Мой босс - главный герой романа

Я, вцепившись в руль побелевшими пальцами, неотрывно следила за мерцающей точкой на экране навигатора. Адреналин бурлил в крови, заглушая уколы совести из-за брошенного в одиночестве Антона. Сейчас это не имело значения. Искуплю вину за сорванное свидание позже. Сейчас передо мной стояла только одна цель: найти Богородского.

Увы, умное кольцо не передавало на таком расстоянии параметры здоровья начальника, поэтому сказать точно, что с ним все в порядке, было невозможно.

Машина забуксовала в глубокой колее, увязнув колесами в вязкой массе из грязи, подтаявшего снега и льда.

Дальше – только пешком.

Выскочив из машины, я устремилась в чащу, ориентируясь на данные GPS и еле заметные следы шин, оставленные в весенней распутице какой-то массивной машиной. Лес, враждебный и угрюмый, хранил зловещее молчание, нарушаемое лишь хрустом сучьев под ногами.

В голове роились тревожные мысли. Кто похитил босса? Зачем? И главное – жив ли он?

Чертов роман и чертов автор! В книге не упоминалось ни слова о том, что босса похищали! Сюжет еще даже не начался, а главный герой уже на пороге смерти. Но было ли похищение в прошлом Богородского из романа?

Или это изменение, вызванное тем, что в жизни босса появилась я, персонаж из массовки, которого изначально быть не должно было…Это из-за меня…Из-за меня.

Вскоре впереди показалась покосившаяся деревянная хижина и оставленный неподалеку огромный черный внедорожник с массивными колесами. Сверившись с картой на телефоне, я еще раз убедилась, что пришла в нужное место.

Сердце бешено заколотилось. Прибавив шаг, я бесшумно подкралась к лачуге и осторожно заглянула в щель между досками.

Максим Викторович сидел, привязанный к стулу. Его лицо было в ссадинах и кровоподтеках, а дорогой костюм измят и испачкан грязью, словно его, сопротивляющегося, волокли по земле. Помимо босса внутри находились двое крепких на вид мужчин в камуфляжной форме.

Один из похитителей что-то злобно выговаривал боссу, размахивая руками. Второй, молчаливый и настороженный, стоял у двери, его рука небрежно покоилась на кобуре пистолета.

Максим Викторович резко поднял голову, презрительно усмехнулся и тихо сказал что-то возвышающемуся над ним мучителю, отчего у того побагровело лицо. Даже в такой ситуации! Умрет он что ли, если придержит язык за зубами?!

Я переминалась с ноги на ногу, каблуки сапог вязли в сырой земле. Где же полиция? Где телохранители? Сколько их еще ждать?

Максима Викторовича сильно ударили под дых. Похититель не собирался терпеть его грубость. Второй мужчина, с бородой и татуировкой на руке, до этого молчаливо стоявший у двери, потянулся к своему поясу.

Я затаила дыхание, чувствуя, как отливает от лица кровь.

Нет, он же не…

Бородач не тронул пистолет, вытащив из кармана телефон, и приложил его к своему уху. Я с облегчением выдохнула.

Им нет нужды избавляться от босса, верно? У Максима Викторовича и его семьи полно денег. Если они его похитили, то должны потребовать выкуп! Это ведь так работает. Босс всего лишь временный заложник.

Только я успела немного успокоить саму себя, атмосфера внутри лачуги переменилась.

Вооруженный мужчина кивнул и положил трубку. Он встретился взглядом со своим подельником и снова кивнул. Тот довольно улыбнулся и хищно ощерился в сторону моего начальника.

Я не увидела его лица, но фигуру босса видела четко. Судя по тому, как искривилось лицо Максима Викторовича, я догадалась, что он только что услышал свой приговор.

Татуированная рука снова потянулась к поясу. В этот раз она коснулась кобуры и достала пистолет.

Понимая, что счет идет на секунды, я выхватила из сумки газовый баллончик, который всегда носила с собой для самообороны. Небольшой предмет был крепко зажат в кулаке.

Резким движением распахнув дверь хижины, я распылила содержимое баллончика в лицо вооруженного бандита, обернувшегося на звук. Прицеливать времени не было, но к счастью струя раздражающего вещества метко поразила противника.

