Церковь Света

Палан будут в ярости! Решение о фактическом уничтожении Дома услад популярности в Маине им не добавило, а теперь всем и вовсе придется утереться! Шлюхи, набранные в таверну, не дотягивали классом, а как иначе? Чего ждали эти кретины, выдернув с шахт обычных девок покраше? Забыли, каково это раньше было?

– Жаль… Мне нравилось посещать столь изысканное место.

– Место осталось на месте, Светлейший. – ответила Юли Мерех. – Мы будем рады твоему визиту и наши новые родовичи, наверняка, тоже.

– Безусловно! – тут же подхватила Гиссе, с полуслова поняв, к чему все идет. – Твои визиты в радость, Светлейший. Теперь золота с гостей брать нельзя, но разве запрещено развлечь желанного гостя? Тем более, что во всем Маине есть только один гость, которому в роду Мерех будут особенно рады.

– Не запрещено… Более того, вам не обязательно идти к Светлым! Я засвидетельствую вступление Гиссе в род Мерех, ну а девушек уже как-нибудь сами.

С удовольствием послушав звон монет о металл жертвенной чаши у Алтаря, приступил к ритуалу очищения от Тьмы, а следом и введения нового сородича в род Мерех. Затем велел всем обождать и с огромным удовольствием открыл своё главное задание. Быстро накидал краткий отчет и направил экстренный запрос на согласование. Особый запрос!

С пару минут ничего не происходило, а потом… Сработало! Род Мерех согласован в качестве кандидатов на благословление. Снят лимит на экстренные обращения в Хрустальный шпиль. Немного разочаровало указание о немедленном выдвижении в город предтеч, ведь хотелось зайти в гости к роду Мерех…

Хаос! Не до того! Ждать годами, а потом позволить похоти сбить себя с пути? Нет! С каким внутренним презрением он всегда смотрел на этих оплывших идиотов. Душа, разум и тело связаны! Как можно игнорировать или забыть столь простой и основополагающий постулат? Ладно, маги материка ударяются в поиск все новых и новых наслаждений, но что в головах у тех, кто обучался ими управлять? Слабаки! Он не такой, а вино… Что же, эту страницу жизни можно смело перевернуть, но не забыть.

Любые зашифрованные послания строжайше запрещены и виновнику грозит существенное снижение рейтинга, а Светлым даже досрочным перерождением. Вот только он не передает зашифрованное послание. Напротив! Он бросил клич всему миру, возвещая о своем решении. Каждый Светлейший империи получит уведомление о том, что он заявил кандидатов на одно из двух пустующих кресел в зале совета патриархов. Что они решат? Что он сдался и решился на блеф ради призрачного шанса вырваться из западни? Что он выполнил задание Пророка и вскоре заявится в столицу триумфатором? Пусть гадают! Пускай мучаются в сомнениях, пускай мечутся и совершают ошибки, пускай лишаются сна. Пусть этот хаос бурей всколыхнет застоявшееся болото и пройдет, оставив зерна сомнений. Слухи дойдут до них намного раньше его возвращения. Слухи послужат дождем, что позволит росткам укрепить стебли, а он вернется еще позже. Тогда, когда стебли иссохнут от времени. Сухие стебли станут топливом для пламени, в котором сгорят обе фракции, оставив лишь тех, кто примкнет к нему сам. К победителю! По своей воле!

– Род Мерех! Вы хорошо хранили тайну Света. Храните и впредь! Я запрещаю всем присутствующим говорить о том, что вы посещали город предтеч. Запрещаю рассказывать о встрече с Тьмой. Запрещаю рассказывать о том, как вы проходили свои Испытания. Если ослушаетесь – наказание будет суровым! Это понятно?

Получив разноголосое подтверждение о сохранении тайны, Светлейший угомонил их легким жестом руки, а затем с благодушной улыбкой заглянул в глаза каждому.

– Я обязан проверить ваши слова и если они подтвердятся… – он покачал головой. – Вы заслуживаете награды уже сейчас, но Свет видит, такие деяния грешно осквернять звоном золота. Церковь Света признает твой род, Комед Мерех! Сейчас идите и ждите моего возвращения в Маин. Я сам вызову вас, когда придет время.

Насладившись отвисшими челюстями и выпученными глазами, Светлейший внутренне усмехнулся, а затем, развернувшись, покинул зал.

Плюсы признания.

