Дело Бейкера

Мебель в кабинете была из эбенового дерева, слегка потрёпанного годами, камин за стеклом спал, а на журнальном столике друг на друге лежали несколько папок. Лиам поднял их и убрал в шкаф, предлагая Кавани сесть. Парни опустились на диван, и Райз остановился напротив.

— Не знаю, передавал ли вам задачу Говард, — начал глава Шакалов, — мне нужны переводчики. Вы знаете итальянский.

— Ага. Знаем. — Поочерёдно произнесли близнецы.

— Хорошо, — Лиам отошёл к столу и достал из полки бумагу, — здесь условия оплаты и стандартный договор для переводчиков. Ознакомьтесь.

Он положил документ на журнальный столик и посмотрел на Стервятников. Те сначала внимательно пробежались по строкам, затем переглянулись. Один из парней ткнул пальцем в бумагу и начал зачитывать предложение:

— Полная материальная и личная ответственность за разглашение деталей. Штраф за нарушение конфиденциальности… миллион баксов? — Рей вскинул голову, — серьёзно?

— Бизнес требует гарантии, не так ли, мистер Кавани?

— Да, но… миллион баксов с каждого! Чёрт!

Лиам позволил себе сдержанно улыбнуться.

— Бизнес есть бизнес, мистер Кавани, и он требует гарантии. Это стандартный «эн-ди-эй»8. К тому же, — Шакал посмотрел на не унимающегося близнеца, — ваш босс одобрил данный пункт и сам согласовал для вас размер неустойки.

— Говард, — тихо процедил Стервятник, и тогда Лиам убедился, что говорит именно с Реем.

Кавани изучали Лиама Райза, когда тот ещё был глупцом с крашенной головой. Сейчас же перед ними стоял взрослый юноша с русыми волосами и прямым взглядом. Графитовый костюм сидел на нём строго, и только расстёгнутые верхние пуговицы добавляли ему в образ немного фамильярности.

И он тоже изучал Кавани перед их приездом. Единственное, чего он не ожидал — столь сильной природной схожести. Но удивление Райз оставил при себе — подобные эмоции стоило держать на коротком поводке.

— Итак, — Шакал достал из стола ручку «Паркер» и положил рядом с договором.

Жест, показывающий лишь уверенность. Потому что они подпишут. Подпишут и начнут работать.

— Здесь указано, что мы с Реем будет работать на разные группы, — Рик заглянул в текст, приподнимая верхний лист. — Я бы хотел познакомиться с тем, с кем мне предстоит так тесно работать на протяжении долгого времени.

Лиам улыбнулся, и в лёгком выражении этого лица было что-то острое.

— Разумеется, я познакомлю вас. После подписания договора.

Рик выдержал его взгляд и потянулся к ручке, не прерывая контакт. Он опустил глаза лишь на миг: когда искал место, где нужно оставить подпись. Рей посмотрел на брата и сделал то же самое.

— Позвольте, вам покажут, где вы будете жить, — Райз убрал бумаги в папку и указал на дверь. — А после познакомитесь с капитанами и их командами.

За ней их уже ждал Шакал с руками, убранными за спину. Парни повернули к нему головы, и тот оживился, словно пробудившийся андроид.

— Джон, проводи их в гостевой особняк.

— Да, сэр, — кивнул тот самый Джон и повёл их к выходу.

Близнецы последовали за лейтенантом Айзека Хилла и скрылись на лестнице.

Ресторан был почти пуст, многие гости поднимались со своих мест и покидали заведение. Официанты убирали пустые тарелки и быстро лавировали по залу, поглядывая на часы на руках — каждый из них ждал конца смены, чтобы отправиться домой.

В полумраке, где один из столиков терялся в тени, сидели двое мужчин, до сих пор не притронувшихся к кофейным кружкам. Горячие напитки давно остыли, но они не обращали на них никакое внимание.

— Энрике Луна взяли, — продолжил один из них и почесал щетину.

