Марафон желаний

– Я… если расслаблюсь, все поплывет, – выдавила я. – Клиенты, команда, дедлайны. Я же отвечаю за людей.

Макс молчал несколько секунд, не отводя взгляда.

– Вот это уже похоже на правду, – наконец сказал он. – Ты живешь так, как будто каждый день – экзамен, на котором тебя могут отчислить. Хорошая новость: это иллюзия. Плохая: ты в нее веришь.

– Воодушевляюще, – хмыкнула я. – Ты это всем своим подопечным говоришь?

– Почти. Но тебе – особенно важно. – Он откинулся на спинку кресла. – Поэтому ближайший месяц ты тренируешься не вытаскивать мир на себе. Звучит мерзко, но нам нужно проверить гипотезу: выживет ли проект, если ты перестанешь быть богом и станешь просто живым человеком.

– Это комплимент или по мне прошлись катком?

Он едва заметно улыбнулся.

– Вечером напишешь мне три вещи, которые ты сегодня сделала не “чтобы быть полезной”, а “потому что это было для тебя приятно”.

Смешно. Я с трудом могла вспомнить хотя бы одну за последние пару месяцев.

Макс тем временем встал и направился к выходу. Уже у самой двери он обернулся и задал вопрос, от которого желудок нервно сжался.

– Какие планы на выходные?

– Нужно разобраться с личными проблемами и найти где жить.

Мне было стыдно говорить о таком, словно это по моей вине все произошло, но поднять глаза я не решалась. Хотелось провалиться сквозь землю.

– Проблемы случаются со всеми. – Он тяжело вздохнул, словно проживая внутренний конфликт, но все же продолжил. – Не позволяй трудностям выбивать себя из колеи. И не прячься за ширмой работы, это не выход. Позволь себе прожить эмоции, проговори или проживи то, что не дает тебе спокойно спать и двигайся дальше.

– Очередной совет от гуру управления хаосом?

– Дружеский совет от человека, повидавшего некоторое дерьмо.

Макс грустно ухмыльнулся и покинул переговорку, оставив меня в смятении.

После обеда я открыла старую папку с макетами – нужно было поднять одну из промежуточных версий презентации, чтобы показать сравнение.

Папка встретила меня привычным хаосом из файлов с названиями в духе “финал_финал_точно_финал2”. Я пробежалась глазами по списку и вдруг осознала, что снова одного файла не хватает. Того самого, где была моя первая “сырая” концепция, та, с которой все начиналось.

– Странно… – пробормотала я.

Либо я его куда-то утащила, либо решила подчистить лишнее в очередном приступе перфекционизма. Вариант “кто-то влез и что-то удалил” моя голова даже не предложила – не тот уровень паранойи.

Телефон завибрировал и экран вспыхнул знакомым именем.

Кирилл.

На секунду мне показалось, что пальцы сами нажмут “ответить”. Сработает мышечная память: сначала снять трубку, потом уже думать. Но новая Алиса – та, что два дня назад выбежала из собственной квартиры босиком и в одной рубашке, – успела схватить старую за шкирку.

Я нажала отбой и провела пальцем, открыв сообщения. Увидела смс от Кирилла, открыла его и сжала зубы.

“Ты не дала ничего объяснить и снова сделала неверные выводы, а теперь строишь из себя обиженку. Я готов разговаривать, если ты пережила свой эмоциональный всплеск и может говорить здраво. Жду тебя дома сегодня.”

Я почувствовала, как внутри поднимается волна – знакомая, вязкая, обволакивающая.

Раньше я бы уже писала оправдания, а сейчас просто смотрела на экран, ощущая боль в сердце.

Пальцы дрогнули, но я не позволила злости и обиде завладеть мной. Нажала “отметить как прочитанное” и заблокировала экран. Телефон шлепнулся на стол, а я тяжело откинулась на спинку кресла. Прожить эмоции, говоришь? Пожалуй, именно это мне предстояло сделать в ближайшее время.

Окинув взглядом офис, я осознала насколько быстро пролетел день. Оставалось совсем немного времени, когда я могу спрятаться от суровой игры в жизнь за спиной нескончаемой кипы дел, манящих эмоциональной безопасностью.

Вечером я впервые за много месяцев вышла из офиса до девяти.

Да, ноутбук зудел недоделанными задачами а чаты пытались выжечь дыру в телефоне. Но где-то между пунктом про “сон” и “работу” я поймала себя на дерзкой мысли:

Я имею право уйти домой. Просто уйти. Не потому что все сделано, а потому что я – живой человек, а не приложение.

