Читать книгу Пенсия для морского дьявола 4. Первый в касте бездны (Игорь Чиркунов) онлайн бесплатно на Bookz (6-ая страница книги)
bannerbanner
Пенсия для морского дьявола 4. Первый в касте бездны
Пенсия для морского дьявола 4. Первый в касте бездны
Оценить:
Пенсия для морского дьявола 4. Первый в касте бездны

5

Полная версия:

Пенсия для морского дьявола 4. Первый в касте бездны

Фефуй зыркнул на меня недовольно – блин, чувак, а хотя б спасибо сказать? – и вновь юркнул на спальную половину. Я непроизвольно задержал взгляд – там, где всё семейство располагалось на ночь, пол уже покрылся грязью – капли свободно проникали сквозь плетёные стены. И среди этой грязи выступали прямоугольники циновок… Твою ж маман, мне сегодня на этом спать?!

Тут-то я подумал, что хижины рыбаков, несмотря на такую же планировку, на те же самые «конструкционные материалы» – плетёные стены и крыши из охапок пальмовых листьев, отличались от хижин касты земли как жилье престижных новостроек от хрущёб. Потому что дома рыбаков стояли хоть на невысоких, но сваях! И это защищало не только от подтоплений с океана: от высокого прилива или от нагонной волны .Это была защита и вот от таких дождевых потопов!

Нет, точно – мой дом будет на сваях, и никак иначе! И стены не такие дырявые!

– Мы тебе так благодарны! – радостно чмокнула меня вся светящаяся Инина.

Ну да, ну да, мужик в доме!..

Скомкано поблагодарила и её мать, опасливо косящаяся в сторону мужа.

Перекусили, чуть обсушились… Хотя чему там сохнуть – моим «труселям» или моей коже?

– Ну, – встал я с места, – до вечера.

– Ты куда?! – округлила глаза Инина.

– Дела, – обречённо вздохнул я.

– Какие… дела? – охнула девушка и растерянно оглянулась на такую же враз потерявшуюся мать. Показала пальцем на улицу: – Ты… собрался туда?

– Ага.

Это вы можете позволить себе пересиживать непогоду. А у меня – «часики тикают». Чем скорее я предъявлю вождю и остальным старшим племени «монстра из бездны», тем быстрей я смогу рассчитывать на более-менее спокойную жизнь. По крайней мере, скрываться не придётся.

– Но… – девушка покосилась на дверной проём, за которым хлобыстал дождь, до кучи разгоняемый порывами ветра. Благо молнии не сверкали, да гром не громыхал. – Ведь там сейчас… там демоны! Демоны воды.

Понимаю, все нормальные люди сейчас по домам сидят, телевизор смотрят… вспомнился любимый мультик.

– Не переживай, – не смог сдержать улыбки я, – уж с ними-то я договорюсь.

На миг в глазах девушки мелькнул страх.

– Я думала… – через секунду растерянно проговорила Инина, – мы проведём этот день вместе…

Ага, взявшись за руки и глядя в глаза друг другу.

– Извини, – развёл я руками, – идти надо. Пойдём, боец.

«Боец» поднял на меня взгляд… Мдя… А ведь ему тоже страшно!

Но – вида не подал, то ли настолько доверяет, то ли, хоть и бывшему, но воину, демонстрировать страх западло.

Вот и ладненько! И мы шагнули из-под крыши.

***

Как до места добрались? Не без приключений, но в целом – нормально. По лесу можно и под дождём ходить – настолько почва переплетена корнями да усыпана листвой. Почти и не извазюкались.

А вот за новым латексом не пошли – сейчас даже с верёвками со склона легко свалиться, ну его нафиг!

– Вот что, Каналоа. Хоть с демонами я и договорюсь, а вот с простудой – вряд ли. Так что – руки в ноги и вперёд, за бамбуком!

Пофиг на всё: на застывший в форме каучук, на недоделанный прокатный стан, на необходимость молоть серу…

– А что ты хочешь?

