
Полная версия:
Хранимая
Эльф пристально на меня посмотрел, оценивая, не шучу ли, и покачал головой.
– Вы сказали правду, леди.
– Рита, просто Рита, – поправила я ушастика. – Ты чувствуешь, когда лгут?
– Не совсем, – улыбнулся эльф. – Я ощущаю, когда говорят истину. Рита, в вашем… в твоем возрасте такие путешествия опасны и утомительны. Почему не перенестись сразу в столицу? Вашему Хранителю ведь это по силу?
На это ответил сам Эль:
– Нет нужды. Рите нужно освоиться и понять, что она хочет от Мира. Кем быть, где жить, чем заниматься. И потом, мы никуда не торопимся. У неё теперь впереди сотни лет! Поэтому я могу устроить для сестры экскурсию по этому миру.
Эль сел прямо и посмотрел на меня:
–Если вдруг передумаешь идти в человеческую столицу, можем заглянуть к горному народу. Или степнякам. Всё зависит только от твоего решения.
– Я не знаю, – растерянно пробормотала, соображая, куда бы мне хотелось? Может, лучше следовать изначальному плану?
– Рита, если захочешь, я могу тебя провести в земли эльфов и предложить стол и кров. Ты уже находишься под моим покровительством, поэтому там тебе ничего не будет угрожать.
– Ты же говорил, тебе нежелательно появляться дома до выплаты долга? – серьезно спросил Эль.
– Ну, это говорили на случай, если я приду добровольно. Про просьбу или желание моего спасителя речи не шло, – хитро покосился на меня Лари.
– У тебя там нерешённые дела? – спросил Эль, но мне это было не важно.
– И я увижу Владыку? – едва не подпрыгнула я. Любопытно ведь посмотреть на уши самого ушастого ушастика!
Лари побледнел, Эль фыркнул, а потом расхохотался.
– Ну, ты даешь! – братец едва ли не катался по земле от смеха. Ну что опять я учудила?
– Малышка, чести увидеть самого Владыку удостаиваются далеко не все эльфы, и то, только издалека и всего пару раз в жизни, – сквозь смех процедил братец.
– Ой. Хорошо, можно без Владыки, просто сходим в гости, – слегка расстроенно пробормотала я.
– Поздно, леди. Мир услышал и принял вашу просьбу, я обязан её выполнить, – терпеливо пояснил Лари, а Эль опять зафыркал.
Я тут же принялась отнекиваться и отказываться, не желая, чтобы у ушастика были из-за меня проблемы. На что эльф широко улыбнулся:
– Не стоит переживать, Рита. Ты уже сделала для меня больше, чем кто-либо. Мне осталось только смиренно вернуть долг, а никто не говорил, что это будет легко. И потом, интуиция мне подсказывает, что знакомство с тобой принесёт ещё немало сюрпризов, и оно того стоит.
Эльф гибко поднялся и бесшумно ушёл за деревья. Я встала, кряхтя и разминая ноги, которые мне отлежал брат, и потопала в кусты, бурча и шурша лесным мусором под ногами.
На следующий день я ощутила всю прелесть иметь двух старших братьев. Они, словно сговорившись, устроили негласное состязание, кто больше меня побалует. Меня угощали сладкими ягодами и вкусными орешками, рассказывали забавные истории. Мы бегали наперегонки и всячески дурачились.
Эль радовался тому, что я рада, а Лари временами словно удивлялся сам себе. Как будто он считал, что давно уже разучился веселиться и смеяться, не оглядываясь на других. На привале он сделал мне подарок. Сначала попросил показать ему истинное лицо своего спасителя. Эль пожал плечами и снял морок.
Как я поняла, раз над Лари висит долг жизни передо мной, эльф не сможет причинить мне зла. Пока ушастик с непонятным выражением лица меня рассматривал, я с горестью разглядывала дырку на своих джинсах. Не думала, что придется расстаться с ними так скоро. Удобно ведь!
Лари фыркнул своим мыслям, спросил, что меня расстроило, а потом сказал раздеваться. Я вылупилась на эльфа, Хранитель оказался рядом и тяжело посмотрел на ушастика. Тот обиделся и заявил, что дети его не интересуют, но он может решить мою проблему, если я позволю поколдовать ему над брюками.
Соглашаться или нет? А вдруг они на магию отреагируют неправильно и порвутся ещё сильнее, или перекосятся, или полиняют? Лари скептически фыркнул и заявил, что с его образованием и опытом в бытовых заклинаниях мои сомнения сродни оскорблению.