Лина дожидалась меня у лифта.

– Ты сейчас сама, добровольно, без наручников и не под дулом пистолета выходишь с работы до полуночи? – драматично округлила глаза она. – Макс что, заколдовал тебя?

– Скорее установил патч, – устало усмехнулась я. – Временный. Но работает.

– Ладно, поверю в эти чудо-технологии. – Она чмокнула меня в щеку. – Во сколько тебя ждать?

– Я не знаю на сколько затянется разговор с Кириллом, а еще я буду выполнять важнейшее задание марафона: жить жизнь для себя. Но на выходные я тебя ангажирую для просмотра квартир. Риэлтор, которого посоветовал Егор, уже прислала несколько вариантов. Твой папа – просто невероятный человек, я не расплачусь с ним вовек за его помощь.

– Не говори глупостей, мы все переживаем за тебя и хотим помочь. Оставайся у нас сколько нужно. И я уверена, что мы найдем идеальную квартиру! Горжусь твоей решительностью и очень надеюсь, что этому идиоту ты тоже поможешь избавиться от пары зубов.

Я закатила глаза, а Лина, вспыхнув улыбкой, скрылась в потоке людей.

Мне не хотелось идти в логово к чудовищу сразу, поэтому я провела пару часов в торговом центре, бездумно шатаясь между витринами и разглядывая людей вокруг. Одни были уставшие, другие вдохновленные. Группа подростков прошла, громко смеясь и подталкивая друг друга. Влюбленная парочка вызвала раздражение, поэтому я спешно отвела взгляд и потянулась за телефоном.

Открыв чат с Мистером Нянькой (я не собиралась его переименовывать), набрала:

“Босс, мой вечерний отчет:

– Ходила на прогулку по улице в перерывах между задачами, передвинула встречу с неудобного для меня вечернего времени на утро, а еще…

Я смутилась и рука на несколько секунд замерла над экраном, а затем я все-таки решилась и продолжила:

– Случился стихийный иррациональный шоппинг. Спустила круглую сумму на совершенно ненужную сейчас мне вещь.”

Тот шикарный комплект нижнего белья и правда не был предметом первой необходимости, но почему-то мозг потребовал что-то личное, что не будет иметь отношение к прошлой жизни и человеку, который причинил такую боль.

Пару секунд – и на экране высветился ответ:

– Первый шаг сделан, горжусь тобой. Не забудь прожить хоть сколько-нибудь эмоций. Надеюсь, ты позволишь себе все, что сидит в глубине души.

Ох, еще как позволю. Я собиралась поставить жирную точку в истории под названием Кирилл, поэтому проживать эмоции сегодня буду по-полной.

Квартира встретила меня тишиной, слишком аккуратной для места, где пару дней назад развалилась моя жизнь. Все стояло на своих местах, будто ничего не произошло. Ни следов спешки, ни чужого присутствия. Только воздух был другим – густым, чужим, липким.

Кирилл сидел на кухне. Спокойный и собранный. Даже слишком.

Не “привет”. Не “как ты”. Как будто я просто задержалась после работы.– Ты долго, – сказал он, не поднимая глаз от телефона.

– Мне нужно забрать вещи, – сказала я. Голос прозвучал ровно, и это удивило меня саму.

Он наконец посмотрел на меня оценивающим, чуть раздраженным взглядом.

– Ты правда решила вот так все сломать?

Я воззрилась на него непонимающим взглядом. неужели он правда будет все отрицать? Неужели он настолько низкого мнения о моих умственных способностях

– Я ничего не ломала, Кирилл.

– Не начинай. Ты все не так поняла.

Вот она. Фраза, на которую раньше у меня всегда находился отклик. Фраза, после которой я начинала сомневаться в себе. Но не в этот раз.

– Я видела голую женщину в нашей квартире. ГО-ЛУ-Ю.

– Ты накинулась, как истеричка, – он усмехнулся. – Даже не дала ничего объяснить.

– А что тут объяснять?

– Все. Но ты же не умеешь слушать, когда включаешь эмоции.

Он говорил спокойно, даже мягко. Так, как всегда, когда хотел выглядеть разумным на фоне моего эмоционального “перегиба”.

– Это была ошибка, – продолжил он. – Случайность. Ты сейчас делаешь из этого трагедию века, хотя мы могли бы просто обсудить все.

