скачать книгу бесплатно
Усмехнулась про себя.
То есть когда я просила предоставить мне одежду, он меня просто прокатил с моей просьбой. А когда понадобилось, чтобы я прошлась по дому на виду у охраны и прислуги, то платье сразу же мне прикупили.
Понятно. Интересно, оставит он его мне или прикажет своей собачке Сабире забрать его, как халат тогда? Уверена, это его рук дело, иначе халат бы вернули после стирки.
Сняла рубашку – единственную одежду, что имелась у меня, – и облачилась в платье. Короткое, выше колена, я такую длину не ношу. Но я вовсе не удивилась, даже криво улыбнулась отражению в зеркале. Белые чулки, на которых я непонятно каким чудом ещё не наделала миллион затяжек, предпочла снять. Слишком вульгарно они смотрелись с коротким и облегающим фигуру платьем.
Немного растерялась, что стою одетая, но босая. По коридорам дома не хочется идти так, но никакой обуви мне не принесли. Потом вспомнила, что мои белые свадебные туфли так и стояли в шкафу, их никто у меня не забирал. Хищник хочет, чтобы я обулась в шпильки? Ну хорошо, пусть будет так. Не босой же идти к нему, в самом деле?
Достала белые классические "лодочки", обулась и пошла к двери. Прежде чем схватиться за ручку и опустить её вниз, остановилась, чтобы перевести дыхание и попытаться унять бешено бьющееся в груди сердце.
Меня начинало трясти лишь от одной мысли, что сейчас эти тёмные хищные и порочные глаза снова будут смотреть на меня, а сильные руки с ярко проступающей сеткой вен снова будут меня касаться и прижимать к горячему и твёрдому прессу. И не только к прессу… Но тянуть смысла нет, иначе, если я опоздаю или не приду, он ворвётся сюда сам и разнесет все.
Варвар.
9.
– Входи, – услышала я холодное разрешение, после того как нерешительно постучала в дверь кабинета Гора.
До кабинета меня как под конвоем вели двое молодых секьюрити, они и сейчас стояли глыбами у меня за спиной. Нажала на ручку двери и толкнула её. Переступила порог, и дверь тут же захлопнулась за мной.
Подняла глаза и встретилась с тёмным взглядом мужчины за большим столом.
– Подойди, – властно потребовал он.
Я осторожно дошла до его стола и снова остановилась, собрав от волнения пальцы в замок. Чтобы не было заметно, как они сейчас дрожали. Больше ресниц не поднимала и ждала.
– Садись.
Присела в кресло. Напряжённая спина, холодные пальцы до боли впиваются друг в друга.
– Узнаешь эту вещь? – спросил он, и я подняла глаза.
В руках Гора был паспорт в развороте. Мой паспорт. Он у него… Он забрал сумку у сестры, когда его люди вытаскивали меня из свадебной машины в день похищения.
Я находилась в его доме уже неделю и ждала, когда отец или мой несостоявшийся муж заплатят этому варвару, который не позволил даже доехать до ЗАГСа. Он просто похитил меня и заявил свои права. Я толком ничего о нем не знала и никогда не видела его до того, как оказалась здесь. Только прозвище – Гор.
– Узнаю, – ответила я.
– Эта вещь будет находиться у меня. Теперь он мой, как и твоя жизнь, Ясмин.
Гор убрал книжечку в сейф, заблокировав его кодом. Я лишь проводила его печальным взглядом и закусила губу. Что мне оставалось делать? Не драться же с ним за свое удостоверение личности? Даже если я каким-то образом его и отвоюю, то все равно далеко с ним не убегу. Ощущение, что я рабыня, больно укололо самолюбие.
– Теперь о твоих функциях в этом доме, – он откинулся на спинку модного кожаного кресла. – Для начала приведи себя в порядок. Завтра к тебе приедет стилист. Ты должна быть красивой для меня.
Я лишь изогнула одну бровь, продолжая смотреть на свои пальцы рук. Хочет, чтобы Кукла была для него желанной и прелестной. Это понятно. Когда кто-нибудь спросит уже меня, чего хочу я? Только не ОН.
