Блуждающий среди волн

Мародёры действовали методично: одни грабили, вырывая из рук уцелевших последние ценности, другие добивали тех, кто пытался сопротивляться. Всё, что было нажито, запасы еды, инструменты, семейные реликвии – теперь валялось на платформах, растаскиваемое чужими руками.

Алина была из тех, кому очередной раз повезло остаться в живых.

Она проснулась от первого же крика, но не успела даже подняться – дверь её разлетелась в щепки, и в проёме возник силуэт с топором. Инстинкт сработал быстрее разума: она нырнула под кровать, затаилась, прижавшись к холодному деревянному полу. Шаги, грохот, звон разбитой посуды – всё это слилось в оглушительный шум, от которого закладывало уши. Она закрыла глаза, стараясь не дышать, и лишь молилась, чтобы её не заметили.

Когда всё стихло, Алина выбралась наружу.

Перед ней была картина полного разорения. Дома догорали, платформы кренились, некоторые уже уходили под воду. На досках лежали тела, а в воздухе стоял смрад гари и крови. Она оказалась на краю поселения, где стояла небольшая лодка. Не думая, она прыгнула в неё и оттолкнулась от платформы, уплывая в туман, подальше от этого кошмара.

Только там, в холодной утренней тиши, когда пламя осталось позади, а вокруг были лишь вода и молчание, Алина осознала, что выжила. Но какой ценой?

С тех пор Алина живёт здесь на плавучем поселении – оно стало для неё новым домом. После трагедии, навсегда изменившей её жизнь, прошло немало времени, но воспоминания до сих пор обжигают сердце. На её глазах было уничтожено предыдущее поселение. Долгие месяцы ушли на то, чтобы хоть немного прийти в себя, собрать по крупицам разбитые мечты и научиться дышать заново.

Сейчас её день наполнен совсем другими заботами. Алина работает воспитателем в импровизированном детском саду. Помещение скромное, но она сумела создать в нём атмосферу тепла и безопасности. Среди маленьких жителей поселения она находит силы жить дальше: их искренние улыбки, неуёмная энергия и бесконечные «почему?» постепенно заполняют пустоту в душе. Она учит их не только буквам и сказкам – она дарит им ощущение дома, которого у многих из них больше нет. В её группе нет места страху: здесь царят игры, творчество и вера в лучшее.

Пару раз в неделю у Алины появляется свободный день – и тогда к ней приходит Артём. Он знает, как важно ей иногда вырваться из круговорота забот, и потому планирует эти встречи с особой тщательностью. Артём приведёт её на укромный край плавучего поселения, где можно молча смотреть на закат и волны, то устроит небольшой пикник с угощениями, то просто сидит рядом, позволяя ей выговориться. Его присутствие – как тихий якорь: не навязывает решений, не давит советами, но даёт ощущение, что она не одна. В эти часы Алина позволяет себе ненадолго снять броню стойкости, становится просто женщиной, которой нужны тепло и понимание.

Так, день за днём, она учится строить жизнь заново – не забывая прошлое, но и не позволяя ему поглотить себя.

Для Артёма Алина стала целым миром – тем тихим причалом, к которому стремилась его душа. В этом затопленном пространстве, где бескрайний океан поглотил сушу и время словно остановилось, она была живым доказательством того, что красота не исчезла из вселенной.

Иногда он забывал, что пришёл из другого мира. Забывал, что где- то существуют асфальтовые дороги, многоэтажные дома и шум мегаполиса. Здесь, среди бесконечной водной глади, было только небо, волны и Алина – её смех, её взгляд, в котором отражались все оттенки океана.

Её тянуло к Артёму необъяснимой силой. В нём было что-то родное, будто они знали друг друга целую вечность. Она ловила каждое его слово, запоминала интонации, улыбку, когда он смеялся. В его присутствии мир вокруг переставал быть пугающе огромным и одиноким – он наполнялся смыслом, теплом, надеждой.

