонью по сфере «Миссия на сегодня». Она мутно вспыхнула, и в воздухе возник голографический интерфейс. Но это не были сияющие цифры «Сила 10, Ловкость 5». Это была панель управления проектом.

Проект: «Хлюпийские Катакомбы».

Статус: КРИТИЧЕСКИЙ.

Прогресс проходимости: 12%.

Задержка по графику: 47 циклов.

Ключевые риски:

Принцип Петри в фазе активного роста (зоны 3-B, 4-A).

Не укомплектованность кадрами: гоблины (дефицит 8 ед.), скелеты (дефицит 15 ед.).

Низкий моральный дух команды монстров (индекс МД: 2.1/10).

Заканчиваются бюджетные зелья здоровья (осталось 3 флакона).

Внизу мигала кнопка: «Созвониться с командой».

Я вздохнул и нажал.

Сфера загудела, и по комнате поплыли голоса, точнее, рычание, хрип и невнятное бормотание.

– Слушаю всех, – сказал я, стараясь вложить в голос твердость миддл-менеджера, проводящего планерку в пятницу вечером. – Доложите обстановку. Кратко.

– Господин Куратор? – просипел тонкий голосок. – Это я, Скрипт, младший бес-смотритель. Оно… оно съело Морбуга! Морбуг был главным гоблином! Теперь все гоблины отказываются заступать на пост у моста! Грозятся уйти в соседнее подземелье, к оркам, там соцпакет лучше!

– Соцпакет? – не удержался я.

– Им обещают по две овцы в месяц и пару деревенских девиц для устрашения, – пояснил Скрипт. – У нас же только одна овца и график дежурств. Они требуют пересмотра коллективного договора!

В голове щелкнуло. Кадровый кризис. Первое, с чего надо начать.

– Скрипт, подготовьте для меня визуализацию зон поражения Принципа Петри и текущий штатный график. А гоблинам передайте, что их требования будут рассмотрены на внеочередном собрании трудового коллектива после ликвидации инцидента. И что саботаж – основание для увольнения с волчьим билетом… тьфу, с черной меткой.

– Так точно, господин Куратор!

– Еще кто на линии? – спросил я.

Раздалось тяжелое клокотание. – Я… Бурбулятор. Хранитель… первого зала. – Голос звучал так, будто его обладатель говорил из-под плотного слоя грязи. – Петри… отгрыз мне две ноги. Временные. Восстанавливаются медленно. Я на больничном. Мне нужно… компенсацию… за травму на производстве.

Я закатил глаза. Даже тут. Я быстро нашел в памяти мануал и процитировал: – Согласно статье 34 Устава Недр, травмы, полученные от неучтенных форм жизни, не являются страховыми случаями. Вам положен только бесплатный регенерационный сеанс у местного шамана-костоправа. Его контакты в справочнике.

Бурбулятор что-то недовольно пробурчал и отключился.

Третьим был тихий, печальный голос. – Куратор… Это Лорх, скелет-лучник с западной галереи. У меня… проблема с мотивацией.

– В смысле? – спросил я.

– Ну… Я стою там уже тридцать циклов. Стреляю раз в неделю. Промахиваюсь. Герои меня разбирают на запчасти. Потом меня собирают. И я снова стою. В чем смысл, господин Куратор? В чем цель моего существования?

У меня внутри все оборвалось. Это было уже слишком. Выгорание у нежити. Мне потребовалась вся моя выдержка.

– Лорх, – сказал я максимально мягко. – Ваша цель – обеспечивать соблюдение плановой сложности зоны. Без вас герои проходили бы галерею слишком быстро, не набрав достаточно опыта для следующего зала. Вы – важный винтик в системе. Я ценю вашу преданность. После проверки мы обязательно проведем сессию по постановке персональных целей развития, хорошо?

– Понял… – голос прозвучал чуть живее. – Спасибо, что выслушали.

Связь прервалась. Я откинулся на стуле, который противно скрипнул. Передо мной была классическая управленческая задача: техногенная (вернее, биогенная) авария, дефицит ресурсов, демотивированный коллектив и дамоклов меч в виде проверки сверху. И пять дней на всё.

Я открыл приложенную схему подземелья. Это была не карта с сокровищами, а технический чертеж с этажами, вентиляционными шахтами (зачем им вентиляция?!) и зонами ответственности. Принцип Петри, отмеченный пульсирующим розовым пятном, расползался из финального зала в сторону арсенала и жилого сектора гоблинов.

Мой взгляд упал на «Мануал для новых сотрудников». Я открыл его наугад.

«Раздел 5. Взаимодействие с босс-сущностями.