– Ошибка – это забыть купить молоко,потерять кошелек – сказала я. – А не трахаться с другой женщиной у нас дома.

Он поморщился, словно я нарушила некий негласный договор.

– Вот. Опять. Сразу агрессия. Ты всегда все утрируешь.

– Нет, Кирилл. Я просто больше не сглаживаю углы.

Это было новое. Я это почувствовала.

– Ты сейчас в стрессе, – он откинулся на спинку стула. – У тебя проблемы на работе, ты на взводе. Я понимаю. Но принимать решения в таком состоянии – глупо.

Раньше в этот момент я бы начала оправдываться. Рассказывать, как мне тяжело. Доказывать, что я не сумасшедшая.

Сейчас я просто смотрела на него и не понимала – КАК я могла столько времени вестись на подобные глупые провокации? Словно со стороны я окинула взглядом сцену, развернувшуюся между нами. Я, словно побитая собака, пришедшая проживать свои эмоции. И Кирилл – абсолютно уверенный в своей правоте, ровно как и в том, что я никуда не денусь.

– Ты правда думаешь, что мы расстанемся из-за одной сцены? – продолжил он. – Мы столько лет вместе. Я тебя поддерживал. Я был рядом.

– Ты контролировал, – сказала я тихо. – И ненавидел, когда я становилась сильнее.

Он усмехнулся.

– Не придумывай. Ты всегда была успешной благодаря мне. Я тебя мотивировал. Я тебя буквально создал.

И вот здесь внутри меня что-то щелкнуло окончательно. Как будто внутри встала на место последняя деталь пазла.

– Нет, Кирилл, – я покачала головой. – Я была успешной вопреки тебе. А ты злился. Все чаще. Потому что я переставала быть удобной.

Он встал резко, откинув стул. В его глазах полыхала сдерживаемая ярость, руки сжимались в кулаки, а лицо покрылось красными пятнами.

– Ты неблагодарная. Я столько в тебя вложил. Столько помогал!

– Ты тянул из меня силы и стремление стать лучше. Принижал, манипулировал.

Как только я произнесла вслух, перед глазами начали как в обратной перемотке всплывать сцены наших ссор, когда я чувствовала себя никчемной, а КИрилл только усилял это чувство своими словами и поступками.

Мы молча смотрели друг на друга. Впервые за все время я не испытывала страха и потребности оправдываться. Это было сравнимо с освобождением от вечных оков, когда наконец удается вытянуться в полный рост и ощутить силу в конечностях.

– Ты пожалеешь, – сказал он холодно. – Одна ты не справишься. Одумайся, пока не поздно. Уйдешь сейчас – я не прощу тебя.

Я усмехнулась и, пройдя мимо него в спальню, открыла шкаф и вытащила чемодан.

Пробираясь по квартире в ярости, кидала внутрь вещи: одежду, документы, ноутбук, зарядки. Забрала самое необходимое. Остальное осталось висеть на вешалках, будто больше не имело ко мне никакого отношения.

– Я приеду за остальным, когда тебя здесь не будет, – сказала я, застегивая молнию. – Но, скорее всего, мне это уже не понадобится.

Он стоял в дверях, скрестив руки.

– Ты еще вернешься, – сказал он уверенным тоном. – Точно это знаю, но прощения моего тебе не заслужить. Своим поступком ты перечеркиваешь все то, что между нами было. Убиваешь НАС.

Я остановилась на пороге и обернулась.

– Мы расстаемся. Нет больше никаких НАС. Я не хочу больше никогда о тебе слышать, не хочу говорить с тобой и видеть тебя. Я напишу когда приедем с Линой за вещами, избавь меня от своего присутствия в этот день.

Я вышла, хлопнув дверью сильнее, чем собиралась. Последнее, что увидела в квартире – злобу в покосившемся лице Кирилла.

В подъезде я остановилась, прислонившись к холодной стене. Руки дрожали, а сердце колотилось. Но под всем этим – была ярость. Чистая. Жгучая. Какая же я идиотка!!! КАК я могла не замечать этого пиздеца столько лет. И Лина, на которую я постоянно срывалась, была кругом права.

Но вместе с тем я уловила, как весь спектр этих эмоций плавно перетекает в ощущение легкости. Словно я сорвала пластырь, который держался слишком долго. Больно. Но наконец-то я могу дышать.

Глава 8: Обнуление

– Еще один просмотр и я официально подам жалобу!

