
Полная версия:
Свет во тьме
«Всё такое же чёрное, как и его душа».– горько усмехнулась я. – «Еесли я не смогу защитить себя, то через тридцать дней от меня останутся лишь жалкие осколки».
Не знаю, что на меня нашло, но я сбросила свою блузку и потянулась к одной из его строгих рубашек в шкафу. Аккуратно сняв её с плечиков, я напялила на своё почти обнажённое тело и практически утонула в просторных складках ткани, доходивших мне до колен. В ноздри ударил знакомый, будоражащий аромат – смесь дорогого одеколона и стирального порошка, которым была пропитана эта рубашка. Не совсем раздумывая над тем, что я делаю, я прижала её к своему лицу, жадно вдыхая этот опьяняющий запах, который лишь подчёркивал мужественную силу и неотразимую привлекательность Николаса.
Внезапно за моей спиной раздалось тихое покашливание, заставившее меня резко обернуться. В дверном проёме стоял Николас, облокотившись плечом о косяк и наблюдая за мной с насмешливым прищуром.
– И давно ты здесь стоишь, сталкер? – спросила я, изо всех сил стараясь не выдать своего смущения, что меня поймали на «месте преступления».
– Нет, только что зашёл, но, видимо, в самый подходящий момент. – ухмыльнулся он. – Вижу, тебе нравиться шариться в чужих домах.
Его слова были пропитаны насмешкой, но в глубине тёмных глаз я уловила проблеск нескрываемого любопытства и чего-то ещё, отчего по моему телу пробежала дрожь.
– Во-первых, я не «шарила», как ты сказал, а исследовала. – фыркнула я, пытаясь хоть как-то защищать себя. – А, во-вторых, раз уж мне придётся пребывать здесь какое-то время, я не собиралась ходить лишь в одной блузке и лифчике.
– Ага, и именно поэтому ты натянула на себя мою рубашку и нюхала её, как маленькая фетишистка? – спросил Ник с такой самодовольной ухмылкой, что мне захотелось треснуть его по голове чем-нибудь тяжёлым.
Его откровенный взгляд медленно скользнул по моей фигуре, задержавшись на обнажённых ногах, выглядывавших из-под края его рубашки.
– Хотя знаешь, я не против, что ты носишь мою одежду. – произнёс он, его голос был чуть охрипший. – Твои соблазнительные ножки можно увидеть даже с космоса, и это грех не воспользоваться возможностью полюбоваться ими.
Его слова обожгли меня, заставляя сердце учащённо биться. Я ощущала, как по телу пробежали мурашки, выдавая моё внутреннее смятение.
– Ну вынуждена тебя расстроить, но это ненадолго. – фыркнула я, пытаясь скрыть за напускным безразличием бурю эмоций в душе. – Мне нужно будет съездить домой, и там я переоденусь.
– Зачем? – ровным, лишённым каких-либо эмоций голосом спросил Николас.
Но вместо ответа я уверенной походкой обошла его и вышла в спальню, точно зная, что он последует за мной. Я чувствовала, как его взгляд буквально прожигает меня.
– Елена, я не повторяюсь дважды. – раздражённо заявил он.
Я медленно обернулась и вызывающе сложила руки на груди.
– Ты ведь не собираешься выпускать меня из своего поля зрения, не так ли? – спросила я, дерзко выгнув бровь.
Его тёмные глаза сверкнули опасным блеском, и в этот момент я поняла, что шагнула на тонкий лёд. Николас был безжалостным хищником, готовым растерзать свою жертву. И теперь, оказавшись в его владениях, я стала этой самой добычей.
– Да, ты будешь жить со мной. – ответил он, и в его голосе прозвучали стальные нотки, не терпящие возражений.
Я презрительно фыркнула, но внутри всё похолодело от понимания, что у меня нет выбора. Теперь моя судьба была полностью в руках этого беспощадного человека, и я не могла сбежать из опасной игры, в которую невольно оказалась втянута. От мысли, что я проведу с ним тридцать дней под одной крышей, меня охватывали противоречивые чувства – злость, страх и что-то ещё, но я быстро оттолкнула эти мысли.
– Мне нужна одежда, и кое-какие вещи для работы. – ответила я, подходя к панорамным окнам с видом на центр Лас-Вегаса. Огни города переливались яркими красками, но я не могла насладиться зрелищем, ощущая себя пленницей в этих стенах. – В контракте ничего не говорилось о том, что я должна буду отложить свою жизнь из-за тебя.
