Выбор без сожалений

Глядя сейчас на своих товарищей, меня переполняло чувство ностальгии по времени, проведенному здесь вместе с ними. Порой становилось так тяжело, что казалось, будто без поддержки больше не выдержишь. В такие моменты рядом всегда кто-то был, и я чувствовал себя безмерно счастливым от того, что мне удалось повстречать этих людей. И я так же осознавал, что этот вечер — не просто развлечение, а прощание с той частью жизни, которая более никогда не повторится. Хотелось чуть продлить это теплое воспоминание, чтобы потом рассказать Эмили о добродушных товарищах, с которыми мне посчастливилось завести здесь дружбу.

«Если так подумать, время пролетело очень быстро», — подумал я, глядя на своих товарищей. Но мне не хотелось думать о прощании; сейчас я просто хотел насладиться моментом, смеяться и играть, сохраняя в сердце эти мгновения, которые останутся со мной навсегда.

Спустя пару часов мы перешли на более спокойные игры, а затем и вовсе опустили голоса до шепота, чтобы не мешать крепко спящим ребятам. Я ощущал приятную тяжесть из-за сонливости, словно события этого дня остались далеко позади, больше не омрачая мои мысли. Вскоре уже всем захотелось спать, и, пожелав друг другу спокойной ночи, мы разошлись по своим кроватям.

Наутро пробуждение сильно отличалось от того, каким мы его привыкли ощущать, вокруг было слишком много суеты. Ребята что-то выкрикивали и выбегали из блока, но до меня слова доносились словно сквозь толщу льда, как будто я вдруг перестал воспринимать человеческую речь. Голова казалась такой свинцовой, что даже повернуться набок и накрыть себя полностью одеялом сейчас было героическим поступком, требующим всей силы воли. Но кого-то это совсем не волновало, и вот уже через минуту меня расталкивали в две руки, будто весь спальный блок охватило пламя. Пожара, конечно, не было, иначе я бы давно почувствовал запах гари.

Вскоре терпеть эти нападки со стороны товарищей стало невыносимо, я лениво вытащил одну руку из-под одеяла и стал вяло отмахиваться, но кто-то воспользовался этой возможностью и со всей силы потянул меня за ладонь, и голова начала гудеть только сильнее.

— Да что… что такое?

— Джулиан, результаты экзамена пришли!

— Что-что пришло? — я совершенно точно услышал, как кто-то хлопнул в ответ себя по лбу.

— Да он же еще не проснулся! Все, мне надоело ждать, сам вскрою его конверт!

В итоге завязалась новая перепалка, чья-то рука стала настойчиво рыскать под моей подушкой в поисках бумажки. Кто-то не сильно тяжелый перелез через меня в попытках остановить Марти, но случайно задел локтем мое ноющее ребро, и волна острой боли вперемешку с раздражением вынудила меня наконец открыть глаза и отпихнуть всех от себя.

— Вы можете шуметь где-то в другом месте?

— Только не в этот раз, дружище. Тут все жаждут узнать, прошел ты или нет.

— Эти ребята супер странные, они подложили ночью нам конверты с результатами, и теперь каждого приходится спрашивать, так муторно!

— Серьезно? — слегка дрожащей рукой я потянулся к подушке и нашел под ней спрятанную бумажку, слегка измятую из-за беспокойного сна, а внутри было одно простое предложение: «зачислен в специальный отряд».

Марти, который все это время стоял у меня за спиной, первым кинулся обниматься и громко-громко поздравлять меня с успешным результатом, а следом за ним подтянулись и другие ребята. Всего за два месяца мы подружились, и ни для кого не было тайной, почему каждый из нас оказался здесь. Оттого все переживали друг за друга и искренне радовались, когда узнавали о поступлении товарища в поисковый отряд.

— Там говорят, что сегодня на завтрак праздничное меню. Собирайся скорее, а то я не хочу пропустить ни единого пирожного! — встав с моей кровати, Марти убежал умываться и в спешке забыл рассказать о том, куда его самого зачислили.

— Ладно, подождите меня немного, — наскоро одевшись и прихватив с собой недописанное письмо для родителей, я пошел в столовую вместе с остальными. Там и правда наготовили самые разные угощения. Не то что бы в замке был дефицит чего-то, но изобилием сладостей нас уж точно раньше не радовали. Вот, к примеру, крендельки с дробленным орехом и вареньем из розы я впервые попробовал сегодня, пообещав себе узнать рецепт и отправить его домашним.

