Параллельная Земля. Противостояние. Том II

Вражеский солдат в свою очередь с гневом произнёс:

— Да как ты смеешь нести такую пургу, молокосос?! Ты сам сначала побывай в ФРГ, а потом бреши…

— Так и вы тоже – сначала побывали бы в ГДР, а потом говорили бред! – прервал Ганс.

Очевидно, запас терпения врага истёк – лицо солдата налилось кровью от ярости, и он проревел:

— Ну, всё, мне это надоело… Мерси-прощай!..

Солдат вскинул курок и выстрелил, но Ганс Готтерман был к этому готов – он в секунду отскочил на метр в сторону, и чудом успел сделать ответный выстрел.

Вражеский солдат, хрипя что-то яростное, схватился за живот, и осел на землю…

Ганс почувствовал невольную гордость.

Нет, не за то, что убил шестерых врагов – ему было их даже жаль, как он ни старался подавить в себе это чувство…

А за то, что, оказавшись, наверное, одним из первых, кто столкнулся с нападением, сумел достойно постоять за себя и за свою родину.

Покинув поляну с убитыми врагами, Ганс Готтерман вернулся на свой законный пост у дороги.

Издалека раздавались выстрелы и крики – очевидно, бой начался не только здесь…

Внезапно Ганс Готтерман услышал странный звук – тихий гул какой-то приближающейся техники.

Солдат вновь спрятался за столб, уже продырявленный пулями, и стал наблюдать.

Гул приближался, и вот, сминая кусты, на полузаброшенную дорогу вырулил багги без крыши, выкрашенный в цвет хаки.

В машине сидели несколько солдат, а сзади, в салоне, были несколько канистр с бензином, и шашки непонятного назначения…

Ганс заметил у номера машины флаг даже не ФРГ, а США, и понял, что это – тоже враги.

Но что с ними делать?!

Ведь против, может и лёгкой, но немаленькой машины не попрёшь…

Багги проезжал уже совсем рядом, мимо столба, и внезапно пограничник понял, что надо делать.

Наведя прицел на канистры в салоне машины, он выстрелил.

Раздался взрыв.

Остатки багги вспыхнули, словно спичка…

— Да! Сработало!!! – радостно закричал Ганс, и, выскочив из-за дерева на открытую дорогу, залюбовался горящей машиной. – Ну что, железка, понятно, кто тут главный?!..

Это было главной ошибкой пограничника.

Ведь не только бомбы и багги составляли боевой арсенал ФРГ и США…

Внезапно откуда-то раздалось жужжание, с которым Ганс прежде никогда не сталкивался.

Солдат забеспокоился, что же это может быть, и вдруг в ужасе замер.

Из листвы деревьев на него быстро летел целый рой дронов, начиненых непонятно чем.

Пограничник осознал, что не успеет ни взвести курок, ни кинуться под защиту кустов…

Последней мыслью Ганса Готтермана было одно слово – «Эрика…».

…Именно здесь, на границе ГДР и ФРГ началась война, которую позже назовут Третьей Мировой, Судным днём, Последней войной…

Очень скоро на Берлин, на Потсдам, где живет любимая Ганса Готтермана, так и не дождавшаяся его, начнут падать бомбы.

Прага, Варшава, Киев, Ленинград, – эти города, в числе прочих, подвергнутся ядерным и химическим бомбандировкам…

Москву спасёт лишь эшелонированная система ПВО, да и то не полностью.

Войска США и Великобритании, Североатлантического альянса НАТО превратят Европу в пепелище, маршем дойдут до Вислы, и лишь там их удастся остановить…

Джон Рузвельт начал жечь, как ему и посоветовал Лич Ужаса.

Но он ещё не понимал, что послужил послушным орудием в руках Королевы Ужаса…

Ведь план Крионы не заключался в том, чтобы усиливать одну сторону Холодной войны за счёт другой – проблем не оберёшься.

План Крионы не заключался в том, чтобы посылать легионы Ужаса на Землю в помощь Соединённым Штатам…

Настоящий план Королевы Ужаса был прост до жути – ввергнуть один из Центральных миров в пучину жестокого конфликта и вывести его из межвселенской войны.

