
Полная версия:
Миры
Фейн видел тяжёлые тёмные сны. И долго не мог понять, в каком из миров оказался. Он думал, что умер, ведь последнее, что он помнил – лица врагов. Они окружили его. Фейн знал, что уйдёт в царство мёртвых, но перед этим захватит кого-то из этих незваных гостей…
Он уже почти ждал, что соприкоснётся с той тайной силой, с тем величием, что ждёт героя после смерти. Хотел разгадать загадки жизни, постичь этот мистический опыт.
Фейн понимал, что выжить было почти невозможно в той резне и просто смирился с этим…
Но в какой-то момент он очнулся и медленно открыл глаза. Яркий свет из окон ослепил его на пару мгновений. Всё болело. И Фейн неожиданно понял, что всё ещё жив. Попытался сесть, но тело ещё не слушалось его. Стало трудно дышать.
После очередной попытки подняться мышцы пронзила боль. Но это был недуг, который уходит из твоего тела, ещё цепляется за тебя, но уже не сможет подчинить тебя, сломить твою волю, ему придётся уйти, уступить…
Фейн отчётливо осознал, что его силком вытянули обратно в этот мир. Раны затянулись, будто по волшебству.
Ему понадобилось время, чтобы всё-таки сесть. Голова гудела, как от похмелья.
–Здесь есть кто-нибудь? – подал он голос. В больничной палате было темно и пусто. Окна занавешены плотной тканью, соседняя койка осталась незанятой.
В комнату вошла Катя – она почти влетела в помещение, распахнула шторы, отчего солнечный свет хлынул в комнату. Но её улыбка была ещё ярче.
Девочка села рядом, и Фейн понял, что она очень повзрослела за эти недели. Как будто стала старше на пару лет. За ней появился и Олег. Он не стал ничего говорить, просто прислонился спиной к стене.
–Как ты? – спросила Катя.
Фейн развёл руками.
–Я чувствую себя не так уж плохо. И это странно.
В его животе должна была быть огромная рана, но осталась лишь светлая тонкая полоска, словно рану зашили лучшие врачи много лет назад. Другие порезы и синяки тоже затянулись слишком быстро. Он обратил внимание, что брат и сестра ни капли не удивлены.
–Это не кажется вам противоестественным? – продолжил он, откинув одеяло. – Куда делись шрамы? В последний раз так было, когда появилась Шеннон.
Катя и Олег переглянулись, вздохнули и потупили взор. Они выглядели такими печальными.
–Где Эндра? – резко спросил мужчина.
–Её нет, – почти хором ответили брат с сестрой.
Фейн разозлился, нетерпеливо сжал руку в кулак, но всё ещё не мог встать на ноги. Ребята осторожно пересказали, что случилось.
–Эта Шеннон ей что-нибудь сделала?
–Нет, – Олег мотнул головой. – Они поговорили и всё. Эндра решилась уехать.
–Потому, что так хотела Шеннон, – вставила Катя.
–Я не понимаю, почему две женщины не могут договориться, – Олег развёл руками. Но сестра одёрнула его.
–Кто бы говорил! Я видела, как договариваются мужчины. Мы еле ноги унесли! Чуть не погибли во время таких «договоров»! И это была твоя идея торчать в библиотеке в такой час.
–Я искал информацию для тебя!
–Чтобы избавиться от меня, да?!
–Прекратить! – сказал Фейн резко. У него всё ещё шумело в ушах, и резкие звуки причиняли почти физическую боль. Брат с сестрой гневно переглянулись и смолкли. Фейн выждал паузу и продолжил.
–Я хочу знать всё, что пропустил. Чем закончилась битва? Что говорят люди? Кто из моих людей погиб и где остальные? Безопасно ли на улицах? И расскажите, где может быть Эндра. Только говорите по очереди, я буду благодарен…
Шеннон обходила раненных, прикасалась к ним своей силой, вытаскивала их с того света, заставляла проснуться. Над кем-то проводила лишь пару мгновений, а с кем-то возилась намного дольше.
Она не дожидалась благодарностей, просто двигалась дальше по больничному коридору. Так ушло пара часов, а потом Шеннон стала терять сознание, Эндра подхватила её, заставила сесть, принесла воды. Колдунья побледнела, а движения ослабли.
Они странно себя чувствовали, оставшись наедине.
–Спасибо, что спасла его, – сказала Эндра. – И этих людей.