– Ты меня слушаешь?
– Да, – лаконично ответила я.
– Вечно пялишься не пойми куда. Как со стеной говорю.
У нас так принято в семье. И ещё я не хочу смотреть на тебя, Гор. Нет ни малейшего желания видеть твоё жестокое лицо, бандит и похититель людей. Я снова ничего не ответила.
– Ты будешь проводить со мной ночи и подаришь мне наследника.
"Бух. Бу-бух. Бух", – сердце билось все громче, отдавая эхом в голове.
Наследника? Я не ослышалась?
Теперь я подняла глаза на него и внимательно посмотрела. Не может быть, что он серьёзно. Сначала организовал моё похищение, требовал выкуп у семьи и жениха, держал здесь в плену, а теперь он хочет использовать меня как живой инкубатор?!
– Что так смотришь? – спросил он. – Твой отец и жених не вернули мне то, что взяли без права. Значит, придётся возвращать тебе. Я думаю, сын, подаренный тобой врагу семьи – будет самым лучшим наказанием и уроком и для твоего жениха, и для твоего отца.
Продолжала изумленно хлопать ресницами.
Да он болен! Не может нормальный человек такое просить. Ему лечиться надо. Где же ты, отец? Почему так и не приехал за мной? Неужели деньги важнее моей жизни? Я же в плену у самого настоящего психопата!
– Я не буду спать с вами, – сказала я, глядя ему в лицо.
Он лишь хрипло рассмеялся в ответ.
– Выбора у тебя нет, ты разве ещё не поняла? Я всегда получаю то, что хочу. Придёшь сегодня ночью – сама, в мою спальню.
– Я не… Не приду.
Боялась его до ледяных пальцев. Но я буду бороться за себя до самого конца. Пусть лучше убьёт, но этот бандит не получит ни меня, ни ребёнка от меня. Тем более, что для него все это просто месть и забава. А мне теперь терять и вовсе нечего.
Холодные глаза сузились и остановились на моем лице. Гор медленно встал и походкой хищника обошёл стол. Мужские пальцы неласково сжали мой подбородок и заставили смотреть ему в глаза и слушать. Голос проникал глубоко под кожу и звучал прямо внутри меня.
– Значит, я тебя сломаю. Выбирай сама.
Я молчала, все больше покрываясь льдом изнутри. Возможно, эта ночь последняя в моей жизни. Потому что я просто ему не дамся, а он… Просто убьет меня в ответ.
Последняя ночь. Ночь с хищником.
– И решать тебе это придётся прямо сейчас.
Он сказал это и потянул меня за руку, заставив встать. Властным движением обвил руками мою талию и тесно прижал к своему крепкому, сильному, напряжённому и очень горячему телу. Не успела ничего даже подумать, как его жёсткие губы накрыли мои в требовательном поцелуе. Он вынудил меня раскрыть губы, помогая себе рукой и опуская мой подбородок ниже, чтобы затем ворваться в мой рот своим влажным и жадным языком. Пальцы Гора легли на мою ногу и поползли вверх, к бедру, поднимая и сминая ткань платья.
Меня накрыла слепая ярость. Мне стало все равно, что он сделает со мной. Осторожность забыта, а инстинкт самосохранения, который я так много раз ругала, наконец дал сбой. Я просто хотела уничтожить, хотела рвать его тело на маленькие кусочки, причинить ему боль. Подняла руку, собрала пальцы на манер кошачьей лапы и с наслаждением провела свежим предсвадебным маникюром по его небритой щеке, от души вдавливая острые ногти в теплую плоть. По пальцам заструилось нечто горячее и густое. Кажется, местами я разодрала ему кожу очень сильно.
Мужское тело напряглось. Поцелуй прервался. Тёмные глаза уставились на меня. Люто. Яростно. Смертоносно. Теперь хищник порвёт меня. Его очередь.
В несколько секунд одним резким движением руки все было снесено со стола. Бумаги, письменные принадлежности и даже ноутбук недешевой марки полетели на пол. Гор схватил меня и забросил на этот широкий стол, перевернул на спину и грубо растолкал в стороны мои колени.