Лина с тяжелым вздохом потянулась, прохрустев позвоночником, пока мы ехали в такси на просмотр последней за день жилплощади.

– Все квартиры, что мы посмотрели, были или за нереально дорогую аренду, или в таком состоянии, что жить там не представляется возможным, или супер далеко от офиса, так что ездить пришлось бы по 2 часа каждый день. Ты действительно хочешь мотаться ко мне в гости через всю Москву?

Лина сморщила нос, но затем стряхнула кислое выражение, вспомнив, что от этого образуются морщинки.

– Ты должна мне ужин, если эта квартира тебе понравится. – Лина довольно улыбнулась. – Риэлтор выцарапала нам контакты хозяина вне очереди, так что квартиру еще не видел никто. Она выше твоего бюджета, но мы просто ее посмотрим. Там должен быть роскошный вид.

Подъехав к высотке, которая издалека светилась неоном, я вздохнула с облегчением. В таком доме точно все будет опрятно и красиво. ДОЛЖНО быть. Выбравшись из машины, мы оказались в уютном внутреннем дворике совершенно нового ЖК, еще пахнувшего ремонтом. Нас встретил хозяин квартиры и вместе мы поднялись на 20 этаж. Квартира оказалась небольшой, уютной и превзошла все мои ожидания. Современный стильный ремонт евродвушки, чистый минимализм и молочно-белый цвет стен и мебели. Проведя рукой по слегка шершавой свежеокрашенной стене, я вдохнула запах чистоты и свежести. Да, тут я могла бы задержаться.

– Сколько будет стоить аренда, если мы подпишем договор сразу на год?

– Цена та же, что в объявлении. Сто тысяч в месяц и она ваша.

Я поморщилась. Для меня это было дорого, учитывая, что я не планировала такие траты и у меня не было достаточно накоплений. Тяжело вздохнув, я начала мысленно прикидывать на сколько затянется поиск квартиры, если я сейчас откажусь, когда Павел (так звали владельца) подошел к окну и взялся за штору.

– У меня для вас есть последний аргумент, который, думаю, вас убедит. – Он потянул за шнур и у меня сжалось сердце от восторга.

Стену занимали панорамные стекла в пол, а за ними раскинулась ночная Москва, мерцая огнями всех оттенков. По дорогам ползли машины, словно жирные муравьи. Взгляд от города не отрывало ровным счетом ни-че-го. Идеальный вид, который, пожалуй, и позволил хозяину накинуть треть к стоимости квартиры без зазрения совести.

– Я согласна, – выдохнула я.

У меня не было шансов, тут слишком красиво. Расположение, ремонт, функциональность – это все важно, но мое истерзанное сердце нуждается в месте силы и покоя. А эта квартира совершенно точно может им стать.

Это была судьба, потому что кроме нас на просмотр этой квартиры не было никого, так что я сразу же согласилась подписать документы и забрала эту малышку. Передав ключи, Павел уехал, а мы с Линой остались вдвоем в полной тишине.

Усевшись на диван прямо напротив окна, мы смотрели, как город медленно засыпает, как уменьшается поток машин и все чернее становится небо. Говорить вообще не хотелось. Было в этом молчании что-то такое, что помогало мне успокоиться и поймать душевный покой.

– На самом деле я боялась искать квартиру. – Я сама удивилась, когда заговорила. – Мне до последнего хотелось, чтобы это был страшный сон. А сейчас, когда договор подписан и я сижу в своей квартире, мне понятно окончательно, что все кончено. Лин, как это возможно? Как может человек после почти трех лет совместный жихни так поступить?

Я чувствовала, как меня накрывает истерика, и не могла ничего поделать с этим. Горло сжимал спазм, из груди рвалось наружу желание завыть, а глаза жгло от непролитых слез обиды на всю эту ситуацию.

– Неужели я делала недостаточно, чтобы меня любить? И может быть можно было как-то это все предотвратить?

Увидев злость на лице подруги, я вскинула руки и хрипло засмеялась: – Я не говорю, что Кир прав и в его измене виновата я, боже упаси. Но я про то, что может быть нужно было раньше заметить проблемы?

– Проблемой было то, что ваши “отношения” давным давно стали просто привычкой и абьюзом, который ты терпела, а Кириллу они были удобны. Скажи мне, что ты испытывала к Кириллу до всей этой истории?

– Я его любила… – осознав, что сказала о своих чувствах в прошедшем времени, я умолкла.

– Мне кажется, что ты просто привязалась к нему, а еще легко поддавалась манипуляциям, поэтому подменяешь это все простым “люблю”.