–Кто знает, – прошептала её собеседница. – Может, кто-то из них должен был погибнуть, а я спорила с судьбой.
–Не вини себя.
Шеннон слабо улыбнулась.
–Ты меня успокаиваешь. Это даже трогательно… Моя миссия закончилась в этом городе. Мне надо отдохнуть, поспать пару дней. И я уеду. Этот город не по мне. И ты тоже должна уехать, не прощаясь. Ты помнишь? Увы, я не могу менять своё решение…
Раньше Эндра думала, что Шеннон совсем не трудно применять свою магию. Но это было не так. После двух часов работы девушка неделю приходила в себя. И эта неделя была важной для них обеих…
В первый же день Эндра бесшумно забрала свои вещи и оставила Кате свой браслет – тот самый, что так понравился девочке… Раньше Катя часто расспрашивала Эндру о детстве, о родителях, но женщина не любила такие расспросы. А сейчас жалела, что так мало рассказала ей… Впрочем, это было уже не важно.
Шеннон остановилась в таверне на окраине города и почти всю неделю спала. Иногда просыпалась, пила воду, почти ничего не ела, немного гуляла. Однажды посетила ближайшую церквушку. Там к ней подошли священники, они собирали на помощь бедным – и Шеннон оставила им свои золотые кольца и украшения без малейших колебаний.
Все эти дни Эндра присматривала за ней, ни на минуту не спускала глаз. Ей было даже интересно наблюдать за этой девушкой с не простым характером и не обычной судьбой.
Вспомнились слова гадалки: «Как ни странно, ты – единственное, что удерживает её в этой жизни. А она – единственное, что может спасти тебя». Эндра полностью поняла смысл этих слов за несколько дней до битвы и написала Шеннон. Та незамедлительно приехала в столицу и действительно смогла помочь. Она излечила Фейна, тем самым спасая Эндру (и, быть может, немножко себя)… Предсказание Веласки снова сбылось. Оно уберегло людей от гибели, но опустошало души.
Как-то раз Эндра сварила лечебный суп и уговаривала Шеннон поесть.
–Ты заботишься обо мне, – сказала колдунья. – Это так мило.
Эндра помедлила несколько мгновений, села неподалёку. Когда-то мама научила её делать такой вот лечебный суп, это было очень давно. Но её голос звучал, как сейчас. Она добавляла туда корицу и разные специи, чтобы он был вкусным и замечательно пах. Мама готовила его каждый раз, когда кто-то из близких болел. И сейчас Эндра провела на кухне пару часов, чтобы приготовить его.
–Я забочусь не о тебе, а о той силе, что есть внутри тебя.
–Я так и думала, – Шеннон съела несколько ложек и грустно улыбнулась. – Могла бы подыграть. Зато он очень вкусный. Не знала, что ты умеешь готовить.
–Иногда люди удивляют.
–Скажи, куда ты поедешь?
Эндра бесцельно смотрела в окно, провожая взглядом прохожих. Она знала, что любой город ей покажется чужим и одиноким. Каждый час – долгим. Она задумалась на пару мгновений.
–Я поеду в свой город, откуда я родом. Фейн говорил, что мне это нужно. Я должна принять своё прошлое. И прийти на могилу матери.
–Могила матери, – прошептала Шеннон печально. – Посетить её – значит, признать, что она умерла. А я так не могу.
–Да, – выдохнула Эндра. – Это так трудно. Я боялась приезжать в свой город, как огня.
–А ты ведь мало, чего боишься, – заметила Шеннон, помолчала несколько долгих мгновений. – Моей мамы не стало, когда мне было шестнадцать.
–У меня также. Лихорадка забрала мою.
–Я знаю, – колдунья грустно улыбнулась. – Часть твоих воспоминаний стали моими. Я даже помню, что у твоей матери были рыжие волосы. И как она улыбалась. Как любила подкармливать птиц.
–Удивительно, – Эндра вздохнула. – Тебе повезло, что у тебя хотя бы был отец, пока… мы его не забрали, – она осеклась на пару мгновений. – Он знает, какой красивой ты выросла. Но не знает, на сколько сильной.
Колдунья не отвечала, она смотрела куда-то в сторону и выглядела очень задумчивой.
–А ты куда едешь сейчас? – спросила Эндра, ей стало любопытно.
