Академия Ваджерис. Проклятый след

– Сейчас их шипы обрезаны для вашей же безопасности, поэтому, если вы сильно не понравитесь дикомразу, его вылетающий шип не нанесёт вам существенного вреда. С сегодняшнего дня мы с помощью магии подчинения постараемся проникнуть в разум животного и изучим его. Ваша задача – убедить дикомраза съесть вот это лакомство, – профессор Смит показала на корзину сушёных стручковых листьев. – Предупрежу сразу: дикомразы не любители такой еды, но при умелом подчинении эти животные выполнят любые ваши прихоти. Зачёт получит тот, кто сумеет накормить мразов.

Профессор Смит вошла в питомник и выпустила ещё пару десятков дикомразов. Те мгновенно разбежались, уткнувшись длинными носами в землю и жадно обнюхивая каждую травинку. Когда профессор продемонстрировала магию подчинения на одном из них, дикомраз задрал голову, растопырив шипы на спине, словно предупреждая о грядущей опасности. Через мгновение шипы вернулись на место, и существо направилось к ведру со стручковыми листьями. Обнюхав, оно схватило стручок зубами и принялось с аппетитом его разжёвывать. Освобождённый от чар, дикомраз тут же выплюнул незнакомую смесь и, пошатываясь, вернулся к сородичам, снова уткнувшись носом в землю.

– Встаём вдоль периметра забора, выбираем свободного дикомраза, направляем на него магию подчинения и практикуемся. Задача ясна?

Адепты дружно закивали. Выстроившись в ряд, они вытянули руки, и со всех сторон полилась магия. Некоторые дикомразы, почувствовав чужое прикосновение, тут же ощетинились шипами, другие встали на задние лапы, третьи замерли, стараясь не двигаться. Зрелище было одновременно завораживающим и изнуряющим. Магия подчинения всегда давалась с трудом, и чем свирепее было животное, тем сложнее оно поддавалось контролю.

Прислонившись к краю забора, я протянула руку и направила поток своих мыслей в разум одного из дикомразов. Его магическая аура отозвалась во мне до боли знакомым чувством. Животное, уткнувшись носом в землю, усердно искало мелких насекомых. В тот миг, когда я коснулась его сознания, шипы на его теле тут же раздвинулись, словно предупреждая: я вторглась в опасную зону, куда лучше не соваться. Я принялась изучать дикомраза и вскоре обнаружила, что его задняя лапа повреждена. Животное страдало, и боль постоянно отвлекала его. Вырвавшись из водоворота чужих ощущений, я почувствовала, как перехватывает дыхание. Но, сделав глубокий вдох, вновь сосредоточилась на задаче.

Глава 5

Ведана

Прогуливаясь по сознанию дикобраза, я ощущала каждую его клеточку тела как свою собственную. Все его чувства, все его эмоции стали моими. Теперь я вдыхаю землю носом, слух мой обострён до предела, а шипы готовы к молниеносному броску при малейшей опасности. Жажда мяса гнала меня вперёд. Но эти насекомые были слишком юркими, слишком быстрыми. Я слышала их шорох под землёй, чувствовала их запах.

Взмах лапы – и я начала рыть.

Глубже, ещё глубже.

Вот они, я их вижу!

Ещё один взмах, и мелкий грызун оказался в моей пасти. Слишком аппетитный, чтобы глотать целиком. Я медленно, с наслаждением пережёвывала добычу. Периодически давала о себе знать задняя лапа – боль пронзала вниз, отвлекая меня. Я уперлась носом в раненую лапу, чувствуя запах засохшей крови. Рана была ещё свежей. В памяти всплыл человеческий образ. Спина напряглась, иглы встали дыбом, и я выпустила шип. В тот же миг в меня вонзилось острие, и боль затуманила сознание.

– На сегодня хватит, продолжим на следующем занятии, – громкий голос профессора Смит вырвал меня из сознания дикомраза. Мои глаза приобрели прежний вид: вместо земли с млекопитающими я снова видела несколько мирно шатающихся игольчатых. В разуме одного из них я только что побывала.

Все адепты с облегчением вздохнули и отправились обратно в корпус. Я же не собиралась уходить и направилась прямиком к профессору.

– Профессор Смит?

Женщина удивлённо подняла брови и обратила на меня всё своё внимание.

– Да, дорогая?

– Мне показалось, или один из ваших дикомразов ранен? Он часто отвлекался на заднюю лапу…

– Ранен? – профессор удивилась ещё сильнее. – Ты уверена? Покажи, который из них?