Целая планета Земля теперь физически не сможет помочь той же параллельной России или Книжному миру…

Самое ужасное, что Криона теперь знала и то, где живёт вроде бы обычный мальчик по имени Даниил.

А это означало, что над сомневающимся и боящимся Избранным, который, однако, был надеждой целых миров, уже висел карающий меч сил Зла…

Позже.

Наталья Евграфовна Кординелева, официальный учитель истории в школе номер тринадцать, сидела на «заслуженном больничном» почти весь учебный год.

Когда она пыталась донести до директора и других важных лиц школы факт, что выздоровела уже давным-давно, ей неизменно отвечали:

«Извините, но пока мы не можем дозволить вам, вернуться на работу, пока у вас есть замена»…

И так раз десять.

Что вообще происходит?

Что за «замену» ей умудрились найти?!

В конце концов, учительница созрела до мысли, что никто ничего ей объяснять не будет, и надо докапываться самой.

Но тут, как назло, Наталью Евграфовну свалил майский грипп, с которым она пролежала две недели…

К концу месяца, к 22-му числу мая учительнице полегчало, и она, наконец, решила отправиться в школу, узнавать, что происходит.

Безусловно, Наталья Евграфовна предполагала, что её, на фоне этих заявлений, могут просто не пустить в школу, но надеялась, что до такого не дойдёт…

И действительно, не дошло – войдя в здание, учительница обнаружила, что на посте охраны сидит забывчивая старушка, имя которой все всегда забывали.

Она, подслеповато глянув на Наталью Евграфовну, всплеснула руками:

— Наталья Евграфовна, вы пришли! А вас то, вроде, в школу не допускають…

— Нет-нет, допускають, просто я на больничном была! – поспешно ответила учительница.

Старушка благостно кивнула, и Наталья Евграфовна, наконец, смогла пройти дальше.

В школе было тихо – шли уроки.

Учительница вспомнила, что сегодня, в четверг, должен был бы быть её урок, история…

Насколько она помнила, он даже должен идти прямо сейчас.

Подумав немного, Наталья Евграфовна решила сначала проверить, что же за «замену» ей милостиво подобрали, а потом уже идти в директорскую, разбираться.

На втором этаже её ждал кабинет истории.

Дверь в него была закрыта, и из-за неё доносился тихий гул.

Учительница осторожно приоткрыла дверь, и заглянула в класс.

Шестой «И» был, конечно же, на месте.

Наталью Евграфовну очень удивило то, что школьники в относительной тишине внимали незнакомому ей голосу, который говорил:

— …итак, дорогие мои, как вы знаете, через четыре дня учебный год подходит к концу…

— Обидно! – прокомментировал кто-то.

— Да, Злата, ещё как обидно, но всё однажды кончается…

Голос на пару секунд умолк, а затем продолжил:

— В связи с тем, что всё уже пройдено, и даже проверочные работы закончены, предлагаю всем заняться… просто скрашиванием времени. У нас же, насколько я помню, где-то тут были настольные игры, и всё вот это?..

Класс согласно грянул:

— Конечно, были! И сейчас есть!

— Ну, значит, доставайте их и наслаждайтесь жизнью. Все согласны?

— Все согласны, Эндерина, согласны! – первым пробасил Костя Подгорский, вызвав рядо смешков.

Наталья Евграфовна, наконец, решила полноценно заглянуть в кабинет, и, полностью открыв дверь, смогла увидеть, намного, больше.

Класс за время её отсутствия изменился мало, как и его ученики.

Но вот та самая «замена», стоявшая перед классной доской, повергла её в шок.

Это была девушка – нет, даже девочка – лет пятнадцати весьма экстравагантного вида – в чёрных сапогах с серебряными пряжками, и в забавном фиолетовом пиджаке.

У девочки были ещё и фиолетовые волосы, причём, если приглядеться – явно не окрашенные…

Как только учительница истории вошла, все в классе, включая незнакомку, замерли.

Первой подала голос Вика Калинина:

— Ого, вы вернулись?!

— Да… а это кто? – с боязнью спросила учительница, указывая на незнакомую девочку.