–Не знаю, – Шеннон развела руками. – Я не могу задерживаться где-то подолгу. Мне приходится переезжать из города в город. Слава обо мне начинает идти очень быстро. И поток людей растёт с каждым днём. Как им объяснить, что я могу устать? В одном из таких городов мне пришлось работать больше двух часов – потом пришла мать с ребёнком. Со слезами на глазах она умоляла помочь им. И я помогла. Хотя это было не просто. После чего я долго приходила в себя и на неделю ослепла.
Эндра слушала её молча, не могла посмотреть ей в глаза. Им обеим хотелось сбежать друг от друга, но они продолжали сидеть рядом и вести задушевный разговор.
–А еще не люблю выбирать. Просто ненавижу, кому жить, а кому нет. Это порой мучительно, а всем помочь невозможно. И не хочется быть заложником своей силы.
–Ты могла бы служить при дворе, лечить элиту, – предположила Эндра. – Стать очень богатой… Хотя нет. Для тебя это слишком скучно и просто, не так ли? Ты лучше будешь казаться безумной и странной, чем играть по правилам богачей, подчиняться им. Мир – это хаос, и ты часть этого хаоса.
–Вот именно, – Шеннон кивнула. – Ты хорошо меня знаешь.
–Даже слишком.
–Сейчас мои силы ослабли, – колдунья помедлила немного. – И пока я сплю, ты ведь можешь убить меня. Вспомни, как я мучила тебя, неужели не хочется? – её голос был тихим и бархатным, Шеннон улыбнулась, мечтательно прикрыла глаза. – Это освободит тебя от обещания, ты станешь свободна. И я тоже. Ни горечи, ни одиночества…
–А тебе хотелось бы этого?
–Кто знает. Иногда мне кажется, что я не против умереть от твоей руки. Но только от твоей.
Эндра наклонила голову на бок, поёжилась от холода.
–Я лежачих не бью.
–А по мне так – какая разница? – лукаво усмехнулась Шеннон.
–Я помню.
Эндра всё же взглянула ей в глаза и вздрогнула. На пару мгновений ей показалось, что она смотрит в глаза своим демонам. И будто все её враги объединились, слились в единое целое. Становилось не по себе. Будто кошмары оживают наяву… Но потом это состояние оцепенения и страха отступило, растаяло, сникло. И Эндра поняла, что напротив неё сидит всего лишь одинокая потерянная девушка со странными способностями, очень уставшая.
–Как я могу убить тебя? Я благодарна тебе за то, что ты вылечила его, – сказала Эндра. – Пусть даже он не будет со мной…
Шеннон неуверенно кивнула, обхватила руками колени и тоже поёжилась – скорее от воспоминаний, чем от холода.
–Я сказала тебе уехать от него подальше, но для этого были причины. Хочу, чтоб ты знала: я не стремилась обидеть тебя, зацепить, сделать больно. Просто есть правила и вещи, которые я не должна нарушать, иначе будет хуже. У моей магии свои законы. Я выставила такое условие всего лишь для того, чтобы защитить вас.
Эндра грустно кивнула и направилась к двери. Накинула плащ и обернулась.
–Мои дела закончились в этом городе. Тебе уже лучше, я могу ехать.
Шеннон снова улыбнулась ей.
–Ты будешь по мне скучать?
–Кто знает.
Сейчас Эндра вглядывалась в лицо своего бывшего врага, но не чувствовала ненависти. «Как же ей одиноко», – подумала она. Почему-то хотелось запомнить её.
–Прощай, – сказала Шеннон. – Надеюсь, мои услуги не понадобятся тебе больше. Наверное, только сейчас я простила тебя. Но чтобы простить себя мне ещё понадобится время.
Катя чувствовала опустошение и больше почти ничего. Эмоции как будто растворились в пространстве, их не было с ней. Ей хотелось забыться, не думать ни о чём. Битва закончилась, но ей не стало легче. И пару раз девочка даже жалела о том, что выбралась из этого дворца, что не осталась там лежать со множеством других. В ней была не резкая боль в груди, скорее выжженная земля, но Катя не находила себе места от странной тоски. Где-то в глубине души что-то умерло. Эмоций не было – только эта опустошённость. В фильмах герои красиво курят в такие моменты. Но в этом мире не было ни фильмов, ни сигарет.
Она страдала от одиночества и в то же время избегала людей. Её как будто осушили, вынули душу. Девочка мучилась от скуки день или два. Потом стала активно помогать людям – разгребать завалы, перевязывать раненных, общаться с детьми. Что угодно, лишь бы не оставаться наедине с собой. Она охотно брала любую работу, но не всегда доводила её до конца. Порой могла уставиться в одну точку и просидеть так пару часов. Иногда ненавидела себя. Катя многое отдала бы, чтоб вернуть ту беззаботную юность, что она оставила в своём мире. Она понимала, что даже если вернётся – она будет другим человеком.
