ОДИССЕЯ РУДАКОВА Книга 2. Беглец

– Фонарь закрывается и открывается вручную – пояснил Домбровский – Вон за ту ручку. И не забудь надеть шлем для связи со мной.

Шлемом оказалась простая кожаная шапочка со встроенными наушниками и микрофоном, которая висела на ручке штурвала. Надев её и улёгшись в кресло тренажёра, Александр захлопнул колпак кабины. В тот же миг зажглась подсветка, озарив незамысловатую приборную панель катера.

– Говорю сразу – заявил через микрофон Рудаков – Я не знаком с вашей допотопной системой навигации. Сейчас на всех летательных аппаратах курс прокладывает бортовой компьютер.

– Это пока неважно – отозвался Ирвин – Проверим, хорошо ли ты управляешь кораблём вручную. Готов?

Не успел Александр ответить, как фонарь кабины потемнел, превратившись в звёздное небо. Раздался монотонный гул, изображавший шум турбины звездолёта.

– И куда мне прикажешь лететь – поинтересовался Рудаков.

– Вперёд – сухо буркнул капитан.

И тут Александр увидел на экране, мчавшийся прямо в него, приличных размеров астероид. Как использовать в подобной ситуации Манга Рудаков не знал. Шефер – скотина не объяснил. А подбирать команду наугад у него не было времени. Впрочем, Александр и сам справился, легко уклонившись от виртуального столкновения с космическим булыжником. Но это был лишь первый камень. Не прошло и десяти секунд, как на экране фонаря замаячили ещё парочка таких же валунов.

– Соберись, приятель! Впереди пояс астероидов – весело объявил Домбровский, когда Рудаков уклонился от новой опасности.

Не успел Александр перевести дух, а прямо по курсу замаячили ещё четыре таких же булыжника. Потом восемь, шестнадцать и так по нарастающей прогрессии. Обогнуть их уже не представлялось возможным и Рудакову пришлось маневрировать прямо в гуще астероидов. Но пока он справлялся, направляя катер в просветы между гигантских камней. Однако, каждые новые астероиды летели быстрее предыдущих. И Александр уже с трудом успевал увернуться от каменных глыб. Но как Рудаков ни старался, избежать столкновение ему не удалось. Александр даже не понял, что случилось. Просто в какой-то миг экран фонаря вспыхнул красным светом и звёздное небо исчезло.

– Ну, что же? – усмехнулся Ирвин – Для гражданского пилота совсем неплохо! Будем считать, экзамен ты сдал.

– А этот пояс астероидов вообще можно пройти до конца? – выбравшись из тренажёра, поинтересовался Рудаков.

– Можно – ответил Домбровский – Теоретически. Лично я знаю только одного человека, который преодолел его полностью. И ты скоро с ней познакомишься.

– С ней? Это женщина? – удивился Александр.

– Да. Мой лучший пилот и очень близкая подруга – подмигнул Ирвин – Идём. Пора уже представить тебя команде.

Они вышли из ворот и едва не столкнулись с целым отрядом курсантов, шагавших в учебный ангар на практические занятия.

– Много у вас новобранцев – усмехнулся Рудаков – Скоро вы совсем перекроете бессмертным поставки кремния.

– Мы недавно понесли серьёзные потери – нахмурился Домбровский – Погибло большое количество опытных пилотов. Вот теперь набираем бойцов. Где только можем. Чтобы полностью опустошить большой транспортный корабль, требуются сотни наших катеров. А таких кораблей у каждого клана десятка два или три. Вот сам и прикинь, сколько нам требуется лётчиков.

Далеко им шагать не пришлось. Казарма личного состава находилась практически рядом с космо-портом. Она представляла из себя обычное трёхэтажное здание с чёрной, блестящей кровлей, сильно напоминавшей солнечные батареи. Почти весь первый этаж занимал спортзал, а второй и третий являлись непосредственно самой казармой.

