Дежурный по ночи

Борис Михин

Дежурный по ночи

Введение

Перекрёсток Вселенных

1. Рандеву

В день, по-апрельски молодой,шёл к горизонту пыльный путник,он, как банданну, как платок,использовал любви лоскутик.Другой, сказав себе «пора»,поплыл, арендовав галерус рабами. Кожу им порвалударами кнута и веры.Ещё один Икар-летунискал свой смысл за облаками.Философ – мыслил.И альтувверял себя скрипач, камлая….И каждый: шёл,плыл,вверх,вбок,вниз…Бог наблюдал,в очках тёр линзы…Да только встретились онина перекрёстке смыслов жизни.

2. Мультиверс

Мне открыл чей-то богза углом перекрёсток миров:там поддатый Ли Боспорил до хрипоты с юным Кантом.Встретив собственный клон,я себя не узнал во Втором(так, наверно, нуклонне поймёт, что он тоже из квантов).По теории струнперекрёсток – пути в Мультиверс.Божью высек искру,прикурив, не спешу врезать реверс.С двойником помолчувместе. Карликовый Люцифер,не допрыгнув к плечуза огнём, двинет пять своих версийиз различных эпох,даже больше – различных богов.Парень, видимо, плох,так как на перекрёстке Вселенныхвсе дороги равны,и не важно, что сложено в кофр,а чему мы верны —важно…Так ли, двойник, в параллельных?

Сухой герой

В войне за жизнь по плану нынче дождь;и небо струи, как штыки, примкнуло.Зонты на шпажках,звук капели,дрожь —коктейль по лужам разливают в закоулках.В среде героев принято плестиськуда-то в дали при любой погоде…Увы и ах, но как себе ни льсти,в герои я, наверное, не годен.В моей среде (за вторником) – смешно,но весь сдаюсь на милости комфортаи бесконечно пью на посошок,лукавлю, прикрывая дверь и форточку.В стратегии дождя – идти везде,бои гремят тотально.Происходитлюбимый вид… в окне.Но надо здесьсказать: и в доме я «не годен», вроде.Выкладываю белый свой билети заполняю тут же строчкой в столбик…Их тысячи уже.Сверх-юбилей.И все их прожил сам, как в клетке гоблин.Надолго (уж не навсегда ли?!) хмарь —дремоты очевидная причина,стучится о стекло дурной комар,нелепый, словно ножик перочинный.И каплями не шелестит,не льёт,а, некоторым образом настроивминор, поёт уныло о своём:что мало на земле сухих героев,что нет альтернативы им, идутгерои в дождь, прикрыв не чуб, а ножны.И я кажусь себе таким…Но тутбыть и казаться – не одно и то же.

Мандала

Ищем совершенство.Только где?Каждый кропотливо строит мандалуиз песка. Нелепый новоделпозже сдует время-лиходейили прочие сметут тарантулы,повода дождавшиеся, ведьу людей есть право на людей.Созданное – точно истребят.Совершенна лишь… непредсказуемость(что не повод – на колени бряк,бесполезности хвалу трубя).Буду сыпать, сыпать струйкой узенькоймандалу.В конце добавлю вязь:«У людей нет права на себя».

Мне

Мне частенько хотелось побыть кем-то очень другим…там смеются вовсю под ногами дорожные камни,там и краски, как в калейдоскопе, чудесны – моргни,там всегда где-то с краю, но вовсе при этом не крайним.Мне всегда не хотелось быть винтиком чьих-то машин,разве что, попадающим в них для серьёзной поломки.Удивительно, но быть свободным – возможно в глуши,а в толпе – нереально (как парочке после помолвки).Мне досталось своё. По ошибкам, а не по труду.Кто считает иначе, наивен, ведь труд – просто способвыживать, убеждая себя «надо». Звук «Ту-ру-ду!»у трубы я бы сделал серебряным, спать будем после.Мне не важно – когда. А зачем – это знает любой(ведь свобода – внутри, а снаружи – нелепая штукав виде необходимости, – жутко ничейная шутка…).Мне хотелось… но вскрыть двери с надписью «EXIT» слабо.