Мы направились к питомнику, и я быстро нашла своего подопечного, указав на роющуюся морду.

Профессор вытянула руку, и поток магии хлынул в сознание зверя. Дикомраз дёрнулся, а затем замер, вытянувшись по стойке смирно. Минуту профессор изучала его, после чего подошла и осторожно коснулась задней лапы. Зверь стоял неподвижно, уставившись в одну точку, словно ему приказали замереть и не шевелиться. Я пристроилась за спиной профессора, заглядывая через её плечо.

На лапе виднелся глубокий порез. Рана была явно свежей, ещё не до конца затянувшейся. На широкой, игольчатой шерсти местами проступали пятна засохшей крови. Профессор внимательно изучала повреждение, затем резко дёрнула лапу. Зверь взвыл свирепым голосом, мгновенно ощетинившись иголками на спине. Я тут же отскочила в сторону, а профессор вновь напитала его магией.

– Мисс Ланг, будьте добры, возьмите настойку «сандры» и бинты из моей сумки у входа.

Я выполнила просьбу профессора Смит, быстро найдя нужные предметы и передав их ей. Ловкими движениями она тут же обработала лапу пострадавшего и сделала перевязку.

Опустив заклятие подчинения и выйдя из питомника, дикомраз, до этого застывший в оцепенении, вдруг ожил. Он уткнулся носом в свою свежеперебинтованную лапу, внимательно изучая новые запахи на теле.

– Что с ним случилось? – вопрос сорвался с моих губ раньше, чем я успела его обдумать.

– Не знаю, похоже на нападение. Но дикомразы миролюбивы и никогда не нападают первыми. Они пускают в ход шипы, только если чувствуют прямую угрозу. Думаю, вам пора идти, мисс Ланг, спасибо, что сообщили. – Профессор выглядела озадаченной и одновременно обеспокоенной. Было очевидно, что она спешила от меня отделаться и не собиралась отвечать на дальнейшие вопросы. Схватив свою сумку, она быстрым шагом направилась к корпусу.

Войдя в свою комнату, я замерла, увидев до боли знакомое лицо. Этот человек когда-то вызывал у меня неприязнь, граничащую с отвращением, но сегодня я была готова расцеловать его с ног до головы.

– Энди! – вырвалось у меня, и я бросилась в объятия брата, повиснув на его шее, словно маленькая девочка.

Энди машинально обнял меня в ответ, слегка покачнувшись.

– Тише, тише, – проговорил он, пытаясь удержать меня на весу. – Мы так разнесём все книги Дианы.

Поскольку Энди стоял у письменного стола моей подруги, он, ловя меня на лету, ударился копчиком о его край. Диана улыбнулась, а Ронда, не в силах сдержать эмоции, кинулась к нам, образуя настоящую кучу-малу.

– Брат с сестрой воссоединились, это так трогательно! – воскликнула подруга, явно побивая все рекорды умиления.

Увидев рядом с собой ещё и Ронду, Энди, казалось, вовсе потерял дар речи. Он поперхнулся и шумно вздохнул, явно удивлённый таким поворотом событий.

Диана, наблюдая за этой сценой, не смогла сдержаться и громко расхохоталась.

– Э-э… – Энди робко похлопал Ронду по спине, внимательно вглядываясь в её лицо. – С тобой всё в порядке?

Ронда отстранилась и пристально уставилась на брата:

– В отличие от тебя, сухарь, я всегда честна. Если я чего-то хочу, я это делаю. И если тебя впервые в жизни обняли, то поздравляю, ты вышел на новый уровень!

Теперь уже смешно стало мне. Энди, освободившись от женских объятий, взлохматил волосы и с улыбкой ответил:

– Ладно, я тоже чертовски рад тебя видеть.

Довольная собой Ронда уселась на свою кровать, а я обратилась к брату с самым важным для меня вопросом:

– Как он?

То, что я говорила о Тони, было очевидно всем. Улыбка тут же сползла с лица Энди, и он стал серьёзнее некуда. Я сразу поняла: дело дрянь. Возможно, новости будут не самыми радужными, поэтому приготовилась к худшему.

– Он в коме. Тони потерял много крови, ему сделали переливание. Моя кровь подошла лучше всего, но… возникла проблема. – Глаза Энди забегали, он смотрел куда угодно, только не на меня, словно пытаясь смягчить удар от предстоящей новости.

– Ну? – нетерпеливо выдохнула я.

