
Полная версия:
Дневник Джеймса. Книга первая. Часть II. Путь к мечте
Так прошла моя первая неделя в городе, где я родился. Через неделю, позавтракав, я снова вышел из квартиры, собираясь продолжить поиски работы. Проходя мимо соседнего двора, неожиданно услышал громкую ругань. Я невольно повернул голову. Возле дома стоял автомобиль с открытым капотом.
За рулём сидел мужчина. Он снова и снова пытался завести двигатель, но машина никак не хотела заводиться. Мужчина раздражённо ударил ладонью по рулю.
— Да будь ты проклята! — выругался он.
Затем, окончательно потеряв терпение, громко произнёс:
— Да чтоб тебя! Вот сейчас придёт кто-нибудь, спросит, за сколько продам, и отдам к чёртовой матери!
Я остановился. Посмотрел на машину, затем на её владельца. И, недолго думая, направился прямо к нему.
Подойдя к открытой водительской двери, я совершенно спокойно спросил:
— Сколько просите?
Мужчина повернул ко мне голову и несколько секунд недоверчиво смотрел на меня.
— Вы что, действительно хотите её купить? Или тоже решили надо мной посмеяться, как эта проклятая машина?
Я невозмутимо посмотрел на него.
— А Вы действительно собираетесь её продать? Или просто решили припугнуть машину, чтобы она наконец завелась?
Мужчина уставился на меня. Похоже, такого ответа он не ожидал.
Потом немного успокоился и заговорил:
— Если говорить откровенно, я совершенно не разбираюсь в ремонте автомобилей. А эта старая развалюха ломается чуть ли не каждые три дня. Я уже устал постоянно толкать её до мастерской!
Он махнул рукой в сторону машины и добавил:
— Такое ощущение, что не я на ней езжу, а она на мне!
Я не выдержал и расхохотался.
Мужчина дождался, пока я перестану смеяться, и продолжил уже гораздо спокойнее:
— А если Вы действительно собираетесь её купить, я бы добавил немного денег к той сумме, что Вы мне заплатите, и наконец купил себе другую машину.
Он снова посмотрел на автомобиль, затем повернулся ко мне.
— Да, кстати, меня зовут Джозеф, — представился он.
— Джеймс, — ответил я, протягивая ему руку. — Рад знакомству, Джозеф.
Мы обменялись рукопожатием.
— Только Вы мне так и не назвали цену, — заметил я с лёгкой улыбкой. — А я, между прочим, ещё даже не согласился её купить.
Я подошёл к машине и заглянул под открытый капот. Осмотрев двигатель, почти сразу заметил, что один из кабелей отсоединился. Я взял его и вставил на место.
— Попробуйте теперь завести, — сказал я Джозефу.
Он послушно повернул ключ зажигания. Двигатель завёлся с первой попытки. Джозеф замер. Несколько секунд он сидел неподвижно, прислушиваясь к ровному гулу мотора. Затем перевёл взгляд на меня. В его глазах было такое изумление, словно он только что увидел настоящего волшебника.
Я невольно улыбнулся. Джозеф даже не заметил, что именно я сделал под капотом. Для меня это была обычная мелочь, которую любой опытный механик устранил бы за считаные секунды. А для него, похоже, произошло настоящее чудо. Джозеф вышел из машины и всё ещё с нескрываемым удивлением смотрел на меня.
— Машина Ваша, Джеймс! Сколько дадите, столько и возьму!
Я посмотрел на автомобиль. Машина была старой, но я видел, что при должном уходе она ещё вполне могла послужить. Я назвал сумму, которую считал справедливой. Не слишком высокую для такого автомобиля, но и не настолько низкую, чтобы Джозеф почувствовал себя обманутым.
— Вот столько я готов за неё заплатить, — сказал я.
Джозеф, услышав названную сумму, довольно улыбнулся.
— Договорились, Джеймс!
Мы пожали друг другу руки. Так я купил свой первый автомобиль в этом городе. Джозеф был доволен. Мы оформили необходимые документы, и он переоформил автомобиль на моё имя. Когда все формальности остались позади, Джозеф передал мне ключи.
— Ну вот, Джеймс. Теперь она Ваша.