Локоть вульгарно опустился на край стола, мужчина напротив покосился на руку, но промолчал, предпочитая поддержать диалог, а не высказываться о манерах.

— Ожидаемо. Он стал слишком назойлив.

Холод в голосе не показывал привязанности к пойманному мексиканцу. Её и не было. Мужчина в выглаженном костюме откинулся на спинку стула и потянул руку к кружке, проведя пальцем по ободку.

— Но он вёл все линии, — собеседник нахмурился и поправил воротник клетчатой рубашки. — Контролировал всё.

— Всё да не всех… — туманно ответили ему.

— Не понял.

— Тебе и не нужно понимать. Просто делай свою работу. Найди нового логиста на его место, лучше всего свяжись с логистом из Индианы. — Человек в костюме помолчал, наблюдая за тем, как официантка протирает соседний столик. Когда та ушла, он продолжил: — Дай намёк на лазейку через наш маршрут. За это мы потребуем лишь небольшой процент и допуск лишнего груза в их рейсы.

— В Индиане полно желающих, но проценты давать не станут, — мужчина всё же отхлебнул холодный кофе и скривился, отставляя его в сторону.

— Всё уже решено, — человек напротив положил руку на колено и задумчиво наклонил голову. — Тебе нужно связаться с ними и начать работу. Свяжешься с ними — и они дадут знать, что делать.

— А если Луна нас сдаст?

— Этого не будет, — твёрдо заявил мужчина и поправил пиджак, поднимаясь со стула. Оставляя купюру, он направился к выходу из ресторана.

Глава 8. Гавань

Отдел по борьбе с организованной преступностью в эту ночь не смыкал глаз. Сольберг нахмурился и устало потёр глаза. Он уже больше часа сверлил вниманием исписанную ими с напарником доску на стене и бумаги на столе перед собой. Его команда пыталась понять, когда будет нужная им поставка из Индианы. Наркоторговцы не идиоты, они щепетильно относились к подобру судна и товарам.

— А я уже думал, что классическая поставка бананов сошла нам с рук, — Дженсен облокотился руками в край стола своего капитана и зажмурился от боли в глазах.

Они вдвоем задержались на службе, чтобы попытаться перехватить ход мыслей преступников.

И даже опыт Кори в двойной игре не помогал ему понять шаги картелей. Бейкер не занимался наркотиками — а потому этот путь был ему неизвестен.

Сержант тяжело вздохнул и поднялся. Снова прошёлся по кабинету и остановился у доски. Посмотрел на прикрепленные к ней магнитами фотографии. Коснулся портрета Энрике Луна, который продолжал сидеть в камере до выяснения всех обстоятельств, и раздражённо поджал губы.

«Может, стоит попросить помощи у Рида?»

Парень покачал головой, отбрасывая подобную мысль вглубь черепной коробки. Сейчас было опасно обращаться к Малкольму самому. Полиция следила за каждым закоулком. Подставить своего друга по собственной глупости он не мог.

— Что мы знаем об Индиане на данный момент? — Кори развернулся и посмотрел на Дженсена, который оторвался от изучения отчёта.

Они читали их больше десятка раз, но толку от этого не было никакого.

— Ничего нового — картели продолжают искать лазейки и поставлять товары через порты. Энрике молчит, поэтому никаких данных мы добавить не можем. Нам бы достать Кубинца, но он залёг на дно ещё год назад — без понятия, что может вытянуть его на поверхность снова.

Сольберг неутешительно усмехнулся.

Кубинец — крупный дилер. Они гонялись за ни мне один год, но поймать так и не удалось. Этот подонок умел прятаться и подставлять всех вокруг себя, спасая собственную шкуру.

— Последняя его работа была на Кубе? — сержант подцепил фотографию с запечатлённым на катере мужчиной.

— На Кубе, через три месяца его видели в Индиане. Перебрался туда, и его след исчез.

