Разбитое отражение

Пол устилал тяжелый ковер, узоры которого стерлись, превратившись в пятна, похожие на засохшую грязь или плесень.У левой стены, словно плащаница на алтаре, висела огромная пробковая доска. Справа громоздился резной комод, чьи очертания напоминали скалу.

Это был выход на улицу. Задний двор.Но взгляд Алекса был прикован к дальней стене. Там, в самом конце этой гигантской, искаженной комнаты, виднелась еще одна массивная дубовая дверь. И в отличие от остальных, из-под ее щелей не тянуло гнилью или пылью. Оттуда сквозил свежий, влажный ночной воздух.

Он доберется до этой двери. Чего бы ему это ни стоило.Алекс сделал шаг вперед, чувствуя, как пол под ногами слегка пружинит.

Глава 3 Свобода?

Он оказался на заднем дворе. Высокая ржавая ограда, поверху которой змеилась колючая проволока, отрезала этот клочок земли от остального мира. Небо было затянуто низкими, свинцовыми тучами, сквозь которые едва пробивался лунный свет.Холодный, влажный ветер ударил в лицо, едва Алекс переступил порог. Затхлый воздух особняка сменился запахом мокрой земли и гниющей листвы.

Услышав скрип двери, она обернулась.У массивных железных ворот, единственного выхода с территории, стояла фигура. Женщина в белом платье. Ткань слабо развевалась на ветру, заставляя силуэт казаться призрачным, почти прозрачным.

– Алекс! – её голос, дрожащий то ли от холода, то ли от паники, разрезал тишину двора. – Ты жив…

– Что здесь происходит? – прохрипел Алекс, чувствуя, как внутри сжимается ледяной ком. В голове билась только одна мысль: Кто она? – Кто ты?Он сделал несколько медленных шагов навстречу. В лунном свете она выглядела странно, неправильно. Ее платье было ослепительно чистым – невозможная роскошь для этого грязного, умирающего места.

– Разве ты не помнишь? – прошептала она с надрывом. – Это же я! Твоя сестра, Мария!Девушка замерла. Печаль в ее глазах была такой глубокой, что Алексу на секунду стало физически больно. Она смотрела прямо ему в душу.

Слово ударило по вискам, вызывая короткую, ослепительную вспышку мигрени. Мария. Имя, которое он видел в медицинских счетах. Имя, которое заставляло его сердце сжиматься от тоски. Он не помнил ее лица, не помнил их общего прошлого, но инстинкт, живущий глубже памяти, подсказывал: она говорит правду. Он должен ее защитить.Сестра.

– Там, внутри… – голос сестры сорвался. – Я видела блеск металла. Связка ключей висит на стене. Но там кто-то есть, Алекс. Оно дышит. И оно ждет.Мария судорожно вздохнула и кивнула в сторону. Слева от них, сливаясь с темнотой, возвышался старый, покосившийся сарай. Из его приоткрытой двери тянуло такой густой вонью, что у Алекса заслезились глаза.

В темноте угадывались очертания существа. Того самого, что он видел в коридоре. Только это казалось больше, свирепее, словно откормленное чужим страхом. Оно сидело, сгорбившись, и казалось, что в любую секунду эта гора плоти вырвется наружу и разорвет их на куски.Алекс перевел взгляд на темный провал двери. Из глубины сарая доносилось тяжелое, влажное хрипение. Он шагнул ближе и замер, парализованный животным ужасом.

– Я знаю… Тебе страшно, – прошептала она. Ее голос был неестественно спокоен, контрастируя с нависшим над ними кошмаром. Казалось, она существует в другой реальности, где нет боли и смерти. – Но ты должен, Алекс. Иначе мы останемся здесь навечно.Мария подошла со спины. Ее холодные, хрупкие руки нежно обвили его плечи.

– Будь осторожен… – Мария крепко сжала его ладонь на прощание.Он закрыл глаза, вбирая в себя ее тепло. Отстранившись, Алекс коротко кивнул. Он должен был побороть этот парализующий страх. Ради нее.

Алекс подошел к сараю, стараясь ступать бесшумно. Сквозь щель в рассохшихся досках он увидел связку ключей. Она висела на ржавом гвозде прямо над головой чудовища. Лезть внутрь через дверь было чистым самоубийством.

Притащив ее к сараю, он приставил лестницу к стене. Дерево угрожающе скрипнуло, но выдержало.Нужен был другой путь. Обогнув гниющую постройку по кругу, он заметил небольшое окно под самой крышей. Оно было слишком высоко. Алекс лихорадочно оглядел заросший двор. Взгляд зацепился за старую деревянную лестницу, валяющуюся в кустах у стены особняка.

Вонь ударила в легкие с такой силой, что он едва не потерял сознание. Это был запах открытой могилы, смешанный с едким духом экскрементов и рвоты. Зажав нос рукавом куртки, Алекс повис на руках и бесшумно спрыгнул на кучу прелого сена.Алекс поднялся к окну, перекинул ногу через грязный подоконник и начал медленно, по сантиметру, спускаться внутрь.

Существо мгновенно перестало дышать. Огромная туша резко начала разворачиваться.Тварь сидела в двух метрах от него, тяжело дыша. Ключи тускло поблескивали над ее плечом. Алекс сделал осторожный шаг, вытягивая руку. И в этот момент его ботинок зацепил пустую жестяную банку, скрытую под сеном. Глухой стук прокатился по сараю.