Судя по всему, Джозеф ездил на этой машине довольно аккуратно. Но именно ездил. И только. О регулярном техническом обслуживании он, похоже, особенно не задумывался. В результате многие детали, которые следовало своевременно менять, давно выработали свой ресурс. Отсюда и постоянные поломки, из-за которых Джозеф так возненавидел собственный автомобиль. Я пригнал машину во двор дома, где снимал квартиру.
Теперь можно было спокойно заняться её состоянием. Первым делом внимательно осмотрел автомобиль, определил, какие детали нуждаются в замене, а что ещё можно привести в порядок. Затем приобрёл необходимые запчасти и приступил к работе. Заменил изношенные детали, устранил обнаруженные неисправности, кое-что отрегулировал и подремонтировал. Работы оказалось немало.
Но я занимался ею с удовольствием. За последнюю неделю мне приходилось разгружать товары в порту и работать на стройке. Теперь же я наконец вернулся к тому, что действительно любил и умел делать. Закончив с технической частью, я занялся салоном. Заменил старые чехлы на сиденьях, привёл в порядок всё, что требовало внимания. Когда работа была закончена, я отошёл на несколько шагов и осмотрел машину.
Совсем другое дело. Конечно, автомобиль не стал новым. Годы эксплуатации никуда не исчезли. Но теперь он был ухоженным, исправным и выглядел вполне достойно. Из старой машины, от которой Джозеф мечтал избавиться, получился очень даже приличный автомобиль.
— Приятель, ты машину к продаже готовишь?
Я обернулся. Передо мной стоял мужчина средних лет.
— Почему Вы так решили? — спросил я.
— Да я уже целую неделю за тобой наблюдаю, — ответил он, кивнув на автомобиль. — Смотрю, как ты с ней возишься. Прямо с любовью за машиной ухаживаешь.
Оказалось, мужчина жил в соседнем подъезде. Мы поздоровались.
Мне не хотелось вступать в долгий разговор, поэтому я коротко ответил:
— Да, собираюсь продать.
Мужчина понимающе кивнул. А в этот момент меня неожиданно осенила мысль. Настолько простая, что я даже удивился, почему она не пришла мне в голову раньше. Я невольно посмотрел на автомобиль. Потом снова на соседа.
В голове уже начинало складываться кое-что интересное. В тот же день я выставил автомобиль на продажу через интернет. Указал его состояние, добавил фотографии и назначил цену. Машина долго не задержалась. Вскоре нашёлся покупатель, и я продал её в полтора раза дороже, чем заплатил Джозефу. Я был доволен результатом.
Ведь я не просто перепродал автомобиль. Я вложил в него свой труд, заменил изношенные детали, устранил неисправности и привёл машину в порядок. А теперь получил за эту работу вполне ощутимую прибыль. И тогда я решил попробовать ещё раз. Снова открыл объявления о продаже автомобилей и принялся внимательно изучать предложения. Меня интересовали не новые и не дорогие машины.
Я искал автомобили, которые нуждались в ремонте, но при этом находились в достаточно хорошем состоянии, чтобы их восстановление имело смысл. Вскоре мне удалось найти два подходящих варианта. Я связался с продавцами и договорился об осмотре. Съездил по обоим адресам, внимательно осмотрел автомобили, проверил их техническое состояние и оценил предстоящую работу. Обе машины мне понравились.
Конечно, каждая требовала ремонта. Но я видел, какие неисправности нужно устранить, какие детали заменить и во что примерно обойдётся восстановление. После недолгих раздумий я купил обе. Теперь у меня было два автомобиля, которые предстояло привести в порядок. Но возникла новая проблема.
Где ими заниматься?
До этого я ремонтировал машину Джозефа прямо во дворе дома, где снимал квартиру. Однако постоянно работать там было неудобно. Мне требовалось место, где можно было спокойно заниматься ремонтом, хранить инструменты и оставлять автомобили. Я начал искать подходящее помещение неподалёку от дома. Вскоре нашёл свободный бокс с ямой для осмотра и ремонта машин. Место оказалось вполне подходящим для моих нужд.
Я договорился об аренде. Так у меня появилось небольшое помещение, в котором я мог заниматься тем, что умел и любил. Я отремонтировал обе машины, привёл их в порядок и продал. На вырученные деньги купил уже три автомобиля. Так постепенно у меня появилось своё небольшое дело.