Раздражение начинало перекрывать внимательность и сосредоточенность вместе с накопленной от работы усталостью. Кори сдёрнул с себя куртку и бросил ту на стул — он накинул её часов в одиннадцать ночи, собираясь домой. Часы на стене показывали пятый час утра.

Звонок на телефон детектива заставил двоих мужчин замереть. Дженсен потянулся к гаджету и махнув кнопку принятия вызова, прижал его к уху.

— Детектив Харрисон, — произнёс он вместо приветствия.

Сольберг убрал руки в карманы штанов и принялся ждать. Они пару раз переглянулись, и, когда взгляд его подчинённого изменился и метнулся на начальство, Кори понял, что что-то появилось. Информация. Или зацепка.

— Ты уверен в этом? — детектив помедлил, слушая ответ собеседника и схватил ручку, подтягивая к себе первый попавшийся пустой лист. — Да, записываю, говори.

Чернила быстро вывели номер и название порта. Ручка с гулким стуком легла поверх бумаги.

— Информатор из порта, — произнёс Дженсен, сбрасывая вызов.

Он поднялся с места и схватил куртку, висящую на спинке кресла. Сольберг ухватил свою и двинулся следом.

— Сказал, контейнер из Индианы сбился с расписания и задержался.

— Крюк по маршруту? — предположил Сольберг и запер дверь в кабинет.

Ключ упал вглубь кармана, а парни поспешили к выходу. Дженсен кивнул, шагая чуть впереди.

— Был круг через Бёрнс-Харбор. Капитан сказал диспетчерам про отказ генератора. Он лёг в дрейф на траверзе Гэри.

— Тянули время, — закончил Сольберг и последовал за коллегой на парковку.

Двери хлопнули почти одновременно. Фары коротко мигнули в ещё не проснувшемся Чикаго, разорвав тёмную пелену вокруг ярким светом. Двигатель рыкнул, и машина тронулась с места. В этот раз за рулём был сам Дженсен — сержант этому не возражал.

— Сколько у нас времени до отгрузки?

Дженсен мельком глянул на магнитолу, где показывалось время.

— Если они уже час как в порту, то контейнер могут перегружать прямо сейчас.

Кори выругался и достал телефон, быстро набирая номер Береговой охраны. У них не было ордера на вскрытие, однако наводка на наркотики и временная аномалия, которая подтверждалась их информатором, говорили о том, что они могли пренебречь подобной формальностью.

— Отдел по борьбе с организованной преступностью, сержант Сольберг, — быстро представился он, как только услышал диспетчера порта, — экстренная ситуация. Судно «Бёрнс-Харбор Экспресс» должно было пришвартоваться на терминале Ирокез-Ландинг. У нас есть информация о крупной партии наркотиков на борту. Местные банды могут прямо сейчас забирать крупный товар прямо с причала.

Он помолчал, с другого конца связи донеслось быстрое клацанье по клавиатуре.

— Вижу задержку по AIS, — ответили ему. — Какой контейнер?

— Уточним на месте. Требуется немедленная блокировка терминала. Группа может иметь при себе оружие. Свяжитесь с таможней на КПП — пусть закрывают автомобильные ворота на выезд. Никого не отпускать, ни людей, ни грузы.

Телефон вернулся в карман, и Дженсен бросил мимолётный взгляд на своего капитана.

— Дело может быть дрянь, Кори.

— Да, — он положил руку на кобуру и нахмурился, утыкаясь взглядом в пустоту, — если мы найдём тонны наркотика — это может сломать всю их игру.

Частный круизер, пришвартованный к Гавани тридцать первой улицы, терялся среди огромного количества других судов богачей, которые покачивались рядом. Лиам ступил на помост и посмотрел на воду, плещущуюся под ногами. Она лизала доски и пыталась достать людей, но волны не дотягивались до них и глухо ворчали.