– Добрый день, джентльмены! – объявил капитан, упражнявшимся на спортивных тренажёрах, бойцам – Поднимайтесь на третий этаж. И пригласите наших леди. У меня для вас новости. И не слишком весёлые.

Прошествовав вверх по лестнице, Ирвин, Александр и ещё несколько бойцов оказались в казарме третьего этажа. Помещение было явно рассчитано на целый полк. На это указывали полсотни двух-ярусных коек, установленных справа от широкого прохода. Увидев командира, бойцы тут же отложили все свои дела. В казарме собралось не более тридцати человек. Но судя по нашивкам на рукавах, они были не зелёные курсанты, а вполне опытные пилоты.

– Как там на Луне, сэр? – пошутил кто-то из бойцов, когда капитан вместе с Рудаковым зашли в зал.

Ирвин не ответил. Он проследовал по проходу и остановился возле стены в центре казармы. Бойцы двинулись следом, образовав полукруг возле командира. На Александра никто из пилотов не обращал внимания. Все присутствующие ждали, что же скажет им Домбровский.

– Джентльмены! – наконец объявил капитан – Наша команда с честью выполнила, возложенную на нас миссию! Тридцать три новых бойца пополнили ряды «Справедливости». Но не обошлось и без потерь, джентльмены. Мужественно исполняя свой долг, погибло трое наших лучших пилотов. Вы всех их знаете. Это Даниэль Барнс, Робин Эндрюс и Генрих Фейн. Я доставил их тела на базу и сегодня перед ужином все вы сможете попрощаться с парнями в «Траурном зале» крематория. Но в нашей эскадрилье есть и пополнение. Алекс, подойди ко мне!

Рудаков вышел из толпы и встал рядом с Ирвином.

– Вот этот молодой парнишка, которого зовут Александр, сегодня спас мне жизнь и помог выполнить миссию – положив руку на плечо новому приятелю, объявил Домбровский – К тому же, он пилот гражданской авиации. Летал на флайерах. Так что с нашими посудинами уж как-нибудь справится. Давай, Алекс! Расскажи нам, откуда ты родом и как тебя занесло в лабораторию этих выродков.

Глава 11. Новые неприятности

Пристальное внимание большого количества людей немного смутило Рудакова. Он ведь не готовился толкать речь. И убедительная версия, как обычный гражданский пилот мог оказаться в лабораторию профессора Вонга, у Александра тоже отсутствовала. Не рассказывать же бойцам «Справедливости» про Шефера с Оппенгеймером и все его остальные приключения.

– Меня зовут Александр Рудаков. Я родом из… – начал он, судорожно придумывая какую-нибудь правдоподобную историю.

– Ирвин! Ты вернулся! – вдруг прозвучал в казарме радостный и немного хрипловатый женский голос.

Александр увидел в дверях несколько молодых женщин, довольно-таки спортивного вида. Они все были в точно такой же серой форме, с жёлтыми нашивками на рукавах, как и у остальных пилотов. Вообще, среди бойцов эскадрильи Домбровского стариков и дистрофиков не наблюдалось. Как на подбор – молоды и накачены. Настоящая элита. Рудаков, на фоне этих крепышей, выглядел сопливым молокососом. А тем временем, одна из девиц протиснулась сквозь строй пилотов и бесцеремонно повисла на шее Ирвина. Увидев подругу Домбровского с её ярко-зелёными волосами, Александр чуть не вскрикнул. Ошибки быть не могло. Перед ним стояла и нахально улыбалась та самая «Чиполина», которая должна была находиться в плену у бессмертных.

– Спокойнее, Джина! – улыбнулся Ирвин – Видишь, я беседую. Кстати! Познакомься с новым членом нашей команды. Это Алекс. Он теперь один из ангелов.

Без очков и забритого налысо Рудакова, «пиранья» узнала не сразу. Она даже кокетливо подмигнула Александру. Но потом, её взгляд стал напряжённым, а веки подозрительно сузились.