Портить вещи неудачными заклинаниями он перестал ещё в семьдесят лет, а с такой ерундой и пятидесятилетний справится. Сказал, задумался. Уши стали заливаться краской. Ну да, я на его фоне сущий младенец!
Решившись, потопала в кусты. Стянула джинсы, завернулась в плащ и отдала брюки на растерзание. Лари ушел вместе с ними за деревья. Ну вот, а я посмотреть на колдовство хотела! В качестве мести, когда Лари, довольный собой, вернулся на поляну, я выставила из-под плаща ноги по колено. Уши эльфа заалели, и он стал старательно отводить взгляд.
Вернул мне джинсы, едва не свалившись при этом в костер. Упс, похоже, я перестаралась. Коленки скрылись под плащом, эльф вздохнул свободнее. Я старательно ощупала и осмотрела джинсы. Как новые! Мне пояснили, что теперь они не порвутся и не износятся, грязь к ним не прилипнет, будут менять размер и всегда идеально сидеть.
Ух, ты! На радостях я кинулась эльфу на шею и чмокнула в щеку. Тот выпучил глаза и забыл, как дышать. Чего это он? Ну, подумаешь, при этом ноги мелькнули. Видел бы он, как у нас на пляжах ходят!
Кстати, а здесь пляжи есть? Есть. Раздельные, для мужчин и женщин. И купальные костюмы закрытые, от шеи до пяток. Блин, так неинтересно! И неудобно. Лелея планы по введению новой моды, я облачилась обратно в джинсы. А ведь и вправду стали лучше сидеть! Надо Лари ещё раз чмокнуть. Или не стоит доводить ушастого до инфаркта?
После обеда Лари вспомнил, как катал младшую сестрёнку на плечах, и у них с Элем появилось новое состязание – кто дольше и дальше со мной пройдёт. Я радовалась, что меня носили на руках и катали на спинах. Ведь после того, как мы уговорили остатки вчерашнего кролика, я могла передвигаться разве что ползком!
Я как раз ехала на шее эльфа, когда мы стали спускаться с очередного холма. Эль что-то прикинул, вгляделся вдаль. Схватил нас с ушастым за руки, и в следующий миг мы оказались далеко от того места, где находились. Хранитель радостно фыркнул: "получилось!", Лари удивленно присвистнул и поправил меня на плечах.
– Не знал, что такое возможно, – покачал головой Лари.
– Это ты о чем? – с любопытством спросила я, едва не свалившись с эльфа. Тот добродушно посмеялся и аккуратно поставил меня на землю.
– Мало кто из обычных Хранителей способен переноситься, и ещё меньше в силах перенести ещё и своего Хранимого, – пояснил Эль, сияя, как медный тазик.
– Угу, – подтвердил Лари. – А твой брат умудрился перенести нас обоих, и это при том, что я никоим образом с ним не связан. Такое считалось невозможным.
Эль раздулся от гордости.
В какой-то момент я перестала считать дни. Вернее, меня перестало волновать, сколько времени я провела в этом мире. Каждое утро спрашивала, какое число и какой день недели. Благодаря Элю я всё слышала в привычных единицах, и вторник оставался вторником, а март – мартом.
Только из-за того, что месяцы здесь считали по лунам, во всех месяцах было по двадцать восемь дней, и появился странный месяц "после-декабрь", число дней в котором высчитывалось астрономами по положению планет. Новый год отмечался в зимнее солнцестояние, но, как ни странно, исчисление месяцев не обязательно на этом кончалось, если только не совпадало с фазами Луны.
Как-то мы попали под дождь. Эль заранее замысловато укутал меня в плащ, так, что я не промокла ни капельки. Сам он стал Малышом и весело носился по лужам, а потом, отряхиваясь, обдал нас брызгами. Лари только головой качал, глядя на наши дурачества, и улыбался.
Едва закончился дождь, он высушил одежду и волосы магией, просто проведя над ними руками. А как же длинные зубодробительные заклинания, сияние из-под ладоней и файерболы с плывущими над головой "светлячками"?
Парни посмеялись над моей наивностью. Оказалось, маги просто просят у Мира и Богини то, о чём желают. Эту просьбу могут услышать и помочь, но были случаи, когда становилось ещё хуже. Правильно обращаться к Богине ушастик, по его же словам, научился лет в тридцать, и с тех пор проколов почти не было.
Если не считать потопа в картинной галерее в доме отца. Его бы тогда отругали, но он и так был на грани от количества потраченной энергии, так что просто развели с сестрой по разным комнатам и надолго лишили сладкого. Мы посмеялись.