Та взяла со стены указку, и быстрыми шагами подошла к учительнице истории.

Грозно помахивая указкой, она промолвила:

— Я Эндерина Эндрова, временно замещаю учительницу истории Наталью Евграфовну. А вы, простите, кто?

— Так я и есть Наталья Евграфовна! – в полном шоке ответила учительница истории.

Все, включая саму Эндерину, замерли.

Вот так встреча…

— И… и что вы тут делаете? – осторожно спросила Эндерина, растеряв свой грозный вид.

— Пришла, наконец, узнать, почему меня не пускают в школу восьмой месяц подряд!

С налезшей на лицо кривоватой улыбкой Эндерина ответила:

— А, из-за этого… Ну, извините, Полина Савельевна сегодня в отъезде, как и Елена Никифоровна… приходите завтра, в общем!

— В смысле – завтра? – выдавила из себя Наталья Евграфовна.

— А вот так – завтра! До свиданья, до свиданья, до свиданья!..

Эндерина буквально вытолкнула учительницу истории из класса, и закрыла за ней дверь.

— Фух… пронесло!

Когда дочь Лидера Края вернулась к доске, весь класс пребывал в удивлённо-испуганном молчании.

— Эндерина, зачем ты… выгнала Наталью Евграфовну? – осторожно спросила София Нарзанова.

— Затем, что есть приказ – мне надо быть тут, пока всё не кончится!

— Что – «всё»? – удивлённо переспросила девочка.

Эндерина поняла, что ляпнула лишнего, и произнесла:

— Да так, ничего особенного…

Вику Калинину распирало желание высказать Эндерине и остальным, какое «ничего особенного» сейчас происходит, но её удержал лишь предупреждающий взгляд Даниила.

Что же делать?

Внезапно к отличнице пришла идея – судя по виду Эндерины и учитывая те обстоятельства, из-за которых она тут находится, она явно не даст Наталье Евграфовне появиться завтра в школе…

Её надо действовать, и быстро.

…Эндерина раздала всем имевшиеся в классе настольные игры, а сама с озабоченным видом села за учительский стол.

Произошедшее происшествие ставило на кон всё…

Надо действовать, причём быстро.

Дочь Лидера Края и не подозревала, что эта её мысль стопроцентно повторяла мысль лучшей ученицы класса…

Позже.

Она приходила, она приходила, она приходила!!!

Эта мысль кружилась в голове Эндерины, несмотря на то, что план действий был уже готов.

Но ведь случившееся могло обрушить планы межвселенского масштаба, подвергнуть опасности того, кто должен спасти всех от великого Зла…

Едва закончились уроки, Эндерина вышла из здания школы и кинулась туда, где, насколько она помнила, жила незваная гостья.

Пусть Наталья Кординелева и не пошла, жаловаться директору на то, что творится в школе, надо было сразу ликвидировать все возможные риски.

…Эндерина не заметила, что за ней следят – а ведь это в конечном итоге послужило ухудшению последствий…

Улицы и переулки маленького Клина – и вот он, тот многоквартирный дом.

Поднявшись на несколько этажей, Эндерина остановилась перед нужной дверью.

У неё был туз в рукаве, и намного более весомый, нежели школьная указка.

Дочь Лидера Края достала его из кармана, и активировала.

Лестничную площадку осветил ярко-пурпурный свет…

Эндерина позвонила в звонок, и стала ждать.

Вот из-за двери послышались шаги, и она медленно открылась.

— Кто там… А-А-А!!

Наталья Евграфовна чуть не схватила инфаркт от вида непонятной фигуры с сияющим лазерным мечом в руке, а уж когда свечение меча осветило лицо Эндерины…

— Ну, здравствуйте, Наталья Евграфовна… — безжалостно проговорила девочка.

Учительница истории в ужасе отступила назад, в квартиру, однако Эндерина последовала за ней.

— Отстаньте… отстаньте от меня! – истошно закричала учительница.

— А ну-ка тише! – Эндерина предупредительно занесла меч. – Ещё не хватало, чтобы сюда сбежались ваши соседи!