– Ты-ы! – только и смогла выдавить из себя удивлённая подруга капитана.

Что он получил удар в челюсть, Рудаков сообразил лишь, когда распластался на полу. Не успели в глазах Александра рассеяться звёздочки, а ему уже прилетело тяжёлым берцем в область живота.

– Джина! Ты что творишь?! – заорал Домбровский, пытаясь успокоить зеленоволосую.

– Это один из тех ублюдков, что покрошили наших ребят возле «Сэра Бибола»! – продолжая пинать Рудакова, воскликнула Джина – Побрился гад?! Думал я тебя не узнаю?!

Терпеливо ждать, пока Ирвин успокоит подругу, Александр не собирался. Ведь озверевшая «Чиполина» могла его убить или, в лучшем случае, искалечить. А подначивающие возгласы сослуживцев, только усиливали в «пиранье» жажду крови.

– Манг, нокаут! – прикрывая голову от ударов, заорал он.

В тот же миг тело Рудакова резко откатилось в сторону и, подскочив, встало на ноги. Повторный хук справа у Джины не получился. Левая рука Александра успела вцепиться девице под мышку, а правая, с размаху, от всей души, заехала в её оскалившуюся физиономию. Потрясённая Джина отлетела к стене. Однако, Манг останавливаться не собирался. Он ухватил обеими руками ворот «пираньи» и нанёс мощный удар коленом в солнечное сплетение. А когда девица согнулась, добил её локтем в основание шеи. Но драка ещё не закончилась. На помощь Джине тут же кинулись собратья по оружию. Бедняги не знали, что действиями Рудакова управляет искусственный интеллект Манга. Очень быстрый и очень точный. Резко крутанувшись на сто восемьдесят градусов, Александр в прыжке заехал первому нападающему ногой в ухо. Затем он также быстро присел, уклонившись от удара второго бойца, и кулаком врезал тому снизу в пах. Выпрямившись, Манг оттолкнул ногой скрючившегося противника и вновь принял боевую стойку. Но даже такой наглядный урок не охладил пыл ангелов «Справедливости». А скорее наоборот. Состроив зверские рожи, пилоты ревущей толпой кинулись на Рудакова. Их не могли остановить даже грозные окрики командира, призывавшего народ успокоится. К счастью, сзади Александра находилась стена и одновременно на него могли напасть максимум два человека. Кроме того, элитным бойцам мешали тела, валявшихся на полу товарищей. Поэтому, Манг легко справлялся с поставленной задачей. Он ловко уклонялся и наносил жёсткие ответные удары по жизненно важным органам противников.

Остановил потасовку лишь пистолетный выстрел и, посыпавшаяся сверху штукатурка. Оглушённые громким хлопком, пилоты отпрянули назад и уставились на Домбровского, который сжимал в руке ещё дымящийся пистолет. Ирвин был офицером, а им разрешалось иметь при себе оружие на территории базы. Александр тоже дал «Отбой» Мангу. Ему меньше чем кому-либо из присутствующих хотелось продолжать конфликт. Тем более, что на полу казармы уже валялось одиннадцать ангелов «Справедливости». И это не считая Джины.

– Алекс! Ты избил мою женщину! – строго глядя на Рудакова, произнёс капитан.

– Она первая начала. Я только защищался – возразил Александр – Сам видел!

– Но это правда? То, что про тебя рассказала Джина? – всё так же сжимая в руке пистолет, спросил Домбровский.

Дальше молчать было бессмысленно. Всё равно Ирвин поверит своей зелёноволосой бабе, а не ему. И выпускать вновь Манга Рудакову тоже не хотелось. Даже если он прорвётся к лайнеру, улететь от сюда всё равно не удастся. Собьют при взлёте. А замочить всех на станции даже Мангу не по силам. Да и не желает он убивать столько народу. Не маньяк ведь!