Я находил подержанные машины, оценивал их состояние, покупал, ремонтировал и снова выставлял на продажу. Конечно, всё было далеко не так просто, как может показаться на первый взгляд. Иногда мне удавалось купить автомобиль по хорошей цене, устранить неисправности и довольно быстро найти покупателя. Но случалось и обратное.
Бывало, я слишком дорого покупал машину, рассчитывая после ремонта продать её с прибылью. Однако рынок диктовал свои условия, и в итоге приходилось соглашаться на цену ниже той, которую я сам за неё заплатил. Тогда я терял не только деньги, но и время, потраченное на ремонт. Случалось и так, что целыми неделями я сидел без работы.
То не находилось подходящего автомобиля для покупки, то никто не интересовался уже отремонтированными машинами. Но я не собирался отказываться от начатого. Постепенно учился не только ремонтировать машины, но и правильно оценивать их стоимость, учитывать расходы и понимать, какие автомобили пользуются спросом. Всё это было для меня новым.
На заводе я отвечал за качество своей работы как механик. Теперь же мне самому приходилось принимать решения, от которых зависело, получу я прибыль или понесу убытки. Так прошло шесть месяцев. Шесть месяцев труда, удачных сделок, ошибок и разочарований. Я не разбогател за это время. Но приобрёл кое-что не менее важное: опыт.
За эти месяцы я успел обзавестись новыми знакомствами. Познакомился с людьми, которые, как и я, занимались покупкой и продажей автомобилей. Среди них были и профессиональные автодилеры, уже имевшие собственные фирмы и немалый опыт работы. Я старался больше слушать, наблюдать и учиться. Теперь меня интересовало не только техническое состояние машин. Я постепенно начал разбираться в том, как устроена сама автомобильная торговля.
Откуда дилеры получают автомобили? Как формируют цены? На чём зарабатывают? Какие расходы несут? Вопросов становилось всё больше. В дни, когда работы не было, я не любил сидеть сложа руки. Искал новые идеи, изучал предложения, сравнивал возможности. Всё чаще задумывался о том, что когда-нибудь мог бы открыть собственную автодилерскую фирму.
Но одних желаний для этого было недостаточно. Мне требовались средства, значительно превышавшие те суммы, которыми я располагал. При этом я не забывал и об учёбе. За эти месяцы успел сдать очередную экзаменационную сессию и успешно закончить третий курс заочного обучения. Совмещать учёбу с работой было непросто, но бросать начатое я не собирался.
Тем временем мысль о собственной фирме постепенно превращалась в конкретную цель. Я начал работать над бизнес-планом. Старался предусмотреть основные расходы и возможные трудности. Параллельно изучал предложения банков. Мне хотелось найти вариант, который позволил бы открыть фирму и при этом не поставить всё дело под угрозу с самого начала.
Я обращался в банки, представлял свои расчёты, обсуждал возможности финансирования. Это тоже оказалось непросто. Но я продолжал работать над своим планом. И наконец один из банков, рассмотрев представленный мной бизнес-план, согласился финансировать мой проект. Когда я узнал об этом решении, некоторое время просто сидел, пытаясь осознать услышанное.
Ещё полгода назад я приехал в этот город с одним рюкзаком, не имея ни работы, ни собственного жилья, ни малейшего представления о том, что буду делать дальше. А теперь передо мной появилась возможность открыть собственную автодилерскую фирму. Конечно, согласие банка ещё не означало, что все трудности остались позади. Наоборот, я понимал, что теперь ответственность станет гораздо серьёзнее.
Но впервые за эти шесть месяцев у меня появилась возможность перейти от небольших самостоятельных сделок к настоящему собственному делу.
* * *
Решение банка стало для меня важным шагом вперёд. Но, радуясь ему, я невольно вспомнил разговор с Клэр, состоявшийся несколькими месяцами раньше. Тогда с моего приезда в город прошёл всего месяц. За это время я не прерывал связь с мамой и Клэр. Мы созванивались, разговаривали о повседневных делах, интересовались жизнью друг друга.
Однажды во время очередного телефонного разговора Клэр неожиданно сказала:
— Джеймс, мне нужно тебе кое-что рассказать.
По её голосу я понял, что разговор будет непростым.
— Я слушаю, Клэр.
— Помнишь день, когда ты ушёл из дома?
— Конечно.
— На следующий день я случайно услышала разговор Эндрю с папой.
Я насторожился.
— Какой разговор?
— Я сидела на кухне. Папа был на террасе. Потом к нему подошёл Эндрю. Они не знали, что я их слышу.