– Несмотря на то что мы кровные братья, наша магия отличается. Я менталист, он иллюзионист. У нас разная магическая аура, и его тело может не принять мою ипостась.

– Что это значит?

Брат тяжело вздохнул, и теперь его взгляд остановился прямо на мне.

– Целители сказали ждать. Если тело примет мою кровь, Тони проснётся. Если нет – умрёт.

Глава 6

Ведана

Диана ахнула, прикрыв рот ладонями. Меня же словно сковало. Я смотрела на Энди, и всё моё существо кричало: «Не верь! Не слушай!» Поняв моё состояние, Энди тут же притянул меня к себе, и я уткнулась носом в его грудь.

– Я уверен, он справится, – успокаивал меня брат, поглаживая по голове. – Тебе главное – сдать сессию и вернуться домой. Мы обязательно навестим Тони.

Я отстранилась от него, встретившись взглядом:

– А что с ним случилось? Целители, ищейки что-нибудь выяснили?

– Пока ничего конкретного, – брат снова обнял меня. – Ощущение, будто его отбросило взрывной волной. У него переломы, сотрясение мозга, но магическая аура цела. Значит, он не использовал магию при нападении. Всё очень странно. Я вообще считаю, академию нужно закрыть, а не ждать конца сессии. Что, если убийца среди нас и пострадает кто-то ещё?

– Энди, не будь таким наивным! – прервала его Ронда. – Очевидно же, ищейки сейчас будут рыскать повсюду, пытаясь найти убийцу среди нас. Здесь тысячи адептов, и кто-то из них может затевать недоброе. Поэтому глупо отпускать всех по домам. Давайте лучше подумаем, – Ронда потерла подбородок, закатывая глаза к потолку, – давайте начнем сначала: кому мог помешать Эрнест? Я о нём вообще не знала, пока он не исчез. Ведана, ты с ним училась, у него были враги?

Я задумалась. Эрнест казался мне таким спокойным и целеустремлённым. Мысль о том, что у него могли быть враги, даже не приходила мне в голову.

В ответ я лишь пожала плечами.

– Да быть такого не может! Стихийники – все чокнутые. Наверняка он не поделил какую-нибудь девчонку, а соперник его – хлоп! – и в горы.

Энди закатил глаза.

– Ну что ты несёшь? В какие горы? И при чём здесь тогда Тони?

Ронда задумалась, а потом выдала:

– Так может, он и не поделил с Эрнестом девчонку?! А что? Сначала Тони того прихлопнул…

– Ага, потом Эрнест вернулся и чуть не свернул шею Тони. Ронда, у тебя с фантазией беда, – Энди оттолкнулся от стола и разлёгся на моей кровати. – Здесь творятся вещи намного серьёзнее. Я не могу позволить потерять ещё и сестру, – его взгляд скользнул по Диане, и та, смутившись, отвернулась, углубившись в учебники, – и дорогих мне людей.

– Поэтому ты заставил Бранда дать клятву, понимая, что он может рисковать своей жизнью? – я пристально смотрела в глаза брата.

– Он сам предложил, я не стал ему отказывать. К тому же, такой защитник, как он, тебе не помешает.

– Клятва? На крови? На рунах? На магии? – Ронда метала взгляды то на меня, то на Энди.

– На магии, – спокойно ответил брат, уставившись в потолок.

– Вот это да-а! – Ронда захлопала в ладоши. – Не могу поверить, что Бранд на такое согласился! И что печать появилась на груди?

– Да, – я хмуро стояла, скрестив руки и упираясь копчиком в столешницу.

– Тогда он просто обязан на тебе жениться! – Ронда рассмеялась, но тут же получила грозный взгляд от Энди.

– Ладно-ладно! – Ронда подняла руки, сдаваясь.

Но меня мучил другой вопрос. Я перебила её, обратившись к брату:

– Энди, как тебе удалось уговорить маму не забирать меня отсюда?

Я точно знаю, после трагедии с Тони она должна была примчаться со скоростью падающей кометы.

Энди остановил на мне взгляд, помолчал, свесил ноги и сел на кровать.

– Пришлось использовать свои ментальные способности.

– Что? Ты же не заставил её… – Мысль, что Энди мог пойти против правил и вынудить мать отказаться от своих желаний, пугала меня до ужаса. Среди менталистов такое категорически запрещено и карается законом.

– Нет, нет. Я рассказал ей про клятву. Теперь она ждёт тебя и Бранда на Рождество.

– Что?! – Моя челюсть провисла до самого пола. – Зачем?