– Я хочу, чтоб мне на голову не обрушивались тонны воды!

– Тогда надо возвращаться под крышу, – с философским видом заметил обтекающий помощник.

– Хрен ты угадал. Это не мы возвращаемся к крыше, это пусть крыша к нам приходит!

Не знаю, что подумал Каналоа, но возражать он не стал.


Так-то мы с Каналоа ребята крепкие. В не самых простых условиях выросли, не подохли в детстве. К тому же, последнее время усиленно спортом занимались, питались вообще отлично… от остального племени. Но, чёрт возьми, на таком ветру, будучи мокрыми, без возможности согреться… К тому же – в условиях местной медицины, вернее – её отсутствия… Да на нас можно крест ставить!

Для начала опять потащились за бамбуком. Траверзом по склону ещё туда-сюда. Вниз?.. Не без приключений – синяков и ссадин прибавилось, слава богу, без переломов или серьёзных травм.

А вот назад, вверх, да с охапками бамбука… Короче, на всё про всё убили несколько часов!

Далее пришлось вокруг места вырубить кинжалом поросль, мешавшую задумке.

Потом из бамбука связали две рамы со множеством поперечин и с диагональными распорками. Сами рамы накрыли листьями как чешуёй – снизу вверх с перекрытием, а листья поверх увязали ещё и верёвками. Пришлось извести весь запас тонкого шнура, что я видел в роли линя для гавайки. Ерунда – ещё наделаем.

Получились эдакие «панели» примерно два на три метра. Не много, но боюсь, большие мы вдвоём не закрепим. Да и избыточная парусность для крыши в минус.

Потом пришла пора акробатики под проливным дождём. Три связанных в пакет бамбуковых шеста – всё же надёжнее, чем один толстый ‑ мы закрепили меж двумя деревьями, поперёк склона. Деревья выбирал специально как можно более толстые, чтоб они меньше раскачивались под порывами ветра.

С ближним к склону концом жерди получилось быстро – Каналоа подсадил, и я привязал бамбучину на высоте в полтора моих роста – больше нам не надо, не древнегреческий портик строим.

А вот с дальним концом пришлось повозиться. Я опять залез на плечи помощника – всё ж он помассивней меня будет. Потом, пользуясь завязанной на стопах и перекинутой вокруг ствола дерева верёвкой как когтями электрика, и помогая себе второй верёвкой, что держал в руках, я забрался на высоту почти в три моих роста, чтоб жердь – будущий конёк крыши – легла горизонтально.

С какими приключениями «панели» пристраивали поверх конька – и не передать. Скажу только, что для начала их связали вместе, а потом долго перекидывали через жердь, боясь как бы очередной порыв не унёс и панели, и нас, в них вцепившихся. Куда-нибудь, в страну Изумрудного города.

Но в результате над выбранным участком южного склона раскинулась двускатная крыша, закрывающая клочок земли в горизонтальной проекции три с половиной на три метра. Не много, конечно, и будь тут открытое место, косой дождь проливал бы всё пространство под ней. Но мы в лесу, и вода тут падала в основном вертикально, так что в центре образовался небольшой участочек, куда залетала разве что водяная пыль.

Раскрепили крышу лианами, ибо готовые верёвки кончились. На оттяжках не экономили – этому навесу предстоит противостоять серьёзному ветру!

Под вечер, осмотрев сооружение, я остался доволен. Да, продувается. Да, периодически ветром забрасывает водяную пыль. Зато нет потоков воды на голову, и если запалить небольшой костерок – вполне можно работать.

Но ночевать всё равно вернулись в дом Фефуя.


Уютнее в хижине не стало. Разве что вода ручьями не затекала внутрь, но от вездесущей водяной пыли было не скрыться. Не знаю, что творилось на полу в «спальне», мне было уже всё равно. Я, в слабом отсвете углей, под прожигающим взглядом отца семейства, у которого от возмущения тряслись губы, умял две крупные бататины, запил водой и рухнул на отведённую мне циновку уже в полной темноте.