В какой-то момент девочка поняла, что может получить всё, что захочет, больше нет никаких препятствий. Надо только взять – вот и всё. В сердце была решимость. И впервые за долгое время ей действительно захотелось вернуться домой, там было её место. Хотя этот мир тоже стал частью её души…
Катя пыталась добиться встречи с сыном короля и быстро поняла, что это практически невозможно. Никто не воспринимал её в серьёз. Когда она говорила, что познакомилась с ним в библиотеке – ей никто не верил. Это приводило Катю в отчаяние. Она могла бы попросить Фейна подключить свои связи, но ей хотелось добиться всего самой.
Она стала приходить в библиотеку каждый день. Но уже не для того, чтобы читать увлекательные произведения или искать информацию. Ей нужно было увидеться с ним. И она точно знала, что он появится. Но прошла неделя, за ней вторая – никого не было.
Во-первых, ей хотелось, чтобы он помог ей с голубыми кристаллами, без них невозможно вернуться домой. А во-вторых, было в нём что-то такое, что порой вспоминалось, снилось ночью, заставляло задуматься. Ей было нужно увидеть его снова. И просто поговорить.
В один из таких вечеров девочка уже отчаялась и поняла, что бесполезно ждать. Ей стало так обидно, что всё впустую. Неужели весь их путь с братом окажется лишним, всё, что они сделали – впустую?! Слёзы брызнули из глаз. Сказалось всё то напряжение, которое было вокруг эти недели. Ей хотелось сесть в углу и разреветься. Она скучала по Эндре, скучала по родителям. И по себе прежней. А также вспоминались убитые и раненные, она их видела так много за последнее время.
–Ты чего раскисла? – услышала она голос рядом и отвернулась.
Какой-то парень склонился над ней.
–С тобой случилось что?
Катя недовольно подняла взгляд и застыла. Это был принц. Она даже вздрогнула от неожиданности и растерялась на пару мгновений. Девочка так долго хотела встретиться с ним, что даже не продумала, о чём будет говорить. Как рассказать ему о голубых кристаллах, ведь они заперты где-то во дворце и строго запрещено к ним даже приближаться. И если в мыслях ей казалось, что всё легко, она просто поболтает с ним и всё, то теперь Катя потеряла дар речи и не могла вымолвить ни слова.
Наследный принц склонился над ней и хмурил брови, а она сидела с раскрасневшимися глазами и какое-то время не решалась заговорить.
–Я хочу вернуться домой, – выдавила она сдавленным голосом.
–Твой дом разрушен? – спросил парень. Похоже, ему, и правда, было интересно. Катя мотнула головой.
–Вроде нет. Но я не могу вернуться туда. Мне нужны голубые кристаллы, чтобы сделать это.
–Голубые кристаллы? – парень округлил глаза. – А просто лошади тебя не устроят?
Она улыбнулась.
–Ах, если бы.
Она стала торопливо рассказывать свою историю от начала до конца. А парень слушал её и кивал. Иногда переспрашивал. Катя старалась объяснить всё понятно и доступно, но опускала какие-то детали. Понимала, что этот рассказ звучит как бред сумасшедшего. И когда она закончила, принц взглянул на неё подозрительно:
–И ты думаешь, что я поверю во всё это?
Она развела руками и усмехнулась.
–Да я не смогла бы всё это придумать, даже если бы хотела.
Только сейчас она заметила, что принц немного осунулся, похудел и выглядел уставшим, измождённым. Но сейчас он улыбнулся.
–Твоя история увлекла меня. Я даже забыл о многом, – он понизил голос. – Всё, что происходило в последнее время – это ложится на меня. Как будто я виновен во всём, как будто я просил родиться в этой семье. Сейчас я словно по колено в крови.
Девочка испуганно уставилась на него. И подумала: каково это – ощущать такую ответственность? Внезапно её проблемы показались не такими значительными.
–Ты не виноват, – решительно сказала она. – Я знаю, ты не хотел этого. Ты неплохой человек.
Они помолчали пару мгновений. Принц отвернулся.
–А что если я не захочу отпускать тебя? – его тон вдруг стал жёстким и мрачным, Катя даже поёжилась, будто от холода. – Что если ты ошибаешься, и я не лучше своего дяди? Мне пригодятся друзья. Ты подходишь. Я могу просто отдать приказ.
Девочка растерянно замотала головой.
–Я тоже рада общению, но мне нужно вернуться домой!
Парень помедлил какое-то время.
–Я привык, что мои друзья использовали меня. И ты такая же…
–Тебе одиноко, – сказала Катя, осторожно выбирая слова. – И мне тоже! Поверь мне. Я честна перед тобой… Но чтобы избавиться от одиночества – мне надо вернуться к своим родителям. И для этого мне нужны голубые кристаллы. Очень нужны…
Девочка не знала, что ещё сказать.
–А может, ты просто струсила? – заговорил он холодно и зловеще. – Решила убежать, да? Тебе надоел этот мир. И люди здесь. И я тебя понимаю… Это жалкое место, и эти людишки не стоят того, чтобы бороться за них. Даже смешно, что они так стараются что-то сохранить.
Сейчас его взгляд стал высокомерным, осанка – уверенной. Он будто вырос на голову. Губы искривились в презрительной улыбке.
Девочка сама не поняла, как подошла к принцу и дала ему оплеуху. В тишине каждый шаг и каждый звук звучал отчётливо ясно.
–Не смей так говорить о своей стране и своих людях! – закричала Катя в порыве ярости. – Они умирали за тебя и этот дворец!
Она ощущала на пальцах это странное чувство лёгкой боли. Катя выплеснула какую-то накопившуюся злость, и ей даже почти понравилось. А выражение полной растерянности на его лице ещё больше порадовали её… Но уже через пару мгновений она испугалась и поняла, что сделала что-то не то. Принц побелел. Его рука задрожала, глаза были широко распахнуты. Только сейчас Катя осознала, что оскорбила королевскую особу.
Но извиняться она не собиралась. По крайней мере, пока. Она не жалела об этом.
Девочка не знала, что делать дальше и принц молчал, насупившись.
–Я, пожалуй, пойду, – сказала она растерянно, поспешила к двери и в какой-то момент обернулась.
–Уходи, – прошептал он. – Пока я не натравил на тебя охрану.
Он был бледным, как полотно, и чуть дрожал, глядя в её сторону. Его рука резко сжалась в кулак. Катя поняла, что наломала дров. Но это было уже не исправить. Она удалилась как можно скорее, ей было не по себе. В голове крутилась только одна мысль: «Боже! Зачем я это сделала?» Почему-то её способность общаться с людьми подвела её в самый неподходящий момент. Было сложно поверить, что она испортила всё, над чем они работали с братом так долго. Одна минута злости перечеркнула всё.
А ещё ей стало стыдно, что она обидела неплохого человека. Или всё же плохого?
Девочка поспешила убраться отсюда и, когда она выходила из здания, охрана остановила её.
–Чёрт! – воскликнула Катя и рванула от них наутёк. Но парни бросились за ней. Даже участие в соревнованиях по бегу не помогли ей в тот день, девочка быстро выбилась из сил. Несколько человек довольно быстро нагнали её и окружили плотным кольцом.
–Это точно она? – спросил один из них.
–Да, вроде.
–Конечно! – парни указывали на неё и переговаривались, кто-то обречённо помолился богам.
Девочке пришлось отчаянно отбиваться, но её хватило на минуту или меньше. Парни скрутили её, куда-то потащили и при этом почему-то стали успокаивать.
–Шустрая какая, угомонись! Никто не обидит.
«Так я вам и поверила», – подумала Катя и снова попыталась сбежать, но вновь безрезультатно. «Неужели меня повесят? Или бросят в тюрьму?» – вертелось в её голове. В какой-то момент она решила прикинуться хорошей девочкой, чтобы задобрить надсмотрщиков, усыпить их бдительность и перестала сопротивляться. Шла спокойно с ними, но при этом обдумывала план побега.
Её уводили куда-то в самую глубь дворца. Вокруг становилось всё меньше людей, всё меньше света. Скоро стали видны одни лишь голые стены, её продолжали вести по этому лабиринту… Ещё через какое-то время стало темно. Охранники держали факелы перед собой. Катя поняла, что ей уже не сбежать. Она запуталась в поворотах и выходах. И даже если она ускользнёт сейчас – не факт, что получится выбраться отсюда живой.
Девочка ощутила дрожь всем телом, она запрещала себе бояться, но кровь стыла в жилах.
