Оптимальный сценарий

Глава 7

Россия. Иркутская область. Заброшенное подземное убежище. Воскресенье, 17 часов 50 минут.Петрович и Андрей стояли перед монитором и ровным счётом ничего не понимали. По чёрному экрану непрерывно бежали строки цифр и символов. Одни исчезали, уступая место другим, некоторые на мгновение замирали, словно система ожидала ответа, а затем движение возобновлялось.— Как в «Матрице», — нарушил молчание Андрей.Дима усмехнулся:— Ага. А я Нео. Избранный.Петрович перевёл взгляд с одного на другого.— Детки, вы о чём?— Фильм такой, — пояснил Андрей.— Я так понимаю, эта хрень как-то связана с тем, над чем вы там работали? — Петрович кивнул на монитор.— Возможно, — ответил Дима, не отрывая взгляда от экрана.Он придвинул клавиатуру и быстро набрал несколько команд. Строки на мониторе на секунду замерли, затем побежали ещё быстрее.— Я узнаю отдельные фрагменты. Архитектуру, последовательности команд, принцип построения. Такое трудно перепутать.— А по-русски?Дима нетерпеливо постучал пальцами по столу.— Это похоже на систему, над которой мы работали. Только наш код не должен был действовать самостоятельно. Тем более распространяться через чужие сети.— Ты о чём, блаженный? — серьёзно спросил Петрович.— Понимаете, система должна реагировать на мои команды. Или, может быть…Он отошёл от стола, раскрыл свой рюкзак и достал ноутбук. Поставив его рядом с пультом, поднял крышку и дождался загрузки. Затем нашёл среди кабелей подходящий разъём и подключил ноутбук к компьютерному комплексу.На экране появилось изображение соединяющихся точек. Через несколько секунд они окрасились в зелёный цвет.— Есть, — тихо произнёс Дима.Теперь он работал сразу с двумя клавиатурами, переводя взгляд с ноутбука на старый монитор. Андрей молча наблюдал за ним. Петрович отошёл к стене, взял стул и сел, всем своим видом показывая, что торопиться некуда.Прошло несколько минут. Наконец Дима откинулся на спинку кресла.— Нет, ничего не выходит.— Что не выходит? — спросил Петрович.— Приёмник работает, но исходящий сигнал никуда не уходит. Либо передатчик неисправен, либо наружная антенна отключена.— Отключена, — сказал Петрович. — Я её сам отключил.— Зачем?— Затем, что заброшенный объект не должен передавать сигналы. Особенно если кто-нибудь ещё помнит о его существовании.— Без неё я ничего не смогу сделать.— А что именно ты собрался делать?Дима замолчал.Петрович поднялся со стула и подошёл к нему вплотную.— Так, дружок, давай-ка сначала расскажи, над чем вы работали, почему эта штука оказалась в моём убежище и чем нам грозит твоя попытка с ней поговорить. А потом я решу, нужна тебе антенна или лучше навсегда похоронить всё это под землёй.Дима некоторое время молчал, собираясь с мыслями.— Я действительно не знаю, что это был за проект целиком.Петрович недоверчиво прищурился.— Нас разделили на группы, — продолжил Дима. — Каждая занималась только своим участком и не имела доступа к остальным. Я даже не знал, сколько всего людей работало над системой. Может быть, несколько сотен. А может, несколько тысяч.Андрей удивлённо переводил взгляд с Димы на Петровича.— Продолжай, — сказал Петрович.Дима повернулся к монитору.— Моя группа разрабатывала адаптивный протокол. Что-то вроде переводчика между человеческим мозгом и компьютерной системой.Андрей нахмурился.— Как это вообще возможно?— Мозг передаёт информацию электрическими и химическими импульсами. Компьютер работает с цифровыми данными. Напрямую они друг друга не понимают. Нужен посредник, который сможет распознавать активность мозга и переводить её в понятные системе команды.— Человек подумал: «Подними руку», а компьютер это понял? — уточнил Андрей.