скачать книгу бесплатно
Его комплименты скорее меня злили, чем радовали, но я в очередной раз смолчала. Облачилась в рубашку и застегнула все пуговицы, одну за другой.
– Только строптивая оказалась. Надеюсь, подвал тебе напомнит, с кем ты общаешься, – продолжил он, и я нервно сглотнула.
Снова в уголках глаз собрались слезы. Я не хочу в подвал. Я же живой человек, ну как так можно поступать со мной? А если там есть…ох, крысы?
Гор вернулся к двери и второй раз её распахнул:
– Ведите.
***
Меня привели в подобие недостроенной комнатки, которая находилась на минус первом этаже коттеджа. Подземная парковка прямо внутри него, меня провели через неё и грубо пихнули внутрь комнаты, или даже, скорее, камеры, так, что я не удержалась на ногах и шмякнулась на задницу прямо на холодный бетонный пол.
Дверь с лязгом закрылась. Я окинула её хмурым взглядом и поднялась с пола. Здесь было довольно холодно. Босые ноги тут же остыли и стали отдавать тепло бетону. Так и простыть недолго или подхватить воспаление.
В углу у стены стояла лавка. Без матраса. Но зато она деревянная и не будет тянуть из меня жизнь и тепло. Мне придётся постоянно сидеть или лежать на лавке, чтобы не получить проблем со здоровьем. Впрочем, если он решил держать меня здесь слишком долго, то проблемы в любом случае начнутся.
Забралась на неё и попыталась улечься поудобнее. Но как ни ложись – жёстко, холодно, противно. Как камера в колонии какая-то. Бетонные стены и пол, очень ограниченное пространство, которое давит, отсутствие элементарного одеяла. Всё сильнее и сильнее ко мне подступала истерика.
***
Я не знала, сколько времени провела уже в этом подвале. Без какого-либо ориентира по времени невозможно что-то понять. Здесь даже нет окна, чтобы увидеть, светло или темно сейчас.
Это тяжело. Это угнетает. Когда ты не знаешь времени, не понимаешь, сколько уже тут сидишь и сколько ещё придётся. Когда этот жестокий человек захочет сжалиться надо мной и позволит выйти? Может, и никогда. Может, он хочет, чтобы я тут ссохлась вовсе и умерла, никому не нужная и всеми забытая.
С другой стороны, так даже лучше. Я не желаю его видеть. Он снова будет надо мной измываться и трогать в интимных местах. Я боялась, что он придёт.
Только тесных помещений я долго не могу выносить, и у меня начались панические атаки. Одеяла, чтобы завернуться с головой и спрятаться, у меня нет, поэтому в особенно тяжёлые моменты я просто собиралась в комок на жёсткой лавке, обнимала свои колени и лежала с закрытыми глазами. Заставляла себя думать, что мне тепло, уютно, мягко. Что я дома, а не в плену этого чудовища. Что папа приехал за мной, отдал этому бандиту выкуп, который он так бессовестно требует теперь и у меня, и увезет меня домой, к братьям, к любимой младшей сестре.
Но все равно приходилось временами глаза открывать и возвращаться в ужасную бетонную реальность, чтобы удовлетворить свои физические нужды или поесть то, что мне приносили на подносе. Еда стала скудная и простая. Гор наказал меня и едой.
За все время мне принесли пищу только несколько раз. Значит, не так уж долго я и сижу тут, просто здесь время ощущается иначе. Тянется, словно тоже насмехается надо мной, как хозяин этого подвала.
Забылась тревожным сном, когда услышала лязг двери. Железные замки так сильно гремели по тёмному помещению с хорошей акустикой ввиду отсутствия отделки стен и мебели, что я каждый раз подскакивала, словно лавка вдруг становилась обжигающе горячей. И в этот раз я резко открыла глаза и села в самый угол, пытаясь понять, кто пришёл. Еду мне уже приносили, значит, это…
Перетрясло. Тёмные беспощадные глаза уставились прямо на меня. Гор. Пришёл посмотреть на меня и на результат своего наказания.
– Как дела? – спросил он. – Понравился тебе мой подвал?
Глянула на него недобрым взглядом. Что он спрашивает очевидные вещи? Снова просто измывается.
