скачать книгу бесплатно
Он наклонился и заглянул мне в глаза.
– Правда, Александра Хронос?
На этом моменте челюсть все-таки совершила свой головокружительный полет к земле.
– Я произносила вслух полное имя? – промямлила я.
– В данный момент я знаю о тебе столько же, сколько знаешь о себе ты, – он прокрутил в пальцах черный медальон.
– То есть вы тоже ничего не знаете, да? – Я вздохнула и кивнула на медальон. – А эта штука может помочь вернуть память?
– Она может только забрать ее, – мужчина усмехнулся. – И отвечая на вопрос, что озарит тебя через минуту: нет, это не я с тобой сделал.
– Да я бы до такого не додумалась, чего вы, – я грустно вздохнула. – И что? Заберете меня под конвоем в столицу?
Честно говоря, мне было уже все равно. Я лишилась надежды узнать, что я такое и что с собой делать.
– Зачем мне это? Я проверил тебя, никакого вреда Альянсу ты нанести не в состоянии. Возвращайся в таверну, живи своей жизнью. Ваэр давно жаловался, что рабочих рук не хватает. Старайся не встревать в неприятности и главное, – он выставил передо мной указательный палец: – Не смей наговаривать на защитников твоей жизни.
Вот и все. Я вздохнула, наблюдая за его уходом.
– Вы б меня еще с новым рождением поздравили.
– Поздравляю, – он махнул рукой, не оборачиваясь.
Я покачала головой, стряхивая непонятное очарование.
– Пойду помогу Фрее с тарелками, – буркнула себе под нос и понуро направилась ко входу в дом. – Это ж такое важное занятие в жизни женщины: кормить мужчин, что спасают мир.
Я ударила ногой неповинную лейку и, продолжая ворчать, тенью прошмыгнула меж жующих парней. На кухне Фрея и ее мать спешно доводили до съедобного состояния мясное рагу, а на заднем плане маячил, что-то спешно перемалывая, отец девушки, тот самый Ваэр.
Марианны нигде не было.
– Помощь нужна?
Фрея отрицательно мотнула головой. Обладая таким образом некой иллюзией свободы, я решила подняться наверх искать Марианну. Переодетая и празднично причесанная, та сосредоточенно наводила марафет у зеркала в комнате подруги. Я поморщилась. Львиная доля заслуг в моем недавнем боевом раскрасе принадлежала ей.
– Есть что-нибудь отмыть лицо?
Марианна, не сводя глаз с зеркала, двинула мне баночку с чем-то желтовато-мутным.
– Намажь и жди.
Я пару раз перевела скептический взгляд с банки на девушку и обратно. Не, хуже все равно стать не может. В крайнем случае устрою истерику и томно упаду на руки тому блондину. Сев на кровать подле Марианны, я старательно растерла содержимое банки по коже.
– Уже наметила жертву?
Ммм? Она читает мои мысли?
– Мы вроде решили, что я не наемница, – я улыбнулась.
– Сейчас они наедятся, разморятся, успокоятся, – Марианна зевнула, – и, сытые и довольные, будут искать женского общества. И тут появляюсь эффектная я.
Ну да. Матримониальные планы актуальны даже во время эпидемий мора и чумы. А тут, подумаешь, всего лишь война.
Я пожала плечами:
– Разве они не сразу в эту свою Академию возвращаются?
– Не срааааазу, – Марианна уверенно мотнула головой. – Сначала они пищу переваривают и разговаривают, потом мы уговариваем их попеть с нами песен и потанцевать танцев, затем плачем, потому что не хотим расставаться, после этого по плану падение Фрейки в голодный обморок и дальнейшая транспортировка ее в ближайший лечебный пункт. То есть в Академию, – Марианна зевнула: – Это, конечно, в идеале.
– С лицом что-нибудь происходит? – Вот тема, волновавшая меня несравненно сильнее. – Я чувствую странное покалывание.
Марианна обернулась.
– Нет, ты все такая же красавица. – Она щелкнула меня по носу кисточкой для пудры. – А колет потому, что ты нервная и боишься, что я тебя сдам.
– Ты уже сдала, – я цокнула языком. – Это оказалось больно только для моей самооценки. По крайней мере, меня не убили. Как зовут этого брутального защитника отечества, что пытался запугать меня своими бровями и шрамами?
– Хочешь сказать, ты выдержала взгляд Дедриана? – Марианна даже от зеркала оторвалась. – Чертова витянка, ты хоть чего-нибудь боишься?
– Значит, Дедриан, – я кивнула. – Он сказал, что я свободна. Теперь вот не знаю, что с этой свободой делать.