— И что он сказал?
Клэр помолчала.
— Джеймс, Эндрю рассказал папе всё. Про себя и Хейли.
Я крепче сжал телефон.
— Продолжай.
— Он сказал, что всё началось примерно за год до твоего ухода. Однажды он вернулся с занятий. Дома была только Хейли. Мы с мамой тогда ушли в магазин.
Я молчал.
— Хейли приготовила ему обед. После обеда Эндрю поднялся в свою комнату и крепко уснул. А когда проснулся, увидел рядом с собой Хейли. Она лежала совершенно голая.
Я почувствовал, как напряглись пальцы.
— Что?
— Эндрю сказал, что не помнил, что произошло. А Хейли спросила его: «Что ты натворил, Эндрю?»
Клэр сделала паузу.
— Он испугался. Но Хейли сказала, что это останется их маленьким секретом.
Я закрыл глаза.
— Дальше, Клэр.
— Потом она стала приходить в его комнату почти каждый день, пока ты был на работе. По словам Эндрю, сначала он сопротивлялся. А потом…
Сестра замолчала.
— Потом что?
— Потом он сам признался папе, что ему это начало нравиться.
Я долго ничего не говорил. Пытался представить, как Эндрю рассказывает всё это Гарольду. И не мог понять одного.
Почему отцу?
Почему не мне?
— Что было дальше? — наконец спросил я.
— Эндрю сказал, что хочет тебя найти.
— Меня?
— Да. Он хотел рассказать тебе всю правду, попросить прощения и уговорить вернуться домой.
Я невольно усмехнулся.
— И что ответил Гарольд?
Голос Клэр стал тише.
— Папа сказал, что если Эндрю расскажет тебе обо всём, то после окончания колледжа может искать себе другую работу. В его компанию он его не возьмёт.
Я замер.
— Он так и сказал?
— Да, Джеймс.
— А Эндрю?
— Замолчал. Больше он ничего не сказал.
Я отложил свободную руку на колено и некоторое время смотрел перед собой. Получается, Эндрю собирался прийти ко мне. Он хотел признаться. Хотел попросить прощения. Но стоило Гарольду пригрозить ему потерей будущего места в компании, как желание рассказать правду исчезло.
Я даже не знал, что меня поразило больше: рассказ Эндрю о Хейли или ответ Гарольда.
— Джеймс? — тихо позвала Клэр.
— Да, я здесь.
— Прости, что не рассказала раньше.
— Тебе не за что извиняться.
— Я просто не знала, как тебе это сказать.
— Ты правильно сделала, что рассказала.
Мы ещё немного поговорили, но после её слов я уже с трудом сосредоточивался на разговоре. Попрощавшись с сестрой, я положил телефон. Теперь мне было известно, что произошло за моей спиной. По крайней мере, то, что Эндрю сам рассказал своему отцу. Я не знал, почему он так крепко уснул после того обеда. Не знал, что именно произошло, пока он спал.
Но одно мне было понятно. Впоследствии отношения Эндрю и Хейли продолжались уже не один день и не одну неделю. А когда всё открылось, мой брат предпочёл обратиться за советом к Гарольду. Не ко мне. Я долго сидел молча.
Потом вспомнил слова Клэр о том, что Эндрю хотел меня вернуть.
Вернуть куда?
В дом, где моя жена почти каждый день встречалась с моим братом?
Где Гарольд предпочёл сохранить будущее Эндрю в своей компании, лишь бы правда не дошла до меня? Я покачал головой. Нет. Возвращаться я не собирался. Закончив разговор с Клэр, я ещё долго сидел неподвижно, глядя перед собой.
Её слова не выходили у меня из головы. Но теперь я думал не только об Эндрю и Гарольде. Я думал о Хейли. Впервые за долгое время я попытался посмотреть на наши отношения иначе. Не глазами влюблённого человека, который готов оправдать любой поступок любимой женщины.
А спокойно, рассудительно, стараясь вспомнить то, чему прежде не придавал значения. И чем дольше я размышлял, тем больше странных подробностей всплывало в памяти. Я вспомнил день, когда мы зарегистрировали брак. Тогда Хейли говорила о своём отце и мачехе. О том, как они обрадовались её уходу из дома. Но ведь и сама она не хотела больше жить с ними.