— Если сильно упростить — да. Несмотря на весь наш великий прогресс, о котором твердят с утра до ночи, возможности человеческого мозга до сих пор изучены далеко не полностью. А что, если сократить время между тем, как мозг замечает опасность и отдаёт команду мышцам? Что, если искусственный интеллект будет обрабатывать зрительную информацию ещё до того, как человек успеет её осознать? При должной физической подготовке можно создать человека с совершенно новыми возможностями. Но нельзя написать одну программу и подключить её ко всем людям. Система должна сначала изучить конкретного человека: его реакции, привычки, особенности нервной системы. Она учится вместе с мозгом и постепенно подстраивается под него.— А потом? — спросил Петрович.— Потом связь должна стать двусторонней. Не только мозг передаёт команды компьютеру, но и компьютер может возвращать информацию непосредственно в мозг.В помещении повисла тишина.— Какую информацию? — спросил Андрей.— Любую, которую мозг способен правильно воспринять. Изображение, звук, ощущение движения. Теоретически можно передавать предупреждение об опасности ещё до того, как человек её осознает. Можно ускорить обработку зрительной информации, уменьшить время реакции, компенсировать работу повреждённых участков мозга.Петрович медленно провёл ладонью по подбородку.— Или управлять человеком.— Наша группа этим не занималась, — быстро ответил Дима.— Я спросил, возможно ли это.Дима отвёл взгляд.— Теоретически — да. Но для этого недостаточно одной программы.— Что ещё нужно?— Нейроинтерфейс. Имплантат. Искусственный интеллект, способный постоянно анализировать мозговую активность. Ну и методика воздействия. В идеальном варианте такой человек должен быть уверен, что все решения принимает самостоятельно. Это своего рода пропаганда, только поступающая непосредственно в мозг носителя.— Но как это оказалось здесь? — Петрович кивнул на монитор.— Не знаю.— Ты узнал код.— Я узнал основу. Некоторые последовательности написал лично. Другие создавали люди из моей группы. Но сейчас код выглядит иначе.— Насколько иначе?Дима повернулся к экрану. Строки продолжали бежать, будто система вела беззвучный разговор сама с собой.— Мы создавали программу, которая должна была обучаться внутри заданных ограничений. Здесь этих ограничений больше нет. Похоже, код перестраивает сам себя, создаёт новые модули и использует наши разработки так, как мы никогда не планировали.— Значит, кто-то доработал вашу программу, — предположил Андрей.— Или она доработала себя сама.Петрович посмотрел на старый монитор уже без прежней насмешки.— И всё-таки что она делает в моём бункере?— Пытается найти действующее оборудование. Этот комплекс подключён к старой системе аварийной связи, работающей в основном на приём. Похоже, кто-то использует служебный сигнал для поиска сохранившихся узлов. Когда ты запустил генератор и включил аппаратуру, приёмник поймал этот сигнал. В нём находился программный пакет, и старая система автоматически его загрузила. Ответить она не смогла: передающая антенна отключена.— То есть мы сами открыли ей дверь? — спросил Андрей.— Только впустили в прихожую, — ответил Дима и посмотрел на Петровича. — Дальше она пройти не может. Без передающей антенны у неё нет полноценного обратного канала.— А ты предлагаешь этот канал ей дать, — произнёс Петрович.— Я предлагаю выяснить, откуда поступает сигнал.— Она при этом узнает, где находимся мы?Дима помедлил.— Возможно.— Вот же блядь, — сказал Петрович. — Что ни день, то новое приключение.— Вы есть будете? — заглянула в помещение Маша.Все трое удивлённо переглянулись. Маша вышла, и мужчины с интересом последовали за ней. Оказалось, пока они разговаривали, она накрыла нехитрый ужин. Всё те же армейские консервы, только теперь их предстояло есть не ножом прямо из банок, а из тарелок, сидя за столом.