Тварь глухо зарычала, обводя сарай слепым, но яростным взглядом. Она постояла так несколько мучительных секунд, принюхиваясь, а затем, потеряв интерес, снова отвернулась к стене.Алекс рухнул на пол, врываясь в вонючее сено, замирая, как мертвец.

Дзинь.Алекс выдохнул, чувствуя, как пот заливает глаза. Больше никаких ошибок. Он бесшумно поднялся, дотянулся до стены и схватил ключи. Его пальцы дрогнули. Металлические кольца скользнули друг по другу, издав легкий, предательский звон.

Монстр взревел и с невероятной скоростью, немыслимой для его габаритов, прыгнул на звук. Алекс чудом ушел из-под удара когтистой лапы, которая в щепки разнесла доски стены в том месте, где он стоял секунду назад.Этого было достаточно.

– Скорее, Алекс! – донесся с улицы крик Марии.Паника сорвала все тормоза. Алекс бросился к открытой двери сарая.

Он бежал так, как не бегал никогда в жизни. Легкие горели огнем, ноги казались чугунными, но первобытный ужас гнал его вперед. Он вылетел во двор, слыша за спиной грохот и рев вырывающегося из сарая чудовища.

Монстр был уже совсем близко. Земля гудела под его шагами.Алекс с размаху швырнул тяжелую связку ключей сестре. – Открывай! – заорал он, не останавливаясь, пытаясь увести монстра в сторону. Мария поймала ключи, но ее руки так тряслись, что связка выскользнула и упала в грязь. Она с рыданием упала на колени, подхватила их и начала судорожно вставлять в замок.

– Алекс, уходим! – прокричала Мария, распахивая тяжелую створку ворот.Щелчок. Скрежет ржавых петель.

Он резко сменил траекторию и влетел в спасительный проем. Они схватились за руки и побежали в ночную темноту, прочь от особняка. Монстр с разбегу врезался в железные прутья ворот, но не смог прорваться. Он лишь стоял там, вцепившись когтями в металл, и молча наблюдал за их бегством.

Они бежали в слепую тьму, пока дыхание окончательно не сбилось. Алекс сжал руку Марии крепче, чувствуя невероятное облегчение. Они выбрались.

Ощущение падения было бесконечным. Темнота поглотила его целиком.Но внезапно земля под ногами потеряла твердость. Мир вокруг начал вращаться, ломаясь под немыслимыми углами. Реальность рассыпалась на острые, режущие глаза осколки. Крик Марии утонул в нарастающем гуле, ее рука выскользнула из его пальцев.

Он поднялся на четвереньки, озираясь по сторонам, и сердце рухнуло куда-то в желудок....Удар. Алекс застонал, с трудом отрывая лицо от холодного пола. Голова гудела так, словно по ней били молотком. Во рту пересохло.

Он вернулся обратно в дом.Те же зеркала в полный рост, бесконечно дробящие его отражение. Те же платья на вешалках. То же массивное кресло. Гардеробная.

Зеркала были покрыты густой паутиной трещин, и в этих осколках отражалось нечто пульсирующее, багровое. Платья истлели, превратившись в грязные серые лохмотья, больше похожие на содранную человеческую кожу. В воздухе висел запах гниющей плоти.Но всё изменилось.

Она медленно подняла на него пустой, мертвый взгляд.В кресле сидела та самая девушка, которую он видел здесь раньше. Но теперь она выглядела иначе. Ее кожа стала серой, как старый пергамент, а на месте глаз зияли два черных провала.

– Ты думал… – ее голос больше не был тихим шелестом. Он скрежетал, как ржавое железо по стеклу. – Что сможешь просто уйти? Забыть всё и уйти?

– Что за черт… Почему я снова здесь?! – в отчаянии закричал он.Алекс попятился, нащупывая свободной рукой дверную ручку.

– СТРАДАЙ! – выплюнула она с нечеловеческой яростью. – СТРАДАЙ! СТРАДАЙ!Девушка поднялась с кресла. Тень за ее спиной взметнулась до потолка.

Алекс не стал ждать. Он рванул дверь на себя, вывалился в коридор и с силой захлопнул створку прямо перед ее изуродованным лицом.Она бросилась на него.

Воздух стал обжигающе горячим, влажным и тяжелым.Обернувшись, он застыл, не в силах сделать вдох. Холл изменился до неузнаваемости. Это больше не был заброшенный особняк. Стены пульсировали, покрытые толстым слоем влажной черной плесени и слизи. С потолка свисали бесформенные, мясистые наросты, напоминающие органы огромного больного животного.

.Алекс перевел взгляд влево. Там, где раньше находился коридор, теперь была вмонтирована массивная стальная дверь. Она тихо гудела от высокого напряжения. А над ней, тускло мигая, горели красные неоновые буквы: МАРИЯ

Словно в трансе, ведомый чужой волей, Алекс на негнущихся ногах подошел к стальной преграде. Он протянул руку и схватился за металлическую ручку.Его сестра. Она ждала его там.

Мир вокруг моргнул, погас и исчез в темной, непроглядной пелене. Алекс рухнул на пульсирующий пол, погружаясь в небытиРезкая вспышка боли пронзила все его тело. Мощный разряд тока прошел сквозь пальцы, выжигая остатки сознания. Мышцы свело судорогой.