После завтрака нас разделили на группы и попросили пройти в аудитории для получения дальнейших указаний. Всего в поисковый отряд было зачислено семьдесят два человека, чуть больше половины от общего числа добровольцев. Тут присутствовали ребята и с нашего первого задания, разве что кроме Маргари, Сьюзи и Марти. Все они с самого начали не планировали вступать в добровольческий отряд.

Из последних докладов разведчиков стало известно, что до сих пор не удалось ни установить личности похитителей, ни определить их мотивы. Они похищали как обычных граждан, так и носителей, при этом не предоставляя никаких требований о выкупе. Нам предстояло не только отыскать пропавших людей, но и захватить в плен хотя бы одного из зачинщиков этих преступлений, а после доставить его в столицу для допросов.

Группы были поделены хаотичным, на первый взгляд, образом: в моей было всего шесть человек, и нам предстояло совершить экспедицию на гору Маунтисс, где находилось небольшое поселение отчужденцев, не желающих учиться в академии. До сих пор их не беспокоили и уважали неприкосновенность поселка, однако теперь любая посильная помощь в борьбе с неизвестным врагом была необходима, и нас отправляли туда с дипломатической миссией.

Я прекрасно понимал, почему Уилл оказался частью этой группы, хотя ему бы больше подошел стратегический отряд, но, услышав вскоре и свое имя, оторопел от неожиданности. Эти решения не оспаривались, и неважно, что с моими физическими данными я мог бы принести большую пользу в группе захвата или разведки. Остальных четверых ребят мне только предстояло узнать получше, но вот Уилл с парочкой из них уже находился в приятельских отношениях.

Наскоро дописав письмо домой и заплатив чуть больше за быструю доставку, по настоянию врача я заскочил еще раз в лазарет и с облегчением отметил, как большое количество бинтов сменилось парочкой пластырей.

День отъезда выдался особенно чудесным, с безоблачным небом и ослепительно ярким, несмотря на позднюю осень, солнцем. Навьючив на лошадей мешки и сумки, набитые провизией — орехами, сухими фруктами, медом и очень вкусными пирогами, — мы отправились в путь.

Глава 14

О поселке было известно немногое — там жило около двухсот человек. Оно напоминало скорее пристанище для отшельников, сплывающихся со всего континента. Кто-то сбежал от излишнего давления Академии, некоторые не находили себе места в родных краях, кому-то просто нравилась горная местность в отдалении от всех.

Мы не сообщали о нашем приходе заранее — возможно из-за сложного сообщения с отчужденным поселением, не желавшим лишний раз связываться со столичными людьми или с кем бы то ни было. Мы и не ожидали встретить хоть кого-то по пути, поэтому не сразу распознали в туманном лесу опустевшую деревню.

Словно брошенная жителями и обреченная на забвение, она утратила облик гостеприимного хозяина, и только по нетронутым вещам можно было догадаться, что еще пару недель назад здесь жили люди. В одном из домов пахло гнилью из-за оставленного на столе обеда, вода в кувшине стала мутновато-желтой, наполненной сухими лепестками давно увядших цветов. Маленький рынок был полностью обставлен товарами, но кто в здравом уме оставит прилавок без присмотра?

Размахивая обнаруженной неизвестно где записной книжкой, Денни вышел из старого домика и подозвал наш небольшой отряд, чтобы зачитать ее содержимое.

День 1

«Сегодня в деревне произошло что-то неладное. Утром на собрании жители обсуждали исчезновение Гилберта. Он вышел в лес за грибами, но так и не вернулся. Все были испуганы и напряжены. Местные парни прочесывали окрестные поля и рощи, но даже вечером Гилберта не нашли. Мы все молимся, чтобы он вернулся живым».

День 3

«После Гилберта пропала Маришка, старшая девочка Дэвида и Сьюзи. Она ушла к подруге, но не вернулась домой. Родители весь день искали её на околицах — пока безрезультатно. На собрании решили создать поисковую группу».