С тем, чтобы спать на земле, проблем не возникало. Эль и Лари каждый вечер устраивали для меня лежанки, плащ скрывал от влаги и холода, а все последствия вроде затекшей руки убирал Хранитель. Лари поворожил над остальной моей одеждой, и теперь она не пачкалась и не мялась.
А вот с тем, чтобы помыться самой, было проблематично. Мы специально выходили к речкам, и я плавала в футболке, а потом сидела на траве и счастливо щурилась на солнце, пока парни дурачились в воде. Но волосы в таких условиях нормально не промоешь, да и просто иногда хочется полежать в тёплой ванне!
Мы шли по заметной только для Лари тропе между деревьями, когда перед нами словно из ниоткуда появились три эльфа. Один из них оказался ушастее нашего Лари, все были в одинаковых зелёных одеждах. Они ощетинились в нашу сторону всякими железками и стали задавать вопросы.
Я оглянулась – за нашими спинами высились ещё четыре ушастые фигуры. Говорил с ними только Лари, я предусмотрительно помалкивала, рассматривая стражей. Вот тот, справа, самый высокий, и меч в его руках самый длинный.
Разве можно размахивать таким в лесу, не скосив при этом пару ёлок? Фантазия живо нарисовала, как этот длинный бегает по кустам за петляющим, как заправский кролик, Элем, а потом безуспешно пытается вытащить свою железку из толстого дерева.
Голоса стали повышаться, а потом я вовсе перестала понимать ушастых. Судя по тарабарщине, которую они несут, это какой-то шифр, иначе Эль бы знал этот язык. Стало неуютно, и, хотя Хранитель стоял за моей спиной, возникло ощущение угрозы. Да что там у Лари с соплеменниками происходит?!
В какой-то момент Лари сорвался и едва не закричал на обычном языке. А может, Эль разобрался в их шифре и поэтому мы их теперь понимаем? Но слова “нашего” эльфа ввели меня в ступор, а Эля заставили напрячься:
– Вы что, сдурели? Всем животным, какой-то корове или барану, вы готовы предоставить приют безо всяких ограничений, а Хранителя, создание самого Мира, пускать не хотите?!
– В этом мире не осталось созданий Богини, а искусственным, не-рожденным-живыми существам не место на наших землях! Тебя, как нашего брата, мы не смеем задерживать. Твоя спутница, несущая знак долга жизни от тебя, тоже может пройти под твою ответственность. Но это существо ждут антимагические наручи и клеть!
Я оглянулась на закаменевшего Хранителя. Эль меня не оставит и не отпустит одну. Но драться с эльфами не может – тогда виноватой объявят меня, так как не досмотрела за своим слугой, за которых здесь считают хранителей.
Получается безвыходная ситуация. Эль для меня сделает всё что угодно, а вот себя защитить не в силах. Его оттеснили от нас с Лари, окружили, ещё миг – что-то произойдет… Решение пришло неожиданно.
– Малыш, ко мне! – чётко произнесла я. Надеюсь, сработает! Просто вдруг вспомнилось, как когда-то давно, на моей кухне, во сне, Эль говорил, что он не просто меняет облик, как одежду. По его объяснениям, он становится полноценным псом. А раз эльфы не могут не пропустить животных…
Все эльфы оглянулись на мой голос, а потом ошарашенно уставились на пустое место, которое так старательно окружали. Как потом объяснил Лари их удивление, никто не почувствовал ни всполоха магии!
Как будто то, что теперь вокруг меня крутится лохматый пес – это нормальное, естественное состояние. Стражи с недоумением посмотрели на меня, а я решила состроить дурочку:
– Почему вы не хотите пускать моего пса? Он везде со мной, одного я его тут не брошу! Кто Малыша кормить и чесать будет?
– Гав! – подтвердил лохматый пёс.
– Вот вы даёте! Это немыслимо! Ни следа магии в ауре! Как будто действительно обычный пёс! – восхищенно поглядывая на Малыша, распинался Лари по пути в дом.
Да, нас пропустили, просто потому, что не нашли, к чему придраться. Хотя стражи очень старались и держали нас едва ли не час. Ужас! Хотя понимаю, работа у них такая.
А меня ждёт страна эльфов.
Глава 4. В ушастом королевстве
Эльфы, как и положено, жили среди природы и зелени. Сюрпризом стало то, что их жилища оказались обычными домами из белого камня. Они стояли небольшими группками, между которыми, в свою очередь, были огромные расстояния.