– Я намекну, – Марианна снова была на своей волне. – Эти парни не хухры-мухры. То есть… Либо пытаешься кому-либо понравиться и в случае успеха получаешь защищенное будущее… Либо остаешься здесь, в таверне. Либо возвращаешься со мной в Сонное, и твоя самая перспективная работа до окончания войны (а скорее до смерти) – вытирать стол и мыть тарелки в доме старейшины. А что, он мужик мировой.
Девушка хитро на меня уставилась. По-моему, ожидая восторженной реакции на свои ценные советы. Я поморщилась.
– Это и все перспективы?
– Еще ты можешь вернуться в Виту. Ненадолго. Там за побег из страны отрубают голову.
Ойкнув, я приуныла.
– Кругом одна смерть и прислуживание. Где разнообразие? По-моему, благородней будет помереть в чистом поле, не откладывая неизбежное в долгий ящик.
Марианна выгнула бровь.
– Так ты собралась в Академию?
Я вздрогнула. Как она догадалась?
– Вообще-то я сказала, что собираюсь умереть в чистом поле.
– Ты не в курсе, – Марианна махнула рукой. – Я имела в виду пепелище. В горах за Академией есть поле, куда периодически бьют молнии магические, ими вся земля там выжжена. Кого-нибудь да задевает постоянно. Говорят, оно снова разрослось. Студентов туда не пускают, но ветер иногда доносит запах гари. Тогда занятия отменяют, ссылаясь на погодные условия.
Ого, сколько информации.
– А чего это молнии туда бьют?
– Эмм… – девушка заметно напряглась. – Я не разбираюсь в погодных явлениях. Так что ты там про чисто поле вещала? Собираешься встать аванпостом между Кадмой и таверной? Там тоже есть поле, но поменьше. Будет очень благородно.
Не хочешь рассказывать? Ладно, сама узнаю, не впервой. Я улыбнулась.
– Фрея собирается оставить меня здесь. Поэтому когда из леса выйдет очередной шпион – мы друг друга прикончим.
И я умру смертью храбрых, защищая своих благодетелей.
– Не, аванпост из тебя никчемный, – Марианна встала. – Ты со своим слабоумием и отвагой ведь реально кокнешь кого-нибудь, причем вероятно из числа наших же союзников. А потом кокнут тебя витяне. С любовью и от всей души.
Я упала на кровать и вздохнула.
– Значит, Вита и Нэви борются против Кадмы, в Кадме маги, в Нэви Академия, а в Вите отсекают головы за переход союзной границы?
– Нееееет, – Марианна закатила глаза, крутанулась и устало упала на кровать рядом. – Маги есть везде, в Вите рубят головы только своим, гостей из Кадмы они по-добрососедски на границе обливают кислотой, насколько знаю. Король Виты уже давно поехал в светлое далеко мозгами, судя по его жестокости. Неудивительно, что столько беженцев в последние годы развелось на границе. А наш только и рад новым рабочим рукам… – Девушка зевнула. – Так вот, у Кадмы в союзниках Сэб и страны Времени и Пространства. Иначе мы бы давно этих умников победили. Все. Больше ничего не скажу.
Я с трудом сдержала вой раздражения.
– Сколько лет идет война? Это хоть сказать можешь?
Марианна пожала плечами.
– Иногда кажется, что с сотню лет. А иногда я вспоминаю, как бегала в Кадму цветы собирать и ничего мне за это не было. В этом замесе ведь королевство Времени участвует. Так что не задавай такие вопросы, на них все равно никто не ответит. Кстати, твой прекрасный макияж растворился. Какая жалость.
Я покосилась на девушку. Она выглядела как типичное дитя войны, теперь это было очевидно. Синющие от усталости круги под глазами и затравленный взгляд в комплекте с настороженностью и состраданием.
– По мне тоже война прошлась. – Я поднесла к лицу девушки оголенные кисти. – Не знаю, кто оставил эти шрамы, но уверена, что не хочу возвращаться в Виту.
Марианна провела рукой по горизонтальным белесым полосам на моих запястьях. Я не почувствовала боли, но вздрогнула и отстранилась. Внезапно захотелось разреветься.
– От таких глубоких ран в живых остаются только везунчики, – протянула она и подняла взгляд, полный сочувствия. – Тебе очень повезло.
– Повезло? – Из меня вырвался истерический смешок. – Что бы ни скрывало мое прошлое – я знаю, что была слаба. Что была слаба и… – Я вытерла непрошеную слезу. – Что моих родителей нет в живых. Что если будущее здесь выбирают по праву силы, я стану настолько сильной, что никто никогда больше не посмеет меня и пальцем тронуть. И уж тем более оставить на мне шрамы. Я знаю, что бежала от ужасной жизни и что ни за что не допущу повторения сюжета.
