Падение утренней звезды

Тревожные мысли одолевали Адама. Возводили ли они здесь Сад или только потребляли ресурсы, данные им, доверенные им? И всё это, чтобы насытить свои животы, забить сундуки тряпками и побрякушками, бесконечно достраивать свой и так огромный дом, без конца украшая его, хотя он и так прекрасен и уютен.

Кажется, они отклонились от курса и двигались не туда. Что ж, он это допустил, он это и исправит. Адам ударил кулаком по столу, так, что глиняная посуда задребезжала, слегка подлетев.

– Что такого смешного вы сейчас слышите, а? – брови его сомкнулись, как две грозовые тучи. – Слушайте, что говорит вам ангел! Он спустился к нам с небес, чтобы донести истину, которую мы начали забывать и перестали ценить! А вам полезно знать, потому что вы появились уже здесь и не видели ваше истинное происхождение, ваш настоящий дом. Насколько он прекрасен. И как прекрасны вы по своей сути.

Адам сделал паузу, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. Он заметил, что Авель испугался и затих, слушая с серьёзным лицом. Но в глазах Каина всё еще искрилась насмешка и не собиралась угасать.

– Что тебя так веселит, Каин? – грозно спросил Адам. – Мы хотим знать. Поделись с нами.

Глаза Каина дерзко сверкнули:

– Отец, если это ангел с небес, как ты говоришь, почему же он истекает кровью, как и любая тварь на земле? Почему его волосы не из лучей, как ты говорил, а в точности как наши? Он такой же, как мы, как человек, разве что зачатый от птицы.

Каин чуть не прыснул со смеху от того, какое оригинальное сравнение ему только что пришло в голову.

– Это ангел! – почти кричал Адам, теряя самообладание, вскочив с места и вцепившись в молча воспринимающего ситуацию Люцифера. Не найдя ответов у себя в голове, Адам незаметно для себя начал трясти своего гостя и друга, как будто пытаясь вытрясти из него весомые аргументы и доказательства, прежде всего для себя, ведь так сотрясался мир его убеждений. Он тряс его с такой силой, что в какой-то момент с Люцифера слетел парик, обнажив его вспотевшую лысину.

Люцифер не успел ответить, что для того, чтобы оказаться на Земле, с ними, он вынужден был подчиниться законам физического мира и играть по тем же правилам, что и все здесь. Ведь этот мир не делает исключений ни для кого. Даже для ангелов. Поэтому Люцифер теперь тоже потел, лысел и кровоточил.

Мальчики прыснули со смеха, указывая пальцем на Люцифера. Они держались за животы и утирали слёзы. Даже Ева залилась своим звонким заразительным смехом. Адам какое-то время в недоумении смотрел на парик, потом на лысину. Затем стадный инстинкт охватил и его, он не выдержал и засмеялся тоже, схватившись за живот. До слёз.

IV

Каин убил Авеля. Много лет спустя после того вечера, когда Адам осознал необходимость передачи знаний о Небе своим детям. Когда понял, что слишком увлёкся материальным миром, наслаждениями и возможностями, которые он даёт. Адам видел обратную сторону этого нового существования. Он видел смерть. Всё живое здесь имело свойство умирать. Ничто не жило вечно. Хотя, как посмотреть, – всё жило вечно в том плане, что когда что-то умирает, ему на смену обязательно приходит что-то новое. Цветы распускаются и увядают, но на следующий год снова распускаются. Листья желтеют и опадают. Животные рождаются и умирают, и снова рождаются, и снова умирают. Даже скалы разрушаются. Адам понимал, и с каждым годом всё отчётливее, что и его тело, с которым он так сросся, когда-то разрушится и превратится в прах. И он не был уверен, что тогда не придёт конец и ему. Ведь тело это единственное, с чем он теперь себя ассоциировал. Он сомневался, что успеет достичь состояния совершенства и обрести вечную жизнь на Земле. Он замечал, что мускулы его истончаются и дряхлеют со временем, движения уже не такие резвые, как раньше. Адам реже теперь выходил на охоту, доверив это дело Каину и его сыновьям. Он знал, что скоро сам опадёт, как пожелтевшая листва, и растворится в земле. Где и когда он сбился с пути? Ушёл от намеченной цели? Почему ничего не успел? Ведь времени было достаточно… Но больше он волновался не за себя, а за своих детей и их детей. Его дети должны успеть, они должны достичь…

Умирая, Адам держал за руку ангела, когда-то упавшего с небес за ним, и тихим голосом просил проследить, чтобы потомки его возвели здесь Сад и вернулись в свой истинный дом, чтобы они дошли. Люцифер пообещал сделать всё от него зависящее, сжав руку Адама. Через некоторое время он отошёл, освободив место у ложа умирающего для членов семьи, которые постепенно обступили и загородили Адама. Постояв некоторое время в нескольких шагах за их спинами, Люцифер смахнул слезу и неслышно удалился.