Похоже, вся информация, выдаваемая Юли по социальным лифтам и общественным образованиям, нуждается в серьезном пересмотре. Не то чтобы я воспринимал любые ее слова в качестве аксиом, но теперь тем более. Светлейший Маина без всякого собрания единолично объявил нас кандидатами на благословление! Как обратно целыми доехали – вопрос вопросов. У Комеда руки тряслись столь сильно, что, едва тронувшись, он остановил самоход и передал управление Мареку, но лучше не стало. Хорошо им там спереди было вдвоем, а вот мне на задней сидушке…

Едва женщины погрузились, как Гиссе без всяких всхлипов, натурально разрыдалась, уткнувшись в плечо Юли. Впрочем, та тоже не особо отставала в орошении щек слезами. Амеле, видимо, чисто из женской солидарности, присоединилась к ним с некоторой задержкой, выбрав своей целью уже мое плечо. И так тесновато сзади было, а стало и вовсе тяжело сосредоточиться. До дома добрались с большой задержкой, а там слез только прибавилось.

Хренов Светлейший! Я по праву гордился отрепетированной речью и тем, что убедил себя в том, что я – это я. Причем такой "Я", который не имеет отношения ни к богам, ни к Хаосу, ни к Тьме, ни к Микки Маусу. Страшновато было, но не так чтобы очень, а вот Светлейший… Светлейшие читают в душах, Светлейшие говорят с Пророком, Светлейшие видят силу, Светлейшие ведают Судьбами… Теперь это все заиграло новыми красками.

Этот его расфокусированный взгляд поверх головы, зрачки, бегающие слева направо, характерные движения пальцев… Долбаный Светлейший что-то читал и что-то писал! Линзы дополненной реальности, чип в голове или ультраэнергетическая суперштука на духовном уровне? Какая разница?! Этот ублюдок пользовался нихрена не средневековой технологией и если раньше я только подозревал Церковь Света в подобном, то теперь абсолютно уверен. Бесит до зубовного скрежета! Гадство!

Пускай остальные до сих пор не могут нарадоваться своему счастью. Пускай. Может и не заметят, как меня буквально выворачивает от бешенства! Очень хочется сделать кому-нибудь больно и очень надеюсь, что этот кто-то попадется нам в самое ближайшее время. Нам, в смысле мне, отцу и шестерым семенящим следом девчонкам, которых мы ведем принимать в род в Чертогах Пророка. Регистрировать или ставить на учет, скорее. Кто его знает, как на самом деле продвинутая часть этого мира называет этот процесс? Твари! Какого хрена они о себе возомнили, держа города среди лошадиного дерьма на дорогах и сортирах во дворах? Лекарств подбросили, а стадо и счастливо? Что если…

– И куда это псы бегут по утру? Не преподать ли…

Подшаг, левый хук и вставший на пути пацан лет шестнадцати, клацнув челюстью, заваливается на спину. Глухой удар черепа об гладкую каменную дорожку облегчения не принес, как и побледневшие лица обоих его сопровождающих. Добротная чистая одежда, холеные лица, испорченные выкатившимися глазами, безмолвие… Не сбавляя скорости, обошел мясо в дорогой одежде и двинулся дальше, краем уха услышав, что и остальные последовали моему примеру.

– Это сын главы стражи… – тоненько пискнул кто-то из девчонок.

– Насрать! Далеко еще?

– Почти пришли. За тем зеленым забором направо.

Я ускорил шаг, чтобы через десяток ударов сердца со мной поравнялся Комед и тихо буркнул:

– Не слишком ли круто начал, сын? Такое признание дает защиту далеко не всегда.

– Зато репутация дает защиту куда большую! Все в порядке, отец, я постараюсь вести себя как обычно.

– Вот этого я и боюсь.

– Не бойся, ты глава рода и теперь трепетать будут перед… Вот жеж!

В спину врезалось что-то мягкое и приятно пахнущее. Пискнуло и отстранилась, а я стоял без единого движения, стараясь не зарычать. Если Храм напоминал каменную готическую крепость, выкрашенную в белый цвет, с колоколом под крышей верхней башенки, то Чертоги Пророка…

За низкой белой изгородью располагался газон с зеленеющей даже в начале весны травой. Широкая, но короткая дорожка вела к стеклянной двери, за которой угадывалось подобие стойки. Четыре этажа, идеального белого куба стороной метров двадцати блестели чистыми стеклами довольно крупных по местным меркам окон. Это что, ммать их, за хрень посреди вони лошадиного дерьма на серой каменной дороге? Вокруг крыши черепичные, дым из труб валит, а у них тут офис?! Что за дерьмо?!