Энди шумно вздохнул и устало ответил:

– Ей нужно знать, кто готов рисковать своей жизнью ради тебя. Тем более, на допрос первого уровня он собирается идти вместо тебя. – Брат встал в полный рост и подошёл ко мне вплотную. – И не смей ему мешать, Ведана. Тебе не вынести такого вмешательства в своё сознание. Люди после такой процедуры могут сходить с ума.

– А ему, значит, можно? Он рискует даже не ради меня, а ради Тони! Если я первая подозреваемая, почему отдуваться должны все, кроме меня?

Энди побагровел. Он всегда быстро заводился, когда ему перечили.

– Потому что он опытнее, выносливее и знает, на что идёт. А ты даже близко не представляешь, с чем столкнёшься.

Внутри меня всё кипело. Мне хотелось отвечать за себя самой, решать проблемы самой. Да и вообще, меня бесило, что Энди опять такой противный и надоедливый брат. Энди скользнул взглядом по подругам, и они обе синхронно ему кивнули. Тут я поняла, что осталась одна против троих: девочки перешли на сторону Энди.

Глава 7

Ведана

– Сегодня мы с вами погрузимся в магию первой помощи. Учитывая участившиеся случаи… кхм… кхм… – профессор Кимберлит откашлялся в кулак. – Было решено скорректировать учебный план и вывести на экзамен способы оказания первой помощи с использованием малой магии. Обычно такие занятия начинаются лишь к концу второго или в начале третьего курса. Но времена меняются, и вместе с ними – подходы к обучению. Давайте начнём с простого. Мисс Ланг, не окажете мне помощь?

Я вздрогнула, услышав своё имя. Но быстро взяла себя в руки, согласилась, встала и направилась к преподавателю.

– Ещё мне бы пригодился мистер Буйнол.

– Я? – Алан, который до этого рассеянно разглядывал потолок, встрепенулся. Удивление было таким явным, что он посмотрел на меня с сомнением, будто это я вызвала его к доске, а не профессор Кимберлит.

– Да, юноша, на вашем примере мисс Ланг покажет, как с помощью простой магии можно притупить боль, а может, и вовсе её убрать.

Алан уставился на меня, словно мне вручили скальпель и велели делать операцию, а он – мой безропотный подопытный кролик.

– Но почему я должен терпеть боль, а не мисс Ланг? – спросил он.

И вообще, «мисс Ланг»… Звучит так, будто мы не на одном курсе учимся. Нельзя обойтись без этих формальностей?

– Потому что я боюсь, что мисс Ланг не справится с силой болевого синдрома. А вы уже с этим сталкивались. Целители доложили о вашем последнем визите в лазарет.

Алан выругался так, что я всерьёз испугалась, как бы профессор не поменял мне напарника. Но, поставив нас друг напротив друга, я взглянула в его голубые глаза. Удивительно, этот парень управляет водой, а цвет глаз у него – словно морской бриз, несмотря на темно-рыжие волосы.

– Сейчас я вызову у вас небольшую боль. Вы сразу её почувствуете. Ваша задача – мужественно её вытерпеть, пока мисс Ланг не почувствует и не снизит ваш болевой порог.

Алан машинально кивнул, напрягшись так, словно маленький старенький профессор собирался прилюдно его избить. Но вместо этого профессор прошептал сложнейшую магическую формулу, и из его рук вырвался поток невидимой магии. Алан качнулся, и я тут же увидела, как его лицо исказилось от боли. Он стоял, стиснув зубы, и терпел.

– Мисс Ланг, – профессор повернулся ко мне, – ваша задача – уменьшить болевой порог мистера Буйнола. Вытяните руки и попытайтесь с помощью потоков малой магии распознать болевой синдром вашего напарника. Вы делали нечто подобное на уроках профессора Смита, когда приучали дикомразов: сначала изучали состояние животного, а потом внушали команды. Здесь принцип тот же, только без приказов. Давайте сначала найдём боль?

Я подошла к Алану. Его вид оставлял желать лучшего. Не знаю, насколько сильна была боль, но он действительно терпел, молча уставившись в одну точку.

Я вытянула руки, выпуская поток своей магии. Погружаться в человека мне ещё не доводилось – ладно, в зверя, но это был человек, с совершенно иной аурой, его магические потоки отличались от животных. От Алана исходило сильное напряжение, я буквально нутром чувствовала, как ему тяжело. Закрыв глаза, я прошлась по всему его телу. В голове царил такой сумбур, что я не могла понять, за что зацепиться.

