По ту сторону неба

В гостиной было уютно: светлые шторы, старинные часы на стене, легкий запах лаванды. Лаура жестом показала на кресло. Лаура устроилась напротив — на диване.

— Ты мне кажешься взволнованной, — мягко спросила Лаура. — Что-то произошло?

Грейс опустила взгляд на газету в своих руках. Она не знала, с чего начать. Не хотела выглядеть глупо. Не хотела звучать как человек, который верит в призраков и знаки. Но боль за сына была сильнее страха показаться странной.

Она медленно положила газету на журнальный столик и открыла ноутбук.

— Лаура… — начала она осторожно. — Ты давно живёшь в Вудстоке. Ты что-нибудь слышала о доме Блэквуд стрит 1804?— Это вроде дом, в котором ты живёшь, — спокойно ответила Лаура. — Не так ли?

— Да, — кивнула Грейс. — Именно о нём я и хотела поговорить.

— Я слушаю.

Грейс глубоко вдохнула.

— Я понимаю, что вы с Сэмом живёте здесь чуть больше двух лет, но возможно ты слышала о Джоанне Морган которая проживала в этом доме.

Лаура чуть прищурилась.

— Да, конечно. Эту историю знают почти все старожилы. Джоанна была журналисткой. У неё была дочь — Эльза. Немая… и, как говорили, с шизофренией.

— Зачем тебе эти люди? — вдруг спросила она, внимательно глядя на Грейс.

Грейс нервно сглотнула.

— Мне нужно понять, что произошло в этой семье. В этом доме.

Лаура откинулась на спинку дивана.

— Насколько я знаю… — начала она медленно, подбирая слова, — у Джоанны был мужчина. Они не были официально женаты. Постоянные скандалы, крики… Соседи рассказывали, что он поднимал на нее руку. Всё это происходило на глазах у Эльзы.

— Потом его убили. –продолжала Лаура смотря куда то в сторону ,словно пыталась вспомнить каждую деталь.-Убийцу так и не нашли. А через какое-то время умерла Эльза. Врачи написали — остановка сердца. А затем… Джоанна повесилась оставив записку.

Лаура замолчала на секунду.

— Когда её нашли, на груди у неё висел только ключ… И короткая записка: «Я слышу её по ночам».

В комнате стало тихо. Часы на стене щёлкнули, отсчитывая секунду.

— Что за ключ? — резко спросила Грейс, открыв ноутбук и щелкая по клавишам. — Я не читала об этом ни слова.

— Ключ, да… — кивнула Лаура. — Разве ты не читала?

— Нет, — быстро ответила Грейс, листая статьи. — Этого не было в основных публикациях…

Она замерла.

— Подожди…

Грейс развернула ноутбук к Лауре.

— Ты об этом?

Лаура прикрыла рот рукой.

— Да… это.

На экране была старая фотография: Джоанна с петлёй на шее, тело чуть наклонено вперёд. На груди — металлический ключ на красной ленточке. Отдельным кадром — крупный план самого ключа. Старый с необычным узором на бородке.

— Ужас… — прошептала Лаура, закрывая глаза ладонями.

Но Грейс не могла отвести взгляд. Ключ казался очень знакомым.

— А что ты знаешь об этом? — резко спросила Грейс, снова поворачивая к Лауре ноутбук.

На экране была другая статья. Старый архивный материал. Заголовок — о детях, погибших в этом доме много лет назад.

Лаура нахмурилась и пробежала глазами по статье.

— Грейс… к чему ты клонишь? Об этом я ничего не слышала. — Она чуть подалась вперёд. — Неужели ты считаешь, что это как-то коснётся тебя или твоего сына?

— Я должна знать, — с тревогой и почти отчаянным упорством сказала Грейс. — Я должна понять, что произошло в этом доме. Мой сын в последнее время ведёт себя очень странно.

— Как странно? — осторожно спросила Лаура.

Грейс отвела взгляд и отложила ноутбук.

— Он… не такой, каким был раньше. Он стал замкнутым.Говорит о том,что не поддается логике. Слышит шаги.

Лаура молчала.

Грейс продолжила, голос её дрожал:

— Моника умоляла меня показать его психиатру. Сказала, что это может быть начало серьезного расстройства. Что после аварии такое бывает. Что я обязана проверить.

Она сжала ладони на коленях и посмотрела на Лауру

— Но я не могу отделаться от мысли, что всё началось именно после переезда.

Лаура медленно выдохнула.

— Грейс… это может быть совпадением. Травма, стресс, новый дом… — Она чуть прищурилась, и на её губах появилась едва заметная ухмылка. — Неужели ты связываешь это с мистикой?

Грейс медленно поднялась и подошла к окну. За стеклом тянулась улица — серозелёная, неподвижная, словно сама природа затаила дыхание. Она обхватила руками подоконник, стараясь сосредоточиться на внешнем спокойствии, хотя внутри всё было напряжено.

— Я не знаю, Лаура… — тихо произнесла она. — Я реально… не знаю.

Лаура тоже поднялась и тихо встала рядом и коснулась ее плеча.

— Ты выглядишь очень усталой, — сказала она мягко, почти шёпотом. — Я помню, ты рассказывала мне о своей бессоннице. Скажи, ты принимаешь таблетки? Посещаешь врача? Как твоё здоровье?