В тот день я не придал её словам особого значения. Я любил Хейли. Мне казалось естественным, что после свадьбы она хочет начать новую жизнь вместе со мной. А теперь я невольно задавался вопросом: не было ли у неё другой причины так торопиться с замужеством? Потом вспомнился выпускной вечер.
Тот самый вечер, после которого вся моя жизнь неожиданно изменилась. Перед глазами возникла Хейли с бокалом в руке. Я вдруг вспомнил странное движение её руки, прежде чем она протянула мне напиток. Тогда я почти не обратил на это внимания. Вспомнил и сам напиток.
Он почему-то сильно вспенился. Я нахмурился. Почему я раньше об этом не задумывался?
Наверное, потому, что не видел никаких причин подозревать Хейли. Я доверял ей. Безоговорочно. Но теперь вспоминалось и кое-что ещё. Телефон.
Он лежал на раковине в туалетной комнате. Я помнил, что камера была направлена в нашу сторону. В тот момент это показалось мне совершенно несущественной деталью. Обычный телефон. Обычная случайность.
Но действительно ли случайность?
Я медленно провёл ладонью по лицу. Странное движение руки. Вспенившийся напиток. Телефон с камерой, направленной на нас. И настойчивое желание Хейли выйти за меня замуж сразу после выпускного вечера.
По отдельности всё это могло показаться совпадением. Но теперь, когда я вспоминал эти подробности одну за другой, они складывались в тревожную картину. И вдруг я вспомнил ещё одну подробность. Утро после выпускного вечера. Хейли тогда заговорила о свадьбе, а я почти сразу согласился жениться на ней.
Я любил её. И не видел причин отказываться. Но теперь мне вспомнилось выражение её лица. Она удивилась. Причём настолько искренне, что я заметил это даже тогда. Просто не придал значения. Почему её удивило моё согласие?
Разве она не этого хотела?
Я снова вспомнил телефон, лежавший на раковине в туалетной комнате. Его камера была направлена в нашу сторону. А что, если это было не случайно?
Что, если Хейли заранее установила телефон так, чтобы записать происходящее?
Я почувствовал неприятный холод. Неужели она собиралась использовать эту запись против меня?
Если бы я отказался жениться, она могла бы показать мне видео и пригрозить, что его увидят другие. Шантаж. Это слово возникло в голове само собой. Я остановился посреди комнаты. А ведь тогда она действительно выглядела удивлённой, когда я сразу согласился.
Возможно, она ожидала сопротивления. Возможно, приготовилась убеждать меня или даже угрожать. Но ничего этого не понадобилось. Я сам сказал «да». Я медленно опустился на диван. Нет.
Пока всё это были только мои предположения. Я не знал, велась ли вообще запись. Не знал, что именно произошло в тот вечер и почему напиток так странно вспенился. У меня не было ни одного доказательства. Лишь воспоминания, подозрения и вопросы, на которые никто не мог дать мне ответа. И всё же теперь мне было трудно избавиться от мысли, что наш брак мог начаться совсем не так, как я считал все эти годы.
Я продолжал вспоминать прошлое. И вдруг перед глазами возник один из наших семейных завтраков. В тот день Гарольд сказал, что после окончания колледжа Эндрю будет работать в его компании. Я хорошо помнил этот разговор. Но теперь вспомнилось и кое-что другое.
Взгляд Хейли. Когда Гарольд говорил о будущем Эндрю, она сначала посмотрела на меня, затем на Гарольда. Тогда я не заметил в этом ничего необычного. А теперь мне показалось, что в её взгляде было что-то особенное. Словно она услышала нечто, заставившее её задуматься. Именно после того дня Хейли постепенно начала меняться.
Она стала иначе относиться ко мне. Раньше радовалась, когда я приносил ей сладости или небольшие подарки. Теперь же почти перестала обращать на них внимание. Я замечал это, но не придавал особого значения. Думал, что у неё просто изменилось настроение. Что, возможно, она устала от однообразной жизни. Зато с Эндрю она стала разговаривать всё чаще.
И это я тоже помнил. Тогда мне казалось естественным, что моя жена общается с моим младшим братом. Мы ведь жили в одном доме.
Но теперь…
Я задумался. Неужели Хейли могла устроить Эндрю такую же ловушку?
