Пустотный Рыцарь

– «Предвестников конца? Каким образом? Даже если так, сколько их? Сколько даэмар? Как мы сможем противостоять высшим, практически ничего о них не зная?»

– «Этого я не знаю».

– «Как же вы можете бросаться такими заявлениями, Верховный Барон, если не знаете таких важных вещей?», – Карнифекс звучал как змея и тигр одновременно.

– «Это ещё не положено знать», – вставил своё слово Вивум. Его голос был глухим и слабым на фоне остальных.

– «Что это значит?» – возмутился Карнифекс.

– «Рес-Новаэ знает, что у высших уши и глаза есть везде. По всему Локувиту. Даже самая глубокая пещера не гарантирует укрытие от их взора. А среди нас могут быть те, кто им верен более, чем вам, Верховный Барон», – слова Вивума заставили всех напрячься и начать переглядываться. Только Умбрас смотрел на него пронзительным и бездушным взглядом, игнорируя остальных.

– «Все мы чем-то обязаны высшим. Да. Но анотеры и Вратам всегда помогали. Это в их интересах – держать нас наравне друг с другом. Даэмар это изменят. Если Край близок, никакие технологии его не остановят!».

– «Однако, одни зависят от высших более других», – вставил слово Суркулус, – «И не все каирхатсу разделяют стремление к Совершенному Виду. Для кого-то это сказки инспиритов, для других – они уже считают, что достойны этого имени.»

– «Может, ты и есть тот самый предатель? Венаторы легко продаются», – подстегнул Тонитрум.

– «Может и продаёмся, но контракты исполняем».

– «И как нам узнать, не подписался ли ты уже плясать под анотерскую дудку?».

– «Тише, тише, мои бароны! Не стоит ссориться на пустом месте. Пока что от нас ничего не требуется. Нам лишь нужно поймать какую-то девчонку, которая ускользнула из лап Аранеи. И готовится к возможной войне. Так что у нас будет время, чтобы узнать побольше о Рес-Новаэ, о высших, о предателях».

– В этом нет нужды! – послышался эхом человеческий голос, что говорил вызывающе на лингуа, а не гоуоне.

Часть тени отделилась, и возникла фигура в капюшоне со сложенными рукавами. Плавно и беззвучно подходя, она навевала нечто устрашающее. Суркулус достал пистолет, Тонитрум выдвинул пулемёт из предплечья, Карнифекс зарядил свою кибер-руку, Умбрас достал два энергомеча из-под своего плаща. Только Игнавус и Вивум сидели на местах, как ни в чём не бывало. Первый из любопытства, а не спокойствия.

– Кто ты такой? – спросил Суркулус уже на человеческом.

– Я – Аку. Лидер Рес-Новаэ. Мой дорогой брат Сербо уже договорился о сотрудничестве с Верховным Бароном. Так что я прибыл ответить на все ваши вопросы, на которые вам можно получить ответ.

– Кто ты такой, чтобы устанавливать, на что нам можно получать ответы, а на что нельзя? – злился Карнифекс.

– Я – Предвестник Края. Я тот, кого видел в своих видениях Девенир Сплендид. Я – ваш мессия, – голос Аку был размерен и монотонен.

– «Сложите оружие, друзья-бароны. Это не способствует беседе», – приказал Игнавус. Бароны с непониманием и несогласием оглянулись на своего предводителя, но послушались.

– С чего нам верить, что ты Предвестник?

