В тихих омутах. Промышленное загрязнение и рождение российской экологической политики (1871–1931)

Чуть ниже Казани, столицы бывшего татарского ханства, в Волгу впадает Кама, несущая свои воды из таежных лесов, населенных финно-угорскими народами, и с предгорий Урала. Если раньше по ней плыли в сторону Москвы и Петербурга многочисленные суда, груженные пушниной, то в XIX веке они уступили место баржам с продукцией горных заводов. Из руд и минералов, которыми изобиловали Уральские горы, добывали и отправляли вверх по Волге металл, кислоты, щелочи и красители, необходимые текстильным промышленникам и их коллегам из многих других отраслей.

После слияния с Камой Волга становится особенно широкой и полноводной. Ее нижнее течение стало излюбленным местом для рыболовов, которые не только сами кормились рыбой, но и снабжали ею другие регионы страны – чем хуже обстояли дела с сельским хозяйством, тем ценнее становился их улов. Из небольшого рыбацкого поселения здесь вырос Симбирск, вслед за которым, ниже по течению, располагаются крупные волжские города Самара, Саратов и Царицын (ныне Волгоград).

Неподалеку от Астрахани Волга распадается почти на пять сотен рукавов, протоков и небольших рек, которые впадают в Каспийское море – самый крупный на Земле замкнутый водоем. Его берега издавна принадлежали государствам тюрков и персов, крупнейшим из которых была Персидская империя, главный соперник России в борьбе за восточное побережье Каспия. Сражаясь за этот регион, российские императоры стремились создать новый путь из Индии и Средней Азии в Европу, но приобрели нечто несравнимо большее. Здесь, поблизости от древнего храма огнепоклонников Атешгях в 30 км от центра Баку, была пробурена первая в мире нефтяная скважина: свет, горевший в зороастрийском храме, в эпоху промышленного переворота распространился вверх по Волге и осветил всю империю, предопределив ее судьбу на многие десятилетия вперед. Столетие спустя нефтяные фонтаны забили и в других частях страны, по странному совпадению – в тех, которые тоже когда-то принадлежали тюркским государствам, – в Татарстане и Западной Сибири.

Сибирь, под именем которой изначально подразумевали все слабозаселенные и малоосвоенные земли к востоку и северу от Центральной России, оставалась таковой и в эпоху промышленного переворота. Занимая больше половины всей площади Российской империи, в конце XIX века она была домом меньше чем для 5% ее населения, из которых далеко не все переселились туда по собственной воле. Индустриализация затронула этот регион лишь условно, и вплоть до советских времен Сибирь продолжала служить источником биологических ресурсов – преимущественно пушнины и древесины.

Если наибольшая часть Сибири была покрыта мерзлотой, которая в те времена казалась вечной, то южные рубежи страны, напротив, состояли из крайне плодородных земель. Травы, в течение восьми тысячелетий выраставшие и увядавшие при определенной температуре и влажности, сформировали в умеренной климатической зоне Евразии и Северной Америки полосу черноземов, получивших свое название благодаря высокому содержанию гумуса. В результате активной территориальной экспансии Российской империи в XVIII–XIX веках почти две трети всех черноземных земель в мире оказались на ее территории. Южные регионы империи, включая территорию современной Украины, справедливо считались «житницей» России и в дореволюционные, и в советские времена.

Такой была карта Российской империи, когда ее застал промышленный переворот. Наступление капитализма не только ломало старые и создавало новые экономические отношения внутри православной феодальной страны – оно преобразовывало ее пространство, меняя привычный уклад жизни в регионах, пути и принципы распределения ресурсов между ними и центром. Развитие промышленности создавало условия для появления индустриальных элит и лишало привилегий земледельческую аристократию, разрывало связь между крестьянами и землей, превращая их в пролетариат и подстегивая небывалый рост городов. Новые социальные группы должны были выстраивать между собой отношения на новых основаниях, что требовало пересмотра и совершенствования существовавшего законодательства. У возникшего в эпоху индустриализации общественного и экономического порядка были светлые и темные стороны, каждая из которых имела свое материальное выражение – наряду с благами цивилизации горожанам приходилось дышать заводским дымом и пить испорченную воду, одновременно с более доступной и развитой медициной появились новые угрозы для человеческого здоровья, не известные до тех пор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

*

Внесен Минюстом РФ в реестр иноагентов.