Петрович ухмыльнулся уголками губ и ушёл в подсобное помещение. Пока остальные рассаживались, он вернулся с банками консервированных огурцов, грибов и компота.— Только ста граммов не хватает, — радостно сказал Андрей.Маша выглядела довольной. Она почувствовала, что сделала что-то полезное и принесла другим немного радости.После ужина Петрович сказал:— Пойду подключу передающую антенну. Надо разобраться, что происходит и чего нам ждать.— Я с тобой, — с готовностью сказал Андрей.— Нет, — отрезал старик. — Вы остаётесь здесь. Нечего шататься по тайге и привлекать ненужное внимание. Андрей, ты за старшего. Ни при каких обстоятельствах не покидать ППД. На связь выходить только в действительно экстренной ситуации. Если всё будет спокойно, вернусь примерно через три-четыре часа. Передающая станция находится в трёх километрах отсюда. Если задержусь, ждите сутки. Потом ищите меня здесь.Он указал на карте нужное место.— Если не найдёте — действуй по ситуации.Петрович открыл один из шкафчиков и достал оттуда комплект охотничьего камуфляжа.— И да, здесь есть запасной выход. Сейчас я тебе его покажу. Возвращаться буду через него, поэтому основную дверь никому не открывать.— Думаешь, кто-то может заявиться? — настороженно спросил Андрей.— Придут обязательно. Вопрос времени. Мы не невидимки: как только за нас возьмутся всерьёз, сразу найдут. Шлюз здесь серьёзный, без специального инструмента не вскроешь, но всё равно надо решать, что делать дальше. А для этого нам нужна антенна. Пойдём.Они прошли в техническое помещение. Петрович отпер неприметную металлическую дверь, за которой находилась вентиляционная шахта, и посветил фонарём вверх. Андрей увидел самодельные скобы, вбитые в стену через равные промежутки и уходившие в темноту.— Это же примитив, — удивлённо сказал он. — Вентиляцию проверят в первую очередь.— С вентиляцией всё в порядке, — усмехнулся Петрович и направил луч фонаря вверх. — Выше есть скрытый боковой ход. Он выходит наружу далеко от основных вентиляционных каналов. С земли ничего не заметишь, если не знаешь, где искать. В общем, вернусь отсюда.Они вернулись в общее помещение. Петрович переоделся в камуфляж, взял «Винторез» и проверил магазин.— Почему тогда уходишь через главный вход? — спросил Андрей.— Потому что тот, кто войдёт сюда после нас, должен увидеть, что мы немного посидели, отдохнули и ушли дальше. Заодно проложу им след в другую сторону.Он забросил оружие за спину и направился к выходу.***Россия. Иркутская область. Тайга. Понедельник, 00 часов 45 минут.— Ну что там?Высокий крепкий боец в чёрном обмундировании направил фонарь на упавший беспилотник, возле которого работали двое техников. За деревьями затихали лопасти доставившего группу вертолёта.Один из техников поднялся и заслонил глаза ладонью.— Разведывательный БПЛА. Производителя пока не определили. Компоновка в целом стандартная. Признаков минирования нет, можно забирать.С другой стороны к ним подошёл боец с автоматом на груди.— Собаки взяли след. Несколько человек. Уходят на юго-запад.Высокий на несколько секунд задумался.— Стриж, остаёшься с техниками. Отправишь беспилотник на базу и догонишь нас. Остальные — по следу. Задача: обнаружить и задержать неизвестных. При сопротивлении действовать по обстановке. Везувий с кинологом — головной дозор. Медведь и Буран — ядро группы. Слепень — замыкающий. Дистанция — двадцать метров, связь — каждые десять минут. Пошли.Бойцы быстро распределились, и группа скрылась в темноте.Шли быстро, без остановок, постоянно поддерживая связь. Примерно через два часа в наушнике командира раздался голос Везувия:— Командир, мы, кажется, пришли. Подтягивайтесь.