Грейс чуть заметно вздрогнула, но не повернула головы. Она смотрела на улицу, будто там был ответ.

— Всё в порядке, — произнесла она ровно, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Лаура наклонила голову, изучая её профиль.

— Ты уверена? — спросила она осторожно.

Грейс сжала пальцы на подоконнике, но сохранила спокойный тон:

— Я справлюсь.

Глава 33

Грейс уже сидела в машине, обдумывая все возможные варианты. Она никак не могла вспомнить, где раньше видела этот ключ. Что ей делать дальше? Может быть, она просто себя накручивает. Может быть, это действительно всего лишь совпадения, а у Эрика — переходный возраст или травма, которая проявляется только сейчас. Она завела мотор и отправилась в прачечную.

Подъехав к зданию и войдя , Грейс сразу направилась в свой кабинет. Разобрав несколько бумаг на столе, она открыла верхний ящик. Там лежало то самое письмо, которое читал Маркус — то, что передал ему босс Фред. Грейс вынула его из конверта и прочла информацию о том,что Маркуса хотят повысить и перевести в другой филиал.

В этот момент в кабинет вошла Лина и заметила, что Грейс держит в руках письмо.

— Он, видимо, машинально оставил его здесь, — сказала Лина.

— Его переводят? — спросила Грейс.

— Да, — кивнула Лина. — Точнее, хотят перевести. Но мне кажется, он не очень этого хочет и не собирается никуда уезжать…

Грейс сложила письмо и аккуратно убрала его обратно в конверт. Поднявшись с кресла, она с письмом направилась к кабинету Маркуса. Дважды постучав и не дожидаясь разрешения она открыла дверь. Маркус возился с принтером — что-то разбирал и пытался починить.

— Привет, Грейс, — поприветствовал он улыбнувшись, замедлив движения.

Грейс чуть улыбнулась и неловко подняла руку с конвертом.

— Ты оставил это у меня…

Она старалась не смотреть ему в глаза, чтобы он не заметил её волнения.

— Что это? — Маркус подошел и взял письмо, даже не вынимая из конверта сразу узнал его, бросил на стол и продолжил заниматься принтером. Перед этим он включил кофеварку. Маркус налил два стакана кофе, один протянул Грейс и жестом предложил ей сесть. Сам облокотился о шкаф рядом с принтером. Сделав глоток, он взглянул на письмо.

— Видимо, случайно оставил его у тебя. Фред застал меня там, когда мы с Линой обсуждали рабочие вопросы. Это приказ Энтони владельца прачечной. Они хотят перевести меня в Белвидер…

Грейс заметила, как изменилось его лицо.

— Насколько я помню, ты говорил за ужином, что ты оттуда, — сказала она.

— Да. И я не хочу возвращаться туда.

Грейс поднялась.

— Почему ты не рассказал мне о письме ? Что ты собираешься делать?

— Пока не знаю, — он вздохнул. — Я не хочу оставлять тебя.

Грейс не приняла эти слова близко к сердцу. После подслушанного разговора в супермаркете она старалась держать дистанцию.

Она подошла к окну с чашкой кофе.

— Всё стало просто невыносимым, — с грустью произнесла Грейс.

— Эрик? Что на этот раз?

На её лице появилась раздраженная улыбка, она даже закатила глаза. Грейс хотела рассказать Маркусу о событиях последних дней, но тут же, как и с Лаурой, испугалась показаться смешной.

— Ты же знаешь, я всегда рядом, — сказал Маркус. — Если могу быть чем-то полезен, я помогу тебе и твоему сыну. Мы найдем хороших специалистов…

— Хватит, — перебила его Грейс, поставив чашку на подоконник и закрыв глаза, потирая лоб.

— Грейс… — Маркус развернул её к себе. — Иногда нужно принять реальность. Не стоит закрывать глаза на проблему. Я хочу помочь тебе.

Он поставил стакан с кофе на принтер и подошёл ближе.

Грейс смотрела в его глаза, словно пытаясь понять, можно ли доверять этому человеку. А что, если то, что она слышала, правда?..

— Могу ли я доверять тебе, Маркус?

— Ты можешь положиться на меня всегда.

Их губы слились в поцелуе. Маркус сделал шаг назад, притягивая Грейс всё ближе к себе, но спиной задел стол с принтером. Стоявшая рядом чашка качнулась, и кофе пролился ему на спину.

— Ай… кофе!

— Боже мой… — Грейс невольно улыбнулась, взглянув на его пиджак, испачканный тёмным пятном. — Ничего страшного. Сейчас постираем — будет как новенький.

Она сняла с него пиджак и аккуратно сложила на руке. В этот момент из кармана выпало обручальное кольцо и, звякнув, покатилось по полу в сторону окна.

***

Эрик очутился в астрале. Открыв глаза, он понял, что снова оказался в том самом месте — у дерева, сидя на скамейке. Он оглянулся. Вокруг никого не было. То же поле, голубое небо и яркое солнце.

Здесь он был свободен. И, несмотря на одиночество в этом пространстве, ему это нравилось — только тут он по-настоящему чувствовал себя живым. Пройдясь немного по полю, Эрик снова заметил дверь. Ту самую, через которую проводник Саманта когда-то вела его в мир мёртвых.

Открыв её, он оказался в странном коридоре. Он вспомнил слова Саманты о том, что дверь закрывать нельзя. