В офсайде у твоего сердца

— И… при чём здесь я?

— Последние часа два он посвятил себя исключительно тому, чтобы объяснять одному очень терпеливому итальянскому джентльмену, что́ именно представляет из себя некая девушка по имени Эмма, — бармен сделал паузу, давая ей осознать масштаб катастрофы. — Детали опущу из соображений приличия. Но логика подсказала мне, что звонок должен получить именно адресат этих… э… хвалебных од.

Итальянец. Вальди. Значит, он с ним. В голове что-то щёлкнуло, соединив точки в единую, безрадостную картину.

— Я собираюсь закрываться. Если вы не появитесь здесь и не заберёте эту интернациональную делегацию в течение часа, — продолжил Джек без тени угрозы, просто констатируя факт, — мне придётся вызвать полицию. Наш бар — не приют для благородных рыцарей, пусть даже и слегка подзабывших кодекс чести.

— Я буду через полчаса, — отрезала Эмма, уже спуская ноги с кровати.

Ровно через двадцать восемь минут её красная Tesla, бесшумно, как призрак, причалила к почти пустой парковке у «Ковчега». Заведение снаружи выглядело вполне респектабельно — никаких разбитых стёкол или шумных толп, только неоновая вывеска, мерцающая в темноте.

Эмма, заглушив двигатель, на секунду позволила себе слабую надежду: может, всё не так страшно? Сделав глубокий вдох, она открыла дверь и ступила в царство последствий.

Воздух внутри был тёплым, спёртым и густым. Он пах старым деревом, прокисшим пивом и чем-то сладковато-едким — то ли дешевыми духами, то ли ароматизатором. За стойкой невозмутимый бармен с тряпкой в руках натирал бокалы с сосредоточенностью хирурга.

Их она заметила сразу. Карло Вальди, поджарый, с проседью на висках, восседал на барном стуле, как на троне, негромко, но душевно напевая «Bella Ciao» и размахивая рукой, видимо, иллюстрируя какую-то тактическую схему. А рядом…

Рядом был Ник.

Он сидел, сгорбившись, подпирая голову ладонью. Другая рука медленно вращала жестяную банку из-под колы. Его обычно уложенные волосы сейчас беспорядочными прядями падали на лоб.

Он был весьма пьян.

Насквозь пропитан алкогольной тяжестью, горечью и яростью, которая висела вокруг него почти осязаемым облаком. И при всём этом — чёрт возьми — он выглядел опасно, первобытно привлекательно.

— Николас.

Барнс поднял голову. Движение было медленным, словно давалось ему с трудом. Потребовалось несколько секунд, чтобы сознание пробилось сквозь алкогольный туман и выдало опознание.

— Эмма? — его голос был низким, хриплым. И очень соблазнительным.

— Ты не хочешь объяснить, что происходит? — её тон был ровным.

— Я… — он попытался что-то сказать, но мысль, видимо, потерялась среди тысячи других.

— А вы, должно быть, та самая Эмма, о которой он без умолку трещал? — вмешался бармен, поставив на стойку очередной сияющий бокал. Он ухмыльнулся. — Клянусь, если бы мне платили по монете каждый раз, как он упоминал ваше имя в разговоре с этим импозантным синьором, я бы уже выкупил это заведение у хозяина.

Эмма сдержанно, чисто формально растянула губы в подобии улыбки и снова обрушила взгляд на Ника.

— Твоя задача была предельно ясна: ты должен был встретить его в аэропорту, а потом отвезти в загородный дом Джулиана. Точка. Где в этом плане фигурирует бар в три часа ночи?

— Я и отвёз, — Барнс пожал плечами, — отвез. Все пункты выполнил.

— И каким образом вы оба оказались здесь?

— Он захотел выпить. Мы давно не виделись. Решили… что у нас есть повод пообщаться в неформальной обстановке. — Он махнул рукой. — Получился небольшой тур по заведениям.

— Просто великолепно, Николас. Блестяще. Джулиан будет в восторге.

— Ты злишься на меня, cara[1][8]? — в его голосе внезапно проскользнула та самая опасная нотка.