Кажется, ко мне опять пришла и прижалась Инина. По крайней мере, груди, животу и ногам стало тепло. А дальше я просто отключился.


На утро отец семейства не выдержал. Возмущённо глядя как я расправляюсь с очередной печёной бататиной он наконец заговорил:

– Инина, спроси своего… – он надолго повис, соображая, как бы меня назвать. Так ничего и не придумав, продолжил: – спроси, он собирается делать то, что обещал?

Ни на меня, ни на Каналоа он не смотрел демонстративно, словно нас нет, при этом его губы так дрожали, а дыхание так прерывалось, что казалось, что он сейчас или разрыдается, или станет орать на все джунгли.

Каналоа, при первых же звуках голоса Фефуя тут же отложил батат. И даже отодвинул его от себя.

– Ну-ка ешь, – обронил я негромко, но не терпящим возражения голосом. – Тебе со мной сегодня целый день под дождём мокнуть. Только попробуй свалиться от недостатка сил.

Каналоа посмотрел на меня… покосился на Фефуя… И пододвинул недоеденную бататину к себе.

– Вот так-то лучше, – хмыкнул я.

И перевёл взгляд на отца семейства:

– Так, теперь с тобой.

Говорил я холодно, не забывая вгрызаться в исходящий паром плод.

– Я тебе обещал рыбы, – я не спрашивал, я констатировал. – От своих обещаний я не отказываюсь. Всё у тебя будет. И рыба, и… Короче – всё. Но ты видишь, что с погодой? Или думаешь, рыба она по берегу ходит? На деревьях сидит?

Отец семейства сверкнул глазам, что-то буркнул и уткнулся в свою порцию еды.

– Фефуй, посмотри на меня, – пришлось повторить дважды. – Не мешай мне и не пытайся нарушить наш уговор, – проговорил достаточно жёстко, но без угрозы. – Имей терпение. Я свою часть уговора помню, и как только появится возможность – будет у тебя твоя рыба. Ну а если не дотерпишь… – я качнул головой, – не получишь обещанного. И получится, что зря нас терпел, кормил из своих запасов.

Фефуй молча доел, встал и так ничего не сказав юркнул в спальную половину дома.

Я лишь вздохнул – хозяин, блин! Мог бы и выйти, канавку вокруг дома подновить, прочистить отвод, что вот-вот забьётся. Есть работа по дому, есть. Но этот хмырь будет сидеть на циновке весь день, думая что его обманули… Бедная Инина, не удивляюсь, что её в жёны никто не взял – кому такие родственнички нужны?

– Пошли? – посмотрел я на помощника.

Тот только вздохнул.

– А что делать? – пожал я плечами.

И мы пошли.


Повторилось начало вчерашнего дня, разве что за бамбуком мы зашли сразу, и приволокли на «базу» целую охапку.

После я занялся рамой, для нашего «прокатного стана», а Каналоа – вторым валиком – надо было не только ошкурить и подстрогать, а ещё и на концах «о́си» сделать, которые мы потом закрепим в раме.

Но сначала – я подкопал ямку побольше в склоне под навесом и запалил небольшой костерок. Пришлось, конечно, повозиться – всё ж промокло, но кто сказал, что это препятствие?

Учитывая, что дерево, из которого Каналоа делал валик, не зря носило наименование каменного, а нож у Каналоа почти что выкрошился, я управился раньше него.

И тут же принялся мастерить нам лежаки – фактически те же самые прямоугольные рамы, забранные в клетку бамбуковыми стволиками потоньше. И приподнятые за счёт ножек примерно на ладонь. Не хочу больше спать на земле!


Когда доставали кусок застывшего латекса, на душе пару раз скребнуло – вдруг передержал? Хотя, что могло случиться? Пересох? В такой то влажности.

А когда пропускали через валики, несмотря на погоду, на то, что непонятно, когда я снова смогу нырнуть под воду – на душе пели птицы.