– Давай быстрее! Мы не на выставке, – зло прошипел Алан чуть ли мне не в ухо. Я тут же отпрянула, открыв глаза.

– Хочешь побыстрее? Тогда заткнись и не мешай!

Я снова погрузилась в себя, изучая Алана. Теперь я гуляла в его голове. Боже, лучше бы я туда не совалась! Этот парень был соткан из смеси амбиций и нескончаемого потока жизненной энергии. Его магия была настолько мощна, что запах морского бриза буквально ударил мне в нос. Тогда я опустилась ниже, остановившись на уровне груди. Вот, здесь что-то не так. Я чувствовала волны напряжения в области сердца, но физической боли там не было. Опустилась ещё ниже – там всё нормально. Я стала крутиться вокруг Алана и приложила ладонь ему на лопатки. Алан шумно вздохнул, и я поняла, что попала в точку.

– Профессор, мне кажется, это здесь!

Профессор, до этого словно прикованный к моим исследованиям, приподнял уголок рта в едва заметной, сдержанной улыбке.

– Давайте проверим, верно ли вы нашли боль. Чётко произнесите: «Иррора», приложите ладонь к той области, где вы чувствуете боль, и направьте свою магию прямо на своего напарника.

Я встала перед Аланом. В его глазах плескалась целая буря эмоций: от жалости до невыносимой боли. Таким Алана я ещё никогда не видела. Казалось, он страдает не только физически, но и… Догадка осталась на уровне подсознания, и я решила пока оставить свои мысли при себе.

Я приложила ладонь к его левой стороне груди и прошептала заклинание. Из моей груди вырвался поток магии, словно мощный толчок. Он тонкой нитью устремился в область сердца Алана, и я увидела, как тот глубоко вздохнул и медленно закрыл глаза. На мгновение мне показалось, что Алан не устоит и рухнет прямо передо мной. Но парень твёрдо стоял. Его грудь глубоко вздымалась и опускалась. Когда Алан открыл глаза, он посмотрел на меня с ноткой благодарности? Или…

– Как вы себя чувствуете, мистер Буйнол? – Профессор поправил очки и уставился на моего напарника.

– Намного лучше.

Профессор улыбнулся и похлопал Алана по плечу.

– Я знал, что мисс Ланг справится с заданием. Тот, кто познал настоящую любовь, всегда способен распознать её в другом.

Алан резко повернул голову в сторону преподавателя.

– Что это значит?

– Я создал имитацию неразделённой любви. Когда сердце отдано без ответа, боль может быть столь же острой, как и физическая. Именно поэтому мисс Ланг так легко определила источник ваших страданий – сердце. И с помощью магии сумела облегчить ваши душевные муки, – профессор тихо рассмеялся.

Алан, обычно не склонный к проявлению эмоций, сейчас выглядел так, словно его окатили ледяной водой. По аудитории прокатился сдержанный смешок. Буйнол же покраснел до корней волос. Мне же стало неловко и одновременно жаль Алана. Я сама прошла через подобное, чувствовала его боль, и мне было совсем не смешно. Я искренне старалась ему помочь. Мы вернулись на свои места. Профессор продолжил урок, а я украдкой поглядывала на своего напарника. Алан уткнулся лицом в тетрадь, избегая даже взгляда преподавателя.

Глава 8

Ведана

Три дня прошло с тех пор, как лес закрыли для посещения. Диана металась в нетерпении: запасы в лазарете не резиновые, и рано или поздно их придётся пополнять. Однако их факультет нашёл изящное решение – наладить поставки у местных торговцев из ближайшей деревни. Королевские ищейки, казалось, прочёсывали каждый сантиметр леса. Их то и дело можно было встретить в коридорах, шепчущихся с преподавателями. Я же жила как на иголках, каждый день ожидая вызова на допрос. Но его всё не было. Казалось, обо мне забыли, будто меня и вовсе не существует. Никто не спрашивал, никто не смотрел в мою сторону, словно я была невидимкой.

– Не паникуй! – Как всегда успокаивала Ронда. – Они знают своё дело. Если им до тебя нет дела, радуйся.

– Меня волнует не это, а другое, – пробормотала я.

Я не видела Бранда уже три дня. С тех пор как мы разошлись в коридоре, он больше не попадался мне на глаза. Поэтому сразу после занятий я направилась в мужское общежитие – где ещё можно было найти нужного человека? В этой части корпуса я была хоть и не первый раз, но особо не вглядывалась в его детали: стены мужской половины были выкрашены в тёмно-синие тона, тогда как в женской – в белые.