– Нет. Вернее, не совсем – попытался объяснить приятелю Александр – Ваши катера, тогда у «Сэра Бибола», расстрелял корабль Оппенгеймеров. А я служил Виндзорам и не имел к этому отношения.

– Оппенгеймеры или Виндзоры – какая разница – воскликнул один из пилотов – В любом случае он шпион. Пристрелите его, босс.

– Ну, ты сам же видел, что бессмертные гады пытались со мной сотворить! – обратился к Ирвину Рудаков – Не хочешь узнать за что?! Или думаешь это мне награда за верную службу?! Ты говорил, что у вас имеются судебные колпаки. Вот и просканируйте меня. Обещаю! Узнаете очень много ценной информации. Я бы и сам поделился, но ты же мне не веришь.

– Я может тебе и поверил бы, признайся ты сразу, что служил бессмертным – заявил Ирвин – А теперь придётся сообщить начальству. Пусть оно решает, как с тобой поступить. Руки за голову и вперёд! Посидишь пока на гауптвахте!

Местная гауптвахта находилась в подвале станции. Там же где и клетка с Зубастиком. Шагавший под конвоем, Александр даже не пытался оказывать сопротивление Домбровскому. Бежать-то всё равно некуда. А любое враждебное действие лишь окончательно подорвёт доверие Ирвина. Рудакова обнадёживало то, что капитан собственными глазами видел, как Японец готовился вскрыть его черепную коробку. И это не могло быть инсценировкой. Ведь о налёте ангелов «Справедливости» на лабораторию никто знать не мог. Но решать-то его судьбу станут совершенно иные люди. Александр вдруг вспомнил, где он видел лицо командира, толкавшего пламенную речь возле космического лайнера. Это был один из тех офицеров, что забирал пленную «пиранью» с ковчега «Британия». Получалось агенты «Справедливости» просто обвели королеву Виндзор вокруг пальца. Риск мятежников был оправдан. Пленница слишком много знала, чтобы позволить врагам сканировать её мозги. Всё говорило о том, что в кланах бессмертных есть шпионы партии «Справедливость». Ведь информация о пленной «пиранье» была предоставлена лишь членам Коллегии и не озвучивалась в новостях. Впрочем, Рудакова сейчас это мало волновало.

– Ужин в девятнадцать часов. Разносолов не жди – сухо буркнул Домбровский, собираясь запереть дверь на ключ.

– Ирвин постой – обратился к приятелю Александр – Можно мне хотя бы позвонить родителям и сообщить, что со мной всё в порядке?

– Во-первых, с тобой не всё в порядке – возразил капитан – А во-вторых, это строжайше запрещено. Чтобы избежать утечки информации. Откуда я знаю? Может ты, таким способом, хочешь доложить своему руководству о провале!

Домбровский захлопнул дверь, и Рудаков услышал его удаляющиеся шаги. Гауптвахта, куда капитан поместил Александра, скорее всего, раньше являлась обычной кладовкой два на три метра. И вот в такой миниатюрной комнатке, ухитрились разместиться спальня, столовая и туалет одновременно. У правой стены находились нары с умывальником, а слева маленький обеденный столик и унитаз. Как говорится – всё под рукой. К счастью, Рудаков клаустрофобией не страдал. Он завалился на деревянную постель и устало прикрыл глаза. Ещё один сумасшедший день подходил к концу. Внезапно обретённая свобода, так же внезапно сменилась новым заключением. Как ни странно, но после недавней потасовки его мышцы и сухожилия почти не болели. Видимо сказалась регулярная практика последних дней. Александр даже не стал давать Мангу приказ на исцеление. Само пройдёт. Его больше терзали разные сомнения. Например, правильно ли он поступил, позволив себя арестовать. Вдруг местное начальство не захочет разбираться, а тупо прикажет его расстрелять. И не посмотрит на то, что смертная казнь давно запрещена. Здесь свои законы и порядки. От невесёлых мыслей, на Рудакова вновь накатила тоска. Не ясно, что угнетало больше – невозможность связаться с родителями или собственное положение. А ещё ему опять вспомнилась Габриэлла. Её последняя улыбка. И ведь, всё случилось по его вине. Из-за его глупости и недальновидности.