– Позвольте вам продемонстрировать…

Аку снял свой капюшон, и на лбу его шлема показалась круглая створка, открывшая всем его третье идеально круглое око. Но око это было будто не материальным, а выглядывавшим из другого мира, проделавшим дыру в пространстве. Это был чистый мрак, в котором светились фиолетовым три дуги. Они становились всё больше и объёмнее. Пока импульсом не снесли всё вокруг. Сама реальность просто стёрлась в пыль, оставив в пустоте только баронов и Аку. А в этой пустоте слышались крики, завывания, свист. Показывались бело-бирюзовые вспышки, что окутывались бесформенной смолянистой массой, которая извивалась и надвигалась на баронов, что онемели от ужаса. Эта масса звала их, жадно причмокивая, похрипывая. Показывались когти, руки, что хотели утащить огромных мутантов, будто маленьких беспомощных птенцов. А в чёрном и мёртвом небе, прямо за спиной Аку начали показываться три луны, что соединились линиями в круглый треугольник. Символ Края. Его очи. От них пошли быстрые, частые и глухие волны, успокоившие тьму, но обратившие в чистое безумие баронов. Свет лун становился всё ярче и ярче, опоясывая лишь Аку, что расставил руки, словно в молитве. Пока свет не затмил собой все тени и всё вокруг. И только тогда бароны снова вернулись в свой зал для совещаний.

– Теперь, когда вопросы о моей компетенции в качестве Предвестника Края были закрыты, я вам готов поведать суть моего плана.

– Я… кхем-кхем… Мы слушаем, – пришёл в себя Игнавус.

– Прибытие Края – само по себе неизбежно. Это то, что случиться вне зависимости от действий людей и каирхатсу. Край уничтожит этот мир. Сотрёт в пыль всю бренность бытия. Но…затем будет создан новый мир. Чистый и невинный. Мир, который мы сможем создать сами. В котором вы станете «Совершенным Видом». Однако, есть те, кто будет противиться судьбе. Скажу честно, что предложение о союзе поступало и Анриху. Но он отказал. Высшие всё своё существование посвятили предотвращению появления Края. По всей планете они пытаются тушить очаги daemar, надеясь, что это остановит процесс, который начался со времён сотворения времени. Наша помощь будет лишь небольшим толчком к неотвратимой судьбе. Но daemare. Демоны. Край. Не будут нас трогать. Дадут нам мир перед концом.

– Откуда тебе всё это известно?

– Я – есть связующее звено между демонами Края. Его двенадцатью, что уже где-то бродят по планете либо в телах, либо в поисках такового. Я вижу и слышу куда больше, чем ваш прародитель Девенир. Но даже он, как и все провидцы фибры, знали, что этот день настанет. Вы облачитесь в свою новую "форму" и будете нести кредо опустошения на этот бренный мир. Либо умрёте в муках, превращаясь в мерзких къюэров. Вот ваш выбор. Теперь… я могу ответить на все ваши вопросы.

Рассказ Утсукуши о Крае впечатлил короля. Да так, что тот никак не мог его отпустить. Анриху редко удавалось поговорить с действительно интересными и неординарными людьми. А если и удавалось, то все они меркли перед его короной. Но не Утсукуши. Несмотря на то, что Урагиримоно управлял небольшим кланом, он был "наравне" с королём. Но между тем, король находил некоторое успокоение с Утсукуши. Потому что тот был в состоянии хоть как-то объяснить то, что происходит. Даже если это объяснение – пророчество о конце света. Они прогуливались по королевской аллее. Их сопровождали четыре королевских гвардейца. Если стражи – это в большинстве своём обыкновенные солдаты, то гвардейцы были лучшими из лучших. Продукт генной инженерии. Все они – новусы. Все под два метра ростом, а иногда и больше. Одетые в серебристо-золотые латы. Их шлема были вытянуты вверх, а на кончике всегда были перья разных цветов, символизирующие подвиги, заслуги или личные качества бойца. Защитные линзы горели благородным жёлтым светом. Маршировали они словно роботы, удерживая винтовочные копья на плече. Но выдерживали почтительную дистанцию, чтобы не мешать диалогу.

– Такие структуры, при всей кажущейся диффузности, являются чудом фибриновой инженерии. Хотя бы потому, что ещё не один новус, не один учёный не в состоянии были создать нечто живое – из ничего! – продолжал Утсукуши.