Но в следующее мгновение, прежде чем я успела понять, что происходит, меня резко развернули и прижали к холодному стеклу. Николас крепко схватил меня за шею, перекрывая доступ к кислороду. Мне пришлось встать на носочки, чтобы его стальные пальцы не сжали моё горло ещё больше. Я судорожно вздохнула, пытаясь вырваться из его железной хватки, но он лишь сильнее сжал моё горло. В его тёмных глазах плясали страшные искорки, и я поняла, что нахожусь в смертельной опасности. Этот человек был способен на всё, и сейчас он держал мою жизнь в своих руках.
– Ты забываешься, Елена. – прорычал Николас. – Твоя жизнь и Алистера в моих руках. И ты, как послушная кошечка, спрячешь свои когти и будешь подчиняться каждому моему грёбаному слову. Мне плевать на твою чёртову работу, или что у тебя там ещё есть в твоей скучной жизни.
Я чувствовала острую нехватку воздуха, и как горячие слёзы текут по щекам. Мне было ненавистно, что он видит, как его слова и действия влияют на меня. В его холодных глазах не было ни капли сочувствия или человечности, и я не узнавала в этом жестоком монстре того Николаса, которого когда-то любила.
Но если уж он решил убить меня голыми руками, то пускай. Скорее ад замёрзнет, чем я буду умолять его о пощаде. Всё моё существо противилось подчинению этому человеку, но я понимала, что выбора у меня нет. Я буду играть по его чёртовым правилам, но не потому, что он этого хочет, а чтобы спасти своего брата.
– Хо-ро-шо. – еле прохрипела я, с трудом выталкивая слова из пересохшего горла.
В течение нескольких бесконечных секунд Николас изучал выражение моего лица холодным, пронизывающим взглядом, словно ища в нём хоть намёк на ложь. Его стальные пальцы по-прежнему крепко сжимали мою шею, перекрывая доступ к кислороду. Я была уверена, что на коже останутся багровые отметины его пальцев. Наконец, он немного ослабил хватку, и я смогла судорожно вздохнуть, жадно глотая воздух.
Николас медленно провёл пальцами по моей щеке, словно ласкал любимую игрушку. Я вздрогнула от отвращения, но заставила себя не отстраняться, прекрасно понимая, что любое неповиновение может стоить мне жизни.
– Вот и умница. – промурлыкал он, его губы изогнулись в довольной ухмылке. – Ты быстро учишься. Так и будешь себя вести, и тогда ничего не случится с твоим драгоценным братом.
Услышав угрозу в его словах, я почувствовала, как внутри меня всё сжимается от ужаса.
– Что с тобой произошло за эти годы?! – выдохнула я, глядя в его пустые глаза.
– Я больше не тот Ник, которого ты знала, и для меня ты ничего не значишь. – произнёс он ледяным тоном, отступая на несколько шагов. – Так что не пытайся давить на жалость, искать сочувствия, или воздействовать на меня, манипулируя нашими прошлыми отношениями.
– Тогда зачем ты всё это устроил? – прошептала я, всё ещё стараясь отдышаться.
Николас задумчиво почесал бороду и постучал пальцем по подбородку, словно ему нужно было время, чтобы подобрать слова.
– Твой брат должен мне денег, если ты не забыла. – ответил он спустя несколько мгновений. – А никто и никогда не остаётся моим должником и живым одновременно. Но в дань памяти о нашем детстве я не убью твоего брата. По крайней мере, если ты выполнишь часть своей сделки.
Я собиралась уже съязвить в ответ, но он резким жестом руки прервал меня, его глаза сверкнули гневом.
– И не думай, что это какая-то чёртова сентиментальность. – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Просто я всегда отдаю свои долги. Ваша семья приняла меня, когда моя собственная и приёмная отвернулись от меня, ты и твой брат были рядом. И, может быть, мне просто нравится играть с человеческими жизнями, как Бог.
Я невольно вздрогнула от его жёстких, полных яда слов. Неужели этот человек, которого я когда-то любила, действительно превратился в чудовище, жаждущее власти и крови?
– Ага, скорее, как дьявол. – фыркнула я, пытаясь скрыть свой страх за напускным презрением.
Николас равнодушно пожал плечами, словно ему было всё равно на мою реакцию.
– Может быть, и так. Но мне плевать, выбери сама причину, которая тебя устроит. – ответил он, его губы исказились в насмешливой ухмылке. – Ведь именно тебе всегда нужно знать зачем и почему.