Мои новые жгуты! Эх, пока по старой технологии, но лучше уж с такими, чем вообще без ничего.

Правда, сначала получившуюся то ли «ленту», то ли «соплю», а может – «ленточного червя», с которым у меня в прошлый раз возникла ассоциация, надо было прокоптить. Кстати, вспомнил – вроде бы копчение используют, чтоб сырой каучук не пожрали насекомые. Хм, а его кто-то жрёт? Но умничать не стал – надо, значит надо.

В костерок накидали сырой листвы – благо с чем, с чем, а вот с ней проблем вообще никаких не было. Хоть поставками занимайся! Велел Каналоа следить за процессом – поддерживать огонёк, в то же время не давать ему разгораться – а то с такими трудами полученную «ленту» спалим, к чертям собачьим. Переворачивать «изделие», чтоб коптилось равномерно.

А сам вновь взялся за запасы бамбука, что ещё оставались.

На этот раз я решил сделать помост – а то балансировать на склоне, рискуя полететь кувырком вниз – так себе занятие. Я предпочёл бы по ровному ходить.

Но с настилом быстро не получилось – крышу то мы раскрепили так: конёк меж двух стволов, а скаты к ближайшим деревьям растянули лианами. Но использовать соседние деревья как опоры не то чтоб не получилось. Получилось. Только вот расстояние меж них было – метров восемь.

Я, конечно, состряпал составную жердь – на этот раз пришлось собирать её и в длину тоже – самые длинные бамбучины у нас были метра по четыре. Но даже получившийся толстый «пакет» всё равно ходил ходуном и с трудом выдерживал мой вес – для проверки я на этой «балке» повисел. А если я на неё обопру продольные лаги, а на лаги кину настил… Нет, не выдержит! Придётся завтра срубить самый толстый, какой найду бамбук и сделать из него столбы в основании углов. Хорошо хоть таких всего два нужно – другими концами лаги у меня на склон лягут.

В общем, до конца «рабочего» дня настил я не закончил. Думаю, ещё и завтра день придётся убить, чтоб наконец-то «база» обрела более-менее удобоваримый вид.


Тьма, по традиции этих широт наступавшая так, будто где-то рубильник выключали, всё-таки застала нас в дороге. Но до дома Фефуя оставалось не больше километра, а на этой местности я уже ориентировался как в своей, оставленной где-то там «двушке» – мог с закрытыми глазами, не включая свет сходить до туалета и обратно. Как говорится – не приходя в сознание.

Нас ждала только Инина. Хорошая она всё-таки девушка…

Остальное семейство уже завалилось спать.

Мы поужинали традиционным бататом. Послушали новости, как Фефуй умудрился прокрутить сделку века – выменял у кого-то принесённые мной бананы на… на что-то, чего я не понял и вникать, если честно, не стал. Хрен с ним, бананы возле лягушатника пока ещё есть.

Я покосился на незакрытый дверной проём, что вырисовывался чернильной темнотой на фоне стен, еле освещённых тускло мерцающими угольками. Вот только из темноты на меня летели брызги!

– Слушай, – спросил Инину, – а чего вы не закроете вход? Я видел в других домах, хотя бы циновки вешают.

– И у нас была, – пожала плечами Инина, – да только развалилась в прошлый сезон бурь.

Твою же маман! Подумал про хозяина. У тебя семья мёрзнет и мокнет, а ты палец о палец не ударишь.

– Пойдём? – коснулась меня рукой девушка, качнув головой в сторону «спальни».

Я тяжко вздохнул:

– Пойдём, только…

– Ты устал, – закончила за меня Инина.

Мне показалось, или она поджала губки?

Впрочем, разбираться уже не стал – шлёпая по грязному полу я дотопал до своего места… Вспомнил, что как последний идиот забыл сделанный топчан на базе…

Рухнул на циновку, и тут же вырубился. Без снов.

