Калифорнийская тайна Никсона и Громыко. сокровенная литература

И оно всё также в пространстве зала в лучах своих переливалось.

Все бросились на помощь к бедолаге, а Сун Дин по-своему решил:

Он тут же ловко, с магическим движеньем, заклинание проговорил;

И потому-то на своё непонятное для всех какое-то это бормотанье,

Двух призраков получил, чтобы исполнили они его бы приказание.

Опустившись на колени перед ним, оба воскликнули, склонившись:

«О, Властелин! Священных вод! Мы по твоему приказанию явились!».

Сун Дин сперва поблагодарил духов, и по—приятельски им сказал:

«Вы уж извините, что побеспокоил вас, но я по делу лишь позвал.

Поймайте – ка душу разбойника, который в моё бессмертие стрелял:

Не хочу я, чтобы он три дня безнаказанно по земле грешной гулял.

Поймав его сразу в преисподнюю к моему побратиму сопроводите;

А когда вернётесь назад, мне тот час, срочно об этом доложите!».

Чело видные призраки поклонились на волеизъявление волшебника

И молча вмиг исчезли с вида, для поимки души этого проказника.

А в тоже время уж склонилась, тут толпа над телом нашего рвача.

Заводят все усопшему, по очереди, его сердечко, так, от толкача.

И лишь намаявшись до седьмого пота, ослабел над ним ажиотаж:

Ведь, к сожалению, бесполезны мёртвому все припарки иль массаж.

И, диво-то, что на теле не было следов насилия, от чего-то преступлений,

Что изумило так, государевых мужей достопочтенных тут фамилий:

Хотя бы на синяк какой, или на царапинку какую-нибудь наткнуться;

А здесь ещё пришла беда: тело трупа стало потихоньку охлаждаться.

И вот уже и первая перебранка между нашими мытарями произошла.

И накаляющаяся обстановка сразу тут по другому сценарию пошла.

Но владыка храма крикнул басом: «А ну-ка, гости дорогие, тихо!»

И мигом над телом в этом зале закончилась перебранка и шумиха.

А в это время прибыли к волшебнику призрачные его слуги духи,

Которые душу Громыко доставили в преисподнюю на большие муки.

Они перед святейшим станом опустились, и сразу на коленья пали.

И не поднимая лиц от пола, они в такой смиреной позе доложили:

«О, наш кристальный и сияющий Владыка: Девяти святых истоков!

Мы уже выполнили все до малейшей точности ваше приказание!».

В ответ праведник махнул рукой и отпустил восвояси пережитков.

А те, откланявшись ему, исчезли молча вновь в свой мир, в своё неведение.

А гости, к сожалению, уж дерзко за-скандалили опять между собой;

И у застолья ещё бы чуть и пошёл бы точно, страшный мордобой.

Но, безусловно, хозяин храма вновь в такой конфликт вмешался;

И в зале этом, незамедлительно, на эту свору глас его раздался:

«А ну-ка, бравые ребятки, хулиганить в божьем месте прекратите!

Я желание исполню, но только не бузите и по порядку говорите».

Опережая русских, первыми американцы вынесли всеобщее своё решение;

И, в своей просьбе уличить коммунистов в их нем умопомрачение.

«Сдается, безусловно, нам, – съязвил Никсон, – у наших этих русских

Какие-то куриные мозги заложены в их головах абсолютно узких.

Возможно, из-за идейных соображений, есть в головах, провалены;

И первое желание такое: есть ли в их мозгах пустоты иль прогалины?

Хотелось бы увидеть наяву, хоть вы подумаете, что это шалость,

Но желаем на мозг кретинов посмотреть, надеясь на вашу милость.

«Ну что ж, – отвечал Сун Дин, – на милость я готов вам поручиться.

Доверьтесь сердцем мне, и с вами точно ничего плохого не случится.

Но за эту вашу просьбу как бы вы ни стали бы, потом на себя пенять;

Я предупреждаю, – продолжал Сун Дин угрюмо и как-то через зубы, —

Но первые желания, думается, у всех будут здесь довольно глупы.

Однако мне договор придется все равно сегодня всем исполнить.

Но я, безусловно, знаю: когда меня покинете все, как джентльмены;

Почувствуете счастливцами, а по здоровью будете, как супермены.

А вот насчет лежащего сейчас на полу остывающего, здесь трупа:

Я оживлю его потом, но выходка неверующего была страшно глупа.

Однако же, – договаривал кудесник, – нужно всем к столу присесть.

И только с шумом русские и американцы к застолью тут присели;

Сун Дин подошел к русским, сказав им: «Ну-ка, братцы, замереть!».

Потом махнул на них рукой, и те, к удивлению, словно закаменели.

У всех троих граждан СССР, остановилось тут же и сердцебиение,

Как, разумеется, остановилось у коммунистов полностью и дыханье.

В последний миг, что делали россияне, и какая у всех была поза,

В таком положении они и остолбенели от чародейского наркоза.

Тем часом кудесник вытащил из-под пол своего широкого халата

Сверкающий кривой кинжал для выполнения невероятного сюжета

И для убедительности сперва оружием таким, разминаясь, помахал

Вот три ученика пришли с подносами в руках, которых он позвал.

Они, как бы, скажем, построились возле обреченных сразу в ряд.

А американцы вышли из застолья и смотрят на жертвенный обряд.

Лишь Сун Дин закончил финт с оружием, он заставил бойких всех

Немного только подождать: ведь коль желаешь правдиво ворожить,

То надо, для Нирваны*, магические движенья со словами совершить

И вымолить сюжет у Высших сил, чтобы исполнить чары без помех.

И вот лишь после каких-то выкрутасов, и его сильно зычных слов

Всем трём своим гостям из Советского Союза, макушки с их голов;

Как тесаком каким, он с лёгкостью лихой, у них подряд тут срезал.

И не содрогнувшись даже, эти как поверженные, с арбуз вершки,

Он на каждый поднесённый к жертвам прямоугольные разносчики их аккуратно снял.

А далее теперь всё просто: можно уж заглянуть в такие вот горшки.

«Ну, что тут в головной дыре? – спросил бесхитростно так Сун Дин,