Первым делом я постучала в комнату Энди, ведь номера комнаты Бранда я не знала. В последний раз, когда была там, даже не пыталась запомнить его расположение – мы заходили к Бранду ночью, а выходила я оттуда сломя голову. Дважды постучавшись, я не получила ответа, тогда приложила браслет к замку – и он щёлкнул. Конечно, родственные связи: замок воспринимал нас как одного человека. Комната Энди была идеально чистой – брат всегда отличался педантичностью, в отличие от Тони, у которого вечно царил хаос. Поняв, что здесь мне нечего делать, я вышла, захлопнув дверь.

Навстречу шёл Алан. Он был погружён в мысли, руки засунул в карманы и тупо смотрел под ноги.

– Алан, – тихо позвала я одногруппника.

Он вздрогнул, остановился, повернул голову и посмотрел на меня.

– Чего тебе?

– Ты не знаешь, где комната Бранда?

Алан нахмурился, его взгляд метнул в мою сторону что-то злое, словно я только что его чем-то сильно обидела.

– Не терпится? Не могла дождаться ночи?

– Ты что несёшь? – его тон взбесил меня. – Я вообще-то по делу.

– Раз дело, ищи его в загоне.

Его слова прозвучали как обвинение, хотя он прекрасно знал, что меня туда не пустят. Максимум, на что я могла рассчитывать, – это трибуны. Когда Алан уже начал отворачиваться, я схватила его за локоть и развернула обратно.

– В чём дело? Мы же не враги?

Алан резко сбросил мою руку. Его голубые глаза наполнились ненавистью, а затем взгляд устремился куда-то за мою спину.

– Ни в чём.

Он развернулся и быстрым шагом скрылся в коридоре.

За моей спиной послышались шаги Энди. Его взгляд скользнул по мне, затем перескочил на удаляющегося Алана.

– Проблемы? – брат смотрел вслед одногруппнику.

– Нет. Где Бранд? – я скрестила руки на груди, твёрдо уставившись на брата.

Энди оторвал взгляд от Алана и остановился на мне.

– Отдыхает.

– В смысле «отдыхает»?

Энди, прислонившись плечом к стене, скопировал мою позу, скрестив руки на груди в точности, как я.

– Вчера его допрашивали. Ему нужен глубокий отдых. Я же просил тебя не тревожить его, Диана позаботится о нём и…

Дальше я уже не слушала. Пулей понеслась по коридору, перепрыгивая через два лестничных пролёта. Чуть не сбила второкурсника. Оказавшись перед дверью лазарета, я распахнула скрипучую створку.

В больничной палате царили тишина и покой. Половина адептов-целителей склонилась над столом, изучая под микроскопом свойства трав. Увидев знакомое лицо подруги, я подлетела к ней в два шага.

– Где он?

К счастью, повторять не пришлось. Подруга оказалась понятливой и кивком указала на ближайшую дверь.

Стараясь не нарушить покой палаты, я тихонько приоткрыла дверь. Передо мной, свернувшись калачиком, крепко спал Бранд. Я облегчённо выдохнула и бесшумно уселась на край его кровати, чтобы не потревожить больного.

Бранд спал так крепко, что единственным свидетельством его жизни было мерное, тихое дыхание и вздымающаяся под одеялом грудь.

Вдруг дверь со скрипом отворилась, и в проёме показалась голова подруги. Оценив обстановку, она робко вошла.

– У него были сильные головные боли и галлюцинации. Пришлось дать ему мощное успокоительное.

– Это я должна была быть на его месте. Он не должен страдать из-за меня.

При виде Бранда моё сердце разрывалось на части. Осознавать, через что ему пришлось пройти ради меня, было невыносимо.

– Не говори так, – Диана укоризненно посмотрела на меня. – Он знал, на что шёл. Ты бы этого не пережила. Я видела ищеек: они коварны и могут замучить до смерти, лишь бы добиться своего. Нам в лазарет доставили ещё двоих после допроса – Гонсалеса и Хэнка.

– А их-то за что? – удивилась я ещё сильнее.

Диана замялась, отведя взгляд.

– Когда Гонсалеса привезли в лазарет, он кричал, – начала она, смущаясь и путаясь в словах. – Он… обвинял тебя. Сказал, что чуял запахи Эрнеста и твой во время забега в лесу, и что ваши следы заканчиваются в одном месте. Не знаю, что это значит. В общем, у него были признаки бешенства. Он разгромил половину лаборатории. Сейчас спит в соседней палате.