Глава 9 Не ходят на свадьбу с пустыми руками…

Первая мысль, пришедшая в голову одновременно с пробуждением – что-то не так.

За миг просканировав окружающее – тихо. Подорвался на циновке, мимоходом коснувшись ножен на голени – кинжал на месте. Сел осматриваясь.

Что? Что меня насторожило?!

В тусклом предутреннем свете проникающем сквозь щели плетёных стен – все ещё спят. Вот Каналоа, пристроился между входом в спальную половину и мной. Тоже уже зашевелился. Вот Инина. Рядом, но – меж нашими циновками сантиметров двадцать. А раньше подтаскивала вплотную, устраивая почти двуспальное ложе. Вон Фефуй и его жена, в дальнем от меня углу, лежат рядышком, сопят. Фе, неподалёку от родителей…

И лишь спустя секунду-другую до меня дошло: дождь кончился! И ветра не слышно!

Я тут же вылетел пулей из дома.

Ну, точно! Деревья пошумливают кронами где-то над головой, но это так – ерунда, по сравнению с предыдущими днями, когда их немилосердно качало со скрипом. Не шевелился даже густой кустарник, не вырубленный ленивым землевладельцем, из-за чего дом стоял как бы наособицу от остального поселения…

Затишье! А значит…

– Каналоа, подъём! – бросился я обратно в спальню. – Вставай, лежебока, нас ждут великие дела!

Как же офигенно, что вчера новый каучук получили! На жгуты порезать – это раз плюнуть.

И нырять, нырять, нырять!

Я хочу рыбы! Можно и за каракатицей нырнуть за пределами рифа… Но главное – набить рыбы. Побольше. Сколько получится. Ибо не думаю, что затишье установилось надолго, а успеть надо много…

Кряхтя встала мать, за ней, позёвывая, со своего места поднялась Инина.

– Есть будешь? – словно для проформы спросила подруга.

–Не, – коротко, словно отгоняя назойливую муху, мотнул головой я, – дел слишком много…

– Сегодня шаман проведёт обряд, – всё ещё зевая, мимоходом заметила Инина, – над Энеле, сыном Кеолы и твоей сестрой… Ты ведь придёшь?

Бам.

Я словно с разбегу влетел в стену.

Сестра! Свадьба! Её слова, там, возле жилища шамана: «…благоприятный момент будет только через пять дней».

То есть… Прошло пять дней?

Почему-то в памяти всплыла та, почти уже забытая история, с её свадебным платьем… И моё желание обязательно ей компенсировать эту потерю!

Чёрт-чёрт-чёрт! А у меня же ни черта нет! Что я её подарю?!

– И когда… церемония? – дрогнувшим голосом спросил Инину.

– Как обычно, – Инина, подавив зевок, пожала плечами, – перед закатом, возле дома говорящего с духами.

Фу-у-ух… Какое же облегчение!..

Значит, есть ещё время! Значит, успею?.. Успею!

– Боец, за мной!

И я, не дожидаясь завтрака, выбежал из дома.


Мимоходом заскочили в бамбуковую рощу, вырубили четыре трёхметровых древка. Правда у меня только три твёрдых наконечника… Но древки-то расходуются куда как быстрее наконечников!

Тут я на секунду завис – хотел ведь на четыре метра переходить? Чтоб дистанцию увеличить… Потом прикинул, как я с такой «дурой» по джунглям бегать буду – до воды-то ещё добраться надо! Да и жгут у меня такой же, как был, а для четырёхметрового древка и жгут подлиннее надо делать…

Короче, махнул рукой, пока оставляю всё как есть, как уже отработано. А дальше посмотрим.


На базе лишь мельком глянул на начатый и незаконченный настил – не до него сейчас. Но каучук резал аккуратно – не хватало из-за спешки всю работу коту под хвост пустить.

А потом снова – бегом, бегом, бегом.


Солнце не успело пройти и половины пути до зенита, как мы с парой снаряжённых гаваек, с запчастями для ремонта – правда, линь всё же делался в спешке – и с больши́м энтузиазмом примчались к лягушатнику.