— Что… что вы от меня хотите? – задрожавшим голосом произнесла учительница.

— Вашим появлением вы нарушили все планы… — мрачно ответила Эндерина. – Эти планы составлялись для слишком важных целей, которые вершатся прямо сейчас…

— Я ничего не понимаю!

— Вам и не нужно понимать, это не тот уровень, — в глазах Эндерины блеснул искренний гнев, — в который вы должны были вмешиваться!

— Но что я сделала?! – жалобно спросила учительница. – Я просто пришла в школу… поговорить с Полиной Савельевной, поглядеть, кто меня замещает…

— Вот это и было вашей ошибкой… — сочувствующе кивнула Эндерина. – Если по секрету, меня прислали люди, непосредственно причастные к властям вашей страны, и не просто так, а для того, чтобы охранять Избранного по имени Даниил…

— Вы о Данииле Попове, что ли?! – вскрикнула Наталья Евграфовна.

— О нём, о нём! – согласилась дочь Лидера.

— Но… причём тут тот бред, который вы несёте?! Избранный… власти… — залепетала учительница истории.

— Вам, как я уже говорила, не нужно это понимать…

Сказав это, Эндерина внезапно вновь занесла сияющий лазерный меч, и требовательно спросила:

— У вас есть ключи от квартиры?!

— Е-есть…

— Давайте сюда, быстро!

Учительница истории дрожащей рукой вынула ключи из кармана, и отдала дочери Лидера Края.

— Стойте смирно, и не шевелитесь!

Наталья Евграфовна испуганно кивнула.

— Смотрите у меня…

Эндерина отступила к двери, не выпуская учительницу из поля зрения, и… едва выйдя за порог, захлопнула дверь.

Наталья Евграфовна, испуганно закричав, кинулась к двери, однако с той стороны уже слышался звон ключей…

Учительница истории ударилась об дверь, и поняла, что она заперта.

— Выпустите меня отсюда!

С той стороны, из-за двери, послышался сочувствующий голос Эндерины:

— Извните, но так нужно. Прощайте…

Что-то звякнуло, и затем всё стихло.

Беззвучно рыдая, Наталья Евграфовна опустилась на пол около двери.

То, что она натерпелась страху, ничего не сказать, но куда более, ужасно то, что она была заперта в квартире, и неизвестно, когда её найдут…

А даже если и найдут – квартира-то заперта!

Тут только МЧС вызывать, ломать дверь…

Страшно то – учительница истории содрогнулась от ужаса – что попробуй она снова появиться в школе, эта жуткая Эндерина наверняка её найдёт.

И кто знает, что с ней будет?..

В это же самое время ученица шестого «И» класса Вика Калинина притаилась в кустах около подъезда дома, в который вошла Эндерина.

Она знала, что тут живёт Наталья Евграфовна, но пойти следом боялась – вдруг Эндерина наткнётся на неё где-то на лестничной площадке?!

Девочка слышала какие-то истошные вопли из окон на пятом этаже, и представляла себе жуткие картины – Эндерина врывается в квартиру учительнциы, и…

Наконец, дверь подъезда распахнулась, и оттуда показалась дочь Лидера Края.

Воровато оглянувшись, она спрятала в карман какую-то тёмную штуку, похожую на рукоять меча, и быстрыми шагами направилась прочь.

Вика Калинина почувствовала, что её сердце на миг перестало биться – Эндерина прошла совсем рядом с кустами, в которых она затаилась…

Наконец, дочь Лидера Края скрылась из виду, и девочка осторожно вылезла из кустов, и прошла к подъезду.

На счастье, в этой старой многоэтажке не было домофона, так что Вика смогла беспрепятственно проникнуть в подъезд.

Тишина…

Понимая, что Эндерины тут уже нет, девочка невольно оглядывалась и прислушивалась.

Поднявшись на первый, второй, и третий этаж, Вика не нашла ничего.

Но вот он, пятый этаж, откуда и доносились крики…

Ничего необычного – просто лестничная клетка с несколькими дверями.

«Нет, не может быть, чтобы она тут ничего не искала!» — возразила Вика сама себе.

