Академия Ваджерис. Проклятый след

– Эй, не сожги последние уцелевшие вещи, мне и так много восстанавливать придётся! – возмутилась Ронда.

Бранд встряхнул головой и спрятал руки в карманы брюк. На лице заходили желваки, и я уже видела, как он придумывает план мести, чтобы надрать зад Алану.

– Успокойся! Он был не в себе, я видела это по его глазам, – попыталась я оправдать одногруппника, хотя сама не испытывала к нему ни капли симпатии.

– Не прикрывай его!

В этот раз меня пробрал настоящий страх. В голове вспыхнул красный сигнал опасности, и самые жуткие мысли закружились каруселью.

Я приложила ладонь к щеке Бранда, пуская лёгкий холодок. Его лицо буквально горело, и мне отчаянно хотелось остудить его пыл. Как иронично, ведь именно я могла усмирить этого горячего самца. Бранд глубоко вздохнул и прижал мою руку своей. Он закрыл глаза, притянул меня к себе, поцеловал в лоб и прошептал:

– Ненавижу, когда ты так делаешь.

– Как?

– Вот так, смотришь на меня и делаешь вид, будто всё в порядке.

Я хотела возразить, подтвердить, что у меня действительно всё более или менее хорошо. Но Бранд прикрыл мой рот двумя пальцами и продолжил:

– С Буйнолом я разберусь, а ты помоги Ронде с уборкой.

Через мгновение Бранд покинул комнату, оставив меня наедине с моей буйной фантазией. Я уже представляла море крови, переломанные кости и еще один труп, теперь уже в стенах академии.

– Ты посмотри, что они сделали с моими ловцами снов?! – Ронда вырвала меня из раздумий, указывая на растрёпанные перья. – Я это так не оставлю. Хорошо, что всё самое необходимое для будущего я ношу с собой.

– А ты не можешь по звёздам или лунному пути просчитать, кто устроил у нас погром? Ну… заглянуть в прошлое? – поинтересовалась я у подруги.

– Копаться в прошлом – это по твоей части. У меня есть одна идея, как выйти на того, кто всё это устроил, – в глазах Ронды вспыхнул зелёный огонёк, словно маячок, предвещающий гениальную мысль.

– То есть ты не думаешь, что это рук Алана? – я вспомнила нашу последнюю встречу. Мне казалось, что вероятность его причастности слишком высока.

Подруга задумалась.

– Он слишком туповат. Максимум, на что он способен, – это создать фонтан воды и плескаться им в кого попало.

Действительно, у Алана была дурацкая привычка пакостить на уроках. Однажды он наколдовал лужу на стуле нашей одногруппницы с факультета иллюзионистов. Она так визжала из-за мокрой попы, что запустила в Алана миражи летучих мышей.

Хотя эти пакости – лишь детский лепет по сравнению с тем, что сегодня он меня чуть не придушил. Алан был слишком зол, таким злым я его ещё никогда не видела. Неужели сердечные страдания так повлияли на него, что он был готов меня убить?!

На следующий день мы пришли на урок по истории магии. Кабинет был закрыт, и все первокурсники столпились в коридоре. Наша троица, как обычно, держалась особняком от всей группы. Было крайне неприятно чувствовать себя белой вороной. Ещё обиднее было то, что в это втянулись мои подруги. Ронда – боевая девушка и в обиду себя не даст. А вот Диане портили вещи в лаборатории, и вчера она пришла совсем расстроенная из-за того, что кто-то облил краской её предэкзаменационную работу. Ладно бы краска была обычной. Но нет, кто-то нанёс заклятие вечности. Теперь работу придётся либо выкидывать, либо показывать то, что есть. Вчера мы до ночи колдовали над заклятием вечности, пока не поняли, что нашими силами мы просто не в состоянии справиться. Пришлось позвать Энди. Но тот с кислой миной заверил, чтобы мы не предпринимали никаких попыток, а он сам найдёт способ вычислить того, кто это сделал, и повесит на кучумовом столбе. Это в стиле Энди: запретить, найти и убить.

– Все на нас так таращатся, будто мы из другого мира, – Диана шёпотом сказала мне и Ронде.

– Они просто нам завидуют, – возразила Ронда. Её слова повисли в воздухе, и я, взглянув на одногруппников, увидела, как они, словно по команде, разом отвернулись, уставившись в другую сторону.

Минуло всего несколько ударов сердца, когда мир взорвался каскадом событий.

Я услышала знакомый голос, всхлип Алана и глухой удар о бетонную стену.

– Бернаус-ти!