Его слова отозвались болью в моём сердце. Он был прав – я всегда пыталась разобраться в мотивах поступков людей, особенно тех, кто был мне дорог. Но сейчас, глядя в его холодные бездушные глаза, я понимала, что этот человек абсолютно чужой для меня.
Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Мне хотелось кричать, умолять его одуматься, вспомнить, кем он был раньше. Но я понимала, что это бесполезно. Этот Ник, стоящий передо мной, был совершенно другим человеком – жестоким, расчётливым, идущим к своей цели по головам. И единственное, что меня сейчас волновало – это судьба моего брата. Ради него я была готова на всё, даже подчиниться этому монстру.
Николас больше не сказал ни слова и двинулся в сторону выхода, его тяжёлые шаги эхом отдавались в тишине комнаты, наполненной напряжением и страхом.
– Я могу съездить домой? – тихо спросила я, пока Николас совсем не ушёл.
Он резко остановился, но не обернулся ко мне. Я видела, как напряглись его плечи, как будто он сдерживал какую-то бурю эмоций внутри.
– Через час тебе привезут одежду, и к 12:00 я хочу, чтобы ты была готова. – произнёс Картер ледяным тоном.
Я собиралась уже переспросить, к чему мне нужно подготовиться, но этот придурок, не дожидаясь моего ответа, резко распахнул дверь и вышел из комнаты.
Оставшись одна, я опустилась на кровать, охватив тело руками. Слёзы отчаяния навернулись на глаза, но я заставляла себя сдержать их. Сейчас не время для слабости. Я должна быть сильной, ради брата. Что бы ни потребовал от меня Николас, я буду выполнять его приказы, лишь бы спасти Алистера. Даже если это разрывает мне сердце.
Глава 6. Николас
Тьма пожирала меня изнутри, затягивая всё глубже в бездну безысходности. Оставив Елену рыдающей в спальне, я вышел на улицу, чувствуя, как тяжесть её слёз давит на мою грудь, хотя я и старательно гнал этот образ прочь. Конечно, я прекрасно осознавал, что веду себя как последний ублюдок, но просто не мог поступить иначе. Годы ненависти и обиды застилали мой разум, не позволяя мне видеть ничего, кроме жажды возмездия.
«Она посмела бросить меня и теперь должна сполна ощутить на себе возмездие за это. Никто не смеет так поступать со мной и уйти безнаказанным». – мрачно подумал я, сжимая кулаки.
Тогда в тот проклятый день, когда всё рухнуло, я мог бы побежать за ней, упасть на колени, умолять дать нам шанс, но был слишком горд. Глубоко внутри я понимал – она сделала правильный выбор. Я был отравлен тьмой, проклят судьбой, и она заслуживала лучшего. И сегодня, увидев страх в её бездонных глазах, я убедился в правильности своего решения.
«Я бы никогда не причинил ей боли… ну кроме той, что приносит наслаждение. Но пусть видит во мне чудовище, так моя победа будет ещё слаще». – размышлял я, чувствуя, как по позвоночнику пробегают мурашки от предвкушения.
Солнечный свет резанул по глазам, когда я вышел из дома, заставив зажмуриться. Дастин и Мёрфи, мои верные солдаты, уже ждали у машины, отбрасывая на асфальт две вытянутые тени.
– Куда направляемся, босс? – раздался хриплый голос Мёрфи, на лице которого играл зловещий огонёк. Дастин, мой «палач», предпочитал молчание – его присутствие само по себе сеяло тревогу.
– В офис. – коротко бросил я, пряча глаза за тёмными стёклами Ray-Ban. – Свяжитесь с Амиром. У меня для него есть работёнка.
Чёрный Cadillac Escalade, взревев двигателем, сорвался с места, разрезая плотный поток машин. Откинувшись на прохладную кожу сиденья, я погрузился в свои мысли, от которых не было спасения. Елена… Её образ, призрачный и манящий, преследовал меня до сих пор, не давая покоя. Её прекрасное лицо, полное боли и страха, врезалось в сознание, словно клеймо.
Дорога в одну из моих строительных компаний, в которой я бывал чаще всего, прошла в гнетущем молчании. Тяжёлый, давящий воздух, внутри салона, казалось, душил меня, не позволяя сделать полноценный вдох. Взгляд сам собой то и дело возвращался к окну, на мелькающие здания и сверкающие, манящие огни, за которыми скрывались сотни теней, готовых в любой момент напасть. Но здесь, в этом стальном гробу на колёсах, я был в безопасности.