Дрожащие руки, которые отчаянно пытались бороться с ним, Хищник свёл над головой и пригвоздил к крышке стола одной огромной пятернёй. Пошевелиться я не могла под натиском и грузом его мощного тела и только тяжело дышала, ожидая расправы надо мной. Полные гнева и желания глаза смотрели в упор, не мигая, лишая меня последних остатков разума от неконтролируемого первобытного страха. По мужественной скуле тонкой струйкой бежала кровь
– А ты хочешь пожестче, да? Чтобы прямо очень грубо? Я понял.
10.
Платье разорвал прямо на мне. Молния жалобно треснула и поддалась его сильным рукам. Жёсткие губы снова впились в мои до невыносимой боли. Я активно сопротивлялась, пытаясь избавиться от натиска, но он держал так крепко, что я лишь могла стонать от боли и плакать.
Вот и все. Сейчас меня лишит девственности на столе кабинета это чудовище без моралей и принципов. Силы начали оставлять меня, тело словно налилось свинцом, а душу затопило такое отчаяние, что, казалось, ещё немного – и я тронусь умом.
Хищник же с наслаждением целовал, ел, мял мои губы, и ему было совершенно плевать, что к нему испытываю я. Его вели животные инстинкты.
Насытившись губами, он захотел лакомиться дальше и перешёл на шею. Истерзанные губы саднило и жгло от слишком грубых поцелуев, от того, как беспощадно кололась жёсткая щетина.
Стало ещё обиднее за себя. Слезы застилали глаза так, что я видела перед собой лишь размытый силуэт. Зато прекрасно все чувствовала.
Это ведь мои первые поцелуи. И они вот такие – грубые, необузданные. Поцелуи Хищника.
– Пожалуйста, – продолжала просить надтреснутым голосом я, содрогаясь всем телом от его напора, сильной энергетики и сметающего все на своём пути сексуального желания. – Давайте решим как-нибудь иначе…
Мои слова остались непоняты и утонули в новых всхлипах, когда мужская рука обхватила мягкое полушарие. Тёмные глаза смотрели на мою обнажённую грудь так, словно я – еда. Добыча Хищника. От этого взгляда кожа покрылась мурашками, а соски стали твёрдыми.
Даже это изменение моего тела он заметил. Он замечает всё. Мягко и низко рыкнув, опустил голову к одному из них. Горячее дыхание опалило нежную кожу, заставляя меня сходить с ума от страха и странных и острых ощущений. Я застыла в ожидании касания. Я не знала, чего ждать. Он сделает больно? Станет кусать? Будет меня терзать, пока не сойду с ума от боли?
Большой палец мужчины прошёлся по соску, и меня вдруг дёрнуло. Потом прошёлся ещё раз. И ещё. Мягко надавил, потом двумя пальцами немного потянул, и с моих губ сорвался рваный выдох. Вцепилась холодными пальцами в его плечи, попытавшись снова избавиться от него. Я не хочу его, не хочу это чувствовать! Не хочу это ощущать…
В ответ на мою очередную попытку сопротивления он сжал меня крепче в руках и накрыл губами один из сосков. Он целовал его. Нежно, ласково, словно приручал. Потом отпустил и перешёл ко второму, лизнув его горячим языком. Вторую грудь кололо от мягкой прохлады после его поцелуев, вызывая ещё более крупные мурашки по телу.
На время я выпала из реальности и сосредоточилась на этих ощущениях. Они слишком острые, новые и неизведанные для меня. Я не могла их игнорировать. Значит, вот как это – быть с мужчиной. Сумасшедшие эмоции… Но если бы я все это позволила, если бы все это не было силком…
Опять расплакалась и попробовала не дать ему целовать свою грудь.
– Дайте мне время.
– Нет, – услышала в ответ однозначное слово. – Ты меня разозлила.
Во внутреннюю сторону бедра врезался член, выпирающий из брюк. Я испугалась ещё сильнее, чуть не теряя сознание от понимания, что сейчас он вгонит его в меня.
