Истовая истина

- Да, простите, нас ждёт важный разговор, и я попросила нас не беспокоить.

- О чём вы хотели поговорить? - Эммануил Порфирьевич поднёс к губам ароматный кофе и, еле сдержавшись, чтобы не сделать реальный глоток, поставил его на стеклянный столик. – Какой вкусный кофе, спасибо.

- Правда? Ну, что вы. Рада, что вам он понравился.

Агнесса смущённо поправила на себе шёлковое платье-халат. На рукавах наряда были перья, и она тщательно старалась не испачкать их, аристократично держа чашечку кофе двумя пальцами.

- Перейдём к делу, - Агнесса нахмурилась. – Наша с вами любимая девочка, Валюша, пропала. Так ведь?

- Судя по всему да.

- Что же с ней произошло?

- Знаете, я бы тоже хотел это знать. Может быть, у вас есть какие-то мысли на этот счёт?

Агнесса поправила шёлковый платок на голове.

- У меня? Откуда у меня могут быть соображения на этот счёт? Это ведь вы заявили о её похищении?

«Откуда она знает о похищении? Я не упоминал об этом».

- Да, я заметил, что Валя не пришла домой. Мы договорились вместе пойти в магазин. Это навело меня на мысль о её исчезновении…

- Понятно, - тяжело вздохнула Агнесса и встала. – Может быть, она просто уехала из города? Может быть, её не похищали?

- Это вполне вероятно.

- Как же жаль, как жаль, - Агнесса подошла к балкону, раскрыла его дверцы и зажгла сигарету. – Понимаете, я думала вам что-то известно. Перед пропажей Валя одолжила у меня одну вещицу, очень дорогую мне вещицу. Старое фамильное украшение.

«Ах, вот оно что, вот что она искала, - думал Эммануил Порфирьевич, остро ощущая в кармане брюк украшение, найденное в журнале. – Отдавать его этой сумасшедшей нельзя».

- Вы не видели его?

- А как оно выглядело?

- Подвеска необычной формы, серебряная.

- Не припомню.

- Жаль-жаль, - Агнесса еле заметно двинула пальцем, держащем сигарету, и из спальни появился муж с псом. – Очень жаль, что вы врёте. Я думала, что смогу вас разговорить, но вы, Эммануил Порфирьевич, оказались не так просты, как кажитесь.

Эммануил Порфирьевич встал с дивана и медленно направился к выходу из комнаты, но его перегородил муж.

Агнесса затушила сигарету и подошла к гостю.

- Нам очень жаль, что приходится вас обыскивать, но вы не оставили нам выбора.

- Это вы похитили Валю? Отвечайте!

- Похитили? Вы же сами сказали, что Валя просто пропала. Как быстро вы меняете показания…

- Не заговаривайте мне зубы. Этот странный символ. Вы точно с ним связаны.

- А вы догадливый, Эммануил Порфирьевич, но и наивный. Зачем нам что-то рассказывать? - подходя ближе, прошипела Агнесса. – Или вы хотите, чтобы мы вам всё рассказали, а потом нам пришлось вас убить? Ну-ка что у вас там в карманах?

Эммануил Порфирьевич попятился назад, и чуть не уронив граммофон по пути, оказался спиной к балкону. Он отдёрнул шторы и комнату залил яркий дневной свет.

- Куда же вы направились? Прыгнете со второго этажа? В вашем-то возрасте и с вашей ногой? Не переоцениваете ли вы себя? Всё, вы нам надоели. Пупсик, схвати его. Мы сами его обыщем.

- Ладно, ладно! – Эммануил Порфирьевич запустил руку в карман брюк. - Лови!

Что-то пронеслось в воздухе.

Пока Агнесса пыталась поймать летящий блокнот, Эммануил Порфирьевич бросился вперед и толкнул её. В суматохе платок слетел с головы Агнессы и приземлился неподалеку.

Агнесса остановилась, обмякла и стала оседать на пол. Эммануил Порфирьевич, рыча от адреналина в крови, остановился и подхватил её.

- Что с вами?

В углу комнаты послышался удар: муж Агнессы и её пёс повалились на пол и затряслись в припадке. Из их пенящихся ртов вылезали толстые слизни и тут же растворялись на солнце.

Эммануил Порфирьевич аккуратно уложил Агнессу на пол и направился в их сторону, как вдруг краем глаза заметил странное движение у окна.

Платок Агнессы, сталкиваясь с мебелью, лихорадочно двигался в сторону балкона.

Эммануил Порфирьевич подбежал и поднял его.

Помещение заполнилось странным уже знакомым вибрирующим голосом:

- Нет, не трогай нас. Мы не хотим! Мы не попадёмся! – кричало маленькое студнеобразное двухголовое чудище.

Кожа существа пылала под лучами солнца, а глаза, по одному на каждую голову, заполнились слезами.

Эммануил Порфирьевич замер от шока. Воспользовавшись этим, существо быстро потекло в сторону балкона, просочилось сквозь прутья ограждения и слилось в ближайший люк канализации.

Эммануил Порфирьевич проследил за его исчезновением и сел на диван. Его лицо было спокойным, но чрезвычайно бледным.

- Милый, любимый, прости меня, - тихо плакала Агнесса.

Она развернулась в сторону мужа и теперь ползла к нему.

- Ты в порядке, любимый? Это была не я, не я!

Со стороны мужа послышалось тоскливое мычание. Очнувшийся бульдог подбежал к Агнессе и стал облизывать её лицо.