Похититель взвыл от боли, зажимая глаза руками, а я, не теряя ни секунды, выбила у него пистолет и с силой отбросила его острым носком сапога подальше. Оружие, прокатившись по полу, ударилось о стену.

Однако распыленное в небольшом помещении образовало облако ужасного газа. От него слезились глаза и стало трудно дышать не только злодеям. Я чихнула и вытерла рукавом наворачивающиеся слезы.

Второй громила, опешив от неожиданности, быстро натянул до самых глаз ворот водолозки и бросился на меня с кулаками, но я успела брызнуть ему в лицо остатками спрея. А потом, пока он жмурился от попадания вещества в глаза, со всей силы огрела его сумкой по голове. Это был не крошечный клатч, а вместительная сумка-тоут с ноутбуком, толстенным ежедневником и папками с проектной документацией по головному офису для нефтяного магната. Мало ли, вдруг появится срочное задание, все необходимое всегда при мне. Даже на свидании.

Мужчина упал и затих. Кажется, от удара он потерял сознание.

Воцарившуюся тишину нарушил громкий кашель моего босса.

Подбежав к Максиму Викторовичу, спросила дрожащим от волнения голосом:

– Вы как?

Он был в шоке, но, кажется, цел.

– Алиса… Что ты здесь делаешь? -- хрипло удивился мужчина.

Решительное выражение лица босса, готового с достоинством принять смерть, сменилось испугом. Такое чувство, что боялся он не за себя.

Я не успела ответить. Первый бандит, чудом придя в себя и даже открыв красные обоженные ненавистью и вредоносным газом глаза, обнаружил, куда отлетел пистолет. Видимо, баллончик оказался не совсем качественным - неудивительно, ведь он был куплен по дешевке в ларьке в подземном переходе - иначе так скоро мужчина точно бы не поднялся и не смог бы открыть глаза.

В мгновение ока дуло было направлено на меня.

Я оттолкнула босса вместе со стулом в сторону и пригнулась сама, пуля пролетела через то место, где мгновение назад была моя голова и продырявила стену. К счастью, новую попытку предпринять стрелявший не успел.

Дверь хижины с грохотом выбил полицейский спецназ. Преступники были быстро скручены и повалены лицом в грязь. Если бы не необходимая оборона, мне даже могли бы вынести предупреждение: расспылять в помещениях с ограниченной вентиляцией газовые баллончики расценивается как нарушение техники безопасности.

Все закончилось. И лишь спустя минут десять в машине скорой помощи, везущей нас обратно в город, меня пробила сильнейшая дрожь от осознания произошедшего.

Проснулась я в поту на диване своей квартиры в той же позе, в которой уснула. Свидание с Антоном, похищение босса, лес, эта хижина…Сон. Всего лишь сон. Эти события давно остались в прошлом.

Я села на диване, пытаясь отдышаться и осознать, что все это было лишь кошмаром. Но сердце все еще колотилось как бешеное, а руки слегка подрагивали.

За не зашторенным окном занималась воскресная заря. Я непробудно проспала весь день субботы и целую ночь.

«»»»»

Автор: Седых волос у Алисы должно быть побольше.( ื▿ ื)

9

В животе заурчало. Голод прогнал остатки сна-воспоминания прочь.

Когда я в последний раз ела? Неужели это было на банкете?

Так, срочно на кухню! В холодильнике был сыр и колбаска, поживимся бутербродами на скорую руку. Баланс жидкости тоже не помешает восстановить. У меня дикий сушняк. Но перед этим в ванную.

– А ты тут откуда?

Почесывая онемевшее из-за продолжительного сна в одной позе бедро, я в ужасе уставилась на незваную гостью.

Среди побочных симптомов таблеток экстренной контрацепции, принятых прошлой ночью, были и галлюцинации. Иначе объяснить нахождение на кухонном столе серой британской кошки – весьма страшненькой на вид – с торчащим изо пасти нижним клыком я не могу.

Кошка повернула голову от окна и одарила меня возмущенным взглядом огромных желтых глазищ с вертикальными зрачками.

– Как здесь оказалась? Все окна и дверь закрыты.

Животное не отвечало.

Слава богу, в обратном случае я бы не на шутку струхнула!

Вытянула из кармана брюк телефон и набрала номер единственного человека, у которого может быть ответ. Запасные ключи от моей квартиры, помимо живущей уже много лет за границей хозяйки, есть только у трех человек. И двое из них сейчас наслаждаются своим первым за десять лет отпуском.