День 5

«Прошло еще два дня, а ситуация только ухудшается. Все больше людей пропадают бесследно. Моя соседка, прожившая тут дольше остальных, исчезла. Я стучал в дверь, но ответа не было. Стало немного не по себе…»

День 10

«Слухов о том, что исчезновения могут быть связаны между собой, становится все больше. Некоторые говорят о древнем проклятии, другие шепчутся о неведомых силах. Сложная ситуация».

День 14.

«Уже две недели, как происходит этот ужас. Пропавшие так и не были найдены. Мы все продолжаем искать, но страх не исчезает. Жители деревни сплотились как никогда — поддержка друг друга немного помогает. Я продолжаю вести этот дневник, надеясь, что он будет свидетелем возвращения ни в чем не повинных людей».

День 20.

«Стало сложно справляться с одиночеством. Порой мне кажется, что кто-то наблюдает за мной. Я слышу шорохи среди деревьев. Может, это мой истощенный страхом разум играет со мной? Или это просто ветер… Вот бы кто-то однажды нашел эти страницы и разобрался, что произошло здесь на самом деле, в этой деревне, где все пропали без следа».

— Какая-то странная речь, вам не кажется? — зачитав вслух последнюю строчку, Денни обратился к нам как ни в чем не бывало.

— Тот человек наблюдал, как целая деревня исчезает у него на глазах, от этого любой начнет бредить, — Элеонора сочувствующе покачала головой, словно сама прожила подобную трагедию.

— Думаешь, он сошел с ума?

— Не знаю, надо изучить более ранние записи и узнать, какие события происходили в поселке до первых исчезновений. Там есть что-нибудь?

Денни внимательно прошелестел страницами дневника, но обнаружил лишь записи со счетами и незначительные пометки в графе «не забыть».

Эдмунд — седьмой участник и по совместительству лидер нашего отряда, — отметил на карте ключевые места и предложил следующее:

— Разбейтесь на группы по два человека. Первая ещё раз обойдет все дома и тщательно осмотрит деревню. Может удастся найти что-то, указывающее на похищение людей. Вторая исследует местность вокруг деревни — проверьте тропы, но не сильно уходите в лес. После вернитесь дорогой вдоль ручья, возможно, кто-то искал убежище среди воды. Третья группа пусть проверит заброшенные постройки к востоку от деревни, там когда-то жили первые поселения затворников, еще до пожара. Через три часа встретимся на этом месте и попытаемся выстроить картину событий, предшествующих исчезновению жителей, а так же выяснить истинные причины этого загадочного происшествия.

***

Джейсон и Дженнифер неторопливо шагали по когда-то сгоревшему поселку, осматривая руины давно забытого селения. Близнецы были настолько привязаны друг к другу, что казалось, будто между ними существует особая телепатическая связь. Как еще объяснить, что иногда они действовали абсолютно одинаково, не произнося ни единого слова?

Так и сейчас, перехватив мимолетный взгляд друг друга, они устремились к старой мельнице. Их словно вела невидимая дорога, сокрытая от посторонних глаз, но открывшаяся лишь им двоим.

Они осторожно вошли внутрь, ступая по земляному полу, потрескивающему под весом близнецов. Ветхие деревянные лопасти скрипели от ветра, создавая неприятный гул, эхом разносящийся по мельнице.

Внезапно, из самой глубины послышался едва уловимый звук, словно кто-то шептал. Близнецы остановились, обменявшись недоумёнными взглядами, и, полные решимости, направились к его источнику. Они пробирались сквозь запутанные проходы, и, в конце концов, оказались в небольшой комнате, где стоял запущенный механизм, обросший мхом.

Там, в полумраке, они увидели силуэт. Это был человек — потерянный, отчаявшийся, но живой. Его голос дрожал, когда он произнёс: «Я здесь… Я думал, что меня никто не найдёт».

Джейсон и Дженнифер одновременно протянули руки, чтобы помочь ему встать. Вместе, поддерживая потерянного человека, они вышли из старой мельницы. Если бы в тот момент мужчина посмотрел в лицо кому-то из близнецов, то увидел бы дьявольский оскал на мертвецки бледных лицах, словно сам Аполло в человеческом обличье пришел забрать его на тот свет.