Райз вгляделся в дальнюю часть пирса. Там, среди бетонных блоков, за рядом лайнеров виднелся причал, связывающий Шакалов друг с другом. Кожу закололо от воспоминаний.

Ноябрь.

Ноябрь в Чикаго всегда хмур и сердит, как неугомонный старикан, тронутый умом. Он то хлещет всех резкими порывами ветра, то тёплым воздухом даёт надежду на то, что ещё не всё потеряно. В ноябре Гавань больше похожа на кладбище судов, накрытых пластиковыми гробами. Город серый и такой тусклый, что тоска накрывает попутной волной.

Холодный ветер пронизывал до костей так, что чёрная рубашка промокла насквозь и липла к животу и спине, в какой-то момент резко вздуваясь от порывов ветра. На краю пирса стояло пятеро. Где-то вдалеке — ещё столько же; и наблюдали, и следили за секторами. Все в таких же чёрных рубашках и штанах. На ногах кроссовки или туфли. У Лиама — босые ступни. Ледяные доски пронзали их мелкими обжигающими осколками, хотя он прекратил чувствовать ими хоть что-то минуты две назад.

— Ты точно готов? — ветер уносил тихий голос Томаса, но он слышал его.

Райз кивнул и отцепил собственные пальцы от боков, чтобы расправить плечи и вскинуть голову. Челюсти он стиснул до скрипа, пытаясь скрыть дрожь.

— Хорошо. Лиам Райз, — Бейкер заговорил глухо, вынув руки из карманов брюк, — посмотри вперёд. Что ты видишь?

Подросток повернул голову к воде. Тёмная гладь Мичигана бурлила чёрной жижей, которая словно ждала момента с удовольствием проглотить своё подношение. Небоскрёбы Чикаго терялись в мрачном тумане. Лиам обернулся на трёх человек позади: Филлип Коинс молча глядел на своего друга и босса, не двигаясь, словно ветер не царапал кожу и не путался в волосах; Малкольм Рид с интересом и усмешкой взирал на парнишку, не верящий, что тот вообще это сделает; по скулам Айзека Хилла ходили желваки — Лиам понял, что не один он мёрзнет в этот противный месяц. Хотелось скрыться в тёплой машине, которую они покинули.

Но они в Гавани тридцать первой улицы. Кругом вода, а погода барабанила тяжёлым дождём.

Юноша пожал плечом.

— Я не знаю… вода?

Бейкер сдержанно улыбнулся.

— Вода. И что ты видишь в этой воде?

Лиам опустил взгляд. Мокрые лапы тянулись к доскам, толкали суда.

— Ничего. Чернота сплошная.

— Ошибаешься, — Бейкер шагнул к краю. — Это тишина. Вода не болтает лишнего. Она хранит то, — он сел на корточки и опустил руку к озеру. Волна достала до кончиков пальцев, — что в неё попадает.

Он поднялся. Лиам вскинул голову и поёжился. Чёлка прилипла ко лбу, но убирать с лица не стал — не решился отлепить прижатые по швам руки от тела. Очередной порыв ветра дал колючую оплеуху — глаза заслезились.

— Мы — Шакалы. — Голос Бейкера вдруг стал спокойным, даже мягким. И от этого мороз пошёл не от ветра. — Потому что все считают нас падалью, готовой рвать друг друга на куски. Никчёмным зверьём, которые жрут объедки. Но глупы здесь не мы. Шакал — это зверь Анубиса. Бога, который забирает мёртвых и взвешивает их грязные сердца.

Лиам нервно сглотнул, строгий взгляд Томаса приковывал к месту. Филип за его спиной сверлил новобранца глазами.

— Мы не выжидаем, пока кто-то сдохнет, чтобы обгладывать мертвецов. Мы охотимся сами. — Бейкер подошёл к нему почти вплотную. — И, если ты предашь нас — его весы качнутся не в твою сторону. Не давай нам повода усомниться в тебе, Лиам Райз. Иначе эта вода станет твоим Дуатом. Навсегда.