Перед иконой

Улыбка Бога навсегда кисла.И не завидуйте ему.Ещё бы!Каким бы ни был он могучим, добрым, —возможно ли создать добро без зла?У палки два конца. Кому ни дай,одним копнув, другим убьёт, простите.Спасает только то, что есть Спаситель.Но кто спасёт Его?Мы?Никогда.Не потому ли с нами Он молчит,не применяя никогда ни слов, ни силу…и мучается от бессилия.СтерильноЕго могущество.Бог?Получи!..

Клочок

Сквозняк в приоткрытую дверьщекотит клочок на притворе,и он шелестит, как притвора,но сам рвётся вверх.Подглядывать в яркую щельзабавно и капельку страшно(как в детстве, мечтая быть старше).Тропинка в плющетам вьётся в загадочный мир,где тоже есть путь вверх, и тожеон кем-нибудь не подытожен…Но руку снимис дверной ручки. Детство уже —не повод подсматривать. Значиту щели иная задача.Клочок в виражевзлетел и куда-то исчез…Хлопок сзади был очень громким,и мир впереди стал огромным…зачем?

Материальный идеализм

Когда есть шанс побыть лунатиком,устав от остальных проблем,рождаются на свет романтики,у тайны отбирая хлеб.Они, как выстрел из травматики,опасны в уличном боюгорящим взглядом, симптоматикойпоходов к птице Гамаюн.Возможность – вот и вся их тактика,а майский ливень – суть побед,их много даже в математикехотя не в ней тут дело, нет…Но стоит бросить их, и нате-ка, —на что похож воздушный шарбез воздуха?Заплаток свастикав душе.И больше ни шиша.Расплатой – будни.Серой мантиейторговка-жизнь пригнёт плечо.Куда деваются романтикикогда узнают, что почём?

Медведи и утка

Из меня хреновый проповедник,непонятный, сложный и туманный,так как не читал я Аюрведы,да и не торчу от Харе Рамы.Что поделать: жизнь гораздо прощев смысле поиска обоснований.Утка, на воде оставив росчерк,написала всё, что будет с нами:это – и движение, и точка,и бесследность вечного покоя….(Стоит покормить её за оченьточный стих про «жизнь, что ты такое»).Набережная ещё пустынна,слушателей – каменных медведей,понимая, веселю, настырный,тихий неумеха-проповедник.

«Пацифист»

Я пацифист, но гуттаперчив,а прочие идут садами:кто не летит врагам навстречу,того они находят сами.Кто, пусть сквозь страх, но наступает,и есть храбрец.Да. Трус умнее:жить – стайер,хата не пустая…Но может я так не сумею?

В камышах

Запахло вздохнувшей землёй,весной характерно запахло,и трактором в выхлопе пахот,вкус дней изумрудно зелён.Вздохну позабыто по-майски —как душу в любви постирал!Приходит на ум Пастернак,Басё – всё для снятия маски.На дне призадумался язь:пора ли всплывать, не пора ли…Возьмём по сто грамм пасторали —наладить с природами связь,и выпьем, рыбалочьи чинно.Вернёмся?Да Бог на то ить…Мужчины должны уходить,иначе они не мужчины.Они же должны… просто так.Без смысла, без правды, без шансов.Положено им возвращаться.Всё сложно.Тик-так май, тик-так…

Собачья вахта

Все корабли, по сути, одинаковы,

как семена кленовые на лужицах

по осени, как профильные навыки.

Ночь.

В воздухе витает запах мужества.

Когда приклеены вверху созвездия

и чем-то там небесным сильно заняты,

«железо» в море выглядит естественно,

как грешник у креста орущий «сами-то!».

Но моряки – святые, а не грешники,

и так же в беспредельности подвешены

на коже волн, катящихся шеренгами,

да только вечной жизни не подвержены.

На что им вечность?

Были б между вахтами

чай, сладкий сон и посмеяться поводы,

на юте покурить под небом бархатным

да вспомнить, что под ним же ходят по воду…

Чего-чего, а здесь воды достаточно,

здесь ходят по воде и – до землицы бы.

