Арена миров

— Ты смеешь трогать меня?

— Напоминаю, что ты всего лишь младший сын, Кассиан, — спокойно произнёс Родерик. — Ты ещё не лорд.

— А я напоминаю тебе, старик, что мой старший брат у эльфов, — Кассиан говорил с вызовом. — Он, считай, уже мёртв. Остался только я. И когда отец уйдёт на покой, трон будет моим. Тогда я вспомню всех, кто осмелился мне перечить.

— Твой старший брат жив, Кассиан. Он выполняет свою миссию и долг.

— Его долг — быть заложником? — Кассиан рассмеялся, и на этот раз смех вышел идеальным. — Его миссия — писать отцу предательские письма? Может, это эльфы пишут за него? От них нельзя ждать честности.

Интересно, у кого, по его мнению, есть честь? У щенков-аристократов вроде него?

— От тебя тоже, — холодно возразил Родерик. — Ты думаешь, что я не вижу, как ты строишь планы за спиной отца?

Кассиан резко вырвал руку и собрался уйти, но, разумеется, решил оставить за собой последнее слово:

— От меня можно ждать всего. В том числе порядка. В том числе чистоты. В том числе того, что этот город будет принадлежать тем, кто его заслужил. А не бродягам, ущербным слугам или нелюдям.

Вот так наследничек. С таким и внешних врагов не надо.

— Прости за него, — сказал Родрик. — Он... непростой. Меня зовут Родрик Бурный, я кастелян. Присматриваю за замком и за теми, кто в нём живёт.

— Лекс.

— Ну, Лекс, ты нам здорово подсобил.

— Получено 50 очков репутации к фракции «Дом Валориан», — сообщил Валтар. — Как ни удивительно, но квест «Слепая вера» успешно завершен.

Кастелян протянул мне три золотых монеты, я вернул ему перстень. Нужно было сразу идти в замок за квестами.

— Как я и говорил: Рейчел сделала большую часть работы.

— Без Лекса я бы никогда не вернула кольцо.

Родрик рассмеялся.

— Какая у вас трогательная проблема для разнообразия. Лекс, ты не хочешь поработать на Дом Валориан? Нам остро нужны люди, которые не только героически наскакивать на орды врагов горазды.

— Не прошло и века, как ты, приматик, обнаружил главную квестовую линию биома, — заметил Валтар. — Совет: соглашайся.

Глава 71. Геополитика

Я недолго раздумывал. Удача — это ведь всего лишь широта кругозора возможностей.

— Согласен.

— Получено сто очков репутации к фракции «Дом Валориан», — провозгласил Валтар. — И открыта новая ветка навыков «Рыцарь». Предупреждаю: там много пафоса и мало пользы для твоего стиля, но выбор за тобой.

Родрик с радостью пожал мне руку, чуть не хрустнув моими же костяшками.

— Я им займусь, — сказал Лис, выступая из-за колонны, где он, судя по всему, стоял всё это время, слушая разговор. — Введу в курс дел и провожу.

— Хорошо, — сказал Родрик, поворачиваясь к Рейчел. — Найдём награду и для тебя, девочка.

Лис молча направился к выходу, и я последовал за ним.

— Обстановка ухудшается, — заявил Лис без лишних предисловий. — Пираты Архипелага Бурь и рейдеры Седогорья активизировались и грабят наши водные границы. Причины неизвестны. Из Нулевых Земель появился один, но ты знаешь.

— Удобно с тобой разговаривать, — пробормотал я, стараясь не отставать. — Ты знаешь и свою информацию, и мою.

— Есть также наёмники Вечнотени, но они всегда сюда лезут. Как сорняки, — продолжил Лис, будто я ничего не сказал. — Ты видел памятник в центре цитадели. Мордред, разогнавший Тьму. Он победил их правителя, Лоркана Мальрика, в войне Света и Тьмы и загнал жителей той зоны обратно в их границы. Им такое, очевидно, не особо понравилось, но не стоило проигрывать войну, если не хочешь страдать. Кстати, медведи тоже тогда сильно помогли, отсюда и герб. Одна из главных тайн истории — почему.

— Помню тот баг, — вставил Валтар. — Пришлось экстренно патчить. Больше я такой глупой ошибки со свойствами не совершу.

Я посмотрел на баннер с вооружённым медведем на красном поле, мимо которого мы как раз проходили. Да, изучать историю этого мира — та ещё морока, особенно когда знаешь, что её твой знакомый шутник писал на звёздном эквиваленте коленки.