– Думаю, высшие бы с вами поспорили.

– Высшие мало что смыслят в фибре, вот что с уверенностью я вам скажу. При всей своей технологичности, они опираются на «старую физику», где их знания просто невообразимы. Но фибру они познают с трудом в виду своей…как бы это помягче сказать…творческой и чувственной импотенции.

– Даже так? И с чего же вы это взяли?

– Их изобретения рассчитаны на определённые и простые задачи. Поэтому и сами они понятны и просты. Не во всех деталях, не во всех моментах. Но если бы высшие дали бы вам чертёж своего корабля, вы бы его построили без каких-либо проблем.

– Хм…вы правы. Некоторые технологии мы действительно заимствуем. А разве с фиброй не так?

– Нет, Ваше Высочество. При всём уважении, видно, что вы не захотели развивать в себе подобный талант. Иначе бы знали, сколь сложно и необыкновенно это искусство. Именно искусство! Ибо сотворения из фибры требуют не только знаний и техники, но и чувственного познания. Эмоций. Смысла. К одному и тому же приёму, даже самому простому, как например пресловутый «огненный снаряд», столько же путей, сколько и людей. У меня была ученица, которая была безумно способна. Но в плане эмоций – она была очень холодна. Сдержанна. Что-то не давало ей быть самой собой. Даже наедине. И это не могло не отразиться пагубно на её успехах. В итоге она покинула Ревелатио, почти ничему не научившись.

– Познакомить бы вас с Элис…Одна такая беседа бы многому её научила.

– Она интересуется фиброй?

– Да. Она – эспер.

– Так ведите же! Я и сам сочту за честь быть хоть отчасти наставником принцессы-эспера! – глаза Утсукуши прямо загорелись.

– Не могу.

– Почему же?

– Прежде чем я отвечу, вы должны принять Королевскую Клятву о том, что никому и никогда не расскажите то, что я вам сообщу. При её нарушении вы прекрасно знаете, что вас ждёт.

– Вы можете на меня рассчитывать, Ваше Величество.

– К сожалению, её похитили. Двор тщательно скрывает эту информацию, чтобы не посеять панику в народе. Так что это конфиденциальная информация.

– О Хонсу! Кто же посмел?

– Те, кто ответственны за этих даэмар. По крайней мере, в Грандисе.

– Вы знаете, кто ответственен за это? И кто же?

– Организация Рес-Новаэ. Преступные наёмники, выполнявшие редкие и очень сложные контракты по всему миру. Откуда и как у них появились такие силы – неизвестно. Как и где находится их штаб. А что уж говорить о мотивах… Упаси Господь, если они хотят призвать этого Края.

Вдруг показалось какое-то движение среди кустов и деревьев. Потом вскрик. Гвардейцы тут же встали стеной перед королём и его гостем, наставив копья на потенциальную опасность. Но шуршание в кустах остановилось. Анрих почувствовал огромное напряжение. С его висков начал сочиться пот, пока он вспоминал в страхе Сербо. Гвардейцы чуть ли не дышали. Один Утсукуши был спокоен. Но внимателен. Резко из-под земли вырвались четыре чёрно-смолянистых щупальца, которые вонзились в головы гвардейцев и подняли их высоко вверх. Анрих упал от неожиданности и страха. Но хоть он упал вроде бы прямо на месте, что-то переместило его на несколько метров назад. При том, он не почувствовал никакой силы. Лишь лёгкое дуновение ветра. За щупальцами показалось бесформенное нечто с привычным единственным бело-бирюзовым глазом по центру. Выбросив тела гвардейцев сторону, оно испустило ещё щупальца на Утсукуши, что непоколебимо стоял перед ним. Как только щупальца достигли его, тело Утсукуши распалось на бирюзовые светящиеся нити, что связали монстра и повалили его. А сам Утсукуши оказался сбоку от него, уже связывая из этих же нитей косу. Одним взмахом он поразил чудовище прямо в глаз. И демон испарился, оставив лишь косу из фибры, глубоко посаженную своим лезвием в землю. Новус лёгким движением руки распустил косу на нити, которые так же, как и демон, исчезли, а после помог королю встать

– Ваше Высочество, кажется, вам стоит более серьёзно подойти к вопросу своей безопасности, – всё с таким же почтительным тоном заявил Утсукуши, будто бы ничего и не произошло, – Повезло, что я в последний из ступора.