Подойдя к одной из дверей, девочка осторожно позвонила.

Ноль ответа…

Тогда Вика Калинина крикнула:

— Эй! Есть тут кто?!

Тишина, лишь где-то в глубине квартиры залаяла крупная собака.

Из-за второй двери после звонка выглянул здоровенный мужик в засаленной майке и с бутылкой водки в руке.

— Шо те надо, салага? – гаркнул он, замахнувшись бутылкой.

— Н-ничего-ничего, всё в порядке… — испуганно ответила Вика, попятившись.

Мужик проворчал что-то злобное, и захлопнул за собой дверь.

Оставалась лишь одна квартира – с номером двадцать…

В пыльном углу около двери в эту квартиру что-то блестело, но Вика не обратила на это внимания.

Позвонив, она прислушалась.

Ничего – тихо, как в склепе…

— Есть тут кто?! – неуверенно спросила девочка.

Вике показалось, что за дверью на её вопрос послышался какой-то стон…

Девочка для верности пару раз постучала, и внезапно из-за двери раздался крик:

— Кто это?!

Вика Калинина узнала голос Натальи Евграфовны, и радостно ответила:

— Наталья Евграфовна, это я! Что случилось?

— Вика?! Как ты тут оказалась?!

— За Эндериной проследила! – отрапортовала отличница.

Учительница истории простонала:

— Ох, лучше не напоминай мне о ней…

— Вы целы? Она что, приходила к вам?

— Приходила! Наговорила кучу странных вещей, и ушла, заперев дверь…

— И что же нам делать? – обеспокоенно произнесла Вика.

— Вот именно, что я не знаю! – воскликнула Наталья Евграфовна. – Ключи она тоже забрала…

— Так позвоните кому-то из родных, друзей…

— А что они сделают, если дверь заперта?!

Вика задумалась.

— Надо как-то её открыть…

Наталья Евграфовна в ответ печально застонала:

— Никак её не откроешь…

— Хотя погоди! – внезапно воскликнула она. – Я, кажется, слышала что-то, похожее на звяканье… Вика, посмотри, может, она выбросила ключи?

— Но это, же в высшей степени глупость… – невольно улыбнулась Вика Калинина.

— А какие ещё у нас варианты?!

Девочка огляделась, ища на лестничной площадке что-то похожее на ключи.

Пустота, одна грязь да пыль…

Но вдруг Вика увидела в углу что-то блестящее.

Нагнувшись и протянув руку, отличница выудила из кучи пыли… ключи!

— Наталья Евграфовна, я их нашла! – радостно воскликнула Вика.

— Сколько там ключей?

— Три!

— Отлично! Открывай тем, который с резьбой…

Вика так и сделала, и дверь распахнулась.

Наталья Евграфовна на радостях обняла свою ученицу, а затем испуганно огляделась:

— Она ушла?

— Ушла-ушла… — подтвердила Вика.

— Заходи, мне надо много всего рассказать…

Едва девочка вошла в квартиру, как учительница истории захлопнула дверь, и заперла её на засов.

— Наталья Евграфовна… в итоге что случилось? – осторожно поинтересовалась Вика, глядя на перепуганное лицо учительницы.

— Ты не представляешь… Она пришла, размахивая лазерным мечом, наговорила какого-то бреда, отобрала у меня ключи, и ушла!

— А что она говорила?

— Что-то вроде… — Наталья Евграфовна наморщила лоб. – Что-то вроде того, что я порушила какие-то важные планы, связанные с властями и нашим Даниилом…

Лицо Вики невольно просияло – ведь она прекрасно знала, какие именно планы нарушила учительница истории…

— …про цели, которые вершатся сейчас, и про не тот уровень, про который я должна знать… — закончила Наталья Евграфовна. – В общем, я лично ничего не понимаю!

Вика Калинина прекрасно всё поняла, и это, увы, не ускользнуло от учительницы истории.

Она, вглядевшись в лицо ученицы, спросила:

— Вика… мне кажется, или ты что-то знаешь?

Отличница испуганно встрепенулась:

— Нет-нет, Наталья Евграфовна, я в таком же недоумении, как и вы!