Они сидели на краю плавучего поселения, наблюдая, как солнце тонет в океане. Артём брал её руку в свою, и в этом простом прикосновении было больше правды, чем во всех его рассказах о другом мире. В эти мгновения реальность растворялась – оставался только шёпот волн, её дыхание и ощущение, что они нашли друг друга среди бескрайнего океана.

Смена на посту подходила к концу. Артём, погружённый в тёплые размышления о предстоящем вечере с Алиной, когда из- за угла строения появился его сменщик. Как всегда – минута в минуту. Ротация проходила слаженно, без сбоев: краткий обмен сигналами, передача журнала дежурств.

Артём уже поднял руку для прощального жеста, когда напарник неожиданно задержал его:

– Подожди. Начальник охраны просил срочно к нему зайти.

Голос сменщика звучал нейтрально, но в интонации проскользнуло нечто, заставившее Артёма насторожиться. Он кивнул, мысленно перечёркивая планы на вечер, и направился к модулю. По пути взгляд цеплялся за привычные детали – рябь на поверхности воды за бортом, силуэты пловчих соседних поселений на горизонте. Всё казалось обычным, но ощущение надвигающихся перемен уже витало в воздухе.

Дверь кабинета начальника охраны была приоткрыта. Артём постучал, и из-за двери раздался голос начальника: «Заходи, Артём». Артём не успел закрыть дверь за собой, как тут же сказал:

– Есть разговор. Срочно.

Артём, рад видеть. Времени мало, поэтому сразу к делу.

Артём, едва переступив порог, сразу заметил развёрнутую на столе схему – замысловатый план с пометками, стрелками и условными обозначениями.

Не дожидаясь вопросов, начальник продолжил, голос звучал твёрдо, но в нём угадывалась напряжённость:

– Если не мы, то другие – это точно. У нас есть житель, его зовут Сергей. Бывший чемпион по дайвингу.

Он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово, затем указал на один из участков схемы – кружок, обведённый красным, с пометкой «ЗП».

– Суть такая: Сергей на дне обнаружил запасы – продовольствие, медикаменты, инструменты – всё, что нужно для нашего плавучего поселения. Но проблема в том, что он один. Физически не справится. А времени терять нельзя.

Начальник поднял взгляд на Артёма, в его глазах читалась не просьба, а скорее констатация факта:

– Остался только ты.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Артём молча смотрел на схему, мысленно прикидывая риски и возможности. Он понимал: от его решения зависит слишком многое.

В этот момент дежурного помещения резко прозвучал короткий, чёткий стук в дверь. Начальник охраны, не отрываясь от бумаг на столе, громко произнёс: «Войдите!»

Дверь с лёгким скрипом распахнулась, и в проёме возник мужчина. Это был Сергей – тот самый чемпион по дайвингу. Его фигура сразу заполнила собой пространство: высокий, с широкими плечами и подтянутой спортивной фигурой, он словно принёс с собой дух морских глубин.

Артём мгновенно узнал его. Раньше он лишь мельком видел Сергея издалека, среди толпы. Тогда их пути не пересеклись, но сейчас, при ближайшем рассмотрении, Артём смог разглядеть детали, которые раньше ускользали:

– крепкие, жилистые руки с чуть обветренной кожей – следы постоянного контакта с солёной водой и снаряжением;

– спокойный, но проницательный взгляд, в котором читалась уверенность человека, привыкшего к экстремальным условиям.

Сергей шагнул внутрь, и воздух словно сгустился от его присутствия. Он не спешил говорить, лишь окинул помещение внимательным взглядом, будто оценивая обстановку. Его одежда – тёмные брюки и облегающая футболка – подчёркивала атлетическое телосложение.

Сергей, познакомься – это Артём. Я сегодня попросил тебя прийти. Я хочу, чтобы ты подробно рассказал Артёму о своём плане насчёт контейнера с припасами, который каким-то образом оказался на крыше дома – там, где глубина составляет 40 метров.