– Арэк? – отец с тревогой заглянул мне в глаза и поджал губы. – Ты, пожалуй, помолчи, сын. Я сам поговорю.

Сказал и направился к двоим громилам в цветах Палан с дубинками вместо мечей, стоящих на страже у дверей. Э-э-э, не-е-ет… Пожалуй, пора опробовать местную административную систему стресс-тестами, да и собственные рамки дозволенного прощупать. Я-то проверку Церкви прошел, а выдержит ли она мою?

– По какому…

– Вы почему еще здесь?! – оборвал бас одного из здоровяков, вынырнув из-за спины Комеда. – Там какой-то дикий отморозок сына главы стражи избил. Клянусь Светом! Вы…

Сорвавшиеся с места дубинщики едва не снесли замешкавшуюся у них на пути Асте. Ого! Такого я не ожидал – целую речь готов был выдать экспромтом, а оно вон оно как вышло. Перехватив хмурый отцовский взгляд, пожал плечами и толкнул створку широкой стеклянной двери не за ручку, а точно по центру, оставив отпечаток ладони. Приятно… Да она еще и в обе стороны открывается!

– Да прибудет с вами Свет, дети. – сонно молвил толстяк, восседающий в массивном кресле за массивным деревянным столом с тремя разноцветными колокольчиками. – Снадобья Чистых вы можете найти с обратной стороны Чертогов. От выхода поверните налево…

– Мы здесь не за этим, Светлый, да прибудет с тобой Свет. – ровным голосом и касаясь в мою сторону, перебил его Комед. – Я, Комед Мерех – глава признанного рода Мерех, хочу ввести в род шестерых новых родовичей.

– К-хм… Этих?!

Толстяк даже вперед подался и вылупился на наших спутниц, словно стараясь убедиться в отсутствии обмана зрения. От сонливости и следа не осталось! Ну да, самые ранние "клиенты" зачастую умеют преподносить особые сюрпризы. Даже чай свой утренний расплескал или что там у него заварено в стеклянной, мать его, кружке?

– Ты с ума сошел, Комед Мерех?! Твой Господин знает об этом намерении?

– Господину важно, чтобы в сердцах моих родовичей Тьмы не было, а в остальном все мы дети в глазах Пророка.

– Ритуал вступления в род стоит двадцать серебром. – словно исчерпав запас эмоций, положенный ему на весь день, толстяк вернулся в исходное положение и заговорил сухим чиновничьим языком. – Родович, пожелавший покинуть род, не вносит за это плату, а род, допустивший подобное, выплачивает два золотых служителю Чертогов Пророка. Глава рода может изгнать родовича, но ритуал изгнания родовича стоит двадцать золотых, выплачиваемых служителю Чертогов Пророка. Уверен ли ты в своем решении, глава рода Мерех?

– Уверен! – отец обернулся через плечо и бросил короткое. – Плату!

Каждая из шагнувших к столу девушек с облегчением опустила перед "менеджером ресепшена", по увесистому мешочку, набитому медью. У нас все же целый бочонок этого добра – нужно же куда-то его девать. Видимо, недооценил я служителя больших столов и удивления в нем еще хватало, но он все же справился с собой и подхватив один из колокольчиков, как следует его растряс.

Звон колокольчика веселыми нотами прогнал ощущение сонного царства. Попрыгал по двум деревянным скамьям у ровных белых стен, ударился об широкую деревянную дверь слева от стола, затем попробовал провернуть то же самое с правой дверью, но, сдавшись, затих. М-да, квадратная комнатка шесть на шесть особо не впечатляла. Массивный стол, скамьи, двери – все это выполнено из самого обычного дерева и совершенно не сочеталось с белыми стенами, чего уж говорить про стеклянную дверь. Снова возникло ощущение дикарей, нашедших и приспосабливающих под свои нужды изделия более продвинутой цивилизации.

Звон раздался еще дважды, прежде чем из-за левой двери появился куда менее упитанный товарищ, но значительно старше, хотя и настолько же меланхоличный. Перекинувшись парой фраз с толстяком, он провел нас по широкой винтовой лестнице на нижний этаж в зал, выполненный все в той же стилистике, но, судя по всему, занимающий все подвальное пространство. Полтора десятка светочей в ажурном оформлении, десяток деревянных скамей, алтарь, больше напоминающий побеленный бетонный блок, с покоящейся на нем сферой истины в небольшом углублении по центру. Более в помещении ничего примечательного не было, за исключением небольшой жертвенной чаши по правую сторону от алтаря и трехметровой статуи Пророка позади него.