— Нет, Вика, я всё вижу… — мягко возразила учительница. – В классе ты явно хотела что-то сказать, и сейчас – тоже…

Вика, обессилено вздохнув, села на какой-то стул в коридоре.

— Допрашивать будете?

Наталья Евграфовна подумала, а затем ответила:

— Не буду, если ты сама всё расскажешь…

Вика Калинина задумалась.

С одной стороны она обещала Даниилу не говорить ничего о том, что услышала и узнала тогда, а с другой – то, что вытворяет Эндерина, уже явно перебор…

«…если ты хочешь, чтобы мы продолжали общаться, как и всегда – никому не говори о том, что увидишь и услышишь!»…

Что же делать?

Вика не знала этого, и не понимала, что же выбрать…

Наталья Евграфовна, заметив смятение ученицы, решительно проговорила:

— Вика, если ты боишься, что я расскажу кому-то, то знай – я буду молчать, как рыба!

Жалобно всхлипнув, отличница ответила:

— Хорошо… я скажу…

Втянув в себя воздух, Вика заговорила:

— Вы, наверное, не знаете… но в марте между мной и Даниилом кое-что произошло…

-Она ведь говорила про Даниила, что он какой-то Избранный! – невольно воскликнула учительница истории.

— Да, я об этом… В общем, мы встретились на остановке в городе, проехали до конечной, вышли, а потом…

Вика не нашла слов, как описать произошедшую между ними сцену, так что решила её не описывать.

— …потом мы как-то переместились в другой мир, где СССР сохранился, сходили к Николаю Сталину в Кремль, он ещё говорил про то, что Даниилу надо узнать до конца то, что ему недоговорили…

— И… и что дальше? – Наталье Евграфовной самой не верилось в то, что она слышала.

— Я понимаю, что это звучит бредово, но это правда! – словно угадав мысли учительницы, быстро проговорила Вика.

Наталья Евграфовна отстранённо кивнула:

— Я верю тебе… Что было дальше?

— Дальше он… он послал нас к одному волшебному дубу, под которым вроде Гагарина похоронили… или он этот дуб посадил, я не помню…

Мы этот дуб обняли, переместились в ещё один мир, там всё сумрачно было, прошли в какой-то замок, а там… там…

— Что – там? – обеспокоенно переспросила Наталья Евграфовна.

Вика, задрожав, ответила:

— Там нас встретили какие-то чудовища… скелет, гигантская змея, говорящий баран ещё был, и обычные мальчик с девочкой…

Скелет и остальные рассказали о каком-то древнем Зле по имени Королева Ужаса, как её предали, и она вступила на путь тьмы, развязала войну, в которой её победили… но теперь она вернулась…

— Потом мы с Даниилом вернулись к Сталину, и увидели, что он говорит с каким-то типом по имени Эндермен… Эндерина его дочь, и они послали её к нам, чтобы она приглядывала за Даниилом… Потом мы вернулись обратно на остановку… и там…

Вика, наконец, не выдержала, и залилась слезами.

— Что там ещё случилось? – спросила Наталья Евграфовна, одновременно лихорадочно размышляя.

Вика Калинина не ответила, продолжая плакать.

Учительница истории мягко погладила девочку по голове, и тихо спросила:

— Вика… скажи, что случилось? Между вами произошло что-то… нехорошее?

— Нет… — наконец, выдавила из себя Вика. – Даня… он попросил меня никому не говорить о том, что я узнала, мол, если ты, хочешь, чтобы мы продолжали общаться – молчок… А я… я всё рассказа-ала!

Девочка вновь зарыдала ещё горше прежнего…

Наталья Евграфовна задумалась.

Всё, что рассказала Вика, не может быть её фантазией – ведь там присутствовал ещё и Даниил, и про него же упоминала Эндерина…

Тут два варианта.

Или все вокруг сошли с ума…

Или вся эта история с древним Злом, некими людьми у власти и Избранным – не шутка…

Но что, же теперь делать?

Ей теперь ясна мотивация Эндерины – девочка просто разнервничалась, что не сможет выполнить свою миссию по обереганию Даниила, вот и выкинула какую-то глупость…