5.1. Босс-сущность обязана занимать обозначенную зону активации.

5.2. Запрещается самовольное поглощение другого персонала без письменного разрешения от Куратора (форма БП-4 «Акт о сокращении штата»).

5.3. Перед каждым сеансом прохождения босс должен произносить утвержденную вводную речь (см. Приложение Г). Контроль возлагается на беса-смотрителя…»

Боже, у них тут всё по форме. Просто предыдущий менеджер был разгильдяем. Значит, моя задача – вернуть систему в рамки регламента. Убрать неучтенный элемент. Но как? Силовое решение – нанять героев? Слишком дорого, долго и против правил (герои – внешние клиенты, а не штатные сотрудники).

И тут меня осенило. Я снова взглянул на панель управления. На раздел «Архив инцидентов». Прокрутил. И нашел: «Инцидент № 334: Несанкционированная активность слизи в зоне 2-C. Метод устранения: применение патогенного заклинания «Сушь» с последующей утилизацией силами младших элементалей земли.»

У них есть протокол! Значит, есть и инструменты.

– Скрипт! – крикнул я в сферу.

– Я здесь, господин Куратор!

– В нашем арсенале магических средств должен быть свиток «Сушь» или его аналог. Найди. И подготовь запрос в Службу эксплуатации на вызов двух элементалей земли не ниже 3-го уровня. Форма… какая там? ЗВ-11 «Заявка на привлечение внешних подрядчиков».

– Э-э… – в голосе беса послышался неподдельный ужас. – Но это же внеплановые расходы! Нам нужно обоснование для бухгалтерии ОКПА!

– Обоснование – угроза срыва плановой проверки ВИЧ, – отрезал я. – Приоритет – максимальный. Всю ответственность беру на себя. И Скрипт…

– Да?

– Собери, пожалуйста, всех гоблинов и скелетов, кто не на боевом посту, в большой пещере №5. Через полчаса у нас будет внеочередное общее собрание. Тема: «О новом векторе развития подземелья и системе мотивации в свете предстоящей проверки». Приготовь мне графики проходимости и таблицу с предложениями по премированию.

– Слушаюсь!

Связь оборвалась. Я взял чистый пергамент и начал набрасывать план.

ПЛАН мероприятий по ликвидации инцидента с «Принципом Петри» и подготовке к проверке ВИЧ:

Кадры (Ответственный: Я). Провести собрание, стабилизировать коллектив, объявить о временных премиях за работу в ЧС.

Локализация угрозы (Отв.: Скрипт + подрядчики). Применить магический патоген + физическое устранение элементалями. Оформить акт выполненных работ.

Восстановление инфраструктуры (Отв.: Бурбулятор, после выхода с больничного). Восстановить уничтоженные объекты, запросить со склада новые декорации.

Документация (Отв.: Я). Подготовить отчёт ПД-7, обновить схемы, написать объяснительную на предыдущего Куратора.

Генеральная репетиция (Отв.: Все). Запустить тестовую группу иллюзорных героев для проверки слаженности работы.

Я поставил дату и подпись: «Артемус, ВРИО Куратора Подземелья №777».

Снаружи, из глубины каменных коридоров, донесся недовольный гул голосов. Гоблины собирались. Мне предстояло выйти к ним и произнести речь. Не как владыка подземелья, а как менеджер, который хочет вытащить их общий проект из жопы.

Я поправил воображаемый галстук, откашлялся и вышел из кабинета в сумрак коридора, освещенного тускло горящими грибами. Впереди, в большой пещере, меня ждала моя новая команда: вонючая, ушастая, ребристая и абсолютно демотивированная.

«Ну что ж, – подумал я, чувствуя, как на лице расплывается странная, почти безумная улыбка. – Начался мой первый рабочий день после смерти. И похоже, это надолго».

Глава 2. KPI для гоблинов, или Зачем дракону план развития

Пещера номер пять напоминала не логово ужаса, а заброшенный цех ЖКХ, который вот-вот должны расселить. Тусклый свет лишайников выхватывал из полумрака грубо сколоченные скамьи, на которых копошилось, переругивалось и чесалось в самых неожиданных местах около тридцати пар носителей копыт, когтей и костей. Воздух гудел от нестройного гомона, перемешанного с запахом влажной шерсти, старого железа и немытой посуды из общежития троллей. На импровизированной трибуне из ящиков со снарядами (надпись «Хрупкое! Не кантовать!» уже никто не замечал) стоял Скрипт, мелкий бес с рожками цвета потёртой меди и в очках из двух спаянных моноклей. Он отчаянно пытался водворить порядок, стуча свитком по пустой бочке из-под зелья выносливости.