Через полчаса мы уже подъехали к одному из моих офисов – крепости из стекла и стали, с видом на сверкающий огнями Лас-Вегас. Войдя внутрь, я направился к своему кабинету, где меня уже ждал Амир Марино – лучший снайпер на всём западном побережье. Он нервно теребил в руках зажигалку Zippo, выдавая своё внутреннее напряжение.
– Босс, зачем вы хотели меня видеть? – спросил он, стараясь скрыть любопытство за маской показного равнодушия.
Я неторопливо опустился в кожаное кресло, чувствуя, как оно обхватывает меня, словно объятия старого друга.
– Сегодня от Морозова приходит груз. – неторопливо начал я. Взгляд Марино, обычно холодный и непроницаемый, на мгновение вспыхнул хищническим интересом. – И у меня есть основания полагать, что некто попытается сорвать сделку. Мне нужен твой зоркий глаз, Амир.
– Кто-то конкретный? – спросил он, подавшись перед, и в его позе появилась собранность хищника, готовящегося к прыжку.
– Пока нет имён. – я покачал головой, чувствуя, как внутри меня поднимается волна ледяного спокойствия – предвестник бури. – Но кто-то очень хочет вбить клин между нами и Братвой.
– Я всё сделаю, Феникс. – он коротко кивнул и поднялся с места, убирая зажигалку в карман.
В его движениях, плавных и бесшумных, чувствовалась смертоносная грация хищника. Амир не задавал лишних вопросов, он понимал меня с полуслова, и это делало его одним из самых ценных моих людей.
Я жестом показал ему, что он может быть свободен, и тот сразу же направился к выходу, растворяясь в полумраке коридора. Когда дверь за ним с лёгким щелчком захлопнулась, я повернулся к панорамному окну, откуда открывался вид на мой город.
Кто-то очень хочет разрушить мои связи с Кириллом, и я должен выяснить, кто стоит за нападением на наших людей. Но пока мне придётся отложить этот вопрос на некоторое время и заняться другими делами.
Я глубоко вздохнул, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает, уступая место привычному спокойствию. Сейчас мне предстояло надеть маску респектабельного бизнесмена – ту, что так тщательно создавалась годами, скрывая истинную сущность. На столе лежала папка с документами – контракты, документы, цифры, от которых зависели миллионы. А в приёмной ждал мистер Андерсон, инвестор с нервной улыбкой и толстым чеком в портфеле. Он жаждал вложить свои деньги в мой мир, не подозревая, что за фасадом легитимности скрывается тьма.
У меня было два мира, и я был королём в каждом из них. Оба они были частью меня, двумя гранями одной личности. И сейчас предстояло сыграть роль того, кто будет принимать инвестора, улыбаться, пожимать руки и обсуждать цифры. Но за этой маской скрывался тот, кто не знает пощады, кто готов уничтожить любого, кто встанет на его пути.
К половине двенадцатого, мой рабочий стол был чист, документы подписаны, а мистер Андерсон, окрылённый собственной прозорливостью, отправился тратить свои будущие дивиденды. Пришло время других дел, требующих моего внимания.
У меня были планы на Елену, поэтому я забронировал столик в Bellagio – одном из лучших ресторанов города. Я заранее написал ей сообщение, и теперь, подъезжая к своему зданию казино, окутанному атмосферой роскоши, во мне бурлил адреналин.
Когда я вышел из машины, двойные двери распахнулись, выпуская Елену. Она была великолепна в своём бордовом платье-пиджаке, плотно облегающем изящные формы, а высокий вырез на бедре открывал вид на её стройные ноги. Мой член предательски дёрнулся в штанах от одного этого зрелища, и мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы скрыть реакцию своего тела.
Леля, громко стуча каблучками, приблизилась ко мне, её тёмные глаза скользнули по мне оценивающим взглядом. На её лице не дрогнул ни один мускул, лишь холодная маска отчуждения. Когда Дастин приоткрыл для неё дверцу, она, не произнеся ни слова, села в машину. Хмыкнув, я обогнул багажник и устроился с другой стороны автомобиля.
Атмосфера в салоне была напряжённой. Я чувствовал, что Елена старается держаться на расстоянии, отгораживаясь от меня. Это явно были последствия нашего последнего разговора, и меня это чертовски раздражало, пробуждая внутри зверя, привыкшего брать то, что хочет.