– Вижу, что НЕ понравился, – хрипло усмехнулся он. – Хочешь выйти отсюда?
Я снова остановила на его лице подозрительный взгляд. Здесь явно какой-то подвох, но вдруг он позволит вернуться в свою комнату, если скажу, что хочу?
– Хочу.
– Но ты ещё не извинилась, девочка.
– Извините, – пробурчала себе под нос.
Он сам виноват! Никого нельзя принуждать к чему-либо.
– Не так, – снова глухо рассмеялся он. – Слова тебе уже не помогут.
12.
Он подошёл ближе ко мне, сидящей на лавке, и поднял мой подбородок, опять заставляя смотреть на него. Большой палец лёг на мои пересохшие от страха губы. Я тяжело дышала, вздымая грудь и невольно привлекая внимание тёмных глаз к ней. Когда он подходит ко мне – это всегда заканчивается плохо.
– Твои губы ведь никто пока не трахал, Ясмин?
Ответ ему не требовался. Он задал этот вопрос лишь с одной целью – унизить меня. И напугать. Он развёл мои губы пальцем, проникая внутрь и касаясь языка. Я вздрогнула и еле поборола желание убрать его руку. Он все равно возьмёт, мне его не победить.
Его палец входил в мой рот все глубже и выходил из него, имитируя секс. Глаза Хищника загорались желанием по мере того, как его большой палец становился все более влажным от моего языка.
– М-м, – недовольно замотала я головой, пытаясь уйти от этого процесса.
– Куда? – вернул он меня рукой обратно в то положение, которое ему было бы удобно. – Расстегни рубашку. Хочу видеть твою грудь.
Снова тяжело задышала. Он что, собрался заниматься со мной сексом прямо здесь, в подвале? На этой жёсткой лавке? Хотя какая разница, где это чудовище лишит меня девственности? Даже если это случится на Багамах, мне от этого легче не станет.
– Расстегивай, – рыкнул он и натянул край ворота так, что нитки треснули в его руке.
Судорожно стала вынимать непослушными пальцами пуговицы из петель. Опустила руки, когда пуговиц больше не осталось. Рубашка повисла на моих плечах и разъехалась в стороны, открывая жадному мужскому взгляду мою грудь и живот.
– М-м, – простонал он, взял обе груди в ладони и сжал их.
Он смотрел на них, гладил, задевая соски, и моё дыхание против воли тоже сбивалось. Касания груди снова нежные, и они находили во мне отклик несмотря на всю эту ситуацию.
Бряканье бляшки ремня и звук расстегивающейся молнии. Прямо возле моего лица оказался мужской член. Его член. Я не хотела смотреть, но и перевести взгляд не получалось, потому что я прекрасно понимала, что сейчас ЭТО окажется у меня во рту. Я не знаю, какие ещё бывают члены у мужчин, но этот явно не из маленьких… Хотя лучше бы у него был стручок, который точно меня бы не порвал.
Его орган налился до отказа и выглядел очень напряжённым. Ему явно необходима разрядка, венки очень чётко проступали на бархатной коже. Головка уже довольно сильно набухла. Гор еле сдерживал свои желания.
– Ты меня завела, девочка. Придётся тебе помочь мне остыть. Если не хочешь лишиться девственности на этой жесткой лавке прямо сейчас. Бери.
Завертела отрицательно головой, но мой подбородок опять поймали властные длинные пальцы, а губ коснулась головка члена.
– Будешь послушной – не заставлю глотать.
Мои глаза стали ещё шире. Я поняла, о чем речь, хоть и не делала ни разу минет. Он кончит мне в рот и вынудит глотать его сперму, иначе я просто не смогу дышать.
По моим щекам бежали слезы. Не переживу такого унижения.
– Что такая несмелая вдруг стала? – спросил он. – Лицо когда царапала, была смелее.
Я разрыдалась еще громче.
– Простите меня! Не заставляйте… Это слишком. Я не буду больше вас…трогать.
– Ненавижу плачущих женщин, – сморщился он, застегивая штаны обратно. – Не возбуждает совершенно. Но в следующий раз я наплюю и на это. Ради дела. Поняла?