Вот и не стало человека, которого он знал в Саду, за которым последовал сюда. Люцифер знал, что они ещё встретятся, но когда это произойдёт, ему было неведомо. Жизнь на Земле оказалась непредсказуемой. Но оставались дети Адама и внуки, его частица жила в них, и Люцифер дал обещание вернуть их в Сад. Он должен сдержать слово.

И теперь, узнав о совершенном Каином поступке и о смерти Авеля, Люцифер мчался к ним сломя голову. Сердце его бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди и разбиться. Ему самому хотелось спрыгнуть со скалы и разбиться вместе с ним. Он хотел сгореть в огне и превратиться в пепел, лишь бы не чувствовать той боли и ужаса, которые его охватили. Он сходил с ума. Он опять не справился с задачей.

Тяжело дыша и схватившись за голову, он пытался успокоить мысли и осознать произошедшее. Ведь оставались другие люди, и они продолжали жить. Он не мог их бросить. Нужно было как-то справиться. Они отдалились от состояния Сада ещё дальше. Но дело состояло уже не в том, насколько они отдалились, а в том, останутся ли они вообще живы, если однажды совершив подобное, не переубивают друг друга.

Люцифер не знал, что люди на такое способны, но они оказались способны. И кто знает, на что они окажутся способны ещё. Люцифер понимал, что совершив этот поступок, Каин приоткрыл дверь, точнее пробил дыру, образовав трещину, через которую испарялась прежняя лёгкость и вползало что-то тяжёлое и вязкое, постепенно заполняя собой освобождающееся пространство, имея теперь на это право. Оно окутывало Каина с головой, душило и поглощало его. Под этой тяжестью Каин падал в бесконечную пропасть, где должен был достичь раскалённого ядра земли и сгореть в его пламени. Но Люцифер не мог допустить гибели ещё одного сына Адама. Он обещал. Он кинулся за ним в пропасть и, подставив крыло, подхватил Каина, который уже практически терял сознание от удушья, но успел вцепиться в крыло Люцифера, перебраться на спину, как когда-то в детстве, и из последних сил удерживаться пока они летели обратно вверх.

Последние несколько метров Люциферу пришлось карабкаться по отвесной скале пропасти, лететь он уже не мог – Каин был слишком тяжёлый. Выбравшись, Люцифер сбросил свою ношу на поверхность земли. Каин уже меньше задыхался, так как некоторые куски грязи, налипшие на него, поотваливались пока они летели наверх. Но частично грязь всё еще покрывала его тело, она успела переползти и на Люцифера и испачкать крылья. В местах, где держался Каин, перья впитали грязь и стали темнее.

Оказавшись снова на поверхности земли, Каин отдышался и через некоторое время, не глядя на Люцифера, встал и побежал. Добравшись до дома, он позвал жену и детей и сказал им собрать необходимое, чтобы уйти на другую землю. Здесь, в доме своего отца, он оставаться не мог. Уходить нужно было как можно скорее, пока остальные не узнали. Он не хотел, чтобы другие увидели его запятнанным несмываемой грязью, и не хотел её распространять. Он видел, что грязь передаётся жене и детям при соприкосновении с ним, переползает пятнами, хоть и в разбавленном виде. Появилась надежда, что когда-нибудь, через поколения, грязь раствориться и смоется. Его род очистится. Но пока Каин не мог смотреть своим домочадцам в глаза, избегал встречи взглядом с ними, на все распросы отвечал молчанием.

Уходя, Каин окинул напоследок взглядом родительский дом, перед глазами его пронеслись проведенные здесь годы, счастливые и безмятежные, как оказалось. Почему ему было мало этого тихого счастья? Почему ему всегда хотелось чего-то ещё? Чего-то большего. Он верил, что достоин большего, что он особенный. Ведь так и было. С детства он видел восхищение в глазах родителей и своего брата. Он всегда был первее, смелее, сильнее. С кем он соревновался? Ведь никто не соревновался с ним. Никто не думал что-то отбирать у него, ему во всём уступали и просто любили. А он не смог уступить брату, один единственный раз…