Высокий шёл немного позади авангарда. Когда он добрался до места сбора, бойцы уже заняли позиции. Пулемётчик Медведь и снайпер Буран укрылись где-то в тайге, и командир даже не пытался найти их глазами.Командир взглянул на часы — без четверти три.Собаки кружили вокруг огромного дерева. Было понятно, что след обрывается где-то здесь. Командир дважды обошёл дерево, внимательно осматривая траву и выступавшие из земли корни. На втором круге он заметил примятый участок мха у самого основания корней.Командир поднял руку, подавая сигнал «Внимание». Бойцы взяли оружие наизготовку.Он достал пистолет из набедренной кобуры, присел и осторожно откинул мох. Под ним оказался вбитый в землю металлический штырь с потемневшим кольцом. Не заметив ни проводов, ни признаков растяжки, командир выдохнул, ухватился за кольцо и потянул.Сначала ничего не произошло. Затем где-то под землёй тихо щёлкнуло, и рядом, в метре от дерева, едва заметно сдвинулся участок почвы. Кусок земли с травой и корнями приподнялся, открывая узкий прямоугольный люк.Командир мягко ступил вперёд и приблизился к проёму. Достав фонарь, он зажал его в левой руке, продолжая держать пистолет в правой. Луч скользнул вниз по металлической лестнице. Никого.Командир поднял один палец, показывая, что с ним идёт один боец. К нему бесшумно приблизился Везувий. Прикрывая друг друга, они спустились по лестнице и вошли в первое помещение.Убедившись, что внутри никого нет, командир вышел в эфир и негромко приказал:— Коля, давай собак сюда.Стрелец лежал в сотне метров от входа в убежище и наблюдал за происходящим через прицел «Винтореза». Стрелять в бойцов он не хотел, но, если всё пойдёт по худшему сценарию, придётся пойти на крайние меры.Старик не до конца понимал, насколько важен во всей этой истории Математик, но в одном был уверен: как только их обнаружат, обоих уничтожат.В «прихожей» он сделал всё возможное, чтобы убедить поисковую группу в том, что беглецы провели в убежище несколько часов, а затем двинулись к реке. В появлении преследователей Стрелец не сомневался ни секунды.Он забрал одежду, которую ребята носили до прихода в бункер, и понёс её к реке. По возможности выбирал широкие тропы и ступал осторожно, чтобы по следам нельзя было определить, что здесь прошёл всего один человек.Добравшись до воды, Стрелец выбросил одежду в реку и несколько сотен метров шёл по мелководью. Когда берег стал обрывистым, он выбрался из воды и окружным путём направился к антенне.Подходящее дерево нашлось неподалёку от штатного места установки. Старик закрепил на нём антенну, тщательно замаскировал её и спрятал ведущий к убежищу провод.Закончив работу, он быстрым шагом вернулся ко входу в убежище. Осмотрел местность, определил наиболее вероятные позиции, которые могла занять группа прикрытия, а затем устроился в стороне и замаскировался.Потянулось время ожидания.Стрелец умел ждать. При необходимости он мог несколько суток неподвижно лежать и наблюдать за целью.Но на этот раз долго ждать не пришлось.Примерно через два с половиной часа появилась поисковая группа.Двое спустились в бункер. Стрелец напрягся и положил указательный палец на спусковой крючок. Затем кинолог с собаками наклонился к рации и что-то сказал. Он дал собакам команду и двинулся с ними ко входу.Некоторое время ничего не происходило, и Стрелец ждал. Но вот все трое и собаки появились на поверхности. Одна из собак вдруг резко развернулась, рванула обратно ко входу и устремилась вниз по лестнице, чуть не увлекая за собой кинолога. Тот едва удержался на ногах и успел выпустить поводок.Старик скрипнул зубами. Всё пошло не по плану.