Платье треснуло по швам на моих бёдрах, когда он развёл мои ноги ещё шире, чтобы устроиться самому между ними. Его член упирался в мой клитор, заставляя меня трястись ещё сильнее. Даже через ткань брюк и своего белья я очень чётко его ощущала. Губы дрожали, пока я испуганно смотрела на него и понимала, что я обречена. Он не пожалеет.
Гор подхватил мои ноги и закинул себе за спину, проведя горячими пальцами по моему бедру. Касание почти нежное. Как он может быть… таким? У меня шёл полный разрыв сознания от его поведения – то грубого, то почти ласкового. Несколько поступательных движений в мою промежность через брюки, и Хищник тяжело задышал.
– М-м… Чёрт, – рычал он.
Неожиданно он отпустил меня и встал. Отошёл на несколько шагов и отвернулся.
– Прикройся.
Дрожа всем телом, я свела ноги вместе и села. Попыталась прикрыться лоскутами, которые ещё недавно были платьем. От непрерывных рыданий болела голова и началась икота.
Осторожно посмотрела на его широкую спину. Он… Передумал? Решил отпустить, или это какая-то странная передышка?
– Знаешь, почему я тебя не стал трахать?
Нервно сглотнула от его грубых слов. Но, кажется, мне придётся привыкать. Он не станет обращаться со мной как с принцессой, ведь я – невеста врага и дочь врага.
– Почему? – спросила я, боясь, что он передумает снова.
– Потому что ты девственница. И ты меня взбесила. Я могу потерять контроль, – спокойно отозвался он.
По спине пробежала капелька пота. Господи, какие же ужасные вещи говорит этот человек! Разве можно заниматься сексом так, чтобы девушке причинить вред? Видимо, можно. И моё счастье, что он решил сегодня меня не трогать.
Гор обернулся, пригвоздив меня к столу ледяным взглядом.
– Но скоро я тебя лишу невинности. И буду тебя иметь столько, сколько захочу. Ты будешь стонать подо мной, кончать, тебе понравится, и ты будешь себя за это ненавидеть.
Я опустила глаза, снова решив отмалчиваться. Я и не знала, что можно на это сказать. Таких выражений в свой адрес я ни от кого не получала.
– И имей в виду – сопротивление заводит ещё больше, – добавил он, но снова не получил от меня никакого ответа.
Я не знала, нужен ли он ему вообще, или его устраивало, что говорит здесь только он?
– Я ещё возьму с тебя за это, – он указал на свежие царапины на лице и сузил тёмные глаза. – По полной.
Гор вдруг прошёл к двери и распахнул её.
– В подвал её.
11.
Куда? В подвал? Здесь есть подвал? Мои глаза расширились от ужаса. В голове сразу же всплыли картинки и кадры из фильмов про темницы средневековья. Только плен этот – не фильм, а моя жизнь.
– Хотя стоп.
Он захлопнул дверь перед самым носом парней. Он изменил свое решение?
Обернулся ко мне и прошёлся взглядом по платью, которое сам же и разорвал на куски, и я безнадёжно пыталась им прикрыться. Ушёл куда-то на время через дверь, ведущую, вероятно, в его спальню прямо из кабинета. Я молча ждала, так и не решившись и шага отступить от стола. Дрожа, обнимала свои плечи руками, закрывая грудь.
Гор вернулся и принёс с собой белую рубашку. Опять свою. Он дошёл до меня и остановился. Молча протянул её мне.
– Переодевайся.
Забрала принесенную мне вещь и застыла на месте, ожидая, что он отвернется хотя бы.
– При мне.
Выбора не оставалось. Отложила в сторону рубашку. Неловко стала стягивать с себя остатки платья. А он смотрел. Ловил каждое моё скованное движение. Он наслаждался моим робким и вынужденным стриптизом, в то время как я сгорала от стыда.
Освободилась от лоскутов ткани и положила их на край стола. Потянулась за рубашкой и развернула её.
– Шикарное тело, – сказал он низким голосом. – Ты очень красива.