Проведенные годы мирного существования проносились в его голове воспоминаниями. Он слышал смех Авеля, когда тот ещё был ребёнком, чувствовал дружеское ободряющее похлопывание по плечу, которым он всегда его поддерживал, видел светящиеся глаза, всегда полные расположения и тепла к нему, полные доверия… И затем, резко – его бледные веки, сомкнутые навсегда, стекающую по ним из сочащейся на виске раны кровь…

Каин упал, обессилевший от этих воспоминаний, на колени и зарыдал. Ему было жаль своего брата. Он невыносимо тосковал по нему. Он ненавидел себя. А ещё ему было страшно. Ему было страшно закрывать глаза, так как он видел теперь только бледное мёртвое лицо брата, оно забирало все остальные воспоминания – и смех, и их игры и забавы, их юношеские годы, не оставляя Каину ничего, кроме этих холодных закрытых век, навсегда сокрывших тот светлый взгляд. Он даже не мог вспомнить, какого цвета были глаза Авеля. Только бледные холодные веки. Возможно, если бы он знал заранее, что будет жить с этой картиной перед глазами до конца дней, он предпочёл бы сгореть там, в раскалённом ядре земли. Он не знал, что из этого было хуже.

Шли годы. Каин давно ушёл в другие земли и продолжил там свой род. На его прежней земле люди нашли тело Авеля уже на следующий день и сразу сопоставили, что это дело рук Каина. Его окрестили убийцей. Братоубийцей.

Но жизнь продолжалась. Рождались новые люди. Их становилось всё больше и больше. Строилось больше домов, вырубалось больше лесов, появлялось больше хозяйств, убивалось больше животных… И всё же среди ежедневных хлопот люди находили время и старались передавать друг другу знания, полученные от Адама. Но не всем было понятно, какой нужно строить то ли Сад, то ли храм, каких небес нужно достигнуть. Там была обещана вечная жизнь, но их жизнь была здесь и здесь был их дом. Не вечные, но они были, сейчас. Лучше, чем ничего. И пока это есть, можно радоваться и наслаждаться, пока получается, хоть это и трудно, но когда получается, ничто с этим не сравниться. И любая вера в вечную жизнь опровергалась смертью. Смерть была слишком реальна. Слишком весомым аргументом.Также они слышали об ангеле, что спустился с небес, чтобы оберегать людей и помогать им. Его называли ангелом-хранителем. Только его тоже мало кто видел после смерти Авеля, а потом и вовсе никто. Вскоре про него забыли.

Люцифер жил в пустыне, на границе между новой землей, куда ушёл Каин, и прежней землей, чтобы наблюдать за теми и другими. Присматривать же было необходимо – люди стремительно размножались и наделывали делов. С тех пор, как Каин впустил вязкую, липкую грязь, она расползлась среди людей, как вирус и инфекция. И то и дело, люди в неё вляпывались. Где-то по мелочам, где-то по-крупному. Люди начали лгать, красть, предавать, бросать своих жён и детей, мужей. Переедали, злоупотребляли вином, дурманящими веществами, беспорядочными сношениями, распространяли болезни. Убивали друг друга.

Люцифер метался туда-сюда, только и успевая подставлять крыло очередному споткнувшемуся и упавшему. Крылья его почти полностью стали чёрными от грязи, впитываемой перьями при каждом таком спасении. Он забирал часть грязи на себя, чтобы людям было не так тяжело, чтобы они могли продолжать дышать, чтобы у них был шанс исправиться. Одежда и волосы Люцифера тоже постепенно стали тёмными. Со временем грязи стало столько, что она перестала впитываться и оставалась на нём липким слоем. Поэтому он жил отшельником и не выходил просто так к людям, без надобности, чтобы не испачкать их, только по делу. Он всё больше отдалялся от людей.

Люди стали рассказывать о тёмном ангеле, который появляется там, где беда. Что беда приходит с ним. Что он кружит над человеком словно тень, удушая его. Кто-то вспоминал про ангела-хранителя и утверждал, что это он. Тут же начинались споры, ведь по рассказам, у ангела-хранителя светлые волосы и белая одежда. А этот тёмный. И ангел-хранитель – посланник Творца, несущий благую весть и благие дела. Он – олицетворение Воли Творца, единственно верной воли, исполняя которую, достигнешь райского Сада, истинного своего дома. А этот приносит беду и страдания. Поговаривали так же, что это он сбивает людей с истинного пути, нашёптывая им другую, вторую волю – неправильную, противоположную Воле Творца. Этого тёмного ангела стали называть «вторая воля» или «воля два» – «два вол», «дуо вол», «диа вол» – «дьявол». Он же «дубль», «дабл» – «диабол».