Первый взгляд – на океан.

Фух! Под чистым голубым небом, ярко освещённый уже не утренним солнцем океан неспешно катил длинные, спокойные волны, лениво облизывающие преграду кольцевого рифа. Низко над волнами, с противными криками носятся птицы, изредка выхватывающие из воды мелкую рыбёшку. Хм, хороший признак! Если есть мелочь, значит рядом обязательно крутится кто-то покрупнее, как раз на эту мелочь охотящийся. Вот этот «кто-то покрупнее» мне и нужен!

Никогда не был суеверным, но тут прям захотелось что-нибудь крикнуть… Такое… Радостное. Типа: «Услышаны мои молитвы!»

– Как же офигенно! – от всей души заорал я в сторону океана, раскинув руки с зажатыми в правом кулаке трёхметровыми бамбуковыми дрынами, а в левом – с ластами и трубкой. – Спа-си-бо!

– Кому? – тут же послышалось невозмутимое из-за левого плеча.

Я обернулся к Каналоа, весело подмигнул:

– А то ты не знаешь?

– Я не знаю, кого конкретно ты просил… – бывший воин поставил на песок корзину, связку бамбуковых стаканов с пресной водой, закрытых листьями, и пожал плечами.

Я цепанул взглядом поистрепавшиеся прутья корзинки для рыбы, отложил в памяти что надо бы новую, усмехнулся:

– А я и не просил. Сами дали.

***

Всё-таки движение на узкой полоске песка, стиснутой меж подступающих джунглей и спокойной гладью лягушатника, я заметил раньше, чем до нас долетел крик:

– Скат!

По берегу к нам, изо всех сил, на «трёх ногах» спешил Семис.

Твою же медь! Как ты не вовремя! Я аж вслух выматерился.

– Каналоа! – я оглянулся на помощника, метнул взгляд на корзину, на гавайки. – Быстро!

Парень сориентировался молниеносно – схватил, что смог, и растворился в шумящих за спиной джунглях.

– Привет, – крикнул я, когда до одноногого парня оставалось метров десять. – Какими судьбами?

Но Семис сначала доскакал до меня и полез обниматься.

– Скат! Как же я рад тебя видеть! – откинув костыли, он заключил меня в объятия. – А я думал, не увижу тебя больше!

– С чего это? – я, признаться, немного опешил.

Правда меня при этом больше занимало – видел Семис, с чем мы выперлись на берег или нет?

– Ну как с чего? Я тут узнал… – в секунду его весёлость сменилась тревогой и недоумением. – Случайно узнал, ты не подумай ничего… Короче, ты поссорился с моим отцом?

– Ну… да. Возникли, кое-какие разногласия, – уклончиво ответил я. – А ты как узнал?

– Да я… – он слегка запнулся, – сказал, что пойду с тобой заниматься, а он такую бучу устроил! Он так ругался! Вот… – проговорил словно оправдываясь. И тут же с жаром добавил: – Вот тогда я и узнал, что ты отказался от дома в деревне!

– И тогда ты решил…

– Ага. Что ты вернулся в свою касту и больше не будешь приходить сюда плавать.

– С чего это? – с подозрением покосился я на парня.

– Ну как? Вы же, люди земли не любите воду. Да и потом, лагуна – для нас, людей лагуны…

– Вы вроде как каста сетей?

– Сетей, лагуны, – пожал плечами одноногий. И резюмировал: – Вот я и побоялся, что ты больше не будешь меня учить.

– Успокойся, – я усмехнулся. – Никто не заставит меня бросить нырялку.

– Здорово! – тут же расцвёл парень. – Так мы сейчас будем тренироваться?

– Что? Тренироваться?!

Тут я что-то затупил. Чёрт! Как не вовремя-то! Нет у меня сейчас на это времени.