«Нет! Не может быть! Габри жива!» – попытался успокоить себя Александр, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

Рудаков повернулся к стене, пытаясь уснуть. Но отключиться от невесёлых мыслей оказалось совсем не просто. Так он и провалялся до самого ужина, пока в двери не открылось специальное окошко для подачи еды арестованному.

– Эй, шпион! Жрать будешь?! – прозвучал в окошке голос Ирвина – Сам капитан тебе ужин притащил! Побоялся я кому-либо поручить. Парни могут ведь и сыпануть чего-нибудь тебе в тарелку. После сегодняшнего знакомства. А плюнут в неё, это уж наверняка. Так что можешь есть спокойно. Всё сгенерировано лично мной.

– А ты-то сам в тарелку не плевал? – усмехнулся Александр.

– Обижаешь! – нахмурился Домбровский – Я не забыл, что обязан тебе жизнью. Иначе, пристрелил бы ещё в казарме. Начальству уже доложено. Если что, не моя вина будет.

– Если что? – переспросил Рудаков.

– Ну, сегодня, тебя точно никто не тронет – передавая через окошко тарелку с кашей и хлеб, ответил Ирвин – А завтра, будет завтра. Так что, спи спокойно, приятель!

– Твоя подруга? Надеюсь, она не сильно пострадала? – поинтересовался Александр.

– Как тебе сказать? Нос вроде бы не сломан, но вот синячище! Во всю щёку! – пожал плечами Домбровский – Злая теперь она на тебя. Ужас! В общем, сегодня нам с ней не до секса. Это уж точно!

Капитан тяжело вздохнул и запер дверное окошко гауптвахты.

Глава 12. Предчувствия и факты

Этой ночью Рудакову всё-таки удалось заснуть. Не сразу конечно. Сказалась усталость. Уж больно прошедший денёк оказался насыщенным. Ещё утром операционная Японца, а вечером уже гауптвахта базы «Лагуна». Да и потасовка с местными пилотами не добавляла силёнок. Хоть телом Александра управлял Манг, но энергия-то тратилась его личная. В общем, проспал Рудаков аж до десяти часов. Завтрак почему-то задерживался. Видимо у Ирвина хватало забот и без него. Наконец дверное окошко отворилось и в ней показалась возбуждённая харя Домбровского.

– Ешь быстрее! У тебя всего десять минут – сообщил он Александру – Господин Пейдж не смог сам прилететь за Зубастиком. Он велит доставить монстра в его усадьбу. Придётся вновь опекать зверюгу. Я поручился за тебя, Алекс, и надеюсь, ты меня не подведёшь?

– Обещаю быть паинькой! – отозвался Рудаков, приступая к завтраку.

Александр конечно понимал, что у руководства базы просто не оставалось другого варианта, как вновь прибегнуть к его услугам. Но если доставка Зубастика хозяину пройдёт успешно, то это увеличит доверие к сомнительному новобранцу. Ровно через десять минут Рудаков спокойно покинул гауптвахту, а уже через пятнадцать минут тащил пса к заправленному лайнеру. У взлётной полосы толпилось человек десять провожающих. Видимо, всё руководство базы. Держались они на почтительном расстоянии, выстроив перед собой шестёрку автоматчиков с «Квантум-82М» на изготовку. Подходить ближе никто из них не собирался. Поэтому, Домбровский сам отправился на доклад к начальству. Александр, тем временем, ждал у трапа и ласково поглаживал, нервничавшую зверюгу. К Ирвину монстр уже немного привык, а вот толпа каких-то незнакомцев его явно раздражала. Наконец, получив ценные указания, капитан направился к трапу. Но в этот раз его сопровождали автоматчики. Всё-таки не доверяло пока Рудакову местное начальство. Домбровский ещё издали махнул Александру, чтобы тот поскорее заводил животное в лайнер. И лишь когда Зубастик был благополучно помещён в клетку, салон заполнили остальные пассажиры.