Как пояснил Лари, эльфы живут семьями, или кланами. У каждой фамилии есть свои угодья, в центре которых ставится большой дом Главы, а вокруг расположены дома боковых ветвей рода. Владыка эльфов владеет самыми лучшими угодьями в сердце леса и никогда их не покидает. Вот бедняга! Ни мир посмотреть, ни с народом пообщаться.
До дома Лари нам предстояло топать долго. Скоро мне наскучило любоваться на деревья со всех сторон да пытаться разглядеть изредка мелькавшие вдалеке за ними белые стены. Что делать? Поговорить на актуальные темы!
– Лари, а как правильно называть девушку-эльфа? – подергала я ушастика за рукав.
– Эльфийка, – он удивленно посмотрел на меня.
– Но тогда мальчики – эльфийцы? – продолжила я дразнить приятеля. Он так мило удивляется! Интересно, а скоро поймет, что я шучу?
– Почему? Если мужчина – эльф, то девушка… – я перебила Лари:
– Эльфа? Точно! Эльф и эльфа! – подпрыгнула я и стала вертеться вокруг него, вместе с Малышом путаясь под ногами. Мы бы долго ещё так дурачились, но попавшийся навстречу надменный эльф прожёг нас холодным взглядом, словно водой окатил. Веселье как-то разом улетучилось.
– Это что, здесь все такие зануды? – шепотом поинтересовалась я у Лари.
– Угу, – так же шепотом ответил он и поспешно утянул меня за руку прочь.
Скоро я стала задаваться вопросом, почему нам было не взять лошадей или ещё каких-нибудь верховых животных. Ушастик не замедлял шага ни на минуту, а у меня жутко устали ноги. Насколько Эль облегчал мне жизнь!
Я благодарно потрепала Малыша по голове, а тот ткнулся носом мне в ладошку. Немного полегчало. Я не стала портить Лари настроение жалобами, как-никак человек домой рвётся! Ой, то есть эльф.
К нему в имение мы попали уже затемно. Эль с сестрой как-то случайно оказались единственными наследниками одной из боковых веток не самой плохой фамилии. Они могли бы возвысить свой род, подняться в иерархии, но… Лари замолчал и нахмурился.
Потом сообщил, что сестра наверняка уже спит, и сегодня он тревожить её не будет. И что я могу чувствовать себя в его доме, как в своём собственном. Я хотела съязвить, мол, как это: готовить, стирать и убирать? Но на баловство уже не осталось сил.
Двухэтажный просторный дом из белого камня вынырнул из-за деревьев. Лари подёргал за шнурок на стене, и дверь почти сразу распахнулась. На пороге показался мужчина лет сорока пяти с убранными в низкий хвост волосами и круглыми ушами. Узнав хозяина, низко поклонился и учтиво пропустил нас внутрь.
– Как тут без меня, Карасай? – спросил Лари, отдавая поклажу.
Ушастик уже рассказал, что так зовут дворецкого, или управляющего. Малыш тихонько прошел следом за нами и стал старательно вытирать лапы о придверный коврик. Карасай удивленно на него уставился, но быстро собрался и ответил, с некоторой заминкой:
– С домом и хозяйством всё хорошо, сэр.
– А как… она? – Лари замер в ожидании ответа. Расслабился только услышав, что с хозяйкой всё по-прежнему и сейчас она изволит отдыхать в своих комнатах. Ушастик покачал головой.
– Спасибо, друг. Все дела утром, ладно? Отведи мою гостью, леди Марго, в комнаты на южной стороне. Для неё всегда будет стол и кров в моем доме, – Карасай опять поклонился.
– Собака, сэр? – нейтрально поинтересовался он. Ну да, такой динозаврик натопчет грязи с улицы, шерсть везде разбросает, ещё и мебель пожует, а потом убирай это безобразие.
– Собака везде следует с леди, личный спутник, – управляющий опять кивнул.
– Рит, располагайся, как тебе удобно. С любыми вопросами можешь обращаться к Карасаю или ко мне. Я пойду наверх, надо решить пару вопросов, чуть позже посмотрю, как ты устроилась, – повернулся ко мне Лари.
Пять минут спустя, бредя по коридорам за Карасаем, я с удивлением обнаружила, что здание намного больше, чем кажется. Оно строилось буквой "П": в центре – общие помещения, одно крыло занял Лари, второе отдал сестре.