– Да…, – всё ещё не до конца поняв, что произошло ответил король.

– Никогда не думал, что такое скажу. Но посоветую вам использовать фибродегенераторы. Поскольку эти существа состоят из фибры, они наверняка их жутко боятся.

– Тогда моя охрана не сможет быть рядом со мной.

– Наймите в охрану обычных людей. Силебиды тоже бывают полезными, – усмехнулся Утсукуши, – Думаю, мне пора идти, Ваше Высочество. Давайте я вас отведу обратно во дворец.

Рано утром в дверь постучались. Но все спали. Тогда стук стал более громким и напористым, нарушая сонную идиллию.

– Энди, открой дверь, – не открывая глаз, пробормотал Нейт.

– Почему я? – возмутился Энди, еле-еле открывая рот.

– Ты мелкий. Тебе легче оторваться…от притяжения планеты.

– Иди в жопу.

– Ладно.

Стук всё ещё продолжался. Все начинали ворочаться и пытаться заткнуть уши, кроме отца Александра, который продолжал крепко и сладко спать на своём кресле.

– Энди, открой дверь, пожалуйста, – попросил Алан, закрывая уши.

– Да чё я-то?! – Энди от возмущения аж встал.

– Ты ближе всех. И ты уже встал.

– Говорил ж, что мелкому проще встать.

– Да вы вдвоём издеваетесь…, – пробурчал Энди и пошёл открывать дверь. За ней стоял Арбор Куст с печальным выражением лица.

– Доброе утро. Прошу прощения, что вас разбудил. Вам нужно уходить.

– Да-да. Машину дочиним и в путь, – отмахнулся Энди и собирался закрывать дверь. Куст не позволил.

– Сейчас, – резкий тон его голоса отрезвил Энди от спросонья.

– Почему? К чему такая спешка?

– Вы ставите в опасность нашу деревню.

– Тэк…и до этого ж ставили, разве нет?

– Я видел ночью робота… нет… сущность с прямоугольником. Он сказал, что сюда движется что-то. Оно уже близко. Поэтому поторопитесь, пока не поздно.

– Робота…? Блять. Парни! Бабенции! Пора собираться! Спасибо, Куст! – Энди захлопнул дверь, оставив Куста в недоумении.

– За что спасибо? – проговорил эспер себе под нос, – Я же их выгоняю…

На сборы ушло не так уж и много времени. За час все были уже готовы. Элис, конечно, немного покапризничала в стиле невыспавшейся принцессы, но, не сыскав внимания, быстро перестала. Перетаскивая вещи, Энди и отец Александр увидели Карелин, которая несла платья.

– Кар, зачем…?

– Зря купили что ли? Не всё же время в обносках ходить! – в ответ на это Энди переглянулся с отцом Александром, который лишь пожал плечами.

– Ой, Игнавус с тобой. Бери, че хочешь.