В Храме я больше пялился на амулеты Светлейшего, спрятанные под объемной белоснежной мантией на груди, запястьях, щиколотках. Интересное решение… Кирасы паладинов также оказались весьма непросты, но по сложности исполнения не дотягивали до бижутерии Светлейшего весьма и весьма. Повторить такое? Понять бы сначала, что там за руны и откуда они взяли камни с гранью Света для своих амулетов?! Нехорошие подозрения закрадываются! Еще и качество исполнения на безумно высоком уровне миниатюризации, позволяющее реализовать непостижимо высокую плотность на минимальной площади. Что там за руны, даже понять невозможно, конструкты казались светящимся пятном – не более… Есть к чему стремиться! В общем, было как-то не до разглядывания статуи.

Внутри Храм выглядел как типичный замок: желтовато-серые стены и статуя была выполнена из белого гладкого камня. Тут же – серый мрамор на фоне белых стен. Серьезный крупный мужчина в приталенной мантии, с уверенной улыбкой поверх квадратного подбородка глядел куда-то вдаль, выставив вперед левое плечо. Ему бы плащ, мышц, выпирающих сквозь мантию и жезл в руку, или молот какой… В общем, статуя внушала, но над эпичностью можно было бы и поработать более вдумчиво. Все равно эффектно – типичный положительный герой или злодей. Разница только в том, кого и сколько пришлось прикончить, чтобы правильно впечатлить выживших. Единственное действительно примечательное, что в этой статуе, что в Храмовой – это весьма знакомый рунный конструкт, спрятанный внутри. Очень и очень похожий на магическую начинку звуковой колонки в городе Тьмы. Хитро и весьма занятно – прямые эфиры для управления паствой? Теперь рассказы о голосе Пророка под сводами Храмов уже не кажутся забавными.

Короткая вступительная речь о Свете, Пророке, важнейшей роли Церкви Света в нашей судьбе, а затем гармоничный переход к ритуалу. Девушки по очереди подходили к алтарю, осторожно брали в руки сферу и неотрывно глядя в глаза статуи, отвечали на вопросы стоящего слева от алтаря Светлого. Грамотный подход, а список вопросов не так чтобы слишком сильно отличался от вчерашнего перечня. Урезанная версия, так сказать.

Мой слух еще в Храме резанул вопрос об экспериментах над людьми и животными, но он хоть ожидаем был, а вот вопрос про использование частей тел пробужденных людей… Это же охренеть просто! Кто-то пускает народ на запчасти?! Магов режут ради… материала?

Храм мы покидали уже в сгустившейся темноте, подсвеченной радугой неба, далеко за полночь. Потом и вовсе не до сна стало. Возбужденный народ весь остаток ночи тасовал планы на будущее, страхи на будущее, покупки на будущее. Возможно, этим жутким недосыпом и объясняется мое паршивое настроение. В любом случае логика вернулась на место, позволив сделать еще один вывод – что-то меняется в телах людей после пробуждения и меняется весьма сильно. Настолько сильно, что тела стареют куда дольше, могут и вовсе не стареть, а некоторые счастливчики еще и молодеют, пробудившись уже в возрасте. Однако это видимый эффект, а то, что тела, по некоторым свойствам, становятся схожи с телами зверья – интересный сюрприз. Все же присутствуют неоспоримые плюсы в подобных проверках, а иначе алчные Рунники с Кулинарами начали бы реальную охоту на магов. Ну, может, не все Рунники, а только самые отбитые отморозки. Взять хотя бы ту борзую троицу в крепости – столько материала…

Светлый, "неожиданно" обнаруживший Тьму в сердцах новоиспеченных родовичей, нехорошо покосился на увесистые мешочки с медяками, звякнувшие об днище чаши и покачал головой. Однако к ритуалу приступил без пересчета платы, чем избавил меня от нервного срыва. Юное тело просто разрывало от избыточной энергии! Хотелось делать хоть что-то – бегать, прыгать, танцевать, рисовать усики статуе, спать. Хорошо Мареку – Гиссе настояла на том, что отныне будущие патриарх и глава рода не должны проявлять вместе нигде, кроме официальных приемов. Безопасность, традиции и все такое… Мама ее поддержала и наследник остался на страже нового родового дома. Хорошо ему – отсыпается сейчас, наверное.

***

– Комед Мерех, глава города Маин – Домес Палан, желает видеть тебя немедленно! Следуй за мной и без глупостей!