Все корабли похожи и загадочны

когда над морем звёздная милиция.

Зависть к несчастным

Спрятались голуби где-то под крышей,громко курлыкают в воздуховоде,пафосно (как на войне князь Нарышкин),глупо (как часто у нищих выходит).Серых летучих соседей немногожалко… за что-то.Да им невдомёк ведь,что есть на свете луна,книги,мокко,их сочетания.Им бы всё мокнутьна сквозняке, слушать пьяные крики,в дым табака и еды погружаясь.Вы их считать за несчастных привыкли…Гляньте – летят!Ну и где ваша жалость?

Формы одного и того же

Смеркалось, разгорались фонари,любовь пропала, как на фронте, без вести,но ведь придёт (хотите на пари?).Случайность – просто форма неизбежности,и мы нос к носу встретимся, когданам ничего другого не останется…Ну а пока приходится гадать,не раньше ли любовь состарится,и будет нам с тобою всё равно:что тусклость фонарей, что лучезарностностьот встречи…Ночь.Бормочет вера в нос:«непредсказуемость – беда случайности».

На приёме

Господин Айболит(хорошо, что пока не прозектор),удалите полипна душе, вот вам ток из розетки,вот душа, дайте спирт(обезболивающих нет лучше)и отрежьте мне пирс,где я был молодым.Вянут души,если не вырезатьпамять.Если бы, братья славяне,в нас осталась грозаи в ней юность, то точно б завяли.Ну а так – есть ведь «врач»,пусть и странный, но нас, как клиентов,беспокоит «вчера»,и плевать на какой он латентно.Господин коновал,только будьте, пожалуйста, точным:там морская волна —не заденьте, прошу очень-очень.

На песочке

Посмотри, какие облака (!):как любовь, как перья страусиные.Ткань реальности из парусины, ивздулась, не поддавшись слабакам.Кажется – вот-вот, ведь паутинная.Вот и рвусь вверх.Смотрят свысока…Что им, облакам?Ведь в их полкахслужат души… как-то по-утиному(уткой – пуле из березняка).Лупят, как по нечисти осинами,жизнью по моей душе всесильные.Не промажут – на спине плакат.Знаешь, я, наверное, резиновый —мир вмещаю весь.Пусть не легканоша, но иначе ведь никак…Облака во мне, что поразительно,те же.Там, валяясь на песках,тоже не достигну их.Спроси, но яне отвечу, как невыносимоеносим…Но, похоже, суть близка.

Право одиночки

Если время – река, то скажите, как в ней утонуть?Может кто-то прошёл редкий путь – удержаться на месте?Но хотя…. пусть стремнина меня тащит, как ноутбукцифру.Встречу я всё, что не встретит труп в омуте тесном.Если время – река, значит должен быть и океан,вот куда бы доплыть…Подскажите мне способ и средство.Пусть судьба дурака-одиночки всегда нелегка,но зато он живёт в каждой капле… да и в каждом сердце.Если время – река, значит должен быть где-то исток,значит, есть ходоки к нему. Вам попадались – навстречу?Интересно, а кто же они…Ветер гонит листоки навстречу реке.Где взять парус?Мне с ним будет легчеразобраться с течением, как с верхней нотой – бекар(для неё отменил он причинную следственность правил)…Частный случай винила – жизнь-музыка – требует правона повторный ход.Но есть ли он, если время – река?..

Вопросы

У меня есть жизнь и куст шиповникау подъезда утром распустившийся.У тебя – долги, обманы, подкупы…Интересно, что из списков лишнее?У меня есть город, небо, Женщина.У тебя – забор, понты, любовницы…Иногда хорошая затрещинаот судьбысны превратит в бессонницу,и, запутавшись в делах остаточных,кто вторым поймёт всего бессмысленность?Первым кто возьмёт с собой достаточно?Чем второму в ад дорогу выстолбить?