Было необходимо пополнить припасы в последний раз – купить еды на дорогу, так что большинство ушло на рынок. Мэри решила прогуляться. Поэтому Алан решил её охранять. А отец Александр остался один. В свободную минутку он решил постоять возле дома, где он нашёл немного покоя своей душе впервые за долгое время. "Никогда бы не подумал, что смогу отдохнуть у каирхатсу". Он обвёл взглядом этот чудесный уголок в мрачной и жестокой кровавой пустыне: поля, лесок, скалы, озеро, Древо Мисеры. То, что он считал ересью – оказалось не таким уж и ужасным. И даже прекрасным. Некогда измученные и испуганные товарищи, с которыми его свела судьба, выглядели весёлыми и жизнерадостными, даже несмотря на то, что с ними случилось и что их ждёт. И один он не смог до конца расслабиться. Наблюдая поодаль за остальными, инквизитор подметил, что Алан постоянно заглядывается на Мэри. Он про себя хотел упрекнуть ученика, но потом понял, что сам часто наблюдал за девчонкой. Из-за бдительности. Он усмехнулся и собирался пойти дальше. Вдруг он почувствовал какое-то возмущение. Но не в фибре. А прямо в почве. Он хотел отпрыгнуть в сторону. Но что-то ударило его в затылок с гигантской силой, из-за которой он свалился наземь, потеряв сознание.

А.лар был спрятан в лесу. Мэри хотела пойти к нему, но напоследок остановилась возле одного дерева. Окинув взглядом Деревню Мисеры, она улыбнулась. Но улыбка быстро спала, как она заметила Алана, следовавшего за ней на расстоянии.

– Чего тебе? – спросила Мэри с некоторым раздражением.

– Я присматриваю за тобой.

– Мне не нужна нянька. И я не одержимая.

– Да. Ты нечто куда более опасное. И за тобой охотятся могущественные силы.

– Вы всё равно не будете за мной присматривать, когда мы окажемся на севере.

– Ты думаешь, отец Александр так просто тебя отпустит? Особенно после всего того, что произошло?

– Я его мнения не спрашивала. И твоего тоже.

– А куда ты собираешься уходить? И как ты будешь защищать себя? За тобой же охотятся и Йор, и высшие.

– На первый вопрос я бы тебе ответила, не будь ты инквизитором. А о своей безопасности я как-нибудь позабочусь.

– Слушай, что бы ты не скрывала, мы не хотим тебе причинить вред. На данный момент твоя безопасность важна для нас чуть ли не также, как и безопасность принцессы.

– А что будет с моей безопасностью в Северных Вратах?

– Я не знаю. Если ты не одержимая, то Инквизиция не должна тебя тронуть.

– "Не должны" – не значит "не тронут".

– Правда. Но если ты убежишь, значит тебе есть что скрывать. За тобой действительно начнётся охота.

– Ты, как и Александр, пытаешься меня затащить в подвалы вашей Церкви. Просто ты пытаешься меня уговорить. Александр хотя бы честен.

– Я не пытаюсь. Я бы на твоём месте тоже сбежал. Но вопрос стоит несколько важнее, нежели твои хотения или предрассудки Церкви.

– Я знаю…, – глаза Мэри расширились в постепенном осознании. Чувство в фибре было страшно знакомым. А если её даирокан сработал, значит опасность была очень близко. Она вскочила и вскричала, – Алан, ложись!

Алан не успел среагировать. Энергетический выстрел сбоку снёс его далеко за скалы. И Мэри осталась одна против Мейна, вышедшего из леса. На его теле остались глубокие раны от прошлой схватки. Но киборгу это совершенно не мешало. Его рука-пушка переключилась в какой-то другой режим и направилась на Мэри. Девушка уклонилась кувырком от нескольких снарядов, один из которых прожёг дерево насквозь. Потом она создала толстый слой льда, который постепенно плавился от плазменных выстрелов. Мэри услышала, как киборг начал бежать, продолжая огонь. Она приготовила клинок из льда, и, когда Мейн был близко, разбила стену на осколки и сама ринулась в атаку. Лёд просто отскочил от высшего, как и клинок. Махина схватила её за горло, собираясь прострелить ей туловище. Мэри использовала холодное дыхание, чтобы заморозить глаза металлического монстра. Они не заморозились, но он хотя бы ничего не видел. Тогда Мэри разрядом молнии ударила в его две руки и высвободилась. Но киборг, даже ничего не видя, ударил ногой. Мэри врезалась в небольшую скалу. Она не успела оклематься, как агент уже наносил удар своей рукой-мечом. Девушка успела заблокировать удар двумя ледяными клинками. Издав какое-то механическое стрекотание, он начал формировать из второй руки пушку. Мэри начала опять слышать голос. Голос, что предлагал спасение.