Я вспомнил рассказ Клэр. Эндрю вернулся с занятий. Хейли приготовила ему обед. После этого он поднялся в свою комнату и неожиданно крепко уснул. А проснувшись, обнаружил рядом с собой обнажённую Хейли. Странно. Я знал Эндрю с самого его рождения.
Он никогда не спал днём. Даже в детстве. Помню, как мама порой буквально изводилась, пытаясь уложить его спать после обеда. Эндрю мог сколько угодно бегать, играть, заниматься своими делами, но стоило заговорить о дневном сне, как он начинал сопротивляться. И вот теперь Клэр рассказывает, что однажды он после обеда вдруг заснул настолько крепко, что даже не помнил, что происходило.
Почему?
Что могло заставить его так крепко уснуть?
Я невольно вспомнил собственный выпускной вечер. Бокал. Странное движение руки Хейли. Вспенившийся напиток. Неужели и с Эндрю произошло нечто подобное?
Я поднялся с дивана и медленно прошёлся по комнате. В голове постепенно складывалась одна версия. А что, если Хейли ещё в школе решила во что бы то ни стало уйти из дома отца и мачехи? Она знала нашу семью. Знала, что Гарольд богат.
А я, пусть и неродной, всё-таки был его сыном. Возможно, сначала она решила связать свою жизнь со мной, рассчитывая, что со временем я стану частью бизнеса Гарольда. Но ведь я с самого начала говорил ей совсем другое. Я хотел быть самостоятельным. Не собирался просить у Гарольда денег или пользоваться его положением.
Хотел получить образование, работать по любимой специальности и собственными силами построить наше будущее. Хейли знала об этом. Но, возможно, не воспринимала мои слова всерьёз. Может быть, она думала, что со временем я передумаю. Что Гарольд всё-таки поможет мне поступить в университет, а потом устроит в свою компанию.
Но мы поженились. Начали жить вместе. Я продолжал работать на автомобильном заводе, учиться заочно и откладывать деньги на собственный дом. И ни разу не обратился к Гарольду за помощью. Возможно, именно тогда Хейли поняла, что я не собираюсь менять своих решений.
А потом за семейным столом Гарольд объявил, что Эндрю после колледжа будет работать в его компании. Я остановился. Неужели именно в тот день Хейли обратила внимание на моего брата?
Если моя версия была верна, то в Эндрю она могла увидеть то будущее, которого напрасно ожидала от меня. Но как далеко она была готова зайти ради этого будущего?
Я снова вспомнил рассказ Клэр. Обед. Необычно крепкий сон Эндрю. Хейли, лежащая рядом с ним. А потом её почти ежедневные посещения его комнаты.
Я провёл ладонью по лицу. Всё выглядело слишком странно.
И всё же…
Я остановил себя. У меня не было доказательств. Я не знал, что именно произошло в тот день с Эндрю. Не знал, добавляла ли Хейли что-нибудь в его еду. Не знал, действительно ли она с самого начала рассчитывала на деньги Гарольда.
Все эти события могли быть связаны между собой. А могли и не быть. Я пытался выстроить логическую цепочку, но некоторые её звенья существовали только в моём воображении. И тут мне вспомнились слова Боба Смита. Он не раз повторял их, когда я, ещё будучи его помощником, слишком поспешно делал выводы о причинах очередной неисправности:
— Не путай предположение с доказательством.
Я невольно улыбнулся. Боб был прав. Если двигатель не заводится, можно предполагать десятки причин. Но пока не проверишь, не узнаешь, какая из них настоящая. С людьми, наверное, всё гораздо сложнее. Я сел обратно на диван.
Мои подозрения могли объяснить многое. Но объяснение, каким бы убедительным оно ни казалось, ещё не делало его правдой. Я не собирался обвинять Хейли в том, чего не мог доказать. Хотя теперь понимал одно. Я знал свою жену гораздо хуже, чем мне казалось.
Через пять месяцев после моего отъезда я отправил документы на развод с Хейли. Я принял это решение не из-за своих новых подозрений. Они так и оставались лишь предположениями, которые я не мог доказать. Но для того, чтобы понять, что нашему браку пришёл конец, мне не требовалось никаких дополнительных доказательств. Я знал об измене.
И этого было достаточно. Когда документы были отправлены, я почувствовал, что сделал ещё один шаг к окончательному разрыву с прошлой жизнью. Впереди оставались юридические формальности. Но возвращаться к Хейли я больше не собирался.