***

Германия. Берлин. Понедельник, 6 часов 10 минут.Домой генерального инспектора отправили почти силой. За последние двое суток он спал не больше трёх часов, дважды менял рубашку в служебном кабинете и уже начал забывать имена людей, с которыми разговаривал.Мысли путались, и только одна оставалась ясной: что бы там ни говорили политики, необходимо хотя бы для самого себя разобраться, что происходит.Жена молча поставила перед ним чашку кофе. Телевизор работал без звука, показывая разрушенную электростанцию где-то во Франции.— Ты хотя бы час поспишь? — спросила она.Инспектор не ответил.Изображение на экране замерло, рассыпалось на цветные квадраты и исчезло. Появилась надпись: «Нет сигнала».Марта остановилась и озадаченно посмотрела на телевизор.— Что это?Инспектор не успел ответить. На столе завибрировал защищённый телефон.— Слушаю.— Герр инспектор, простите, что прерываю ваш отдых, но поступила чрезвычайно важная информация.— Говорите, Шульце.— Около десяти минут назад стали недоступны международные каналы связи. Гражданский интернет распался на изолированные национальные сегменты. Спутниковые каналы связи с союзниками также не работают.— Причина?— Неизвестна. Но оборудование не разрушено. Маршрутизаторы функционируют, линии исправны. Системы просто перестали передавать данные за пределы определённых зон.— Больницы? Электростанции?— Их внутренние сети работают. Связь экстренных служб тоже сохранилась.— Значит, кто-то выбирал, что именно отключить.— Похоже на то.Инспектор подозревал, с чем они могли столкнуться. Об угрозе говорили давно. Применение искусственного интеллекта в критических системах официально ограничили, некоторые направления исследований запретили полностью. Однако запреты никогда не останавливали ни учёных, ни военных. Возможности были слишком велики, чтобы от них отказаться.Инспектор знал, что отдельные элементы подобных систем давно применялись в управлении и безопасности. До него доходили и неподтверждённые слухи о закрытых исследованиях адаптивных систем и нейроинтерфейсов. Насколько далеко продвинулись эти разработки и удалось ли кому-нибудь получить практический результат, он не знал.— Свяжитесь с ведущим специалистом Гейдельбергского университета по системам управления на основе искусственного интеллекта, герром Вайсхайтом. Передайте, что отчёт, который я требовал, нужен мне немедленно.— Будет сделано. Как только получу необходимую информацию, сразу с вами свяжусь. Постарайтесь всё-таки немного отдохнуть, герр инспектор.«Что ж, по крайней мере, есть вероятность, что это не глобальная война, а всего лишь взбесившийся искусственный интеллект», — подумал инспектор.Ему вспомнился один из любимых фильмов. Там искусственный интеллект тоже выступил против человечества, и закончилось всё плохо.«Надеюсь, к нам хотя бы никто не прилетит из будущего и мы сумеем справиться сами».Он посмотрел на жену, всё ещё стоявшую возле погасшего телевизора.— Марта, у нас же где-то лежал старый антенный кабель? Если подключить телевизор напрямую, должно заработать.

Глава 8

Балтийское море. Территориальные воды Германии. Понедельник, 3 часа 05 минут.Богдан грёб уже минут пятнадцать, но в темноте ничего не было видно. От воды тянуло тяжёлым запахом нефти. Марина слегка дрожала в объятиях Ильи, но не жаловалась. Всплески воды от касания вёсел в полной тишине казались очень громкими. После каждого взмаха на поверхности оставались маслянистые разводы, едва поблёскивавшие в темноте.Илья всматривался вперёд, но ничего не видел. Он забеспокоился и начал смотреть по сторонам. Вот справа что-то есть или показалось? Он напряг зрение. Да, кажется, там что-то было.— Богдан, — позвал он приятеля и, кивнув вправо, добавил: — Посмотри, там, кажется, что-то есть.Богдан не стал долго всматриваться и просто скорректировал курс. Через пять минут уже можно было уверенно различить силуэт патрульного катера. Ещё через пару минут они подплывали к борту.У леера стоял человек. Он дважды мигнул фонариком и пошёл вдоль борта к корме. Не доходя пары метров до конца борта, остановился и мигнул ещё раз. Богдан двинулся к нему. В этой части корабля находилась лестница.