Эмма не успела ответить. Он резко, с неожиданной для такого состояния ловкостью поднялся. Пошатнулся, но не упал, а словно пружина, выпрямился перед ней. Его рука, сильная и неумолимая, обвила её талию. Жест был грубым, лишённым намёка на галантность, полным глухой, животной потребности.

— Всё, сворачиваемся, конец программы, — твёрдо, почти отчеканивая слова, сказала девушка. — Я отвезу вас. По домам. Сейчас же.

С другой стороны стойки донёсся спокойный, слегка усталый голос Вальди:

— Nicolò, comportati bene. Lui è un idiota... ma ha un buon cuore[1][9]. — А затем, чуть громче, уже ей, с лёгкой, почти извиняющейся интонацией. — Scusi, signorina[2][10].

Извинения, прозвучавшие на совершенном итальянском, лишь подчеркнули сюрреалистичность всей сцены. Эмма кивнула в сторону Вальди, не в силах подобрать правильных слов, и, преодолевая сопротивление руки на своей талии, решительно развернула Ника к выходу.

***

В салоне красной Tesla пахло кожей, дорогим табаком от одежды Вальди и виски.

Карло, сидящий на заднем сиденье, напевал под нос итальянские мотивы, время от времени бросая лукавые взгляды на Ника, который мрачно смотрел в окно, опираясь головой о холодное стекло. Весь его вид излучал сосредоточенность, будто в отсветах фонарей он пытался разгадать ребус собственной жизни.

— Ты останешься в доме Джулиана? — спросила Эмма, разбивая тягостное молчание.

— Нет, — отозвался Ник, не отрываясь от окна. Голос его был приглушённым, лишённым интонаций. — Высади где-нибудь по пути. Вызову такси.

— Не говори глупостей, — в её тоне прозвучала усталая решимость. — Я довезу тебя до дома. Но завтра утром…

— Даже думать не хочу, — перебил он, наконец повернув голову. Его глаза в полутьме казались бездонными и пустыми.

— …тебе будет мучительно стыдно, — закончила она мысль.

— Уже стыдно, — тихо признался он и снова отвернулся к стеклу.

Вальди сокрушённо поднял глаза к потолку салона и продолжил своё бормотание — теперь в нём явственно прослушивалось что-то о «прекрасных и неумолимых синьоринах». Пальцы Ника, длинные и сильные, отстукивали на подлокотнике нервный, бессвязный ритм.

Когда машина замерла у ворот загородного дома Джулиана, Вальди не торопился выходить. Он обернулся к Эмме, его лицо в полутьме казалось высеченным из старого дерева.

— Вы уверены, что справитесь с ним в одиночку, cara[1][11]? — спросил он с мягким, певучим акцентом, кивнув в сторону Ника.

— Я не собираюсь с ним «справляться», — парировала Эмма. — Я просто отвезу его домой и прослежу, чтобы он не убился по пути до квартиры. И всё.

Вальди вздохнул, поправил пиджак и, прежде чем закрыть дверь, наклонился к окну

— Buona fortuna[1][12]. Вам понадобится удача.

Эмма ответила ему ничего не значащей улыбкой. Переключила передачу, и машина снова понеслась в ночь, теперь уже к современному, строгому комплексу, где жил Барнс. Оставшийся путь они проделали в полной, оглушительной тишине, будто договорившись не тревожить словами и без того хрупкое перемирие.

Машина замерла у подъезда. Эмма выключила двигатель, и тишина, хлынувшая в салон, оказалась ещё громче. Она вышла, обошла машину и распахнула пассажирскую дверь.

— Сам дойду, — проворчал он, не двигаясь с места.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Форма одежды - парадная/Смокинг обязателен.

2

Лови момент

3

Боже Всемогущий

4

Приятно познакомиться

5

Надеюсь, вы примете наше предложение.

6

Надеюсь, вы примете наше предложение.

7

Я хотела бы заказать сет с тунцом и креветками, пожалуйста.

8

дорогая

9

Николо, веди себя хорошо. Он идиот... но у него доброе сердце.

10

Извините, синьорина.

11

дорогая

12

Удачи.