— Из соседей только Каньоны Брайксона и Сердцелесье пока держатся пристойно, — лекция Лиса всё не заканчивалась. — Но с Сердцелесьем своя проблема. У нас с ними не война, а что-то вроде ложного мира, я даже не знаю, как это назвать... Все делают вид, что мы друзья, но каждый готов вонзить кинжал в спину при первой же возможности. Или что там у эльфов из подлого оружия? Стручки какие-нибудь?

— Холодная война? — предположил я.

— Отличное название! Звучит и угрожающе, и точно. И как ты такое придумал?

— Само как-то. А что насчёт других Домов?

Лис остановился и посмотрел на меня, наклонив голову совершенно по-звериному.

— Какие ещё дома?

— Ну... те, которые благородные.

— О, то есть ты настолько не в курсе политики региона, у которого только что отжал кусок территории?

— Это...

— Неважно, — Лис продолжил путь. — Всё равно беженцев из Бэнкстеда пришлось бы где-то размещать, а так это уже не наша прямая забота. Надо бы тебя поблагодарить, но поощрять такие инициативы мы не будем.

— Было много Домов, — шепнул мне в голову Валтар. — Но Игрокам было сложно. Никто не мог составить полную картину из-за ограниченности ваших перспектив. Вы постоянно забывали, кто чей вассал, кто чей союзник, кто кому троюродный дедушка. Да мне и всё равно было. Поэтому я упростил: один Дом и куча вассалов в виде рыцарских орденов. Меньше иерархий, больше насилия.

Наверняка тоже для удобства Игроков, здесь все открыто обсуждают государственные вопросы прямо в коридорах.

— Итак, — Лис остановился у двери, ведущей наружу, и повернулся ко мне. — Задание для тебя: отправляйся со своей партией в руины Бэнкстеда и патрулируй реку. Главный приоритет: выяснить, почему рейдеры и пираты терзают нашу землю. Посмотри на всё своим незамутнённым взглядом без предвзятости. Я бы ребёнка отправил, но мне запретили использовать детей в качестве агентов. Второстепенный приоритет: останови их любыми способами, которые сочтёшь нужными.

«Квест получен: «Разведка боем». Заказчик: Чёрный Лис. Описание: Отправься в руины Бэнкстеда и патрулируй реку. Особое условие: Узнай, почему рейдеры и пираты терзают нашу землю. Награда: Зачем вообще я продолжаю добавлять этот пункт для тебя?»

— Вполне понятный порядок приоритетов. Хоть и ублюдский.

— А в политике других не бывает. Никто не заставлял тебя сюда, к нам, лезть. — Он помолчал. — И ещё кое-что: в том районе действует другая группа авантюристов. Они охраняют водную границу, но не работают на цитадель. Ничего им не говори о своей главной задаче. Тайна — враг, тайна — друг. Таков девиз моего ордена.

Он слегка коснулся своего амулета.

— А если прямо спросят?

— Тем более. Ты какой-то тревожно не подозрительный, Лекс. Надеюсь, такая дурь у тебя быстро пройдёт.

Мы вышли из замка, и я сразу увидел знакомые мундиры. Лоялисты поджидали меня.

— Лекс, — произнёс их капитан хмуро. Он явно сразу догадался, зачем я пошёл в замок. — Мы ещё не закончили.

— Закончили, — вмешался Лис. — Лекс теперь под покровительством Ордена Чёрного Лиса. Убирайтесь.

— Это распространяется только на пределы города, — ответил капитан.

— Значит, в пределах города вы его не тронете. — Лис посмотрел на меня. — А за его пределами... Попробуйте. Тебе лучше пойти по Парадной улице, там ты встретишь своих напарников.

— Спасибо, — сказал я, чувствуя, как напряжение потихоньку отпускает.

Мы разошлись. Лис бесшумно вернулся в замок, Лоялисты, бросив на меня многообещающий взгляд, ушли в город, а я направился к указанной улице. Там я действительно встретил Абракту. На её плече восседал Ночная Пасть, а в её волосах красовался розовый бантик. В руках деэмоница несла целую охапку ленточек, медалей и маленьких кошачьих статуэток.

— Мы забрали все награды! — радостно заявила она, потрясая добычей. — Даже те, которые не были заявлены!

— Ого...