– Привет, сестренка! Соскучилась по мне? – раздался в трубке голос подозреваемого.

– Объяснись!

– А-а-а…Сюрприз! – на заднем фоне собеседника слышался какой-то гул.

– Саша, – грозно призвала я младшего брата к ответу.

– Ладно-ладно. Знакомься, это – Ада. То есть Аделаида Саманта Рошель, так в ее паспорте написано, – в голосе брата сквозил смех. – Любимица моей любимой.

Я потерла наморщенный лоб. Только незваного зверья мне не хватало. Как будто и без этого проблем недостаточно.

Саша уже три года встречался и расставался с одной и той же девушкой. Студенческие годы у брата проходят весьма насыщенно.

– Значит, это кошка Марины. Тогда следующий вопрос: какого черта она забыла у меня дома?

С младшим братом всегда так – информацию приходилось вытягивать клещами.

– Марина полетела на слет любителей средневековья. Вернется через неделю. Попросила присмотреть за Аделаидой. Но тут такая ситуация возникла... – радостно тараторил Сашка. – Внезапно одна из команд вылетела из чемпионата, их форвард что-то там принимал, поэтому их результаты аннулировали. Благодаря им мы прошли в плей-офф! Мы ведь всего на очко отставали. Короче, я сейчас в аэропорту, жду посадки, сегодня вечером игра, которая решит мое будущее. Кошку ночью привез, не стал тебя будить, ты так храпела.

Я шумно выдохнула, дослушав его сбивчивые объяснения, давя в себе гнев.

– Я знаю, как важны для тебя эти студенческие баскетбольные турниры. И ты все уши нам прожужжал о том, что хочешь в профессиональный клуб и как важно показать свои навыки, но…

– Не злись! – поторопился успокоить меня Сашка, почувствовав через трубку в моем молчании раздражение.

Привезти кошку в мою квартиру без разрешения посреди ночи, пока я сплю – во мне закипала кровь и жажда покарать преступника.

– Куда мне было ее девать? Мама с папой в отпуске, а все мои друзья итак со мной в одной команде. Марина снова со мной расстаться хотела, мне нельзя больше косячить. Сестренка, любимая, выручи! Ну пожалуйста! Пожалуйста, пожалуйста…

Я с детства слаба перед его нытьем, и он прекрасно это знает и беззастенчиво этим пользуется.

– Корм ее я привез, он в шкафу под раковиной. Лоток в ванной. Маринка сказала, она неприхотливая.

Я оценивающе взглянула на кошку. Все это время она не шевелилась и не моргала, уставившись на меня с нечитаемыми эмоциями на морде.

– …Ладно.

– Супер! Привезу тебе магнитик. А, в холодильнике лекарства, давать два раза в сутки. Ну, пока!

Какие еще лекарства?

– Стой, – но было уже поздно, в телефоне раздались короткие гудки и связь прервалась.

– Ну и что с тобой делать?

Кошка соизволила моргнуть.

Короче говоря, в понедельник я сбежала из дома, как из пекла. Ада оказалась настоящим бедствием. Исцарапала мне руки, когда я пыталась скормить ей лекарство, раскидала по ванной наполнитель и наделала затяжек своими когтями на моих шторах. Но больше всего напрягал ее пристальный взгляд. Казалось, он был наполнен презрительного осуждения, что в моих текущих обстоятельствах так и взывало к совести.

– Доброе утро, – я вошла в кабинет начальника с дежурной улыбкой и сразу перешла к делу. – Вот отчет за прошлую неделю. Правовой отдел проверил документы для участия в тендере, им также нужно ваше одобрение и подпись для подачи банковской гарантии.

– Хорошо, – кивнул Богородский, принявшись рассматривать поданные мной бумаги.

Краем глаза поглядывая на шефа, я заметила у него под глазами глубокие тени, а на столе – две пустые кофейные чашки.

Сегодня босс пришел на работу явно раньше меня.

Рабочий день начинается в девять, я прихожу на полчаса раньше, а в кабинет к Максиму Викторовичу стучусь обычно без пятнадцати десять, подготовив все актуальные документы и собрав от отделов последние сведения о текущих делах.

Вопрос: во сколько босс явился на работу? Мимо меня никто не проходил.

– Как спалось? – поинтересовался Максим Викторович, не отрываясь от чтения.