Лиам нервно сглотнул и посмотрел на чёрную воду. Затем снова метнул взгляд на Хилла. У того были закатаны рукава, и татуировка анкха выглядывала из-под ткани, переплетаясь с готическим солнцем рядом.

— Озеро заберёт всю тяжесть и горе. Ты готов стать одним из нас? Уильям Бенджамин Райз.

Райз посмотрел на плескающуюся воду и задрожал сильнее. Стиснул зубы, заставляя себя не трястись, но это не помогало нисколько.

— Я готов.

Хилл сделал шаг вперёд, в то время как Рид остался на месте. Бейкер положил руку ему на спину. Лиам ощутил лёгкое прикосновение его ладони к мокрой ткани между лопаток. Дыхание сорвалось на вдохе, но он заставил себя расправить плечи и повернуться лицом к краю. Посмотрел вниз. Айзек остановился по другую сторону от Томаса — слева. Он не коснулся Лиама, но его присутствие за спиной стало неоспоримым, как щёлкнувший замок. Ключа не было — как и пути назад.

Чёртов ноябрь и чёрные волны. Сколько там футов до дна? Райз не знал. Он видел только бездонное озеро, жаждущее получить своё сокровище. Сколько сейчас градусов в воде? Наверное, градуса сорок четыре9? Даже в морозилке будет теплее. Лиам нервно вздохнул и, собравшись с духом, прыгнул в пустоту. Ледяная вода тут же окутала его с головы до ног — лёгкие резко сжались, одежда показалась неподъёмным грузом, а само тело насквозь пробило острыми лезвиями. На миг его охватила паника.

Он не понял, как вынырнул из воды, и схватил ртом промозглый воздух, от которого тут же сорвался на кашель. Как схватился за протянутую руку Хилла, которую отчаянно сжал в районе предплечья. Лиам упал на колени и упёрся в мокрые доски ладонями. Его трясло, и больше он эту дрожь скрывать не мог. Бейкер опустился на корточки рядом.

— Теперь ты — Шакал. Не мальчик с улицы, Лиам, один из нас.

Он поднялся, и Айзек протянул парню куртку. Райз схватился за неё, пытаясь скрыться от пронизывающего ветра.

— Добро пожаловать в стаю, сынок.

Омовение в Гавани.

Обряд инициации.

Лиам моргнул, и картинка перед глазами исчезла. Снова день. Тёплая осень. Золотая листва за спиной и тихий шёпот воды вокруг.

— Всё готово, сэр. Экипаж ожидает вас на борту, — оповестил седовласый мужчина, остановившийся на уважительном расстоянии от парня.

Райз кивнул, и тот поспешил удалиться, больше не докучая дорогому пассажиру. Он посмотрел на тёмно-синий круизер, теряющийся на фоне сотен подобных. Где-то среди них проглядывались спортивные яхты — они-то и привлекали внимание, которое Райзу было ни к чему. Просто и типично — главные критерии во время скрытности.

Ступая на трап, Лиам скользнул взглядом по высокому борту судна. Небольшие окна располагались высоко, скрывая жизнь внутри. Он пересёк кокпит и вошёл в салон — один из матросов придержал ему тяжёлую дверь, которая вскоре закрылась и оставила молодого бизнесмена одного. Внутри Райза встретил блеск лакированного дерева и абсолютная, почти давящая тишина, которая звенела в ушах. Ни плеска волн, ни отдалённого гула голосов и чаек — всё как отрезало. Шумоизоляция работала на славу.

Он прошёлся до письменного стола и прислонился к нему боком, скрещивая руки на груди. Когда внимание упёрлось в привинченную к полу мебель, мысли вернуло к предстоящей сделке.

Сделке с теми, кого не так давно он мечтал разрушить.

Палуба под ногами едва заметно качнулась — это судно отозвалось на гостей и ушло в сторону с появлением на ней первого человека. Затем всё повторилось с появлением второго. В каюту вошёл Филлип, за его спиной секундой позже показался Айзек. Шакалы переглянулись и расположились по одну сторона стола в ожидании своих оппонентов.