Причины несгораемости

Юридически личной природыдоговор с жизнью был парафирован,Я его, как всегда, зафиксировална салфетке в кофейных разводах.Получившаяся с кровью рукопись(из числа не горящих) в тарелкемежду черри, оливкой и рукколой,тем не менее, лихо сгорела.Улыбаясь, коробку со спичкамия крутил между пальцев, а пепелнекрасиво чернел.Нервы взвинченочто-то про невозможность мне пели.Эпизод так себе.Обвалованныйнебоскрёбами парк был таинствен.Мир в своём бесконечном единствене заметил, что был обворован.

Бесконечно быстро

Ты помнишь (?), – обо всём мы забывали,когда на детстве поспевали вишни,молчали ночью громко в «третий лишний»…и будущего было мало.Я понял: как ни кружится дорога,на западе всегда стареет алым.По мере приближения к финалузачем-то будущего стало много.Мы знаем: помнить и понять – полдела.Быть нужным, часть себя другим оставить…достаточно?Бог весть.Мы не устали,но будущее быстро пролетело.

Забастовка кучеров

Очень трудно собрать волю в кучуи что-то писать,не везёт если. Что там за кучер?Ужели Иса?!Неужели Ему дело есть домоих мелких дел?Мне бы самостоятельно ездить.Да только вот где…А с другой стороны, может этосвобода – молчать?И, руки не имея железной,растратить колчанмимо всех из возможных… не целей,хотя бы ворон,и лежать в поле дивной люцерныдням наоборот,поперёк временного потока,напротив небес,бессловесным, без проку, без толкусебя даже без.Остановка.Для локомотивамолитвы кромсать,как дрова. Но Тебе не противно,Иса?

Цветовод

Обычно я – неважный цветовод.Салат пошинковать… а тут – не очень.Откуда бы вдруг это существо (?) —на подоконнике пылилась ночь.Не поливал ни разу, но онацвела мне бестолково, ежедневно,луной и фонарями в цвет оранж,а я рвал звёзды, рифмой обеднев.В окне битком набитом пустотойчто было ждать, когда в груди она жедавила душу тяжестью в сто тонннепризнанности, лже-друзей.Тоннажневыносимо жуткий в темноте.Но дальний свет напротив – как издёвка,и ненавистную благословляя тень,всё так же крал, гася руками, звёзды.Десятилетия спустя привык,стал поливать бессонницей источникрассветов, и кашповый мой ковыльстал лучшим другом. Под стихи и «скотч».

Мода

Утомительная будней карусель…Мода гладить маленьких собак…очевидно, это мода на друзей,но кому-то вечно – не судьба.А просить бессмысленно. И мы,чередуя средами вино,покупаем псов: они немы…Но кому-то ведь не всё равно.«Может быть» – вот главное из всехоснований жить.В карманах брюктот кто носит с «Pedigree» кисет,для какой-то псины – лучший друг,но присев к собаке, убедись,что она – единственная из.«Может быть»… ты загляделся вниз?А когда-то надо бы и – ввысь.

Такса

Концовка всё ближе и ближе,но не прекращаю метаться,как на поводке утром такса, —ведь я так и не был в Париже,и не довелось камнем цокатьалтаев, нью-йорков…Однако,надеюсь, что звук одинаков.А вот результаты концовки…

Со стороны

Мне нравится в колоброжении толпыпредусмотрительно расположитьсятам, где толпа на личности крошится,и услаждать исследовательский свой пыл.Всё очень просто: наблюдая за людьми,зачем анализировать причиныразличий? Ведь важнее их наличийнет ничего.Так мать любуется детьми.

Концентрат

И, кстати сказать, концентрация снов на квадратбессонниц обратно пропорциональнаколичеству лет. Время одноканально,и реверса не допускает.Кто ж этому рад…Когда концентрация сна понижается досверхминимума за последние страхи,то мысли хрустят, как банальный арахис,в процессе бесцельных гуляний в аллеях садов.И нет ничего удивительного в пустотемне, напоминающему нечто вродееё части. Часть – не на целое ордер.И в случае у пустоты – это души без тел.А тело, пожалуй, уже не покинет матрац(не из-за – скорей вопреки ожиданиям смерти).Кто курицу-Землю под Солнце поставил на вертел?Гриль неравномерен, и холоден душ концентрат.