– Ты выглядишь потрясающе. – произнёс я, нарушая тишину. Мой взгляд скользнул по её изящным формам, очерченным облегающим платьем.
Елена едва заметно кивнула, но её губы так и не тронула улыбка.
– Леля… – снова заговорил я, но она резко повернулась ко мне, и в её глазах вспыхнул огонёк вызова.
– Не надо, Николас. Просто… давай просто сделаем, что ты там от меня хочешь и всё. Я не хочу лишних пустых разговоров. – отрезала она, её голос звучал жёстко и холодно.
Я ощутил, как внутри поднимается волна раздражения.
– Ты не в том положении, чтобы ставить условия. – рявкнул я, не в силах сдержать своего зверя.
– А я не твоя чёртова кукла, которой можно играть по своему усмотрению! – парировала она, и её веко начало нервно дёргаться – единственный признак того, что она всё ещё что-то чувствует.
«О, Леля, ты ещё не представляешь, насколько же ты не права». – подумал я, ощущая, как внутри разгорается азарт охотника. Она будет моей, любой ценой. Этот огонь в её глазах только распалял интерес.
Не в силах противиться порыву, я протянул руку и провёл кончиками пальцев по её щеке. Кожа была гладкой и прохладной, но я почувствовал, как она напряглась от моего прикосновения.
– Ты такая упрямая, Леля. – промурлыкал я, наклоняясь ближе и вдыхая аромат её волос – горький шоколад и лимон. – Но это лишь добавляет интриги.
Я заметил, как дрогнули её ресницы, как жилка на шее начала пульсировать быстрее, и как её грудь учащённо вздымается под бордовым шёлком платья. Елена пыталась скрыть свою реакцию, но тело её предавало с головой.
– Николас, не надо… – прошептала она, но в её голосе уже не было той уверенности. Скорее мольба.
И эта слабость, промелькнувшая на долю секунды, опьянила меня сильнее любого вина. Она всё ещё боялась меня, но в этом страхе скрывалось что-то ещё, то, что я никак не мог разгадать.
– Нас ожидает обед в шикарном месте. – продолжил я, игнорируя её слова. Мой голос звучал спокойно и уверенно, но внутри всё пылало огнём. – И я обещаю, Леля, что он будет… незабываемым.
Я наблюдал, как она сжимает и разжимает кулаки, словно пытаясь справиться с волнением. Может быть, я и вправду слишком надавил на неё в спальне? Но отступать не было в моих правилах. Она возвела вокруг себя стены, но я найду способ проникнуть сквозь них. Рано или поздно.
Я вздохнул и перевёл взгляд на дорогу, чувствуя, что этот день обещал быть непростым.
Глава 7. Николас
Мой Cadillac Escalade остановился возле ресторана Bellagio, известного своей изысканной роскошью и непревзойдённой кухней. Попасть сюда можно было только по предварительному бронированию, которое нередко занимало месяцы. Впрочем, для меня эта проблема решалась одним звонком. Энтони, владелец заведения, мой хороший знакомый и прекрасно осведомлен о том, как важна дружба в нашем мире, где предательство поджидает за каждым углом.
Не успел Мёрфи открыть передо мной дверь, как из ресторана навстречу выпорхнул метрдотель – само воплощение предупредительности и услужливости.
– Господин Кортес. – его голос был сладок, как ликёр «Амаретто». – Добро пожаловать! Мы подготовили для вас и вашей очаровательной спутницы лучший столик.
Он провёл нас с Еленой к лифту, обшитому красным деревом и зеркалами, в которых отражался блеск золота и бриллиантов. На крыше, под открытым небом, у самой балюстрады, был сервирован уединённый столик, откуда открывался захватывающий вид на город.
Елена неловко устроилась на стуле, её взгляд скользил по всему этому великолепию, не задерживаясь ни на чём. Я знал, что она пытается скрыть своё смущение, но её выдавали нервно сцепленные руки. Да, она никогда не стремилась к роскоши, предпочитая ей простоту и уют. Её квартира, где каждая вещь дышала теплом и любовью, всегда была для меня желанным убежищем в молодости.
– Непривычно? – мой голос прозвучал хрипловато, нарушив хрупкую тишину.
Елена вздрогнула и вскинула голову. Наши взгляды встретились, и в её глазах, обрамленных густыми ресницами, мелькнуло пламя – знакомое, горячее, обжигающее.
– Ты, как всегда, предсказуем, Николас. – проронила она, смотря на меня с вызовом. – Любишь производить впечатление?