Бранд, возникший словно из ниоткуда, держал Алана Буйнола за горло, припечатав его к стене так, что ноги парня безвольно болтались в воздухе. Другой рукой он зажёг факел. Пламя ревело с такой яростью, что по его цвету и интенсивности было ясно: Бранд настроен серьёзно и шутить не намерен.

– Вижу, тебе нравится издеваться над беззащитными, – прорычал Бранд, его хватка на горле Алана становилась всё горячее, пальцы дымились. Ещё немного, и Алан мог бы вспыхнуть. Тот отчаянно дёргался, в ужасе глядя на Бранда, пытаясь что-то сказать.

– Ещё раз подойдёшь к ней, и окажешься первым в списке на состязании со мной, – слова Бранда прозвучали как приговор. Все знали, что с ним лучше не связываться, особенно на состязаниях, где каждый второй заканчивал в лазарете.

Бранд разжал пальцы, и Алан рухнул на землю, хватаясь за обожжённое горло.

– Она проиграла мне и получила по заслугам, – каждое слово Алана давалось с трудом. Он тяжело дышал, периодически кашлял, злобно сверля взглядом то меня, то Бранда.

Теперь шея Алана выглядела куда хуже моей. Она была покрыта волдырями от ожогов, и было видно, что он терпит лишь благодаря силе злости.

Бранд повернулся и подошёл ко мне. Нежно поцеловал в губы и прошептал на ухо:

– Теперь тебя никто не тронет. Я дал всем понять: ты – моя.

Глава 13

Ведана

После представления Бранда я оказалась в полном замешательстве. Алан, с пылающей шеей, так и сидел на полу, а ребята переводили взгляды с меня на него, явно не понимая, что происходит. Никто не спешил заступиться за Алана, но и на мою сторону никто не перешёл.

Гробовую тишину и неловкое молчание нарушил топот быстрых ног профессора Аслин. Впервые за всё время она опаздывала на занятие, и вид у неё был встревоженный. Её зелёные серёжки-пёрышки, болтаясь из стороны в сторону, хлестали по лицу. Пробегая мимо, она даже не заметила, что одному из учеников требуется медицинская помощь.

Профессор приложила браслет к замочной скважине и открыла дверь. Кабинет тут же расцвёл множеством изящных растений. Стебли цветов вытянулись во весь рост, расправляя листья, словно демонстрируя своё превосходство. Этот кабинет всегда казался живым, наполненным зелёными красками и импульсивным характером профессора. Цветы были её отдушиной и всегда чувствовали настроение хозяйки. И вот сейчас, как только профессор подошла к своему столу, несколько фиалок сжались, закрыв бутоны, будто на дворе наступила ночь. А дальние растения на высоких полках вяло покачивались, словно предвещая бурю в кабинете.

Когда все студенты расселись по местам, Алан, проходя мимо, грубо толкнул меня в плечо. Его взгляд, обещавший неприятности, метался от светло-зеленого до кристально-голубого. Внешность его, бесспорно, заслуживала премии за самые красивые глаза. Жаль только, что они не излучали доброты, а сейчас прожигали меня насквозь.

– Сегодня, – профессор впервые обвела класс взглядом своих зелёных глаз, бросив маленькую сумочку на стол с таким звуком, будто внутри были гири, – повторяем период 1800-х годов. А через два дня – экзамен. Советую готовиться усердно, не увиливая от вопросов, требующих размышлений. Особенно это касается части Б, где вам предстоит письменно изложить точку зрения на конкретное событие того или иного периода.

По аудитории прокатился вздох разочарования. Ронда демонстративно цокнула губами, явно считая этот предмет пустой тратой времени.

– Тишина! – профессор ударила кулаком по столу и окинула всех уничтожающим взглядом. Её зрачки задержались на Алане дольше обычного. – Буйнол, что с вашей шеей?

Все взгляды устремились на парня, а затем – на меня. От такого внимания хотелось провалиться сквозь землю. И почему Бранд решил появиться именно сегодня? Неужели нельзя было разобраться с ним один на один?

Профессор, уловив настроение одногруппников, теперь пристально смотрела мне в лицо своими ярко-зелёными глазами, словно ожидая ответа. А я изо всех сил старалась делать вид, что шея Алана меня совершенно не касается. Я тут ни при чём. Но напряжение и цветочное давление, нарастало, и стоящий рядом кактус опасно шевельнулся, напоминая мне выйти из оцепенения. Я медленно подняла взгляд и быстро метнула его в сторону парня. Вид Алана оставлял желать лучшего: шея действительно покрылась волдырями. Мне тут же захотелось приложить к ней лёд, облегчить его страдания. Но, встретившись с его ненавидящим взглядом, я поняла, что одногруппник вполне справится сам.