Меня поселили в гостевые покои на половине ушастика, на втором этаже. Мы свернули в коридор, потом поднялись по лестнице, и снова повернули. На освещении здесь явно экономят, и я не уверена, что найду нужные коридоры днём.
Наконец, мы остановились перед резной деревянной дверью с узором из листьев. Управляющий вручил мне ключ и удалился, пообещав принести ужин.
Комната оказалась уютной. Выдержанная в цветах дождливой осени, она была по-своему милой, но сразу становилось ясно, что здесь подолгу никто не живёт. Не хватало чего-то человеческого, обжитого. Окинула взглядом помещение.
Окно напротив входа, камин со столиком и парой кресел справа, кровать со столбиками и ещё дверь у стены слева. Малыш сразу обошёл всю комнату, заглянул под мебель, обнюхал и внимательно осмотрел все углы. Сунул нос во вторую дверь, зевнул и растянулся на ковре поперек комнаты. Я потрепала динозаврика за ушами и оставила отдыхать.
За второй дверью оказалась ванная комната. Что удивительно, была система канализации и водопровода. Стоит дёрнуть шнурок, и из трубы льётся вода. Ура! Но тут меня постигло разочарование: вода оказалась холодной. Надо будет завтра спросить у Лари, как это правильно работает. А пока придётся ограничиться умыванием.
В комнате раздался стук. Малыш что-то проворчал и остался лежать. За дверью обнаружился Карасай с подносом в руках и извинениями, что в такое позднее время он может предложить только бутерброды с сыром и холодным мясом. Пояснил, что так как гости бывают в доме не часто, а хозяйка редко спускается вниз, то хозяин тоже предпочитает есть у себя, но если я пожелаю, он может накрыть в столовой.
Я отказалась. Что я, монстр, что ли, в такое время заставлять людей из-за меня одной накрывать на стол.
Карасай кивнул и поставил у камина миску с мясной кашей для собаки, сгрузил поднос с продуктами на столик и предложил мне приступить к трапезе, не дожидаясь хозяина. Наверное, принял моё стеснение за желание подождать Лари. Было странно и некомфортно, что он остался стоять в комнате и будет наблюдать за тем, как я ем, но попросить уйти я постеснялась.
Пришлось взять себя в руки и, изображая настоящую леди, чинно опуститься в кресло. Но выдержки надолго не хватило, и я совсем не элегантно вгрызлась в бутерброд. Мне показалось, или Карасай смеётся? Да нет, всё так же невозмутим. Поинтересовался, желает ли леди вина? Леди отказалась и пояснила, что крепкие напитки не пьёт, оставляя это право мужчинам.
Управляющий с одобрением кивнул и налил мне компота. А голос Лари от дверей пояснил, что зато леди очень любит сладкое и может по достоинству оценить навыки повара в этой сфере. И поинтересовался, не против ли я, если он составит мне компанию.
– Лари! – подскочила я в кресле.
Он ещё спрашивает! А ели мы в последний раз вместе, и очень давно. Оставив еду, бросилась к приятелю, за руку утащила его к камину и, усадив в кресло, сунула в зубы бутерброд. Тот едва не подавился от такой бурной заботы, но затею оценил, и, когда хлеб оказался в руках, от него осталась едва ли половина.
Ушастик благодарно кивнул и стал энергично жевать. Я уселась на подлокотник второго кресла и принялась за остатки своего ужина. Карасай старательно отводил взгляд, но не забывал подливать нам из кувшинов.
Когда мужчины ушли, я без сил рухнула на кровать. Лари выделил мне несколько платьев и рубашек, которые его сестра купила, но никогда не надевала. Я его поблагодарила, определила одну из кофточек на пижаму и, переодевшись, тут же уснула.
Утром завтракали опять в моей комнате. До этого я выяснила, что вода за день нагревается в специальной бочке на крыше дома, на солнце. А в плохую погоду греют по-старинке, вёдрами. Служанка показала, где надо повернуть вентиль, чтобы разблокировать трубу с тёплой водой. И я даже успела искупать Малыша, который с утра уже оббежал ближайшие деревья, пока я сама умывалась.
Кроме Карасая в этот раз была ещё и служанка, в аккуратном чистом переднике и со слишком круглыми ушками. Лари повздыхал, что персонала не хватает, поэтому, если я хочу личную служанку, он наймет сегодня кого-нибудь.
Я отказалась. Переодеться я могу и сама, хвост – лучшая причёска, и вообще, не люблю присутствие посторонних. Да и банально не знаю, что с этой служанкой делать! Всю жизнь обходилась без прислуги. Даже если бы и хотелось, всё равно бы отказалась. Не хочу быть обременительной приятелю.