***

— Очевидно, что кроме нас в деревне нет ни души, — обойдя небольшой поселок меньше, чем за час, Уилл отряхнулся от муки, упавшей на него в пекарне, и наконец вышел на улицу.

— Я тоже не нашел ничего особенного. Вроде как должны были остаться записки или, на худой конец, домашний скот… Даже если пришли дикие звери и растащили всех по норам, следов крови нет. При этом все дома целы, а значит, вряд ли они сбежали из-за стихийного бедствия, почти во всех комнатах вещи остались нетронутыми.

Уилл поразмыслил какое-то время и выдвинул предположение:

— Сомневаюсь, что в окрестностях могла появиться банда и поработить всех. На острове не торгуют людьми, нет рудников, где понадобилась бы черная рабочая сила. Такие места охраняются королевством…

— Ты прав, значит, они либо сами разбрелись по округе, либо тут замешано что-то сверхъестественное. В любом случае, нам нужно их найти.

Наше положение становилось все более затруднительным. Поиски людей могли продлиться несколько дней, и мы не могли отправиться дальше, ничего не выяснив. Уилл тем временем продолжил размышлять вслух:

— Кое-что мне все же не дает покоя. В дневнике тот человек упоминал слухи о древнем проклятии и загадочных силах, может, к этому причастны другие носители?

— Другие — это какие?

— Я тебе не рассказывал, но…

— Ребят! Вы нашли что-нибудь? — судя по всему, Эдмунд закончил копаться в архивах и хотел узнать, удалось ли нам что-то выяснить. К моменту, как мы закончили обмениваться теориями и предположениями, с пустыми руками вернулись Элеонора и Денни, не найдя ни единого следа.

С наступлением вечера Джейсон и Дженнифер пришли со стариком, едва способным передвигаться.

При первом взгляде на него стало ясно, что этот человек был в ужасном состоянии. Его одежда была грязной и заплатанной, а сам он выглядел сильно истощённым. Когда Эдмунду удалось привлечь внимание неизвестного, тот с испугом отшатнулся. Его глаза были полны безумия, и он начал выкрикивать непонятные слова, указывая на лес и повторяя, что там еще есть живые. Он заявил, что видел тени и голоса, которые призывали его покинуть деревню.

Элеонор осторожно приблизилась к нему и заверила, что ничего не угрожает его безопасности. Постепенно ей удалось успокоить старика и уговорить рассказать хоть что-то. Он представился Хэйлом и был последним оставшимся жителем. Как вскоре стало известно, старик пережил ужасные события, произошедшие в деревне.

В первые несколько дней после исчезновения жителей он пытался разобраться в произошедшем. Сначала он убеждал себя, что все вернутся, но с каждым днем его надежда таяла. Страх стал его единственным компаньоном. Говоря о темных фигурах, которые, по его словам, наблюдали за ним, Хэйл рассказал, как они вынудили его прятаться, пока он не остался один, запертый в собственном страхе.

— Кто сказал тебе прятаться? Ты помнишь, куда они ушли?

— Я ничего не видел! Ничего не видел! — мужчина вновь забился в истерике, случайно поцарапав руку Элеонор, и попытался удрать в направлении старой мельницы. Мы с Эдмундом едва удерживали в руках безумца, пока Денни не подошел сзади и точным ударом ребра ладони по шее не вырубил его.

— Может заберем его обратно в столицу? Мы вряд ли сможем чем-то ему помочь, а там найдем всех необходимых врачей… для таких случаев, — с опаской добавил он.

Эдмунд был категорически против и привел убедительные аргументы:

— Нет, по плану мы должны выдвигаться завтра на север и через три дня встретиться с группой захвата. Если не появимся там, поднимется шумиха, и вся операция полетит к чертям. Разделяться тоже нельзя, а значит придется всем идти дальше вместе с этим невменяемым.

— И почему ты думаешь, что он пойдет с нами? Или предлагаешь тащить его на себе? — спросила Элеонор, скрестив руки на груди.

— Нет конечно, используем пару имен из дневника, скажем, якобы они тоже заблудились и теперь ждут остальных в том же месте, а мы его проводим. Там уже решим, как поступить дальше.

— А что делать с приступами? Вдруг он еще кого-то поранит.

— Наденем варежки и обмотаем их скотчем, на ночь будем привязывать к дереву и следить, чтобы не сбежал.