– Капитан, вы это серьёзно?! – воскликнул Рудаков, глядя, как курсанты с «квантумами» усаживаются на передние места – Одного выстрела из такой штуковины достаточно, чтобы разнести вдребезги весь звездолёт!

– Вот поэтому сиди там и не дёргайся – огрызнулся Ирвин – Либо мы вместе прибудем к Пейджу, либо дружно разлетимся на куски.

– Вопросов больше не имею – недовольно проворчал Александр.

Он потрепал монстра за ухо и с безразличным видом развалился в кресле. В конце концов, почему члены партии «Справедливость» должны ему доверять? Доверие такая штука, которую надо ещё заслужить. А доставка Зубастика лишь первый шаг к этому. Наконец предполётная подготовка закончилась и лайнер, оторвавшись от земли, взмыл над горной грядой Хуаншань. Рудаков прильнул к иллюминатору, наслаждаясь скалистым пейзажем. Покрытые хвойным лесом, склоны частично скрывали облака. Но это не портило впечатления, придавая горам Восточного Китая более суровый и загадочный вид. Налюбовавшись живописной панорамой, Александр зевнул и встал с кресла. Убаюканный гулом двигателей, Зубастик мирно спал. Поэтому, Рудаков не спеша отправился в кабину пилота. Никто из курсантов его не остановил. Молодые ещё. Думают не о службе, а как бы поскорее долететь.

– Чего припёрся?! – буркнул капитан, когда Александр завалился в кабину и уселся на место второго пилота.

– Долго лететь? – поинтересовался Рудаков – Если пёс захочет жрать, нам всем тут мало не покажется!

– Часа три – четыре – пожал плечами Домбровский – Поместье господина Пейджа расположено на одном из островов Эгейского моря. Точнее, весь остров это и есть его поместье.

– Неплохо живет ваш борец за справедливость! – хмыкнул Александр – Море, кипарисы, девочки! Может отдохнём у него денёк другой?! А что?! Позагораем, искупаемся, половим тунца!

– Закатай губу! – усмехнулся Ирвин – Отдадим зверюгу, дозаправимся и сразу назад. Крупно повезёт, если нас там хотя бы покормят.

– Дружище – попросил Рудаков – Дай мне поговорить с родителями! Всего одну минуту! На этом корабле ведь есть связь с Землёй? Я не виделся с ними больше полугода!

– Всё понимаю – отозвался капитан – Но давай сперва закончим дело. А вот на обратном пути сможешь поговорить. Минуту, пять, сколько захочешь.

Домбровский вел себя и говорил весьма доброжелательно, но что-то в его поведении настораживало. Что именно, Александр понял не сразу. Наконец, Рудаков сообразил. Ирвин за всё утро ни разу не взглянул ему прямо в глаза. Словно капитан испытывал перед ним чувство вины.

– Скажи. А что твоё начальство решило насчёт меня? – как можно безразличнее спросил Александр.

– Да, всё в порядке – весело отозвался Домбровский, не отрывая взгляда от лобового дисплея – Сейчас доставим зверюгу по назначению и можешь считать себя членом моей команды. Начальство не возражает. А с парнями вы помиритесь. Даже не переживай.

И вновь, ответ Ирвина показался Рудакову не слишком убедительным. Хотя, это могла быть простая мнительность. Чтобы идти на крайние меры, недостаточно одного предчувствия. Нужны более веские улики. И тут Александр вспомнил про Манга. А точнее, слова Шефера о том, что микро-роботы в его башке умеют многое. Вот только список всех возможностей и команд сообщить не соизволил. Скотина! Но ведь метод научного тыка никто не отменял. Даже если приказ окажется неверным, Манг просто его не выполнит. Только и всего!