– Да! – закивал, расплываясь в счастливой улыбке парень. – Ты же сам сказал: когда солнце будет вот так над горизонтом, – он показал жестом, – вот… вот я и пришёл… Даже чуть раньше. Правда, задремал, пока вас ждал, – добавил, словно извиняясь.

– Семис, дружище, я ждал тебя три дня назад.

– Но… – растерялся тот, – там же… погода…

– А что погода? Нырять да, нельзя было, но это же не значит, что мы не проводим тренировки. А сейчас… – я покачал головой, – сейчас мне не до того.

– Почему? – простодушно удивился парень

Я опять на миг подвис, размышляя, чего бы придумать. Но как на грех, ничего хорошего в голову не приходило. И тут…

– Сегодня его сестра идёт со своим мужчиной к шаману, чтоб тот провёл ритуал, – донёсся из-за спины спокойный, немного равнодушный голос Каналоа.

– А-а-а, – озарилось догадкой лицо одноногого парня, и он покивал, – понимаю. Понимаю, Скат, ты хочешь подготовиться.

– Да, вот… – совершенно по-дурацки поддакнул я.

Ну не хотелось откровенно врать этому простодушному любителю моря. А какая-нибудь более-менее правдоподобная отмазка – что значит «подготовиться»? в парикмахерскую, что ль забежать? – так в голову и не пришла.

– Мы сейчас вообще-то… обратно… ну, в посёлок… к людям земли, – я развёл руками. – Надо было кое-что забрать… ну, чтоб починить… на досуге… потом.

Семис покосился куда-то за меня, я обернулся – трубка и ласты. Блин!

– Да, – кивнул он, – вчера-позавчера даже из дома было выйти страшно…

Пауза затягивалась.

– Ладно, Семис, – надо было кончать эту комедь. Я наклонился, подобрал оборудование, – нам идти надо… Но ты – приходи. Не сегодня, сегодня вишь как получилось, а… Давай так, – решился наконец я, – начиная с завтрашнего дня, в любом случае утром приходи сюда. Есть погода, нет погоды – буду учить.

– Спасибо, Скат! – обрадовался парень. – Я обязательно приду! И на обряд к твоей сестре приду! Что ей подарить?

– Хм… Да честно… – замялся я, – Даже не знаю.

– Ладно, – воодушевлённо махнул костылём Семис, – придумаю, что-нибудь. Маму спрошу.


На всякий случай, я тоже изобразил, что мы уходим. Сначала вроде как пошли напрямки к посёлку. Потом я оставил Каналоа ждать, а сам прокрался вслед одноногому парню, убедиться, что он точно пошёл домой, а не решил посидеть на бережку. Вот бы неудобно получилось!

Но Семис, довольно ловко перепрыгивая на костылях через корни и огибая наиболее разросшиеся кусты, вскоре выбрался в разреженный лес, что рос на широком пляже основной лагуны, и уверенно заковылял в сторону деревни.

Вот и славно! Я вернулся к лягушатнику.

***

– Так, боец, а ты свои ласты взял?

Мы стояли на рифе, почти в том же месте, где я когда-то бил рыбу гарпуном. Сейчас вся потенциальная добыча ходила довольно глубоко, с берега – точно не достать.

– Я туда не полезу, – заворожённо глядя куда-то в глубину мертвенным тоном проговорил Каналоа.

Я со вздохом вновь взглянул на прибой. Мда… Ветер-то стих, почти до штиля, но в океане образовалась зыбь. Небольшая, но и её хватало, чтоб вход в воду оказался… скажу так – на грани опасного. Самое гадкое в зыби – при относительной пологости и небольшой высоте волны имеют слишком большую скорость. О риф может приложить – ого-го как!

– Ладно, – махнул рукой я. – Сиди здесь, будь готов принимать добычу и, если что, подавать мне запасные гавайки.


Как же хорошо вновь оказаться в любимой среде! Я ходил по поверхности метрах в двадцати от рифа, опустив лицо в воду и дыша через трубку. Выглядывал подходящую добычу.

bannerbanner