Они поднялись на борт, затем Илья, Богдан и мужчина в форме береговой охраны затащили лодку на палубу. Её борта и днище покрывала жирная чёрная плёнка, а с вёсел стекали маслянистые капли. После этого катер, не мешкая, пошёл вдоль берега.— Пойдёмте вниз, — сказал на немецком «моряк».Они спустились в какое-то техническое помещение. Здесь громко шумел двигатель, и места было немного. «Моряк» вопросительно посмотрел на Богдана, и тот достал из внутреннего кармана десять тысяч, которые заранее отдал ему Илья, а из другого кармана — ещё деньги, примерно такую же сумму. Он передал их «моряку», и тот удалился.Помещение было небольшим, и сидеть можно было только на ящике у стены. На него усадили Марину, мужчины устроились на полу.— Что дальше? Куда они нас привезут? — спросил Илья и кивнул на потолок, подразумевая экипаж катера.— Довезут до международных вод, там передадут нас грузовому рефрижератору как терпящих бедствие, — угрюмо сказал Богдан. — Так что старайтесь выглядеть как минимум испуганными.Илье план не нравился, но он не мог придумать ничего лучше. Ещё немного подумав, он кивнул и обратился к Марине:— Мариш, ты как?— Терпимо, — вяло сказала она и, немного подумав, добавила: — Кофе хочется.Илья улыбнулся. Значит, Марина чувствовала себя лучше, чем он думал.В плавании они провели сорок пять минут. Марина задремала на своём ящике. Илья пытался что-нибудь узнать у Богдана, но тот отвечал неохотно, всё больше предположениями. Илья понимал, что Богдан не может ответить на его вопросы, но не знал, как ещё успокоить свою тревогу.Дверь в помещение открылась, и к ним вошёл «моряк». Он махнул рукой, и Илья потряс Марину за плечо. Она открыла глаза, недоумённо посмотрела по сторонам, а затем вопросительно взглянула на Илью.— Пора, — сказал он и кивнул на дверь.Они поднялись на корму. Богдан спустился по лестнице к воде, и Илья с «моряком» передали ему лодку. Затем спустилась Марина, за ней — Илья. «Моряк» рукой показал направление, и Богдан начал грести. Катер постоял ещё пару минут, затем его двигатель зашумел, и судно двинулось в обратном направлении, быстро набирая скорость.На востоке начинало светлеть. Теперь было видно, что море покрывала тонкая нефтяная плёнка. На мелких волнах переливались грязные радужные разводы, превращая воду в огромное тусклое зеркало.Богдан крутил головой: то налегал на вёсла, то бросал грести, тревожно поглядывая по сторонам. Наконец он расслабился и показал пальцем за спину Ильи.Илья и Марина обернулись. На горизонте появилось судно. Из-за расстояния трудно было судить о его размерах, но выглядело оно не слишком большим.— Подать бы какой-нибудь сигнал, — сказал Илья.— Подадим, — ответил Богдан. — Не сейчас.По мере приближения судна Богдан начал грести, стараясь выйти на его маршрут. Когда оно подошло достаточно близко, Богдан неожиданно достал нож и проткнул лодку.Илья дёрнулся:— Твою мать! Ты что творишь?!— Без обид, Илья! Но это и есть сигнал.***Россия. Иркутская область. Тайга. Заброшенное подземное убежище. Понедельник, 1 час 30 минут.Дружок лежал на подстилке и покусывал свою резиновую утку. При каждом укусе та издавала короткий писк, и пёс удивлённо смотрел на неё, словно видел впервые. Андрей подозревал, что Дружок делает это не всерьёз, но пёс так убедительно изображал изумление, что он ему почти верил.Прошло уже несколько часов с тех пор, как ушёл Петрович, и Андрей начинал волноваться. Наблюдая за Дружком, он представлял себе действия старика: дойти до места, установить антенну и вернуться обратно. Даже если там пять километров — час туда, час на работу, час обратно. Всё.Дима не отходил от компьютерного комплекса и ждал, когда появятся данные. Маша несколько раз пыталась его растормошить, но, поняв, что её усилия тщетны, уселась в кресло и тоже стала наблюдать за Дружком, время от времени прыская от смеха.«Раз уж Стрелец вернётся запасным путём, стоит закрыть основной», — подумал Андрей.Он встал и пошёл в техническое помещение. Покопавшись среди хлама, нашёл толстый металлический уголок и заклинил им запорный механизм внутренней двери шлюза.Он уже возвращался, когда услышал возглас Димы:— Есть! Пошёл входящий поток!Дружок оторвал взгляд от утки и так же удивлённо посмотрел на Диму. Андрей улыбнулся.— Что там?— Ого, — произнёс Дима, глядя на монитор. — Раньше по каналу шёл тонкий ручеёк, а теперь входной буфер заполняется быстрее, чем система успевает обрабатывать данные.