– Я.. я.. не…могу, – её силы были на исходе.

Вдруг гигантское лезвие, объятое адским пламенем, вошло в голову Мейна. С искрами и булькающими звуками умершего разрубило пополам. Как только оно распалось на две оплавленные части, перед Мэри представился Йор со своей огненным бердышом.

– Жалкий кусок железа, – пламя лезвия потухло, и он обратился к Мэри, – Надеюсь, за спасение ты не будешь сопротивляться так сильно, как в прошлый раз.

Тем временем в деревне.

– Интересно, чтобы взять покушать…, – задумалась Элис, будто она здесь главная, –Медовую Ящерицу или Сладкую кактусовую пасту?

– Звучит противно! Может, просто мясо красного верблюда?

– Ты что, Карелин! Надо же попробовать местные диковинки!

– Странно такое слышать от тебя.

– Девушки, нам нужно брать не то, что вкусно, а то, что не испортится, – устало заявил Энди.

– Не-не-не! Твои сухари меня уже и так достали! Так что берём нормальную еду!

Нейт, переглядываясь с Сай, которая хрустела уже купленными сухарями, терпеливо выдохнул.

– Я пойду, пожалуй, к машине.

– Угу. Только чур в моём а.ларчике не сосаться, – у неё был набитый рот.

– Э…что? Я с Мэри не сосался.

– М? Я про тебя и Алана. А то вы так сладко спали в обнимку всё это время. Ну, раз уж сказал, то с Маришкой тоже нельзя.

– Ай, да хер с тобой.

– Вообще-то с тобой. У меня его нет.

Йор и Мэри столкнулись в схватке. Ей удавалось ему противостоять. Несмотря на то, что Йор с лёгкостью расправился с Мейном, Мэри чувствовала себя увереннее против него. Только вот каждую атаку он отбивал или уворачивался, ловя разряды молнии секирой. А Мэри каждый такой разряд давался тяжело.

– Какая же ты упрямая девка! – злился Йор.

Мэри просто подавляла его своими атаками, не давая к себе приблизится. Одноглазый шёл напролом, размахивая оружием, попадая идеально в тайминг для блокирования атак. Чувствуя, что силы её покидают, он стал двигаться агрессивнее. Мэри активно использовала ледяное скольжение, чтобы уворачиваться от его рывков, которые он делал, пытаясь её схватить или оглушить. Но долго так продержаться не могло. Голос снова начинал шептать в голове. Внимание уходило на его подавление. Мэри начинала терять ориентацию. Йор даже сумел схватить её за майку, но она в последний момент смогла ударить его с разворота ногой и ускользнуть.

– Да что б тебя…Я же знаю, что он тебе уже мешается, – продолжая напор, говорил Йор, –Забирает у тебя силу, чтобы потом её же тебе и предложить. Зачем сопротивляться? Мы можем тебе помочь. Чтобы он навсегда заткнулся!

– С чего бы мне вам верить?!

– Потому что я и сам такой. Как ты.

Мэри остановилась в недоумении. Йор тоже.

– В тебе…

– Тоже. Да. Сама ты с ним не справишься. Рано или поздно он возьмёт контроль. Или ещё хуже, – изменит саму тебя, – Мэри задумалась. А Йор продолжал, – Сколько это будет продолжаться? Сколько ты сможешь не навредить своим друзьям? – он воткнул бердыш в землю и начал подходить ближе и ближе. Мэри опустила взгляд, – Мы можем обернуть силу этого паразита против него. Освободив тебя. Сделав сильнее.