Лари сказал, что ему надо решить дела, накопившиеся в его отсутствие, и быть со мной весь день не сможет. Но пообещал познакомить с сестрой, как только она выйдет из своих комнат, и дал разрешение сидеть в библиотеке и других общих залах и гулять вокруг дома сколько угодно.
Я покладисто кивала. Он не нянька, и так носится со мной сверх всякой меры. Интересно, а девушка у него есть? Такой эльф заслуживает лучшую эльфийку!
Наконец, Лари решил, что дал сестре достаточно времени на сборы. Мы пошли переходами, коридорами и лестницами в противоположную сторону дома. Вот ведь загадка, снаружи дом такой компактный!
Снова резные двери, на этот раз – с орнаментом из цветов. Мужчины постучались, и Лари зашел внутрь, а Карасай, спросив, нужно ли что-то, деликатно удалился. Я просочилась следом за ушастиком.
Первое, что бросалось в глаза в этой комнате – невероятной красоты белокурая дева. По-другому язык не повернется её называть. Точёные черты лица, аккуратный носик, ясные голубые глаза, изящные кудри и элегантные жесты.
Её пальцы порхали над рукоделием, разложенным на столе, и эти движения завораживали, словно танец примы. Но всё портила кривая усмешка идеальных губ. Эльфийская дева подняла взгляд от своей работы и капризно надула губки при виде брата.
– Ты долго! – заявила эльфа. И это вместо приветствия? После того, как не виделись кучу времени?
– Прости, Ари, были дела, – скуксившись при виде сестры, буркнул Лари.
– Не смей так меня называть при посторонних! – взвизгнула девица. М-да, внешность – ещё не всё.
– Это не посторонние, Ари. Она… я… я ей обязан жизнью, Ари. И Рита моя гостья. Будь с ней повежливее, прошу, – в упор глядя на родственницу, произнес Лари.
– Лично я ей ничего не должна! Моё имя – Араукария, и не иначе! – заявило это недоразумение.
Тёплую встречу любящих родственников прервал Карасай, который что-то прошептал Лари.
– Ну, вы тут пообщайтесь, у меня дела, Глава рода зовет. Не скучайте и не ссорьтесь, ладно? – наш ушастик просительно перевел взгляд с одной на другую, вздохнул, и поспешно вышел.
В комнате повисла тишина. Я не знала, о чем говорить с милой леди, а она презрительно, в упор, не скрываясь, меня разглядывала.
Я в ответ окинула её оценивающим взглядом.
– Нравится? – самодовольно спросила эльфа. Угу, куда мне, простой человечке, до её неземной красоты.
– Не очень, – честно призналась я. – Под это платье очень проблематично подобрать подходящую обувь, и оно слишком пафосно для рукоделия. Я бы такое не надела.
Дева внезапно рассмеялась, нехорошо так, с истеричными нотками.
– Обувь? Обувь?! Так что, мой брат не сказал тебе? Верно, зачем выставлять позор семьи напоказ! Так вот, милочка, скажу тебе прямо. Не нужна мне обувь, и никогда больше не пригодится. Эй, отодвинь меня, я хочу ей показать! – повелительно бросила леди не понятно кому.
Я же стояла, растерянная, не зная, что и делать. Извиниться? Дать эльфе высказаться? Уйти?
К моему изумлению, после слов хозяйки ожила статуя у окна. Вернее, то, что до сих пор я принимала за статую. Зелёное, цвета мшистых камней, массивное, в брюках и жилете без рубашки, с коричневыми сапогами на тонкой подошве и кожаной перевязью через плечо. Эм? Судя по размерам и квадратному лицу, это орк?
Мужчина легко поднял стул вместе с хозяйкой и поставил передо мной. Эльфа, словно хвастаясь, приподняла край юбок, демонстрируя неестественно вывернутые щиколотки и искорёженные ступни.
Вам когда-нибудь доводилось видеть эльфа на инвалидном стуле? Мне довелось. Странная, даже ажурная конструкция из прутьев, чтобы немного пружинила, дабы не причинять дискомфорт пациентке, когда её переставляют с места на место. Полочка для ног, ремешок через талию и наискось через плечо, чтобы случайно не упала. Зелёный то ли орк, то ли гоблин, чтобы передвигать кресло. И эльфийка невероятной красоты, с премерзким характером, которая почему-то оказалась прикована к этому стулу.