Пленник свободы

«Пока человек не приобрёл

способности мыслить

оригинально, то есть

самостоятельно, не имеет смысла

требовать, чтобы никто не

мешал выражению его мыслей».

Э. ФроммВ пустой башке, как осенью в скворечнике,не важно, что там раньше в ней наверчено(неважность – жуткий признак пустоты).Теперь привычнобормочу чужое,сквозняк унёс «своё». И смысл в боржоми,когда в углах пылища,дом остыл.Я не актёр, но кто-то мне суфлёрствуетнапористо.Ему что… сердце чёрствое.И чтобы промолчать, одену плащда – в мокрый город, в грохот улиц, в люди.Что будет – точно было. Но вот будет?Такая у причин и следствий блажь.Всё хорошо (пустому всё – хорошее).Дивлюсь красавице, торгующей мороженым:кому сейчас оно?Возьму однодля поддержания баланса смысла…и выкину. Аллея с миной кислойидёт на дно.Сэр Дождь потворствует тому напористо.Какой-то вечер нынче не истористыйна сказки.Тоже, видимо, в скворцахсбежавших дело. У причин ход вязкий,зато конец захлопнет двери с лязгом,и остаётся «не своё» «нести» в сердцах.Пытаюсь не махать чужими флагами(попытка – это, вероятно, главное),но результаты не зависят отни ветра, ни меня, ни направлений.Домой. Свобода – это тот же пленникпустот.

Вирус парадокса

Гриппозно сморкаясь в тучи,солнце зимой заболело.Процесс невозможно вдумчив,Дырку б меж рёбер заделать:туда попадает осень.Не заразиться чтобы,«бы внутрь вина», в шарф – носик…но позабыл где-то штопор.Выкручиваться придётсякак-то иначе. Фиаско.Суббота, сентябрь, тучи-клёцки,и на груди нет повязки.А завтра был дождь. Навернобудущее не наступит.Года – это времени ревностьи предсказуемость судеб.Промозгло, стихово, хрипло.Традиционно раненсиренево-древним гриппом,выживу, сдохнув заранее.

Личность и царь

Водяная, мироваяосень. От дождяна асфальте заживаютоспинки, зудя.Кожа луж морщит под ветром.Личность под зонтомдумает, что дождь бессмертен,а вся жизнь – потом.Каблуками, каблукамис пятки на носок…Космос – поле, звёзды – камни…Дождь царит, косой.И задумчивая личностьвовсе не спешитжить (спешить ведь неприлично),кончиком души —кончиком зонта щекотитбороду царю.Царь щекотку любит точно.Шепот: «Не горюй», —колошматит повсеместно,слышно хорошо.Хорошо!..Но если честно,лучше б царь ушёл.

Валет

Словно карты,раздалБог вопросы на всё.Я, конечно, звезда,но в отсутствие звёзд,и на этом почил,как субтропик в Крыму,и не должен почтиничего никому.В рукаве есть свой туз,не козырный, но всё ж.Бить им не тороплюсь(а порой невтерпёж).Усмотреть боковымфинт судьбы как сквозь тьму?Игры с Богом, увы, —бесполезная муть.Взявши прикуп, зачемжду в нём некий ответ?Он, конечно, исчез(если был).В шельмовствеОппонента винитьглупо.Переверну…Там вопрос аж звенит,и назад не вернуть.Вот и мучайся с ним.Жить игрой – не игра.Путь звезды – только вниз,и куда-то за край.Характерно, что нетпобедителей. Заноябрём бульденеж,за любовью – слеза…за ответом – вопрос.И живём, пока естьхоть один. Лучше – россыпь.И в каждом – подтекст.

Предположения

Предположим:в метро переходосвещён жёлтым. Холодно, пусто…И допустим, что грустно, и – шустро —ликантроп-злость на шее верхом.Обусловим всё это зимой,нерастаченностями желанийи сентенцией «не повезло»:так быть может пора блажь горланить,мол, достало, мол, сам виноват,минус двадцать – есть повод к концовке?..Предположим, ты – там.Где ж виваттвой теперь? Бомж в чумазой спецовке(или – Бог?) подметает бетон,сквозняки скучно хлопают в кафельоптимизмом, как грязью…Не тосам себе намечтал ты потрафить?