Маша поднялась с кресла и подошла ближе.— Что-нибудь интересное? Можно понять, что происходит? — спросил Андрей.— Пока нет. Здесь сплошной неструктурированный поток. Пакеты идут один за другим, но в них нет нормальных метаданных: ни идентификаторов источника, ни временных меток, ни адресов узлов. Сейчас попробую хотя бы разделить их по типам.Он подвинул к себе ноутбук и открыл диагностическую консоль. Переходил из одного системного журнала в другой, проверял входные буферы, возвращался к основному комплексу, затем что-то быстро набирал на ноутбуке.— Это ещё что?.. А если так?.. Нет, не то… — бормотал он себе под нос.На одном экране непрерывно двигались строки символов, на другом появлялись таблицы и графики. Через несколько минут Дима запустил семантическую сортировку. Система ненадолго замедлилась, затем начала распределять поступающие фрагменты по отдельным группам.Наконец он откинулся на спинку кресла.— Ничего не понимаю. Вот, посмотрите. Эти данные поступают прямо во входной контур адаптивного ядра. Оно их принимает, распознаёт и использует для обучения.Андрей и Маша склонились над ноутбуком. Между служебными символами, цифровыми последовательностями и непонятными обозначениями появлялись отдельные предложения на русском языке.Маша начала читать вслух:— «Аллах, защити мою семью, не дай этим шайтанам отобрать мой дом…»Следующая фраза появилась почти сразу:— «Когда же это всё закончится?»Строка исчезла, уступив место другой:— «Проклятые политики…»Затем на экране возникли новые фрагменты:— «Господи, храни Владика, моего сына, и закончи поскорее эту войну…»— «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё…»Маша замолчала. По экрану продолжали проходить короткие предложения:«Надо утром купить мамины таблетки…»«Почему она опять не отвечает?»«Только бы ребёнок не проснулся…»«Я оставил ключи на кухне или в машине?»«Господи, я больше так не могу…»«Если завтра не заплатят, чем кормить детей?»«Не забыть позвонить отцу…»Некоторые фразы были написаны по-русски, другие — на незнакомых языках. Встречались латинские и арабские буквы, иероглифы и символы, которых Андрей прежде никогда не видел.— Что это? — недоумённо спросил он.— Семантические фрагменты, — ответил Дима. — Система распознаёт в них смысл, распределяет по группам и направляет прямо в контур обучения. Но откуда она их берёт, я не понимаю. В потоке нет файлов, документов или обычных сообщений. Только готовые фразы.Он повернулся на стуле к Андрею.— Понимаешь, раньше информацию для обработки и обучения давали ядру мы сами. Это были выверенные, отфильтрованные данные. Прежде чем скормить их системе, всё тщательно проверяли, очищали и приводили к единому формату. А теперь…Дима указал на экран.— Там чёрт знает что. Обрывки разговоров, молитвы, страхи, какая-то бытовая ерунда. И всё поступает одновременно с разных концов мира. Причём источник каждого фрагмента скрыт или вообще не существует в привычном понимании.— В смысле не существует? — спросил Андрей.— В прямом. У любого сообщения должен быть отправитель, адрес, протокол передачи, хотя бы временная метка. Здесь ничего нет. Такое ощущение, будто ядро получает уже готовый смысл, минуя обычные каналы связи.Он замолчал и о чём-то задумался.Андрей и Маша толком ничего не поняли и переглянулись.— А в мире-то что происходит? — спросила Маша. — Война уже идёт? Ты новости посмотреть можешь?Дима встрепенулся.— Да, сейчас.Он забарабанил по клавиатуре, свернул диагностическую консоль и открыл браузер.Российские новостные сайты сообщали о готовности ответить всеми видами вооружений в случае нового нападения, однако ни одно государство напрямую не обвиняли. Новых ядерных ударов не произошло, и мир словно застыл в ожидании. Политики разных стран выступали с воинственными заявлениями, но за громкими словами чувствовались неуверенность и непонимание.Дружок заскучал и задремал на своей подстилке. Дима просмотрел ещё несколько новостных порталов, но ничего толком не выяснил. Затем снова открыл диагностическую консоль и погрузился в изучение потока.Время тянулось. Монотонно гудела аппаратура, по мониторам бежали строки, а в помещении время от времени раздавался тихий писк резиновой утки.