– Товарищи! Коллеги! Уважаемые не/живые и полуживые! Прошу тишины! Слово предоставляется врио Куратора!

Десятки глаз – жёлтых, красных, пустых глазниц – уставились на меня. В первом ряду, развалясь, сидел самый упитанный гоблин со шрамом через глаз и самодельным значком «Профсоюз Подземного Труда» на кожаной портупее. Он демонстративно ковырял в зубах затупленным кинжалом. Рядом хлюпал, обматываясь мокрыми бинтами, Бурбулятор. А с задних рядов на меня смотрела знакомая пустота во взгляде – скелет-лучник Лорх. Его поза кричала: «Мне всё равно, но я слушаю, потому что заставили».

Я взошёл на импровизированную трибуну, откашлялся. Голос, к моей радости, не дрогнул. В нём зазвучали обертоны десятилетних планерок.

– Коллеги. Спасибо, что оторвались от… э… натачивания когтей и метания костей для экстренного брифинга. Ситуацию все знают. Она не просто сложная. Она – полный бардак, форменный беспредел и коллапс логистики.

По рядам пронёсся одобрительный шорох. Гоблин со шрамом вынул кинжал изо рта. Им нравилось, что новый босс не начинает с пафосных речей о «древних традициях ужаса», а сразу называет вещи своими именами.

– У нас сорваны все дедлайны, – продолжал я, наслаждаясь моментом. – Ключевой производственный актив, а именно Принцип Петри, устроил несанкционированную забастовку с поглощением персонала. Кадровый резерв демотивирован и, как мне доложили, рассматривает варианты перехода в соседнее подземелье с улучшенным соцпакетом. Короче, тимбилдинг провален, KPI горят, а проверка из ВИЧ – уже на пороге.

– А что такое «ка-пэ-и»? – просипел один маленький, щуплый гоблинёнок в заляпанном фартуке уборщика.

– Это то, из-за чего мы все тут и собрались, дружище, – патетически вздохнул я. – Показатели эффективности. И наши – ниже плинтуса. Но! – я воздел палец вверх, замирая в позе пророка, несущего истину. – Я пришёл сюда не для того, чтобы искать стрелочника. Хотя предыдущее руководство, – я многозначительно взглянул на потолок, с которого сыпалась пыль, – явно не справилось. Я здесь, чтобы навести порядок и вытащить это… наше общее дело из трясины. А для этого мне нужна ваша помощь. Не как подчинённых, а как экспертов. Вы знаете это подземелье лучше кого бы то ни было.

Этот поворот заставил даже скелетов-лучников на задних рядах тихо звякнуть костяшками пальцев. Их пустые глазницы с интересом уставились на трибуну.

– Итак, действуем по методу «пять почему». Первое: локализуем Петри. Кто наблюдал за его поведением? Какие у него слабые стороны? Кроме явной нехватки такта и чувства меры.

Поднялась трёхпалая лапка одного из младших гоблинов-уборщиков. Существо было щуплым, в заляпанном фартуке.

– Господин Куратор… Оно… оно не любит, когда шумят. Когда мы драили полы у третьего ответвления, оно отползло подальше. И ещё… кажется, боится сквозняков. Дрожит.

– Отличное наблюдение! – я кивнул, а Скрипт тут же начал что-то строчить на пергаменте. – Значит, можем использовать вентиляционные шахты для маневра. Ещё?

– Пожирает органику быстрее, чем металл или камень, – сипло проскрипел один из скелетов-воинов, стоявших у стены. – Мою руку, ту, что с прошлого раза недособрали, переваривало три часа. Доспехи соседние растворились за минуту.

– Важная информация для тактики элементалей. Благодарю. Заносим в протокол. Скрипт, после собрания оформи этим сотрудникам внеплановые премии. Плюс один день к отпуску или эквивалент в… чем у вас тут премируют?

– Свежими крысами, господин Куратор! Или доппингом в баню! – оживился бесёнок.

– Пусть сами выберут, – махнул рукой я, наблюдая, как в глазах гоблинов-уборщиков загорелся огонёк редкого энтузиазма.

– Теперь о главном, – перешёл я ко второй части программы. – После победы над слизью-самозванцем нас ждёт проверка. И это не просто ревизия запасов зелий. Это оценка нашего продукта. Нашего шоу! Герой, уходя отсюда, должен быть не просто обобранным или потрёпанным. Он должен быть… впечатлён! Должен рассказывать легенды у камина! А для этого нужна не просто работа, а – искусство!

В зале повисло непонимающее молчание. «Искусство» было для них словом из языка надземных эльфов.