— Ух, не нравится мне это… — вздохнул Денни.

— Что именно? Старый безумец или деревня-призрак?

— Да все вместе! А еще у него нет оберега от морока, что если в пути кто-то повлияет на разум дедули и он нас всех порешает?

— Никто к нему не подойдет, пока он находится под нашей защитой. Глаз с него не спустим и без проблем доберемся до базы, еще вопросы будут?

«И ничего я не причитал», — добавил совсем тихо Денни, отпихивая краем ботинка неприметный камешек. Я обернулся к Уиллу и тихо спросил: «Что думаешь?», получив в ответ: «Мне тоже не нравится идея брать его с собой, но и оставить его в таком состоянии будет неправильно. Кто-то должен о нем позаботиться, а до тех пор побудем с ним немного».

Тем временем Эдмунд оглядел нас еще раз и, не встретив больше протестов, предложил следующее:

— Решено, переночуем сегодня все вместе в одном доме, дежурим, как обычно, по двое: начинают близнецы, потом Уилл с Джулианом. Отправимся, как только Хэйл будет готов покинуть деревню.

По всему выходило, что в этот раз нам не удастся нормально поспать. Каждую ночь дежурило только четыре человека, и потом день или два нам разрешалось отоспать целую ночь, если, конечно, не случалось происшествий, из-за которых нам приходилось раньше покидать место ночлега.

Так и сейчас, проснувшись около трех ночи от прикосновения Дженнифер к моему плечу, мы с Уиллом спустились на первый этаж и разошлись по разным углам кухни. Я подошел к окну и стал наблюдать за размеренно колышущимися из-за случайных порывов ветра деревьями, а Уилл присел за стол и, вытащив блокнот, начал зарисовывать скрюченного в непонятной позе Хейла. Сегодня было решено привязать его к стулу, и потому старик сильно наклонился вбок. Его безмятежному сну позавидовал бы любой человек, страдающий от кошмаров. Как моя сестра.

— Днем нам так и не удалось поговорить о случившемся, хочешь послушать, что я думаю?

Все что угодно сгодилось бы в эту минуту, только бы не вспоминать снова о доме.

— Да, конечно.

Устроившись поудобнее на стуле и закрыв блокнот с незаконченным портретом, Уилл оперся локтем на стол и, периодически размахивая рукой, продолжил:

— Не все носители примкнули к Академии, а эта деревня точно не единственная, на острове есть еще парочка таких же поселений, но почему-то экспедицию отправили только сюда. Возможно, в остальных случилось то же самое, и поэтому нас отправили сюда скорее не с надеждой найти союзников, а предупредить их об опасности, однако…

— Мы опоздали.

— По меньшей мере на месяц, верно. Помнишь, когда примерно стали пропадать первые носители?

— Месяца три назад?

— Около того, а значит, что кто-то прямо под носом Академии уже долгое время преследует носителей-одиночек. Но разве обычным людям это под силу?

— Так что же, получается, какие-то преступники преследуют других магов?

— Если бы я знал, почему исчезли все эти люди, звучало бы не так бредово, но пока только такие мысли.

Обернувшись в сторону посапывающего Хэйла, я безрадостно подвел итог:

— Значит, этот чудик — наша единственная зацепка? За все три месяца, серьезно?

— Выходит, что так. Этот человек точно кого-то видел, остается лишь гадать, почему его не забрали с остальными.

Добавить больше было нечего. Оставалось лишь сидеть в четырёх стенах, не имея возможности узнать все детали этого дела, и пытаться собрать в голове паззл, у которого не хватало половины элементов. «Ну и задачка, а, Эмили? Если мне удастся найти тех людей, ты окажешься среди них?»

На ночном небосводе яркой вспышкой загорелась одна из звезд, и меня тут же осенило — это же созвездие Пегаса! Вполне возможно, оно притягивало мой взгляд еще в детстве, сияя через окно моей комнаты, но тогда я еще совершенно не разбирался в карте ночного неба. Существовали ли когда-нибудь лошади с крыльями? «Уверен, они бы тебе непременно понравились».