Рассудительная марионетка

Мной двигают лифт,мной паркуют машину,и ходят на флирттоже мною.Паршиво,когда не понять,кто топ-менеджер тела.Оно – западня…Кем-то солнце желтело.Тобой повезломне за что-то, и рядомведёт нас без словнечто большее взглядов,и – нами молчит,и – целуется нами…Реестр причин —не реестр цунами:он нуден и толст,и с реестром последствийне сверен.Мой тостмной гордится, естественно,и муза моямною пишет зачем-то…Кто – «я»(?): мезальянсЭгоизма и Тщетно.

Andante

Стараться повсюду успеть…Ну что ж, это тоже ведь – шанс.Ночь.Арочный мост.Парапет.Мне надо бы – не спеша.Река, как ленивый удав,обманом пустой глубинынас гипнотизирует.Прав,выходит, тот, кто ленив?Пожалуй.Поток торопыгна этом мосту не иссяк,решающих методом «прыг»всё. Этих не воскресят.Но тот, кто остался, затоуспеть будет должен за всех…Мелькнет сигарета, просевпараболой золотой.

Признаки

Как только ты счёл, что тобою написанноезначительно и будет нужно кому-то, —кранты: ты покрылся отныне и присно…не бронзой,а сквозь неё плохо реальность просматривается,где люди – как призраки.Славу в конвертелегко конвертировать в долларов матрицу,но признанность здесь не при чём.Слава – ветер.Не нужен ты ей, но тебе – она, тёпленькая,как койка бойцу после чая и вахты…Собрать бы все бюсты в баул с недотёпамии Воланду сдать, перемотанных ватой!Он с ними обычно неплохо справляется,когда есть желание (вот уж кто признан…).В лучах славы души до дурости вялятся,потрогай свою, – не похожий ли признак?

Практически

Практически не известен,карман для иллюзий дыряв,я верю во всё на свете,не веря во всё подряд.Практически победительвторостепенных войн,бываю весьма убедителен,как тираннозавр – в меловой.Практически ноль в оккультныхнауках, в других затоещё меньше.Mea culpa…грехов дождь.Молитва – зонтом.Практически полностью вымок(одно название – зонт),с пустым карманом – на рынокпустых человеков.Он прост:практически все продаются(иллюзии и не нужны)за правду и ложь (по унции)в словах, был бы нервный нажим.

Воля

Во всей земле от вас и до меняи метра не найдется без препятствий,но разве это повод изменять?«Тик-так, тик-так» ответило с запястья…Во всех веках от нынче до потомне будет и секунды чем-то лишней,любая – повод крикнуть «хоть потоп…»и тратить жизнь по принципу наличных.Во всех богах от настоящих допридуманных нам важен кнут и пряник…В лопатках, чувствующих холодок,суть крыльев.Но летать дано – «по пьяни».Во всей душе от совести до злане встретишь непреодолимо-строгихграниц.Дослать патрон в патронник —ещё не выстрелить.Но надо ли – дослать?

Туманы

1. Узники

Сегодня было грустно и туман,до метров расстояния смывающий,а заодно и «завтра» все играючи.А в будущем теперь всегда зима.А в прошлом заунывно плачет «мы»,подсматривая на меня старательно,но выступая в образе карателя,я соглашаюсь с правилом зимыи не прощаю (не святой Симон)себя тебе. Беру туман в союзники.Мы сами у себя обычно узники,но понимаем это лишь в туман зимой.

2. Анизотропные создания

Туман подозревал, что нелюдим.И хоть к нему всегда тянулись люди,их общество он ненавидел люто,был чересчур загадочен, причудлив… —один.Но осуждать его дано не нам,уж мы-то точно с ним похожи. Те же:неясность направлений, мягкий стержень,надежды, что надёжны лишь надежды…Сплошной туман.Туман в тумане – вот уж мощный сюр!Знакомьтесь – я.А встречные мутанты —есть порождения сердитого тумана,и все анизотропно негуманнывовсю.