– Манг, полиграф – тихонько прошептал Рудаков и глянул на Домбровского.

– Чего ты там бормочешь? – всё так же дружелюбно поинтересовался капитан.

– Значит вы меня не убьёте? – как бы ещё раз уточнил Александр.

– Нет конечно! – засмеялся Ирвин – Зачем нам это?! Ты отличный парень! Такие нужны «Справедливости»!

Домбровский продолжал говорить, но Рудаков его больше не слушал. Это уже было не предчувствие. Александр теперь точно знал, что капитан врёт. Каким образом? Да, никаким! Просто знал. И знал наверняка. Он нужен мятежникам лишь для того, чтобы отвести Зубастика к господину Пейджу. А потом его прикончат. Может даже на обратном пути. Застрелят и выкинут в море, как ненужный хлам. И сделать это, по всей видимости, должен Ирвин. Ведь пистолет только у него. Сам привёл шпиона на базу, значит обязан сам от него избавится. Всё справедливо.

– Эй! Ты что там уснул?! – спросил Домбровский – Не слышишь, как воет чудовище? По папочке соскучился! Иди, пока этот урод клетку не сломал!

Рудаков глянул на Ирвина. Ликвидировать его с курсантами прямо сейчас? А куда потом девать Зубастика? Выпустить где-нибудь лесу? Жалко. Пропадёт ведь зверюга без хозяина. И с собой не возьмёшь.

«Ладно. Разберусь на обратном пути» – решил мысленно Александр – «Как говорится, предупреждён, значит вооружён».

Он молча встал и направился в конец лайнера. Увидев хозяина, Зубастик тут же успокоился и вновь попытался достать Рудакова своим большим, шершавым языком. Но в этот раз Александр угадал заранее намерение пса и сумел уклониться от такого проявления любви. Сейчас ему было не до игр. Все мысли Рудакова занимала предстоящая схватка с бойцами «Справедливости». Что её никак не избежать, Александр понимал чётко. Оставалось выбрать подходящий момент. А ещё надо было решить – убивать ему противников или только вырубить. По любому выходила лажа. Допустим, убьёт он Ирвина и всех курсантов, а что потом. Приземляться ему всё равно придётся на одном из космодромов. И как он объяснит наличие в лайнере трупов? Можно конечно их выкинуть за борт. Ещё во время полёта. Но всё равно, в порту возникнут вопросы, кто он и откуда? Свяжутся с хозяином лайнера и придётся объяснять, куда делись попутчики. Даже если он прорвётся с помощью Манга, то окажется вне закона. Долго он так не пробегает. Его либо поймают, либо убьют. Если же сдаться властям, то опять суд и ссылка на Марс. А на Марсе Александра точно ничего хорошего не ждёт. Но даже если он захватит Домбровского и курсантов живьём, возникает проблема – куда их всех девать. Оставался один вариант – вернуться к Шеферу и надеяться, что тот простит блудного агента. Если конечно, Док сумел-таки пережить удар бутылкой. В общем, идейка тоже не очень. Но ничего лучшего Рудакову пока в голову не приходило. Так он и просидел в задумчивости все три часа полёта, разглядывая сквозь иллюминатор белые, напоминавшие пену, облака.

Наконец гул турбин заметно стих и машина пошла на снижение. Взору Александра предстала ярко-синяя водная ширь со множеством, покрытых зеленью, островков всевозможных размеров и форм. Сильно накренившись, лайнер сделал разворот и начал резко сбавлять скорость. Владения господина Пейдже, куда стремился их звездолёт, являлись по сути двумя островками, соединёнными между собой узким перешейком. Один остров был намного крупнее и весь покрыт тропическим лесом, а второй представлял отмель с бетонной площадкой в самом её центре и парочкой длинных ангаров.