Глава 15

Как и предполагал Эдмунд, до лагеря мы добрались всего за три дня. Нам чудом удалось убедить старика в том, что его ведут в безопасное место и кто-то из жителей деревни ждет его там. Не доставляя особых проблем во время нашего небольшого путешествия, он теперь казался обычным человеком, и только семеро из нас могли подтвердить, какие лишения и душевные терзания мучили его несколько дней назад.

Лагерь располагался у подножия холмов в окружении густого леса и состоял из нескольких основных зон, разделённых натянутыми канатами и небольшими заграждениями. В центре располагался командный пункт, представляющий собой временный шатёр, оборудованный столами и лавками для планирования операций.

По периметру лагеря расставили палатки, защищающие от дождя и ветра. Я уже представлял, с каким наслаждением высплюсь в одной из таких, не донимаемый ночными насекомыми в обычном спальнике.

Но больше, чем палаткам, мы обрадовались сладким ароматам, витавших в воздухе даже за пределами лагеря. Приготовленные в городе пироги мы съели еще в первую неделю, из горячего было только то, что мы сами ловили и готовили на кострах, ни о какой выпечке и речи не шло. Все-таки постоянно питаться мясом, рыбой да овощами уже порядком надоело, хотелось насладиться домашними угощениями и согреть душу в эту промозглую осень.

Однако прежде нам нужно было отчитаться о невыполненной миссии и обсудить, как поступить с изнуренным стариком. Теперь, когда мы наконец добрались до лагеря, придется придумывать для него новую ложь, а я терпеть не мог кому-то врать.

Эдмунд попросил одного из дозорных оповестить руководство о нашем прибытии. Обсудить предстояло очень многое, и как можно скорее.

Выяснилось, что принимать участие в таких собраниях имели право лишь несколько высокопоставленных человек, которые не относились к добровольческим отрядам. Многих из них я видел в первый раз, и по их поведению можно было сказать наверняка, кто ни разу до этого не выходил за пределы столицы. Их явно забросили сюда из теплых гнездышек. И все же, одно лицо мне было знакомо, даже слишком хорошо. Позицию главнокомандующей по центру стола уверенно заняла Аманда.

Уилл заметно стушевался, когда она зашла в шатер, чем невольно привлек внимание нескольких человек. С того дня наши пути с экзаменатором ни разу не пересекались, и нам оставалось лишь гадать, как она отнесется к Уиллу в будущем. Сама же Аманда смотрела только на старика, чье эмоциональное состояние в любой момент могло выдать в нем безумца.

Эдмунд во всех подробностях описал опустошенную деревню, дальнейшие поиски и приступы найденного человека. Кто-то из командования поднял руку и уточнил:

— Получается, что кроме вот этого человека, вам ничего не удалось найти? Ни следа, ни улик, вообще ничего?

Не дождавшись ответа, другой скептически обратился ко всем присутствующим:

— Невообразимо, подобные вещи просто так не происходят. Возможно, Хэйлу не стоит доверять.

Эдмунд сразу нашел, чем парировать скептицизм командира:

— Не спорю, сомнительно верить воспоминаниям единственного очевидца, однако у нас есть документы, в которых подробно описаны те же события. Без конкретных дат, конечно, но…

Он положил дневник на стол руководства и выждал некоторое время, прежде чем продолжить:

— Сейчас этот человек — наша единственная зацепка по делу о заброшенной деревни, но ему нужна серьезная медицинская и психологическая помощь, и лишь потом мы можем требовать от него каких-то ответов.

В конечном счете, почти все согласились с этим предложением, поскольку сейчас было опасно подвергать старика какому-то магическому воздействию.

Несколько санитаров забрали безумца, а нам дали возможность отдохнуть до нового задания. Хотел бы я сказать, что меня волновала дальнейшая судьба Хэйла, однако раздражение и усталость превысили уровень жалости к другим людям. Больше всего на свете сейчас хотелось оказаться далеко отсюда, сгодилась бы даже Академия. Дни тогда были расписаны по часам, мы точно знали, что от нас требовалось и как можно добиться нужных результатов, но теперь я ощущал себя пожухлым листом, который упадет туда, куда подует ветер.

— Видели указатели к горячим источникам? Я предлагаю пойти сначала туда, а потом поесть! — Денни принялся дружески подталкивать ребят со спины в нужную сторону, он не любил ходить куда-то в одиночку, и ему всегда нужна была компания.