Я хмуро оглядел четверых мечников, двух копейщиков и четырех арбалетчиков, стоящих в десятке шагов от говоруна. Десятник не прост – высокий, светловолосый с утонченными чертами лица. Очередная бездарность, уродившаяся среди Палан без должного потенциала и пристроенная на теплое место или вовсе не благородный? Ещё и встречу организовал в шаге от территории Чертогов. Чего стоило подальше отойти? Получается, что мы как бы еще внутри, а он снаружи. Как-то тупо, на мой взгляд и раздражение грозит эволюционировать в бешенство – так отоспаться хотелось. Мне личную комнату выделили… И почему он вообще остался на месте? Выдав подобный приказ, подобным тоном, по всем канонам должен развернуться и чеканить шаг в нужном направлении в полной уверенности, что ослушаться не осмелится никто. Ан нет – стоит и хмурится. Понимает, что маг может и жопу поджарить? Тогда тем более непонятно, чего разлаялся.

– Возвращайтесь домой. По дороге заходите в лавки и представляться не забывайте. – Комед, выдав инструкции девушкам, внимательно посмотрел на десятника. – Веди нас, уважаемый.

Странный, на самом деле, городок. Население чуть за двадцать тысяч и вчера перед обедом в него въехало невиданное чудо с пятью одетыми в шкуры чужаками, во весь голос вопящими о тайне Света. Прямо сейчас двоих дикарей куда-то ведет вооруженный конвой. Где сгорающие от любопытства взгляды?! Где толпа с вилами и факелами, шагающая вслед за конвоем? Что такого интересного постоянно происходит в Маине, что мы удостаиваемся максимум короткого взгляда?! Нас, может, четвертовать сейчас будут! Не интересно? Кстати…

– Отец, мы плохо позавтракали. Может пора подкрепиться?

Поймав недоумевающий взгляд Комеда, вздохнул и достал из-за пазухи мешочек с вяленым мясом.

– Не дам! У тебя печенька есть!

В ответ на еще большее недоумение нахмурился и сделал страшные глаза. Дошло! Отец быстренько достал из-за пазухи небольшой мешочек и заработал челюстями. Молодец – в предстоящей беседе хладнокровие необходимо как воздухе, а обычное на вид печенье скрывает довольно быстродействующее средство – проверено на практике.

***

Резиденция Домеса Палан не впечатлила. Вот забор – шикарен! Каменный, трехметровый, по всей длине с лепниной в форме зуров, вставших на дыбы. Хотя сомневаюсь, что это лепнина. Скорее они как-то нарощены, что ли. Имелось и еще кое-что интересное – через каждый десяток метров на заборе покоилась каменная сфера с весьма простым рунным конструктом, заточенным внутри. Однако внимание привлекала не сами сферы, а некие силовые каналы, спускающийся от них по забору, ныряющие под газон и убегающие куда-то вглубь внушительного поместья. Хорошо живет глава Маина – нечто похожее, но в ГОРАЗДО большем объеме я уже наблюдал в городе Тьмы. Охранная система? Похоже на то.

Дорого-богато… Словно в цыганский табор к баро заглянул. Позолота, ковры, картины в массивных рамах со все той же позолотой. Окна мутные… Качество значительно уступает тому, что наблюдалось в Чертогах Пророка. Чувствую и производство нормальных стекол находится в руках Церкви. Реально не представляю, как нужно выстроить технологический процесс в условиях средневековья для достижения подобного качества. Хотя-я-я, Амеле до сих пор не нарадуется изготовленным зеркалам, а ведь там пузырики и разводы. Может, в столице все куда лучшего качества?

– Уважаемый! – на волне необоснованно поступающего веселья обратился к высокомерному типу, которому нас с рук на руки передал десятник. – Представь нас как главу признанного рода Мерех – Комеда Мерех и его второго наследника Арэка Мерех.

Высокий худощавый маг Воздуха презрительно скосил взгляд, но до ответа не снизошел. Жаль. Ну да ничего – сегодня мы найдем кого выбесить одним своим существованием.

Приемный зал впечатлял своей кричащей нелепостью сильнее всего. Позолота, серый пол с белыми полосами, статуи зуров, вставших на дыбы и огромное количество незаконченных фресок на стенах. Золота не хватило? Понимаю. Ремонт штука такая – начать можно, но закончить нельзя.