Какое-то дежавю. В прошлый раз он тем же самым интересовался.

Я замерла, почувствовав, как к щекам прилила кровь. Неужели все-таки догадался? Проверяет? Намекает на что-то? Или я себе надумываю?

Сглотнув вязкую слюну, попыталась сделать вид, что не понимаю, о чем он.

– Отлично, спасибо, – как можно более равнодушно ответила я и перевела внимание. – А вам? Вы сегодня не очень хорошо выглядите.

Богородский усмехнулся, наконец оторвав взгляд от бумаг.

– Бессонная ночь была. И все из-за одной негодяйки.

Я снова похолодела, но постаралась сдержать дрожь в голосе. Хм, почему ему плохо спалось в ночь с пятницы на субботу мне, по очевидным причинам, ясно, нам тогда не до сна было. Но с тех пор уже два дня прошло. Почему нельзя просто обо всем забыть и жить дальше, как ни в чем не бывало?

– Негодяйки?

– Ах, да. Ты еще не в курсе, – проговорил, словно констатировал погоду за окном, Максим Викторович, не поднимая на застывшую меня глаз, размашисто ставя подписи на документах.

– На банкете были люди, решившие сыграть со мной злую шутку. Подложить мне свинью, почти в прямом смысле слова. Больную и сумасшедшую. Но в своей низости они не преуспели. Однако…

Сердце бешено колотилось в груди, отбивая отчаянный ритм. По тону шефа было очевидно, что он это дело не оставит.

– Однако, одна особа все-таки проникла в мой номер. Самое интересное, я совсем не могу вспомнить ее внешний вид. Вероятно, так действовал подсыпанный мне афродизиак. Мало того, после того как воспользовалась мной, эта девица сбежала. Как сквозь землю провалилась, – Богородский задумчиво нахмурился и уверенно продолжил: – Но ничего, скоро я ее найду. У меня уже есть кое-какие зацепки.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием бумаги. Я почувствовала, как на лбу выступила испарина.

Босс подписал последний документ и поднял на меня глаза. В них горел огонек нетерпения. Как будто мужчина проверял мою реакцию.

Я старалась сохранять невозмутимое выражение лица, но внутри все кипело. Зацепки? Что он имеет в виду? Неужели все-таки что-то узнал? На меня намекает?

Ни за что нельзя признаваться. Но я не могла не удивляться, что начальник вдруг посвятил меня в курс этого дела. Казалось, что поначалу он планировал держать это в тайне. Даже поручил расследовать записи с камер и поиски виновников неизвестному Захару.

– Простите, – я опустила голову, прячась от пронзительного, как мне казалось, взгляда начальника. – Это я не досмотрела. Мне стоило лично проводить вас до номера и убедиться в безопасности.

– Ничего страшного.

Богородский отодвинул от себя бумаги и откинулся на спинку офисного кресла, поднимая на меня проницательный взгляд.

– Я был в порядке до самой ночи. И только в комнате мне стало не по себе. Должно быть, они подмешали что-то в мои напитки. Я уже разобрался со всеми официантами и барменами. Обслуга не виновата, значит, это был кто-то из гостей. В любом случае, ты здесь ни при чем.

Да! Ни при чем! Выдохнула про себя и немного расслабилась. Хвала небесам! Я вне подозрений. Можно перестать волноваться. Все вернется на круги своя!

Следующие слова босса снова ввели меня в состояние, граничащее с паникой:

– Если только, Алиса, ты не знаешь, как именно ключ от моего номера оказался в чужих руках.

Богородский, сохраняющий расслабленную позу в кресле, молча смотрел на меня исподлобья, его манера держаться давила сильнее любого допроса.

Мне казалось, он видит меня насквозь, читает мои мысли и знает обо всех моих грехах. Его фигура не возвышалась надо мной, тон был вполне спокойным и обычным, и тем не менее, каждая моя нервная клетка вопила от отчаяния. Он загнал меня в угол.

В психологическом давлении и манипулировании Максим Викторович был настоящим мастером.

10

– Я? – вырвалось у меня сипло.

Две новости: плохая и хорошая.

Начнем с хорошей. Максим Викторович не имеет никакого понятия, кто была его Золушкой.

А плохая – он подозревает меня, своего ближайшего ассистента, в сговоре с недоброжелателями.