– А какая плата за эту помощь?

– Ты должна будешь нам помочь пересобрать этот порочный мир заново. В новый. Идеальный. В утопию, что для нас невозможна. По-моему, звучит неплохо. Что скажешь? – спросил он, дружески положив руку на плечо Мэри.

– Звучит действительно неплохо. Только вот… у меня проблемы с доверием, – Мэри приставила к глазу Йора руку, из которой раздалась ослепительная, молниеносная вспышка. Затем Мэри создала ледяной клинок и нацелилась в незащищённую маской часть головы. Но острие проткнуло ладонь насквозь, которой Йор поймал клинок. Потом его рука скользнула по окровавленному мечу и схватилась за руку Мэри. Всё это произошло настолько быстро, что девушка не успела среагировать. Второй рукой она хотела ударить Йора концентрированной молнией, но тот поймал её за кисть.

– Какая же ты дура! Я, чёрт возьми, хотел по-хорошему! Но раз так…, – рассвирепел Йор. Руки Мэри начали леденеть синим льдом. А ноги были схвачены землёй, – Не хочешь помощи? Ладно. Тогда мы сокрушим твою волю до основания, чтобы ты стала пустым сосудом для него!

Мэри лишь могла беспомощно дёргаться. Что лёд, что камень обладали дьявольской силой. Голос усиливался и рокотал в её голове, перебивая Йора. Она начала дрожать, и все её оставшиеся силы были направлены на сдерживание. Тем временем, её тело продолжало захватываться льдом и камнем. Но вдруг знакомый огненный луч врезался в плечо и оттолкнул Йора на несколько метров. Но не повалил.

– Алан! Ты жив! – обрадовалась Мэри.

– Опять ты? Ты мне ничего не сделаешь своим огоньком, сопляк.

Тем не менее, забинтованное плечо Йора основательно оплавилось, что его удивило. Но больше его удивила рана Алана. Раскалённые от удара Мейна волокна на руке пытались регенерировать и восстановить человеческий вид. Из ладони лился яркий свет репульсора, от которого отходили светящиеся вены, прячущиеся в недрах живого металла.

– Значит, ты тоже кусок железа. Не думал, что инквизиторы стали делать киборгов. Отойди, парень. Не то будет так же, как и с прошлым киборгом, – Йор указал на разрубленного Мейна. Но Алана это не смутило.

– Если ты хочешь забрать Мэри, что только через мой труп.

– П-фех. Ну ладно.

Йор мгновенно преодолел несколько десятков метров, взял бердыш и атаковал им с огнём Алана. Тот успел отпрыгнуть. Удар секиры расколол и расплавил землю. Алана потрясла такая сила и скорость. Но он незамедлительно контратаковал огненными снарядами. Йор отпрыгивал от каждого, не рискуя подставиться под них. Ведь каждый из них взрывался при контакте. Потом он остановился. Взмах секиры создал воздушное лезвие, что рассеяло пять снарядов и полетело на Алана. Хоть инквизитор и успел отпрыгнуть, воздушное лезвие рассеялось во все стороны, лишив его равновесия. Как только он упал, ноги и правая рука были схвачены в каменный капкан. Йор подлетел в ту же секунду. Однако его лезвие столкнулось с металлической рукой молодого инквизитора.

– Ну да, было очевидно, что незаряженный удар тебе не навредит, сраный киборг!

Алан, пока удерживал секиру, расплавил капканы и подлетел на реактивной тяге. Йор в изумлении просто смотрел на него. Сделав сальто, Алан воткнул ногой в землю противника. Приземлившись, кулак Алана раскалился. Огненная фибра сжигала воздух вокруг. Он собирался добить Йора. Второй удар поднял столб пыли, будто взрыв ракеты. Как только всё рассеялось, в раскалённом кратере от кулака была только глубокая дыра.

– Где он? – удивился Алан.