Я закрыла глаза и отвернулась, меня била дрожь. И как я умудрялась скрывать этот звериный страх целый день? Из зеркала на меня глядела побитая жизнью незнакомка с замутненными болью глазами. Потрясающе. Марианна пожала плечами, по-моему, совершенно не вдохновленная моей пламенной речью.
– Мы на войне, дорогуша. Здесь у всех свои шрамы.
Но план на жизнь мы явно выбираем сами. Я вскочила и направилась к двери.
– Идешь менять сюжет, – улыбнувшись, прокомментировала девушка.
– Да.
– Заарканить себе сильного и храброго мужчину, надеюсь.
Я заскрежетала зубами.
– Конечно.
Спускаясь вниз по лестнице, я все больше хмурилась. Может, действительно влюбить в себя одного? Мы поедем к нему на родину, я стану его благоверной и нарожаю кучу детей. Н-да.
Захотелось тут же споткнуться и поскорее свернуть себе шею. Или упасть головой в кастрюлю горячего супа из-под пышных локтей Фреи. Я не стану играть роль скромной девицы, взывающей о помощи к сильным мира сего, я просто не смогу! Честнее сразу обвариться кипятком. Всяко легче того плана, что задумала я.
Потому как единственным местом, в котором я теперь по-настоящему мечтала оказаться, была Академия.
Я осталась наблюдать за ними у выхода в коридор. Фрея с матерью принесли рагу, и теперь ученики, с чувством вгрызаясь в мясо, были заняты подготовкой к спасению родины. На меня никто не обращал внимания, и я могла следить за ними незамеченной. В группе около двадцати человек. Все подтянутые, идеально сложенные, скуластые и уверенные в себе. Зависть моя росла как на дрожжах. Хорошо хоть не влюбленность.
– Ты – новая работница здесь?
Кто-то стоял за моей спиной. Наблюдая, как я наблюдаю.
– Нет, – я покачала головой, не оборачиваясь. – Я… не могу.
– Ты из-за этого плакала? – догадался голос. – Или правда говорят, что из-за одного из нас?
Загородившись прядью волос, я удивленно на него покосилась.
– Это не так. Передай им, что дело вовсе не в слезах! Просто мое лицо попало не в лучшие руки, а краска плохо смывалась, и я…
Ой, да зачем я оправдываюсь? Он же просто из жалости решил поднять твою самооценку, очнись.
Парень пожал плечами.
– Да, ясно. Конечно. Передам. Но больше не плачь, ладно?
– Ладно.
Я выдохнула с облегчением, когда перестала чувствовать спиной его взгляд. Но обернуться не решилась. Может, еще не ушел далеко. Может, продолжает наблюдать, как я наблюдаю. Ох, во имя всех неизвестных мне богов, да что такое? Неужели я правда собираюсь сделать то, что собираюсь? Да нет, бред.
Хотя нет, собираюсь. До боли сжав ладони в кулаки, я вышла из таверны раньше, чем успела передумать.
Он сидел на крыльце. Рядом лежала пустая миска из-под супа. Удивительно простое отношение к собственному статусу. Дедриан встретил меня насмешливой улыбкой. Наверное, думал, снова пришла к нему жаловаться.
Но, набрав в легкие побольше воздуха, я собиралась его удивить:
– Я хочу уйти из таверны вместе с вами и с завтрашнего дня стать одной из обучающихся в Академии, – выдала я на одном дыхании. – Пожалуйста, воспримите мою просьбу серьезно и дайте возможность показать, на что способна. Я всерьез настроена заниматься день и ночь, если придется, терпеть любые к себе придирки и лишения, только возьмите меня. С тех пор, как поговорила с вами, не могу отделаться от мысли, что мое место – в Академии.
Я закончила свою, хотелось надеяться, проникновенную речь и с надеждой взглянула ему в глаза. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
Он так странно смотрел на меня. Во взгляде было столько намешано: удивление, недоверие, насмешка, сомнение, печаль и боль. Не знаю почему, но выражение его лица действительно можно было назвать болезненным. Тишина в ответ. Верно, он дает мне шанс признаться, что пошутила и вот-вот раскрою свое отвратительное чувство юмора. Но молчала и я, намекая, что настроена решительно.
– Ты серьезно, – он наконец недоверчиво покачал головой. – Ты в самом деле считаешь, что способна сейчас пойти с нами и завтра запросто влиться в состав группы. Я правильно понял?
Я кивнула.
– Что будет легко – я даже не мечтаю. Просто знаю, что хочу учиться. И сделаю все возможное, чтобы доказать, что могу стать одной из них. Сами сказали, что критериями для вас являются храбрость и сила воли. Так у меня есть и то, и другое! Дайте способ, я докажу!
Мужчина продолжал пялиться на меня в изумлении. Может, пытался себя убедить, что говорит с сумасшедшей? Думаю, то было не сложно.