Он снова задрал мой подбородок на себя, чтобы увидеть, усвоила ли я урок.
– Д-да. Поняла.
– Извинения приняты. Теперь ты можешь вернуться в свою комнату. И имей в виду – это всего лишь маленькая отсрочка неизбежного.
13.
После того, как я переоделась в принесенный мне халат, меня повели по коридорам и лестницам дома. Но привели не в ту комнату, где я жила, а в другую. Одного взгляда в открытую для меня дверь хватило, чтобы понять, что это ЕГО спальня. Но зачем меня приведи сюда? Он хочет продолжения прямо сейчас? Пальцы закололо от волнения и страха, однако в самой же комнате никого не оказалось.
– Иди, – подтолкнули меня в спину и заставили зайти внутрь, захлопнув дверь.
И что я тут должна делать? Огляделась вокруг. Эта спальня ещё больше и просторные, чем та, в которой я спала до этого. Тона нейтральные, но тёмные или коричневые. Чувствуется мужской стиль и вкус, мне же здесь довольно неуютно. А самое главное, я не понимаю, зачем он сказал привести меня сюда. Я очень переживала, что он сейчас потребует секса.
Нервно заходила по бежевому паласу. Я совершенно не готова сейчас на это. Да я вообще к этому не готова. Не с ним. Не с моим похитителем, который разрушит мою жизнь, если невинность я потеряю. Это моя единственная защита. Нельзя её лишиться. Мне некуда будет вернуться, даже если он меня вдруг отпустит. Семья не простит меня. Но что же я сделаю против него? Мои слова и просьбы не воспринимаются. Захочет – возьмёт, и я не знаю, как я это переживу и как потом жить дальше. Этот дом станет мне последним пристанищем. Моя жизнь разрушена всего за несколько дней…
А я-то думала, что знаю свое будущее, что я под защитой семьи. Закончила университет, и отец заговорил о браке. Я не была против, мне уже двадцать два, и так дали время, чтобы получить образование. Всё было предсказуемо. Уверена была, что выйду замуж, у меня появится муж, потом дети. Тихая семейная жизнь с выбранным папой мужем, как и у всех женщин нашей семьи, понятная и спокойная. Отец всегда защитит и придёт на помощь.
Но в день нашей свадьбы все изменилось в один миг, когда меня грубо вытащили из лимузина, завязали глаза и руки и привезли в этот дом. Теперь страшный человек с красивым лицом и странным прозвищем Гор требует родить ему сына. Ради мести, ради похоти, ради прихоти.
Обняла себя и подошла к окну. Темно. Поздний вечер или ночь. Времени я по-прежнему не знала, здесь почему-то часов тоже нигде не было.
Я начинала дрожать и от мысли, что буду ложиться с ним в постель, и от мысли, что забеременею и буду носить ЕГО ребёнка. Как страшный сон, самый настоящий кошмар. Выхода нет никакого, сколько бы я ни противилась, он все равно меня сломает. Я чувствую себя мухой, которую паук поймал в свои сети.
– Как тебе твоя новая комната, Ясмин? – услышала довольно близко от себя и вздрогнула от неожиданности.
За своими мыслями не услышала, как он пришёл. Его энергетика такая мощная, что кажется, будто способна физически снести с места словно тайфун. Но сейчас он подкрался абсолютно неслышно. Как Хищник.
Обернулась и взглянула на него.
– Эта комната ваша? – спросила я, чтобы удостовериться в своих догадках.
– Моя, – ответил он, разглядывая меня на расстоянии вытянутой руки. Его взгляд давил на меня, хотелось уйти и спрятаться от него подальше. Чтобы не смотрел так.
– Зачем вы сюда привели меня?
– Будешь здесь жить.
***
ГОР.
Ясмин округлила свои зелёные глаза и залипла на мне. Видимо, ожидала чего угодно, только не этого. Но будет так, как я сказал.
– Спать, смотреть телевизор тоже будешь здесь.
– Но… Зачем? – она явно чувствовала в этом какой-то подвох.
Усмехнулся про себя. Умная малышка. Терпеть не могу глупых женщин. Раздражают.
– Хочу смотреть на тебя, – ответил ей, вперив взгляд, от которого девочка покраснела.