Сергей (кивает, собирается с мыслями):

– Хорошо. Суть в том, что контейнер находится на крыше здания. Глубина там – 40 метров. Чтобы достать припасы, нам понадобится команда из четырёх человек: двое на верху в лодке будут принимать груз, двое под водой с аквалангами.

Сначала – подготовка.

Акваланг с запасом воздуха на 60– 90 минут;

гидрокостюм, фонарь, нож.

Мешки для трофеев.

А как быть с давлением? 40 метров – это серьёзно, – спросил начальник охраны.

Да, давление там около 5 атмосфер. – Ответил Сергей. – Поэтому: погружение – медленное, с остановками для адаптации.

На месте – не более 20– 25 минут, чтобы избежать декомпрессионной болезни.

Подъём – с декомпрессионными остановками (3– 5 остановок по 3– 5 минут).

Артём:

– А как будем поднимать припасы?

Сергей:

– Так:

Мы спускаемся к контейнеру.

Открываем его, проверяем содержимое.

Припасы упаковываем в мешки (по 10– 15 кг каждый).

К каждому мешку привязываем верёвку.

Мы подаём сигнал наверх, и команда на поверхности тянет верёвки, поднимая мешки.

Артём:

– А безопасность? Что, если кто-то потеряет ориентацию или кончится воздух?

Сергей:

– Поэтому и нужна команда:

Один – основной, второй – страхует.

У каждого – запасной баллон.

Связь – жестами, которые нужно будет выучить.

Сергей:

– Если Артём согласится, я проведу обучение, после этого можно через два дня приступить на рассвете. Вода сейчас спокойная.

Артём (улыбнулся):

– Я в деле. Давайте пройдёмся ещё раз по плану.

Артём с Сергеем договорились, что начнут тренировку по погружению рано утром, потому как нужно управиться за два дня. Артём вечером встретился с Алиной и попытался ей всё объяснить, что он согласился на предложение погрузиться под воду за припасами.

Алина (с тревогой в голосе):

– Артём, ты серьёзно? Погружение на 40 метров… за припасами? Ты же знаешь, что там не просто вода.

Артём (спокойно, но с лёгкой напряжённостью):

– Знаю. Но это необходимо. Сергей и я уже всё просчитали. У нас два дня – надо успеть.

Алина поворачивается спиной к Артёму:

– «Просчитали»… А ты видел то, что плавает внизу? Это уже не рыбы. Не животные. Это… нечто другое.

Артём (медленно кивает):

– Видел. И понимаю твой страх. Но если мы не достанем припасы, нам будет ещё хуже.

Алина оборачивается, делая шаг вперёд, голос дрожит:

– А если они… нападут? Ты думаешь, нож и верёвка защитят?

Артём берёт её за руки:

– У нас план. Я и Сергей страхуем друг друга. Каждый с запасным баллоном, с ножом, с тросом. На верху ещё двое человек. Если что – сразу поднимаемся.

Алина (вырывает руки, отступает):

– «Если что»… Ты говоришь, как будто это прогулка! Там они! Они чувствуют, когда кто-то вторгается в их пространство.

Артём (твёрдо, но мягко):

– Мы будем предельно осторожны. Погружаемся на рассвете – вода спокойнее, видимость лучше. Работаем быстро: вскрываем контейнер, пакуем припасы в мешки, поднимаем их по верёвкам. Максимум 25 минут под водой.

Алина (садится, закрывает лицо руками):

– А если один из вас потеряет ориентацию? Или кончится воздух? Или… они схватят кого-то?

Артём смотрит в глаза:

– Поэтому у нас план. Если что-то пойдёт не так – дёргаем за трос, и нас вытаскивают.

Алина (тихо, почти шёпотом):

– Ты обещаешь вернуться?

Артём (берёт её руку, прижимает к груди):

– Обещаю. Я не собираюсь оставлять тебя. Но и бросить всё это… нельзя. Люди зависят от нас.

Алина (пытается улыбнуться): – Я буду ждать.

Артём кивает, обнимает Алину.