За двумя составленными вместе столами ближе к стене зала стояло четыре кресла. Серо-белый полутрон занимал весьма красивый, по местным меркам, персонаж. Длинные светлые волосы собраны в пучок, под сведенными бровями два изумруда глаз, острый подбородок с оформленной бородкой в стиле всяких Людовиков, на широких плечах оранжевая мантия, но я и так вижу, что передо мной маг Камня. По левую руку от него так же грозно свела брови высокая голубоглазая брюнетка с нимбом Огня. По правую руку парень чуть за двадцать с нимбом мага Воздуха.

Гиссе вкратце рассказала и о Домесе Палан, и о его жене, и о его наследнике, не являющемся родным сыном жены главы города. Рассказала и о четвертой фигуре, принимающей участие в застолье. Висса – негласная глава Светлых Маина и она действительно важная фигура, даже несмотря на отсутствие нимба. Невысокий рост, каштановые волосы немного не достают до белой мантии на плечах, спрятанные в широкие рукава кисти рук, добрые, всепрощающие глаза и легкая полуулыбка на губах. Опасна!

Помимо этой четверки присутствовал маг Огня, магесса Воды и Воин, рядом с которым на стуле разместился утренний ненавистник псов с забинтованной головой. На губах больного играла нехорошая усмешка, а вот его отец буквально колол взглядом. Не хватало еще одного Воина и пары магов, а так бы тут присутствовал полный состав пробужденных Маина. Троицы Рунников и Погодника в расчет не беру. Их вообще никто в расчет не берет. Зря! И я это докажу! Слабоваты они все, кстати. Глава крепости на Белой горе посильнее был, а наследник так и вовсе уступает Амеле в густоте цвета. Гиссе говорила, что стряпня Кулинара – мечта пробужденного. В столице есть и свободные маги, обладающие этой гранью и владеющие собственными ресторанами. Весьма дорогими ресторанами, но тут-то уникальные ресурсы считай под боком, а многие рецепты и так всем известны. Почему он не использует такую возможность усиления? Или использует и только потому хоть такой силы набрался?

– Не часто вижу я такое…

Что там нечасто видит глава Маина, всем еще только предстояло узнать, а пока каждая пара глаз с удивлением глядела на меня, оставившего отца в одиночестве в центре зала и уверенно шагающего в сторону травмированного пацана. Обойдя изрядно напрягшихся магов, взял одно из свободных кресел и потащил его обратно в центр зала. Противный визг и скрежет деревянных ножек по полированному камню явился прекраснейшей музыкой, идеально подходящей и этому залу, и слушателям. Опешившие благородные не выдали ни звука до того, как отец спокойно не занял свое место, а я не пристроился чуть позади спинки по правую руку.

– И что… – начал было побагровевший глава города.

– Письмо! – громко и максимально пафосно оборвал красавчика. – Лично в руки Господину Домесу Палан от Господина Актиса Палан!

Приняв от Комеда небольшой свиток, всученный ему главой крепости перед самым выездом, сделал восемь шагов в сторону стола, максимально громко вбивая каблуки сапог в мрамор пола. Не скрежет стула, но тоже неплохо. Возложив свиток на стол, резко развернулся на каблуках и громоподобно проследовал обратно за спинку кресла.

Тишина. В этом мире слишком часто люди замолкают, сталкиваясь с чем-то необычным, новым и чересчур наглым. В обеих своих прошлых жизнях я так себя не вел. Может, замолкают не только в этом мире?

– В род?! Бред! – Домес прочитал послание и скомкав, бросил за спину. – За свои преступления и наглость вы не только не достойны войти во внешний круг Палан – вас всех на кол посадить нужно. Вместе с этой тварью Гиссе!

Меланхоличный вид главы Мерех и мое заинтересованное разглядывание рунной брони Воина – явно не тот результат, на который он рассчитывал.

– Мне плевать, что вы маги! Нападение на благородного в центре города, ложь о тайне Света, возмутительное поведение в моем доме. Палан карали и за меньшее!

Руны, нанесенные на кожаные изделия – это интересно. Вот бы в руках ее повертеть, а еще лучше поговорить с мастером, сотворившим такое. Вроде и просто все, но у меня не получалось. Может, обработка особая нужна или больше силы вливать? Жаль, спросить у мастера не получится – что вопрос, что ответ – все является тайной для непрошедшего обучение в Силисте и Учебнице. Понятно, что никто этих клятв не блюдет, но новоиспеченному роду кандидатов пока не стоит так рисковать – мало ли на какие вопросы со сферой истины в руке отвечать придется.