– Это значит, – упростил я, – что мало просто выскочить из-за угла. Надо выскочить со смыслом! С эффектом! Допустим, Лорх, – я указал на скелета-лучника. – Твоя задача – создать напряжённость. Первая стрела – мимо, да. Но не просто так! Она должна со свистом пролететь у самого уха героя и звонко воткнуться в стену, осыпав его крошкой! Это – намёк. Вторая – рикошетом от щита! Третья… а третьей может и не быть, потому что в этот момент с потолка, по твоему сигналу, срывается… – я ткнул пальцем в гоблина-профсоюзника, чей единственный глаз расширился от внезапного внимания. – Как ваше имя, коллега?

Гоблин в первом ряду от неожиданности икнул так громко, что у соседнего скелета звякнули рёбра.

– Гнуск, господин Куратор, – услужливо прошипел Скрипт с трибуны.

– Срывается Гнуск! – как ни в чём не бывало продолжил я, пока именованный гоблин медленно краснел, отливающим в фиолетовый, цветом. – И кричит что-то небанальное! Не «Умри!», а, например, «За вторую смену без перекуса!!!» Это уже сценография! Командная работа!"

Лорх тихо звякнул челюстью, в его пустых глазницах мелькнула искра… интереса? Гнуск хмыкнул, но в его взгляде промелькнуло: «А это, пожалуй, идея…»

– А я? – внезапно булькнул Бурбулятор, и из его массы вылезло нечто, напоминающее голову из мокрого торфа. – Я что… тоже должен?

– Ты – наша звезда! Наш главный акт! – завёл я его, как мотор. – Ты не просто болотная масса. Ты – дух трясины! Трагедия в трёх актах! Перед атакой ты должен изрекать! Не «А-а-а-а!», а что-то… этакое. Например: «Болота жаждут… твои сапоги так блестят… они станут отличным украшением для моей коллекции…». Создавай атмосферу!

Бурбулятор выпустил целую серию радостных пузырей. Его назначили креативным директором.

Энтузиазм, хоть и осторожный, стал заразительным. Гоблины зашептались о том, как можно усовершенствовать свои засады. Скелеты тихо звякали костями, обсуждая синхронность движений. Я почти физически ощущал, как демотивация отступает под напором абсурдной, но увлекательной игры. Они не просто исполняли приказ – они участвовали в мозговом штурме.

Именно в этот момент в пещеру вкатился, запыхавшись, ещё один бесёнок-курьер. Он был весь перепачкан известковой пылью.

– Господин Куратор! Они пришли! Подрядчики! И… они требуют немедленно подписать допсоглашение об отсутствии претензий со стороны местной микрофауны! Говорят, в прошлый раз задели историческую колонию слепых пещерных мокриц, и те подали коллективный иск в магический арбитраж! В приёмной зоне А, ждут. Выглядят… солидно.

– Идём, – вздохнул я, прощаясь с мимолётной иллюзией контроля. – Скрипт, продолжай записывать идеи. Гнуск, составь список предложений по премированию. Всем спасибо, совещание окончено!

Я вышел под одобрительный (или просто уставший) гул, чувствуя странную гордость. Планерка прошла успешно. Теперь предстояло встретиться с профсоюзом элементалей.

«Солидно» – это было слабо сказано. В приёмной зоны А, среди ящиков со сломанными наконечниками стрел, стояли ДВА ЭТО. Два существа, словно сошедших со схемы пособия по геометрии, но с характером суровых прорабов. Каменные глыбы тел, пронизанные тускло пульсирующими жилами магмы, сложились в подобие фигур, отдалённо напоминающих борцов сумо. Вместо глаз – две щели, из которых лился неяркий оранжевый свет.

– Здравствуйте, – поприветствовал я. – Артемус, врио Куратора. Рад, что вы оперативно…

– Начнём с главного, – перебил меня левый элементаль, голосом обвалов и оползней. – Где акт осмотра территории? Где допуск на производство работ повышенной опасности? Где подписанный вами сертификат о том, что заклинание «Сушь» не нанесёт ущерба геомагнитной структуре локации?

Я замер. У меня не было ни одного из этих документов. Только горящее желание поскорее убрать розовую угрозу.

– Видите ли, ситуация чрезвычайная… – начал я.

– Все ситуации чрезвычайные, – сухо парировал правый элементаль. – А потом оказывается, что осадок в воздушных фильтрах не соответствует норме, и нам выписывают штраф. Покажите риск-ассисмент.

Я лихорадочно кивнул Скрипту, который, дрожа, подал ему наш единственный свиток с планом. Каменный «взгляд» пробежал по тексту.