Это в мои обязанности входила подготовка банкета, это я бронировала и оплачивала номера, это я перед началом празднества передала ему ключ-карту от его комнаты.

Босс глядел на меня, ожидая объяснений.

Тревожно-избегающий тип привязанности налицо. Постоянно ждет от людей подвоха и предательства, никому не доверяет и держит со всеми дистанцию.

Я три года на него работаю, вечно страдаю от его загонов, спасаю ему жизнь в нерабочее время, а он думает, что я – двойной агент! Ну приплыли.

– Я не передавала ключ никому, кроме вас, – ответила честно.

Даже больше, вместо какой-то фифы другой ключ от номера босса оказался в моих руках – самого преданного работе и начальству человека. Да если бы не я…главная героиня провела бы жаркую ночь страсти с главным героем, и все бы шло своим чередом как гласил сюжет…Гадство!

– Возможно, это дело рук персонала отеля? Или кто-то из гостей украл дубликат?

– Хм, – кивнул босс, принимая во внимание тот факт, что круг подозреваемых на самом деле шире, чем кажется.

Богородский замолчал, барабаня пальцами по столешнице. Он явно обдумывал мои слова, прикидывая, насколько они правдивы.

Наблюдая за шефом, я старалась сохранять спокойствие, но в душе поднималась горькая обида.

Я не предательница.

Как же он мог подумать такое обо мне?! Обо мне! После всего, что я для него сделала! Но в то же время, я понимала логику его подозрений. Я действительно имела доступ к ключам, и у меня был мотив скрыть правду о ночи в отеле, пусть о последнем он и не догадывается.

– Пожалуй, ты права. Кроме того, ты весь вечер была у меня на виду…Ладно, забудем об этом. Мне нужно, чтобы ты составила список всех гостей-женщин со светлыми волосами, которые были на банкете.

Блондинки? Ах да, тот мой седой волос! Неопровержимое доказательство того, что пылкая ночь любви мужчине не приснилась и была на самом деле. Как будто следов по всему моему телу недостаточно.

Однако босс не отказался от своих поисков, и теперь мне предстояло составить список потенциальных «Золушек».

Вот блин. Я думала, таинственный Захар занимается этим, почему же задача искать меня теперь легла на мои же плечи? У меня работы итак по горло. Не говоря уже о том, что на лицо конфликт интересов.

– Что-то не так?

Покачала головой, заметив на себе задумчивый взгляд Максима Викторовича.

– Можно вопрос?

Он махнул рукой, показывая, чтобы я продолжала.

– Зачем вы ее ищете? – полюбопытствовала совершенно будничным тоном.

Немногие, имея опыт на одну ночь, стали бы искать партнера с таким невиданным рвением. Ради чего? Сделанного не вернешь. Просто живите дальше.

Когда я читала книгу, думала, что босс воспылал страстью к незнакомке, оказавшейся главной героиней. Но, три года наблюдая за Богородским в естественной среде обитания, я нахожу наивным полагать, что такой человек, как он, способен воспылать нежными чувствами после столь недолгого и вынужденного из-за поглощающей рассудок похоти контакта.

Кулаки босса, лежащие на подлокотниках кресла, побелели от напряжения. Казалось, он готов вцепиться в глотку бедняжке, стоит ей только появиться перед ним.

– Она сделала…кое-что непростительное.

Теперь точно пора начинать бояться. Мамочки!

Чистосердечное признание не обеспечит мне спасения. Ни в коем случае нельзя дать себя раскрыть!

– Хм… В таком случае, я думаю, стоит расширить поиски. Помимо гостей на банкете в отеле в ту ночь остановились и другие люди. Я займусь этим немедленно. Нужны ли какие-то еще детали? Может быть, особые приметы или черты? – спросила я со знанием дела, скрывая мотив выяснить, насколько хорошо запомнил босс внешность «негодяйки», и заодно увеличивая масштаб поисков.

Богородский на секунду задумался и нахмурил брови. Попытался вспомнить, но тщетно.

– Нет, пока достаточно будет списка всех женщин со светлыми волосами. А дальше посмотрим. Кстати, Алиса, я заметил, что ты сегодня какая-то взволнованная. Все в порядке?

Вот черт. Неужели так заметно?

– Все хорошо, просто немного устала, – попыталась отшутиться я. – Бессонная ночь. Кошка девушки брата…

Я осеклась, понимая, что несу какую-то чушь.