– Тебе ли не знать, Елена. – я наклонился к ней, чувствуя, как по венам бежит адреналин. – Ты как никак на собственном опыте и не раз убеждалась, что я всегда добиваюсь того, чего хочу.
Но, прежде чем она успела ответить, официанты начали сервировать стол, расставляя тарелки с аппетитными блюдами, подобные произведениям искусства, цена которых была равна состоянию мелкого банка. Изысканные ароматы щекотали ноздри, а сомелье предлагал к каждому этапу гастрономического спектакля подходящее вино.
Я позволил себе откровенно любоваться Еленой, отмечая, как годы пошли ей на пользу. Её черты заострились, приобретя аристократическую утончённость, скулы стали ещё более острыми, кожа – безупречно гладкой, а тёмные глаза сверкали, как два драгоценных камня.
– Хотел бы я сказать, что не удивлён. – я позволил себе откровенно любоваться ею. – Семнадцать лет прошло, а ты стала ещё красивее.
В этих словах не было ни капли лжи. Время сделало её только интереснее, загадочнее. Если раньше в ней чувствовалась юная дерзость, то теперь она излучала уверенность и силу, которые магнитом притягивали меня к ней.
Она резко вскинула голову, и в её глазах я увидел вспышку гнева.
– К чему вся эта лесть? – процедила она сквозь стиснутые зубы. – Думаешь, обсыплешь меня комплиментами, то я забуду, кто ты такой и… раздвину для тебя ноги?
Её слова, острые как бритва, не задели меня. Напротив, я усмехнулся, наслаждаясь её реакцией. Она ни капли не изменилась. Всё та же Елена: гордая, независимая, готовая драться даже тогда, когда шансы на победу ничтожно малы. Это и привлекало меня в ней, и бесило одновременно.
– Нет, Леля. – я наклонился ближе, вдыхая знакомый аромат её духов. – Для этого мне не нужно говорить, какая ты красивая. Это всего лишь констатация факта.
Её глаза сузились, а на щеках проступил лёгкий румянец. Я видел, как она борется с собой, пытаясь сохранить маску безразличия, но в её взгляде промелькнула искра, выдающая всё ещё не угасшие чувства. Казалось, стоит лишь коснуться этого пламени, как оно снова вспыхнет ярким огнём. Наши отношения всегда были похожи на танец. – страстный, болезненный, непредсказуемый. Мы притягивались друг к другу, словно две противоположные стороны магнита, но стоило нам сблизиться, как возникали новые конфликты и разногласия.
Однако Елена сделала глубокий вдох, пряча эмоции за маской холодного безразличия. Лишь по тому, как резко вздымалась её грудь, я мог догадаться о том, каких усилий ей это стоило.
– Ты, не изменился, всё-такой же слишком самоуверенный. – фыркнула она, отводя взгляд. – Может, лучше перейдём к делу, и ты расскажешь, зачем мы здесь?
Я окинул своим пристальным взором роскошный интерьер ресторана. Потрясающий вид, тихая музыка, официанты, бархатная гладь скатертей, приглушённый шёпот разговоров и мелодия саксофона, льющаяся отовсюду и ниоткуда одновременно. Всё здесь дышало роскошью и изяществом, но ничто не могло затмить красоту женщины, сидящей напротив меня.
– Я думал, это очевидно. – ответил я с лукавой улыбкой. – Мы собираемся пообедать, Елена.
Она едва заметно поджала губы, но я заприметил, как в её глазах мелькнуло замешательство, быстро сменившееся вспышкой раздражения.
– Пообедать? – переспросила она, приподняв бровь. Её голос звучал напряжённо, но я уловил в нём тень былой насмешливости. – Как ты себе представляешь это после того, как… ты удерживаешь в заложниках моего брата?
Я накрыл её руку своей ладонью, чувствуя, как под пальцами напряглись её мышцы. Казалось, она хотела отдёрнуть руку, но что-то её сдерживало. И я прекрасно ведал, что именно.
– Елена, я знаю, что, между нами, всё непросто. – произнёс я, встречаясь с ней взглядом. – Но я хочу, чтобы мы поговорили, без криков и обвинений. Просто… как старые друзья. И, – я намеренно сделал паузу. – смею тебе напомнить, по контракту, на котором ты оставила свою подпись, ты обязана выполнять все мои пожелания.
Она усмехнулась, и в этом звуке не было ни капли веселья. Только горечь и холод.