Артём и Сергей встретились ранним утром в ангаре. В центре ангара на платформе был обустроен импровизированный бассейн. Вода доходила до края. Глубина казалась незначительной, дело в том, что она скрывала под собой целый затопленный мир.

Сергей уже успел подготовиться. На платформе, по обе стороны от бассейна, аккуратно лежали два комплекта аквалангов. Регуляторы блестели в тусклом свете, ремни лежали ровно, без перекрутов. Рядом с каждым комплектом находились обязательные атрибуты:

Нож – компактный, с зазубренной кромкой и надёжной рукоятью, закреплённый в специальном чехле.

Верёвка – прочная, сплетённая из синтетических волокон, аккуратно смотанная в бухту. Она могла пригодиться для страховки или для того, чтобы связать припасы в глубине.

Фонарь – мощный, с широким лучом. Его корпус был водонепроницаемым.

Всё это создавало ощущение, что предстоящее погружение – не просто развлечение, а серьёзная миссия, где каждая деталь имеет значение. Артём молча оглядел снаряжение, затем посмотрел на воду бассейна, и в его глазах мелькнула решимость. Сергей, поворачиваясь к Артёму:

– Итак, прежде чем лезть на 40 м в реальных условиях, надо отработать всё здесь. Готов?

Артём (кивает, поправляет маску):

Сергей уверенно: Ну что, начнём? Самое главное – без паники. Даже если что-то появится – действуем по плану: сигнал, прикрытие, подъём.

Артём внимательно вслушивался в каждое слово, которое произносил Сергей. В воздухе витало напряжение – предстоящая операция требовала безупречной слаженности и хладнокровия. Задача казалась почти невыполнимой: добраться до контейнера с припасами на глубине 40 м.

Сергей лично убедился, что:

акваланги заправлены до максимума;

гидрокостюмы не имеют повреждений;

фонари работают в режиме дальнего и ближнего света.

Сергей подготовил таблицу жестов.

– Под водой слова бессильны. Наши руки – единственный способ общения.

Он продемонстрировал ключевые сигналы:

Артём повторил жесты до автоматизма.

Сергей максимально ускоренно продолжал обучение Артёма: пробное погружение на малую глубину.

Первое погружение провели на 5 м. Задача – привыкнуть к давлению, проверить герметичность костюмов и отработать дыхание. Артём, впервые оказавшийся на такой глубине, ощутил лёгкое головокружение, но сдержал панику, следуя инструкциям Сергея.

Затем спустились на 15 м. Здесь вода стала холоднее, а свет – приглушённее.

Протестировали связь через жесты.

Зафиксировали время адаптации к давлению.

Сергей отметил в блокноте: «На 15 м – дыхание контролируемое. Переход на 40 м возможен после закрепления навыков».

Настал день второй: закрепление и финальная проверка.

Утро второго дня началось с разбора ошибок. Сергей указал на замедленные реакции Артёма при подаче сигнала «остановиться» и потребовал повторить упражнение пять раз.

Отработка экстренных сценариев.

Зацепление за препятствия – освобождение с помощью ножа.

После обеда провели контрольное погружение на 25 м. На этой глубине давление уже ощутимо сдавливало грудную клетку, а каждый вдох требовал концентрации. Артём почувствовал, как адреналин смешивается с усталостью, но держался, повторяя про себя: «Спокойствие. Ритм. Контроль».

День третий: выдвижение к точке погружения.

На рассвете команда погрузилась на лодку. Небо было ясным, а вода – зеркально гладкой. Сергей раздал последние указания:

«Перед погружением проверим точное местоположение контейнера».

«Груз поднимаем поэтапно, чтобы не перегружать тросы».

«Декомпрессия – строго по графику. Никто не спешит».

Лодка достигла заданной точки. Сергей взглянул на глубиномер, затем на Артёма:

– Готов?

Артём кивнул, надевая маску. Впереди ждала глубина и контейнер, ставший их общей целью.

Солнце поднималось над горизонтом. Для Артёма и Сергея это было не просто погружение – начало операции, где каждая ошибка могла стать последней.