— Это научит их, что будет, если не присуждать их нам.

Ночная Пасть прислал мне картинку крушащей всех и вся Абракты.

— Подожди...

— Думаю, — с удовлетворением добавила Абракта, — это был их последний кошачий конкурс. Так что награды ещё эксклюзивнее.

Ночная Пасть мяукнул с гордостью.

— А ты чем занимался? — спросила она, окидывая меня оценивающим взглядом. — Наверное, маялся от скуки?

— Ну...

Глава 72. Пепел

На привычном пути от Святилища Пути до Руинии теперь лежала скала, вокруг и внутри которой кипела работа. Ньи стояла на куске породы с видом полководца, только вместо того, чтобы штурмовать стены, она их возводила. Големы с красными кристаллами и гоблины методично долбили камень.

— Вернулись? — крикнула Ньи, заметив нас. — А мы уже начали делать стену с воротами!

— Мы видим! — крикнул я, глядя на то, как гоблины, вооружённые кирками и невыразимой злобой к геометрии, превращают скалу в строительный материал.

— И видим, что ты теперь гоблинами верховодишь! — крикнула Абракта.

— Хоть в чём-то их разрушительность пригодится.

Один из гоблинов, услышав это, возмущённо поднял голову.

— Я вообще-то созидатель!

— Да-да, — махнула рукой Ньи, не глядя на него. — Созидай пустотность дальше.

Нам пришлось обходить их работу.

— Нужно предупредить жителей, что мы возвращаемся в Бэнкстед, — сказал я, блуждая в темноте. До фонарей мы ещё не додумались. — Вдруг кому-то нужно забрать вещи. Если там что-то уцелело, конечно.

— Они, конечно, скажут, что уцелело только их желание вернуть всё уцелевшее, — философски заметила Абракта.

На следующее утро мы воспользовались Святилищем Пути. Портал открылся, мы шагнули вперёд, портал закрылся. Под «мы» я имею в виду себя, Абракту, Ночную Пасть и...

— Тур?! — воскликнула Абракта.

Мальчишка стоял прямо за нами, сжимая в руке свой деревянный меч.

— Я хочу увидеть свой дом, — сказал он. В его голосе звучала сталь, которой не хватало его клинку. — Даже если там только пепел.

Понимая, что спрашивать разрешение остаться бесполезно, он рванул к своему бывшему дому.

Мы нашли Тура у одного из пепелищ. Он стоял на коленях, разглядывая угли, которые ветер ещё не успел развеять. Вокруг лежали обгоревшие доски и осколки стекла. Абракта подошла первой и присела рядом на корточки.

— Дом был хороший? — спросила она.

— Конечно. Дед сам доски из леса таскал. Вернее, деревья, а уже из них тут доски делали.

— Тогда жалко.

— А если бы плохой был, то не жалко было бы?

Абракта нервно взъерошила волосы, вытаскивая пряди из-за ушей, как будто они мешали ей думать.

— Я не умею утешать.

— Я заметил!

— Но потерь в твоей жизни ещё много будет. Особенно потому что ты её только начал. Всё, что у тебя своего, как ты думаешь, заберёт время.

— Я понял, что ты не умеешь утешать. Больше не нужно доказательств!

— Но потеря — это ещё и место для чего-то нового, — её голос стал на удивление мягким. — В каком-то смысле это признак активной жизни. Я знаю, что такое терять дом. Я теряла много раз. Не потеряй я его хоть раз, я бы не встретила Лекса, тебя... Не основала бы Руинию. Всё, что у меня сейчас есть, — это результат моих потерь.

Тур почти улыбнулся, вытирая глаза тыльной стороной ладони.

— Я знаю. Просто... грустно.

— Грустить нормально. Я тоже иногда грущу. Но не показываю этого, потому что у меня имидж.

— А можно меня Лекс будет утешать?

— Я — воплощённая эмоция! — вспылила Абракта. — Самое лучшее, что вообще может быть для эмоционального разговора! А Лекс — воплощённая безэмоциональность! Он не заплачет, даже если попросят.

Мы с Ночной Пастью медленно отошли от них. Лучше искренние, неловкие слова, чем ловкие, но стандартные.

Соседние дома были однотипными: обгоревшие балки, ямы с пеплом и запах гари, который не выветривался даже после дождей. Но кот всё же нашёл что-то новое. Под рваным брезентом мы обнаружили свежие трупы, которые точно не от старости умерли.