Я скривилась, но не захотела продолжать этот разговор. Все, что говорила Лина, не раз посещало мою голову, но я отмахивалась от своих мыслей, потому что это все дурь. Как говорила моя мама – если выбрал человека, то нужно быть с ним всю жизнь. Они с отцом прожили больше 40 лет вместе, хотя всегда в доме царили хаос и ругань.

– Зато сохранили семью! – часто любила повторять мама.

Я больше всего боялась повторить этот сценарий и всегда знала, что у меня отношения будут по-любви. Но если я признаю правоту подруги, то окажется, что я попала ровно в ту же яму.

– Ответь себе честно, подумав: когда ты в последний раз чувствовала себя окрыленной и ЛЮБИМОЙ рядом с Кириллом?

Я задумалась. Первые месяцы, когда мы только начали встречаться, были волшебными. За мной никто и никогда так не ухаживал – бесконечные цветы, свидания, сюрпризы. С первых секунд, как мы встретились, я ловила себя на том, что все происходит как в сказке. Даже наша первая встреча, когда я просто налетела на него в бизнес-центре и буквально сбила с ног. Когда же все изменилось?

Я вспоминал первую крупную ссору. Я не хотела съезжаться так быстро, а Кирилл настаивал. Я тогда даже думала, что ошиблась в выборе партнера, но Кир все так здраво и по полочкам разложил, что я сдалась. И, пожалуй, после этого и начались наши препирания. Сперва небольшие, а потом все чаще и все крупнее.

Я набрала побольше воздуха в грудь и выпалила, чтобы не передумать:

– До того, как мы съехались. Потом начались постоянные ссоры и упреки.

Лина молча смотрела на меня в упор, не говоря ни слова, но субтитры на ее лице кричали ярче любых неоновых вывесок.

– Ладно, я понимаю куда ты клонишь, но я не согласна с тем, что любовь проходит в один миг.

Нас прервал звонок сотового. Она недолго слушала, а затем округлила глаза и прикрыла распахнувшийся от удивления рот ладонью.

– Ты серьезно?! Но… Как?! Ладно! Я скоро буду.

Она сбросила вызов и уставилась в упор на меня.

– Дима приехал. Он дома!

Я уставилась на нее неверящим взглядом.

– Он же должен быть в Европе еще месяц! Как он тут оказался?

– Я не знаю, мама просто сказала, что брат приехал и они меня ждут дома. Черт, мне надо ехать. Ты как, справишься тут?

– Вполне, езжай домой, ты там нужна. А я заеду завтра за чемоданом, заодно увижусь с ним. Поверить не могу, что он никому из нас не написал, что приедет.

Дима был мой давний друг, а по совместительству брат Лины. Год назад он уехал в командировку в Европу, и мы ждали его обратно только через месяц.

– Обещай, что если тебя накроет волной тоски и одиночества – ты мне напишешь! Я примчусь.

Я улыбнулась и потянулась к Лине. Она крепко стиснула меня в объятиях и расплылась в улыбке.

– Ты теперь как настоящая героиня ромкомов должна сидеть дома перед теликом с ведром мороженного и ощущать, как улучшается твоя жизнь без придурка бывшего. И только попробуй взяться за работу, я все расскажу Максу!

Рассмеявшись, я пошла провожать подругу. Захлопнув за ней дверь, я ощутила, как уют и покой коконом окутывают меня с головы до ног. Подойдя к окну, я прижалась лбом к холодному стеклу и ощутила, как по коже ползут мурашки удовольствия. Тишина дома убаюкивала и, улыбнувшись самой себе, я сделала именно то, что советовала Лина, а именно – устроила холостяцкий девичий вечер.

Храни боже Москву и доставку чего угодно к тебе на дом двадцать четыре на семь. Уже спустя час курьер привез мне гору пакетов, из которых торчал плед, пачка чипсов, ведро мороженного и бог знает что еще. Закутавшись в 2 метра плюшевой и до безобразия приятной ткани, я вооружилась пультом от телевизора, включила рандомный турецкий сериал и притянула к себе столик с едой.

Не знаю сколько я так просидела, но проснулась утром ровно в той же позе и с пакетиком m&m’s в руках. И как только не рассыпала? С удовольствием потянувшись, я осознала, что впереди воскресенье, у меня нет никаких планов и я могу делать вообще все, что захочу.