В какой-то момент она резко остановилась, села и закричала. Ей хотелось привлечь внимание; отчаяние охватило, как никогда. Но парни подняли её и встряхнули.
–Чего ты кричишь, глупая?! Мы отпустим тебя скоро.
–Правда? – она не понимала, что это за игры.
Теперь ей было уже интересно, чего они хотят, но парни не отвечали на её вопросы. Через несколько проходов и комнат её втолкнули в какое-то небольшое помещение, открыв большим старым ключом. Катя осмотрелась и замерла.
Стена светилась так ярко, что заболели глаза. И ей казалось, что она слышит тихий звон. Будто сотни маленьких золотистых колокольчиков зазвучали в унисон. Приглядевшись, Катя поняла, что от пола до потолка здесь стоят голубые кирпичики – именно они излучали этот свет. Что-то манило к ним и пьянило, как вино, у Кати закружилась голова.
–Голубой кристалл, – прошептала она. – Мне это нужно, чтобы вернуться домой.
–Забирайте, – кивнул один из солдат.
Остальные хмыкнули и стали ждать. Катя не сразу поверила.
–Я могу взять и уйти?
–Да, приказ принца. Он сказал доставить вас сюда, отдать то, что нужно и проводить обратно.
–И всё? – переспросила Катя недоверчиво. – Он не просил сломать мне ноги или что-то в этом духе?
–Нет, таких инструкций не было, – уверенно мотнул головой самый высокий и крепкий парень. – Приказы не обсуждаются.
Дрожащими пальцами Катя взяла несколько кирпичиков – они были на удивление лёгкими – и завернула в какую-то ткань. Этого должно хватить.
–Почему вы так пугали меня и тащили насильно?
–Принц сказал, что рассердится, если мы не выполним приказ. Мы опасались упустить вас.
–Вот же избалованная сволочь, – прошептала Катя и добавила уже громче. – Ладно, парни, выведите меня отсюда.
Даже не верилось, что наступил этот вечер. Катя и Олег совершили последние приготовления для того, чтобы открыть портал.
Приближалось полнолуние, становилось темно, но поляна у реки была освещена множеством костров, свет мягко и игриво отражался в воде. Люди застыли.
Белым песком из храма Богини Времени были начертаны особые рисунки. Они шли вокруг Кати и постепенно спускались к реке. Два кристалла переливались на своих местах. Они образовывали ворота в другой мир. Медная проволока, смесь из особых трав и амулеты тоже заняли своё место вокруг. Всё было рассчитано очень точно. Ошибка даже в одном элементе могла нарушить порядок всего…
Были и другие компоненты. Катя не запомнила все детали, но в памяти навсегда остались её ощущения – ужаса, волнения, радости и печали.
От голубых кристаллов исходило особое сияние. Казалось, они издают тихий и нежный звон. В воздухе пахло цветами и необычными благовониями.
Последние недели Кате казалось, что книги и свитки нужны были просто так. Что вся теория – лишь для общего развития. Как физика или химия в школе – учишь потому, что сказали, и не важно зачем… А сейчас она осознала, что всё это было не случайно. Мозаика сложилась, и каждый кусочек лёг на своё место.
Желание осуществлялось, и это было страшно. Катя опасалась, что погибнет во время пути или застрянет в незнакомом месте. Но ещё больше она боялась, что вернётся уже другой, потеряет какую-то часть себя и не сможет вернуться назад. Здесь оставалось так много всего. Эти люди, эта природа, этот запах свободы… и конечно брат… Она немножко надеялась, что он передумает. Но нет. Он стоял на своём и ни за что не хотел идти в мир, где родился и вырос…
Брат… он и сейчас был немного отрешенный, холодный, сосредоточенный. С множеством загадок, которые уже не суждено разгадать… Как попрощаться с ним? И как прощаться с теми людьми? Стало больно от того, что Эндры не было рядом. Но если бы она пришла – разве стало бы от этого легче?
Как и было указано в книжках, Катя не разговаривала и почти ничего не ела целый день. И признаться, это было не трудно. Ей совсем не хотелось есть. И впервые за долгое время не хотелось ни с кем разговаривать. Она очень волновалась, но старалась не показывать это. Олег тоже. Да, он держался молодцом, даже немного шутил, был бодр, но она-то знала, что ему тяжело. Он сам колеблется и не уверен до конца. В его взгляде уже сквозило одиночество.