— Абра, — позвал я, — здесь трупы. Не местных. Возможно, мародёры.

Я кричал Абракте, но Тур услышал и бросился к нам.

— Стой! Там ловушка! — раздался чужой, но знакомый голос.

Тур действительно остановился, причём в середине локомоции: одна нога поднята, тело наклонено, руки замерли в воздухе. Слабо мерцающая оболочка вокруг него намекала, что помимо крика на него подействовало заклинание. Скорее даже только заклинание и подействовало. Из замаскированной ниши появился Отец Киллиан, отряхивая чёрную сутану от пыли.

— Какая ловушка? — спросил я, но ответ получил не словами.

Из-за холма у реки к нам выпрыгнула Желание из партии священника. Я понял, кто это, только по контексту происходящего. Она заметно выросла вширь и в высоту, явно не отказывая себе в еде. В руках она держала Сар-Керата из той же партии. Желание превратила ступни в пружины и передвигалась скачками, преодолевая десятки метров за прыжок. Развевающиеся чёрный плащ и хвост служили ей стабилизаторами.

За ними гнались медовушники — около десяти человек с топорами и щитами, в меховых одеждах. Деэмоница прыгнула. Ещё раз. И ещё. И вот она прямо передо мной, выбила кучу земляных комьев. Медовушники, увлекшись погоней, оказались на том месте, где хотел перебежать Тур. Тонкий слой земли под их ногами обрушился, и они с проклятиями провалились в глубокую яму. Дьяволид сжал кулаки, и из бока ямы вырвался огромный валун, запечатав провал.

— Отлично сработано, — сказал Киллиан. — Страсть, К'тр'прп, вы молодцы. Как всегда.

— Я всегда молодец, — ответила Страсть, распрямляясь и возвращая своим ногам человеческую форму.

— Медовушники живы? — спросил я. — Хотелось бы поговорить с ними.

— Если не начнут драться между собой, то да, — ответил священник. — Но их будет нелегко допросить. Ни с одним из них нам это не удалось.

— Потому что кто-то против пыток, — раздраженно заметила Страсть.

— Мы здесь уже несколько дней, — сказал Киллиан, проигнорировав её замечание. — Не думал, что когда-нибудь буду защищать речные деревни от язычников-рейдеров, как в старину.

— И вы ничего не выяснили?

— Выяснили достаточно, чтобы понять, что они не просто грабят. Мы нашли кое-что.

— А Тура кто-нибудь размагичит? — спросила Абракта, рассматривая застывшего мальчика и почёсывая затылок.

— Заклинание спадёт через минуту. Оно неопасно.

— Так что вы нашли? — напомнил я.

— Давайте обсудим это после боя, — предложила Страсть, кивая в сторону реки. — Нас преследовали не только на суше.

— Страсть! — возмутился Киллиан.

Драккар медленно вышел вниз по течению, рассекая туман. Он напоминал тот, что мы видели раньше, только был значительно меньше. Судно врезалось в берег, и с палубы посыпались медовушники, к нашему счастью, без великанов. Досыпалось рейдеров тридцать. И ещё двое.

Первая — женщина с длинными волосами в классическом ведьмином наряде: чёрная мантия и широкополая шляпа, которая бросала тень на её лицо. Она ступила на сушу спокойно, как будто прибыла не на вражеский берег, а на пикник. Второй — лысый мужчина в чёрной мантии с полностью татуированным лицом. Они о чём-то заговорили с рейдерами, затем встали позади них, когда те направились к нам явно не обнять, приподнять и деньги в карманы засунуть.

Ведьма (при всех обстоятельствах позволю себе её так назвать) начала водить в воздухе руками, оставляя за ними слабые воздушные разводы.

— Наговор, — прошептал К'тр'прп, всё ещё на ручках Страсти.

— Знаю, — ответил Киллиан. Он опустился на колени, сложил руки и начал читать молитву. Его голос звучал тихо, но уверенно, и от него пошёл слабый белый свет, который разлился по земле, касаясь каждого из нас.

Мы стояли на руинах Бэнкстеда, готовясь к битве с рейдерами, которых поддерживали ведьма и татуированной сектант какой-то. У нас был священник, два деэмона, дьяволид, инопланетный кот и обычный я. Это и так понятно, но позвольте всё же зафиксировать этот факт: моя жизнь — охереть какая странная. И, кажется, сейчас она станет ещё страннее.