Андрей задумался. Война пока не началась. Странностей вокруг становилось всё больше, но был ли теперь смысл продолжать скрываться? Что им вообще грозило? И не зря ли он так слепо доверял старику?Вопросов становилось всё больше, а ответов не было.Дружок внезапно поднял голову и навострил уши. Несколько секунд он неподвижно смотрел в сторону входного шлюза, затем попытался вскочить, но боль остановила резкое движение. С трудом поднявшись, пёс замер на дрожащих лапах.Андрей насторожился.— Тихо! — сказал он остальным.Дружок, пошатываясь, направился к входному шлюзу. Андрей пошёл за ним. У железной двери пёс остановился и неуверенно прислушался.Андрей ничего не слышал и не понимал, на что тот реагирует.Прошло несколько томительных минут. Вдруг Дружок ощетинился, глухо зарычал, а затем громко залаял.Андрей быстро опустился рядом и погладил его по голове.— Тише, тише, не шуми, — прошептал он, ругая себя за то, что заранее не приказал Дружку вести себя тихо.***Всё пошло не по плану. Одна из собак уже спустилась в подземное помещение, и Стрелец приготовился к худшему. Сначала — снайпер, затем пулемётчик. Если придётся стрелять, медлить нельзя. Он плавно навёл «Винторез» на место, где притаился снайпер противника.Рассвет только начинался, и под густыми кронами всё ещё царил предутренний сумрак. Стрелец различал среди деревьев лишь неподвижный тёмный силуэт. Прибор ночного видения сейчас бы не помешал.Старший группы спустился вслед за собакой. Рассвет только начинался, и под густыми кронами всё ещё царил предутренний сумрак. Стрелец различал среди деревьев лишь неподвижный тёмный силуэт. Прибор ночного видения сейчас бы не помешал.Почти одновременно вторая собака потянула кинолога по ложному следу, оставленному Стрельцом. Тот придержал поводок и негромко позвал командира.Стрелец убрал палец со спускового крючка. Пока можно было подождать.Дверь в основное убежище он заранее закрыл старой ветошью, а перед ней поставил одну из лежанок. При беглом осмотре она могла сойти за груду хлама. Но стоило отодвинуть лежанку… Только бы не полезли проверять.Через полминуты старший группы показался на поверхности и что-то сказал кинологу. Слов Стрелец не слышал. Кинолог указал в сторону второй собаки, всё ещё натягивавшей поводок, затем передал её ближайшему бойцу и спустился вниз.Вскоре он вывел первую собаку. Стрелец медленно выдохнул. Похоже, внизу ничего подозрительного не заметили, а вторая собака убедила их продолжить поиск.Старший заговорил в рацию. Через несколько мгновений бойцы прикрытия начали покидать свои позиции. Группа перестроилась и двинулась вслед за кинологом по ложному следу. Последними между деревьями скрылись замыкающие.Стрелец пролежал неподвижно ещё минут двадцать, проверяя, не оставили ли бойцы скрытое наблюдение. Лес оставался тихим. Никто не возвращался.Выждав ещё немного, он поднялся и направился к запасному выходу.Предстояло решить, что делать дальше. Пусть Математик вытащит всю возможную информацию. Несколько часов у них, возможно, есть. Должно хватить.Но что дальше? Зависит, конечно, от информации, которую они получат. Если уже идёт война, то самое оптимальное — остаться здесь, в бункере. Но если… Тут и начинались трудности.«Если война не началась, то мы застряли яйцами между молотом и наковальней».Эта мысль была настолько неуместной и одновременно очень логичной, что Петрович усмехнулся. Получалось, что начало третьей мировой было им на руку. Парадокс. От этой мысли стало не по себе, но отделаться от неё не получалось.У запасного выхода он остановился и прислушался. Тихо.«Это выбор без выбора. Началась война? Значит, я сделал всё правильно. Не началась? Хорошо — я просто выведу людей и возьму всё на себя. Скажу, что они выполняли мои указания и о происходящем ничего не знали».Петрович взялся за дверь, но в глубине души понимал, что так просто всё не будет.Он немного постоял, всматриваясь в тайгу. Петрович любил это делать. Не только из-за красоты необъятного леса, хотя и это было немаловажно. Здесь он чувствовал себя свободным. Именно это чувство вызывала у него тайга.Он ещё раз глубоко вдохнул и потянул на себя крышку замаскированного входа в потайной лаз. Петрович добрался до вентиляционной шахты, спустился по скобам к технической двери и постучал.