Вороны не заставили себя ждать.

Едва тяжёлая дверь заперлась за последним вошедшим, где-то внизу раздался глухой рокот дизелей, которые отозвались едва уловимой вибрацией в полу. Круизер медленно отошёл от причала. Минуя волнорез, он вышел в открытый Мичиган и принял на себя первый удар озёрной волны. Судно практически не качало. Гироскопические стабилизаторы в трюме ловко перехватывали каждый толчок и создавали противодействие.

Когда матрос открыл дверь в приватную зону салона, Лиам уже сидел за столом, а по левую и правую руку от него стояли Филлип и Айзек. Хилл поднял голову на вошедшего следом за Маркусом Энди, а Коинс внимательно наблюдал за Мэттом, переступившим порог последним. На Хилла, впервые показавшего своё лицо после приезда, были брошены острые взгляды.

Вороны внесли в помещение наэлектризованный яростью воздух. Идеальная укладка Бейна пострадала: растрёпанные пряди выдавали его бешенство. Взгляд Боунса был готов поджечь это место к чертям и отправить судно на дно вместе с экипажем. Мэттью МакКенси же был единственным, кто был способен держать эмоции в узде. Именно он и перехватил рычание своего босса, начиная разговор.

— Где Лорелин Бейн, Райз? — Мэтт незаметным жестом положил ладонь на плечо босса, пытаясь немного остудить его.

Похищение дочери плохо сказывалось на терпении главы Воронов и его палаче.

— Полагаю, для начала стоит присесть, — невозмутимость на лице парня вызвала в Воронах новый приступ раздражения. — Прошу, Бейн. Присаживайся.

Маркус прошёл до стула напротив и сел. Энди остановился слева от него, Мэттью — справа. Айзек поймал взгляд Кербера и нахмурился, чуть качнув головой. Кроме Кербера, никто этот жест не заметил. Энди сильнее стиснул челюсти, так что скулы стало сводить, но остался на месте.

— Где моя дочь?

Голос Бейна звенел злобой. В помещении падала температура, мужчина источал сухой полярный холод. Боунс разделял чувства своего главы, но стоял за его спиной и молчал, сжимая губы так, что те обретали белый оттенок. Он едва шатнулся вперёд, вновь теряя терпение, как Мэтт вскинул руку на уровень пояса. Приказ стоять.

— Где Лора! — повторил Маркус.

— Спокойно, Бейн, твоя дочь в безопасности. Пока.

Лиам заметил, как после его слов Энди подавил кривую усмешку и тихо хмыкнул.

«Какой же ты ублюдок, Райз, — так и читалось в его молчании. — Ублюдок».

— Есть пара моментов, которые нам придётся с тобой обсудить.

Райз вернул внимание на главу Воронов и сцепил пальцы в замок.

— Что ты хочешь? — Бейн слишком сильно переживал за дочь, чтобы начинать какие-либо дискуссии для споров.

— У нас есть одна общая и весьма крупная проблема. Наркотики.

— Это ты пустил дрянь к нам домой, — отозвался Маркус, приподнимаясь со стула.

— Да, — в тон ему произнёс Лиам, — я пустил их в Чикаго.

— Так что это твоя вина, что дети пробуют наркотики, и подростков еле успевают довезти до больницы от передоза. Это твоя вина, Райз.

— Моя, — еле удерживая раздражение ответил Шакал. — Но это не значит, что я не хочу её исправить.

— Зачем ты украл Лорелин? — спросил Мэттью, всё ещё стоящий за спиной своего босса.

Лиам перевёл на него внимание и откинулся на спинку стула.

— Перестраховка. Мне ведь нужно, чтобы мы пришли к соглашению.

— Ты ничего от меня не получишь, — тихо прошипел Бейн.