Как же меня смешит эта её скромность, неопытность и даже некоторое ханжество из-за строгого воспитания семьи. Но это же и придаёт ей ни с кем не сравнимое очарование. Не скрою, когда думаю о сексе с ней, испытываю удовольствие всего лишь от мысли о нем. Давно у меня не было таких чистых, искренних девочек. Она ненавидит меня, я знаю, но ненавидит совершенно искренне, по-настоящему. А в нашем мире больших и грязных денег искренние чувства – большая редкость. Если речь, конечно, не идёт о любви к тем самым большим и грязным.
Я привык заказывать дорогих шлюх, обученных всему, что можно и нельзя, не заводя никаких отношений. Потому что мне просто это не нужно. Они обслужат по полной, но… Слишком уж доступные. И поэтому сопротивление и борьба со мной малютки Ясмин, похожей на героиню из мультфильма Диснея, меня так заводит. Это остро, это ново, это так красиво в конце концов. Она борется за свою честь, потому что, потеряв невинность, она потеряет всё.
Конечно, мне прекрасно известны нравы её семьи. Они проклянут её и откажутся от неё. Она станет никем. Я знаю, на что её обрекаю…
Жаль ли мне её? Ни капли. Мне все равно, что будет с ней после. Я одержим лишь своей местью, которую я подам её отцу и жениху, перешедшим мне дорогу, на холодном блюде.
Она просто разменная монета для меня. Красивая игрушка. Она дышит, пока интересна мне. И, что приятно, прекрасно это осознаёт.
Она стояла посредине комнаты, не зная, что делать и как себя вести со мной. Как в самый первый день её нахождения здесь. Только тогда она думала, что её вскоре вызволят родные, а сейчас взгляд стал тяжёлым и… обречённым. Идея держать её возле себя – ещё один способ морального давления. Вон как дёргается – он действенный. Так она сломается еще быстрее.
– Здесь твои новые вещи, – указал я на пакеты возле комода, который я решил отдать ей. Если уж она находится рядом, пусть будет красивая. – Переоденься.
Я выбрал сам из груды вещей полупрозрачный пеньюар и шелковые трусики.
– На, – кинул я их на кровать. – Люблю, когда на женщине все эти красивые тряпочки. Твоё тело создано радовать мои глаза. А ещё больше я хочу их сорвать с тебя во время бешеного секса.
Она снова зарделась и перевела взгляд на кружева, что призваны скорее открыть тело, нежели спрятать его.
– Я не хочу это надевать, – негромко сказала она.
– Не понравился цвет? Там много других. Выбери на свой вкус, – насмехался над ней я.
– Я не могу ходить перед вами в таком виде. Это грех, – в её красивых глазах заблестели слезы. – Я не хочу в ад…
Ну уж нет. Бабскими слезами меня не пронять. Скорее, наоборот – ещё сильнее взбесить можно.
– Значит, со мной ты станешь грешницей, Ясмин, – ответил ей с улыбкой. – И твой Ад начнётся уже здесь, на Земле, малыш. А я – твой личный шайтан. Потому что трахаться со мной будешь – и захочешь этого сама.
При этих словах Ясмин перекосило, но она все молча проглотила и покорно пошла к вещам. Я сел в кресло напротив и приготовился наслаждаться зрелищем. Она робко обернулась на меня. Я покачал головой, и девушка без слов поняла, что я не отвернусь, потому что я хочу смотреть.
– И в ванную тоже нельзя, – поймал я её взгляд в сторону двери ванной комнаты. – Здесь. И повернись ко мне передом. Я хочу видеть тебя.
Ясмин медленно повернулась и кинула на меня вдруг такой тяжёлый и страстный взгляд, что мне аж жарко стало. Неужели она сейчас выкинет нечто подобное, за что была наказана не так давно подвалом, и снова спровоцирует меня на агрессию? В душе загорелось пламя, как раз для грешников вроде меня.
Ну, давай, Ясмин.
Дай мне повод напасть.
14.
ГОР.
Ясмин не ответила. Заметно было, что ей все это даётся с большим трудом. Она с удовольствием послала бы меня к чёрту, но воевать со мной крайне невыгодно.