Первым делом я прошлась по квартире и осмотрела зоны, требующие изменений. Тут было вполне красиво, но слишком безлико. Мне хотелось добавить ярких красок в интерьер, а еще нужно было купить примерно миллион базовых вещей для быта, потому что забирать старое из прошлой жизни не хотелось от слова совсем. И непременно хочу неожиданный красный.

Мысленно усмехнулась, вспомнив, как Дима сразу после переезда в Берлин прислал фотку, где на новенькой люстре разместились женские красные стринги.

Тогда у нас состоялся весьма короткий, но веселый разговор:

– У меня два вопроса: С кого ты их снял в первый день в новой стране? И как тебе не мерзко, что чужое белье висит над твоей головой?

– Ты не поверишь, но моя чокнутая подруга верит в теорию неожиданного красного, так что я наведался в местный бутик и прикупил СЕБЕ эти шелковые прелести. Специально для люстры и твоих шуток. Но если будешь плохо себя вести, то я буду хранить их весь год и привезу в качестве сувенира!

– Вот же придурок!

Тогда мы крупно поссорились с Кириллом, который застал концовку нашего разговора и сильно приревновал в который раз.

– Новая жизнь с чистого листа! – провозгласила я в звенящую тишину и, отбросив все мысли о прошлом и переживания, вооружилась телефоном, открыла пинтерест и начала составлять список дел и покупок.

Обход своих территорий занял от силы минут двадцать. Светлая ванная комната с душевой кабиной, санузлом и прачечной. Просторная и уютная кухня-гостиная с роскошным диваном, кофейной зоной и завораживающим видом. И маленькая спальня с примыкающей гардеробной, которая отгораживалась от внешнего мира небольшим закрытым балконом.

Закончив составлять список, я решила сперва заехать в старую квартиру и забрать оставшиеся вещи, а затем нужно было привести в порядок новое жилище.

Написав Кириллу короткое смс о том, что планирую приехать и надеюсь, что его дома не будет, я влезла в любимые черные скинни джинсы, белую футболку и кеды, собрала волосы в небрежный пучок и вышла из дома. Погода была потрясающей и я захотела немного пройтись. Дорога до метро заняла всего десять минут, летнее солнце пригревало плечи и я с радостью вдыхала солнечный воздух и жмурилась от удовольствия.

Как ни странно, я не чувствовала себя разбитой и потерянной. Я думала, что буду страдать долгие недели, а то и месяцы, но с самого утра у меня было приподнятое настроение, а в душе поселилась надежда, что я со всем этим справлюсь. В голове роились мысли, что это все неправильно и я словно недостаточно переживаю из-за измены, но я не хотела в эти мысли углубляться.

Добравшись до места, я нехотя достала ключи и отперла входную дверь, молясь, чтобы Кирилла не было дома. Мне повезло и я получила полное одиночество, на которое рассчитывала.

Не хотелось оставаться тут лишнюю минуту, все в доме напоминало о прожитых годах, хорошем и плохом, о прошлой жизни, которую пару дней назад я оставила позади. В кухне на столе красовалась ваза с грушами. Я мстительно усмехнулась и прихватив с собой одну, вгрызлась в сладкую мякоть, по пути собирая свои вещи в одну кучу. Наверное, теперь я не смогу равнодушно смотреть на этот фрукт.

Я брала только то, без чего не могла обойтись. Не хотелось забирать с собой вообще ничего, что напоминало бы о старой жизни. Одежда, обувь, косметика, техника, книги. Вся моя жизнь уместилась в два чемодана и пару коробок, которые я предусмотрительно купила по пути сюда. Мысленно я решила, что заберу только то, что влезет, а все остальное полетит в топку.

Спустя пару часов сборов, я ехала на такси к Староверцевым, чтобы забрать последние вещи. Когда мы подъехали, я попросила водителя подождать, а затем направилась в дом. Там творился сумасшедший хаос, который ураганом прошелся по мне. Вероника кинулась обнимать и поздравлять с успешной находкой квартиры. Ее подруга, оказавшаяся в гостях, начала причитать о ценах на аренду, а Егор Олегович, стоявший в дверном проеме, неистово закатывал глаза, показывая как ему необходимо побыть в тишине. Я рассмеялась, а затем в одну секунду попала в стальные объятия Димы, вылетевшего из кухни.

– Лиса! Я тебя миллион лет не видел! Малышка, ты как?

Дима встревоженно смотрел на меня и я поняла, что Лина выложила всю подноготную за вчерашний вечер.