— Тогда ты не получишь дочь.

Взгляды глав скрестились словно заточенные шпаги.

— Не смей угрожать мне жизнью Лорелин, сукин сын. Не смей показывать подобное безразличие и неуважение к ней после всех тех уступок, что мы с Бейкером для вас…

Мужчину перебили.

— Мы будем возвращаться в прошлое, Бейн, или же обратимся к насущным проблемам?

Энди усмехнулся и скрестил руки, покачав головой:

— Вот же урод.

Лиам проигнорировал слова, словно палача Воронов и на самом судне не было, не то что в салоне.

— В Чикаго появилась крыса. И она лезет туда, куда ей не следует. — Райз внимательно смотрел на Бейна, но мужчина молчал. — За два месяца итальянцы скупили три логистических узла. Они расставляют свои порядки и набирают обороты. Последняя статистика по передозам среди подростков выросла на семьдесят процентов — это уже не редкие случаи, эти цифры скоро привлекут федералов.

Вороны внимали каждому его слову, но заговаривать не начинали. Лиам внимательно изучал выражение лица своего оппонента, прежде чем закончить свой монолог.

— Как бы мне ни хотелось признавать, но Шакалам нужен сильный союзник.

— Конечно же, мы, — холодно отозвался Маркус.

— Именно вы, — вторил ему Лиам.

За недолгую паузу, которая возникла в диалоге боссов, каждый успел перевести дыхание.

— Я впустил сюда итальянцев, и это моя вина. Поэтому мне и отвечать.

Филлип за его спиной выступил вперёд. Он опустил на полированное дерево папку с соглашением и вернулся на место. Райз открыл первую страницу. «Обязательства сторон, зоны ответственности и санкции за неисполнение». Территории и проценты остаются прежними — Шакалы не собираются выставлять их на торг.

— Но сейчас у нас общий враг и общий риск, Бейн. Назовём это меморандумом о взаимной обороне. Мы работаем вместе, координируем людей и прикрываем друг другу спину до тех пор, пока итальянцы не покинут Чикаго. Пока они в городе — мы союзники. Как только они уйдут — бумага летит в камин, и всё возвращается на свои места.

— Когда ты вернёшь мне дочь?

— Как только очистим Чикаго, Лорелин вернётся домой. До тех пор она будет в безопасности, но под моим контролем. Это условие сделки и обсуждению не подлежит. В твоих интересах помочь мне поскорее выпроводить отсюда Моретти, Бейн.

Глаза Ворона вспыхнули опасным огнём, но Шакал всем своим видом показал, что спор не приведёт его к желаемому.

Маркус подтянул к себе папку. Некоторое время в приватной зоне круизера стояла тишина, нарушаемая лишь шелестением страниц. Мэттью заглядывал в строчки из-за его спины, а Энди, не отрывая собранного взгляда, следил за Шакалами. Айзек неподвижно стоял по правую руку Лиама и наблюдал за главой Воронов. Напряжение в воздухе можно было резать ножом.

— Мы на судне посреди Озера, Маркус, — вполголоса добавил Райз, методично давя на нервы. — И пока мы не подпишем бумаги, никто на берег не сойдёт.

Бейн усмехнулся и оторвал глаза от договора. В упор посмотрел на оппонента. Первый лист с тихим шелестом лёг на второй.

— Где же моя прибыль, Лиам, — он прищурился.

— Пункт пять, Бейн. Твоя прибыль в том, что ты её не потеряешь. Ты прекрасно осознаёшь: если итальянцы укрепятся и станут новой… «Корлеоне», — Райз позволил себе жест, которым иронично изобразил кавычки, — то власть вернётся к ним. И Чикаго вернётся, — он нарочно выделил слова паузой, — обратно к двадцатым. Начнётся новый отсчёт. Хочешь, чтобы всё рухнуло, Бейн? Уверен, твоей дочери будет очень безопасно ходить по улице. Даже с целым отрядом твоих громил.