3. Простая штука

Туман поломал мой хронограф.Не знаю теперь: кто я, где я.Туман – неплохая идея.Живые дома, будто огры,вслед взглядами сопровождаютменя по асфальтной равнине.И рядом дождь в ветхой рванине.И я не живу – ожидаю,бессмысленней новорождённых,являясь от общего частью(как женские взгляды на счастьеот счастья). Как желудем в дёрне,не думаю – произрастаютягучими звуками мантрышагов в безвременье тумана…Забвение – штука простая.

Сказали

А кто сказал вам, что ночь – глухая?Она всё слышит,и может дажепоэтому и затихает —послушать Кришну.В многоэтажкахгуляет дрёма, как будто вирус, —спасает души.Самоубийцыкричат «умрём», но не удавились:апрель на ужин,любовь на лица.Юпитер в небо.Крик электричекпохож на эхов пещерных залах.Цвет глаз эбенов у ночи. Чиркнетона, наехав:«так кто сказал вам?».

Странная парочка

Передвигаясь болезнью по хордедолгой недели, дня три, да срезая,слышу дурацкую фразочку: «Зая,всё, что не лечится, просто проходит».Некая странная леди вульгарношепчет бредовое: «Температура,как невоспитанная шлюха-дура,высосав силы, уйдёт с перегаром».День облакастый, шумливый, как пудель,гавкает в окна машинной движухой.Мне от слов леди всё хуже и хуже:«Времени, видимо, больше не будет».Что же тогда? Ведь оно, вроде, лечит?Переболев, понимаю, что вряд ли…Просто с болезнью оно (но не леди)выпало. Видно, карман продырявленбыл у того, кто заведует жизнью,что ему – день? Бесполезная мелочь.Вон он, идёт впереди в драных джинсах,леди под ручку с ним, что-то там «лечит».

Ассоциации

Кто в мае тосковал по октябрю,тот безусловно что-то понимаетв мгновенности и октября и мая(как кутюрье в нелепых стилях брюк).И там и там не хочется не жить,себя осознавая обострённов «здесь и сейчас», жаргонным словом «стрёмно»скрывая страх…Страх – наши платежиза право находиться на земле…да, в общем, где угодно находиться,и наблюдать закат, и рваться к птицам.Май – это шанс не помнить нам о зле,но вспомнить вдруг октябрь за краски и…и по ассоциации – за яркость.Нам всем присуще постоянно якать,но не когда забылись от тоски.

Так казалось

Обожаю мир любить ликующе,наблюдая в каждом из явлений:– древнее,– себя– и будущее.Чувство тонкое – благоговение.Нереальность – лучшее в реальности,как Добро на площади вокзала.В сумерках ли, в пасторальности ли,но ничтожно мал я.Так казалось.

Вместо оглавления

Глава 1 Человек пути

Близнецы

Под суровый запилмегажёсткого фузавсё, что выдалось грустным,я бы водкой запил,только редко когдачереда обстоятельствк нам бывает лояльной.Не вступая в контактс очевидностью, газсам стремится – до пола.Джип аккордами полон,фуз – педаль.И ногасамостийно, аж жуть,ей играет.Проспектоммчится некто, а в нектоя, пожалуй, гожусь.Города – алтари.Жертву уничтожалиРоком или кинжалом.Скорость, как Альтаир:не достигнуть предел.Отчего же у грустидостижим он?Допустим,«Кто-то-там» порадел?Фонарей сереброразвивает идею,что везде и нигде я,хватит множить добро.Не достичь всё равноидеала.Оккамасократил путь от кармыдо еды для ворон.И бездумно гоню,сокращая бездумнопуть до «…gloria mundi».Чересчур много Нюдля души – у другихвызывает насмешку.Закрываюсь поспешно,будто крест на груди.«Рок» и «рок» – близнецы.И я верую в это,как огонь верит ветру,как кинжалу – рубцы.