Босс нахмурился, глядя на меня со странным выражением лица. Нужно было срочно менять тему.

– Я тогда пойду, составлю список. И еще, правовой отдел ждет вашего одобрения по тендеру.

Кивнув, я поспешила покинуть кабинет, чувствуя, как липкий пот покрывает мою кожу. Выйдя в коридор, я прислонилась к стене, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Кажется, мне удалось выкрутиться, но это был только первый раунд. Максим Викторович не остановится, пока не докопается до правды, и мне нужно быть начеку, чтобы не допустить провала.

Нужно придумать план, как отвести от себя подозрения и убедить его в своей невиновности. Не думаю, что все подозрения с меня сняты. Иначе моя размеренная жизнь грозит превратиться в настоящий кошмар.

Вернувшись в свой крохотный по сравнению с боссовым кабинет, я закрыла дверь и рухнула в кресло. Перед глазами стоял пронзительный взгляд Богородского, словно сканирующий мою душу.

Нужно изменить свое поведение. Перестать нервничать и вести себя естественно. Это слишком очевидно.

Сделать вид, что все в порядке, и меня совершенно не волнует эта ситуация. И самое главное – ни в коем случае не признаваться. Даже если он будет давить на меня, угрожать или пытаться вызвать у меня чувство вины. Я должна стоять на своем и отрицать все обвинения.

У него на меня ничего нет. Только волос – и тот седой. Благодаря кому, собственно.

Список блондинок. Я под эту категорию не подхожу. Спасибо любимой маме за шоколадного цвета густую шевелюру.

Сделаю все максимально тщательно, включу туда всех светловолосых, даже тех, кто был еле заметно мелирован. Пусть Максим Викторович сам разбирается в этом ворохе потенциальных злодеек. Понятия не имею, как он собирается вычленить из этого множества ту самую, это уже не моего ума дело.

К счастью, в понедельник до обеда во всех отделах планерки, разборы поступившей за выходные почты и, ничего важного, что бы отвлекло меня от этого специального поручения, не произошло. Отодвинув все свои насущные дела, я принялась за выполнение приказанного, разумно полагая, что босс придает этому первостепенное значение.

Файл со всеми приглашенными на банкет был у меня на компьютере, оставалось только его немного скорректировать, удалить всех мужчин – был соблазн оставить фамилию одного светловолосого актера с волосами до плеч, но босс шутки не поймет – и женщин не-блондинок. Закончив со списком, я распечатала его и отнесла в кабинет босса.

Он внимательно принялся изучать его, отложив все текущие дела. В его глазах не было ничего, кроме холодной решимости. Мужчина настроен серьезно. Впервые на моей памяти Богородский откладывает работу ради решения личных вопросов. Обычно наоборот.

– Хорошая работа, Алиса, – похвалил босс, пробежавшись глазами по строчкам имен и фамилий. – Но ты кое-кого забыла.

11

У меня екнуло сердце. На секунду я даже усомнилась в собственном цвете волос.

– Лариса. Она явилась без приглашения.

Фу-ух. Можно выдыхать. Шеф прав, бывшая его невеста с недавних пор тоже носит блонд.

– Прошу прощения.

– Все в порядке.

– Эм-м, отель не разглашает сведения о постояльцах, поэтому будет невозможно узнать, кто среди остановившихся в ту ночь имеет светлые волосы, – осторожно заметила я.

Даже не представляю, сколько это людей. Не меньше сотни.

– Не переживай. Я поручил это другому.

Вероятно, тому самому Захару. Он что, кто-то вроде частного детектива? Бывший преступник? Мафия? Или шпион на минималках?

Кивнула, ожидая, когда Максим Викторович скажет, что мне можно возвращаться к работе. Неужели ему нужно еще что-то? Не то чтобы я не хотела помочь (а так и есть), но я ограничена в возможностях.

Но босс тянул, не спеша давать мне новое поручение.

– О, думаю, стоит включить в эту категорию поиска и всех светловолосых сотрудниц отеля. На всякий случай, – сказала я, чтобы прервать затянувшееся молчание и напомнить о своем присутствии.

Богородский и бровью не повел. Странная атмосфера.

В чем дело?

Мужчина молча смотрел на меня своим задумчивым взглядом. Я неловко улыбнулась и приподняла брови.