– Приемлемо. Но требуется отметка отдела охраны труда магических существ. У вас есть такой?

– Он… в отпуске, – блеснул я находчивостью, достойной лучшего применения.

– Тогда действуем по упрощённой схеме, – проскрежетал элементаль. – Вы лично сопровождаете нас на объект, берёте на себя всю ответственность за возможный сопутствующий ущерб и подписываете вот это. – Из складки в его каменной «ладони» выпал и завис в воздухе ещё один свиток, испещрённый микроскопическим текстом.

Я, не глядя, подмахнул его. Штраф за мокриц казался меньшим из зол.

Работа элементалей была шедевром бездушной эффективности. Никакого героизма, только чистая, методичная ликвидация. Они вошли в зал, где пульсировала розовая масса. Скрипт, зажмурившись, проскрипел заклинание из свитка. Воздух стал сухим и колючим. Петри сморщился, зашипел и покрылся коркой, как забытый в холодильнике студень.

И тогда элементали взялись за дело. Это было не сражение, а демонтаж. Их мощные, тяжёлые, как отбойные молотки, руки методично вминали высохшую массу, дробили её, перетирали в мелкий, безвредный порошок. Всё заняло минут двадцать. Без эмоций. Без лишних движений. Просто работа.

Когда от Принципа Петри осталась лишь кучка серой пыли и лёгкое послевкусие пепла в воздухе, левый элементаль развернулся ко мне.

– Работы завершены. Акт приёмки, пожалуйста. И гарантийное письмо, что в течение десяти циклов не последуют претензии по поводу возможного остаточного стресса у местной породы.

– Обязательно, – пробормотал я, чувствуя себя побеждённым победителем.

Проводив каменных бюрократов и подписав последнюю пачку документов, я побрёл в свой кабинет. Усталость накрывала приятной волной. Первый пожар потушен. Коллектив если не воодушевлён, то хотя бы не бунтует. Теперь можно выдохнуть и… Нет. Нельзя.

На столе, материализовавшись из тонкого воздуха, лежал новый свиток. Он был не серым, как внутренние приказы, а цвета слоновой кости, с зелёной восковой печатью. От него веяло холодной, официальной важностью.

С ощущением, что земля уходит из-под ног, я поднял его и развернул.

Неофициально. Для служебного пользования. Уничтожить после прочтения.

Коллега.

Только что на летучке у Старшего Инспектора протащили циркуляр. Твой объект выбран пилотной площадкой для внедрения системы «Живое Перо». Суть: отныне всё фиксируется в реальном времени. Никаких заранее заготовленных скриптов. Критерий «Зрелищность» заменён на «Динамическая адаптивность и нарративная связность». Твоё подземелье должно будет подстраиваться под каждую группу героев, создавая для них уникальную историю. Шаблоны – смерть.

Проверка переносится. О точной дате узнаешь за ОДИН цикл. Не говори, что не предупреждал.

P.S. Прилагаю мануал. Не вздумай его читать полностью – сойдёшь с ума. Ищи раздел «Экспресс-интеграция для обречённых». Удачи. Ты мне её ещё вернёшь.

P.P.S. Гоблинам и скелетам про «искусство» – хорошая мысль. Теперь это их единственный шанс.

Свиток выпал у меня из рук. Я стоял, тупо глядя на него. Вся моя титаническая работа, весь этот менеджерский гений, только что превративший хаос в подобие процесса… оказались бесполезны. Всё, что я придумал – вариативные скрипты, атмосферные реплики – было теперь не просто не нужно. Это было запрещено. Шаблоны – смерть.

Мне нужно было не улучшать старую систему. Мне нужно было придумать новую. С нуля. И заставить гоблинов, скелетов и болотного пузыря импровизировать так, чтобы это выглядело как гениальный сценарий. За один день.

Я медленно поднял голову. За тонкой дверью кабинета доносился гогот и весёлые крики. Гоблины праздновали победу над слизью и предвкушали премии. Они не знали, что их только что отправили на передовую самого безумного эксперимента в истории подземного менеджмента.

Я глубоко вдохнул. Потом выдохнул. Взял со стола приложенный к свитку мануал. Он был толщиной с хороший кирпич и пах безнадёгой.

«Экспресс-интеграция для обречённых… – мысленно пробормотал я, листая страницы. – Ну что ж, коллега. Посмотрим, кто кому и как вернёт эту «удачу»».

А внизу, в подземелье, Бурбулятор уже репетировал перед потёртым зеркалом: «Болота… жажду-у-ут… твои носки так аппетитно пахнут сыростью…».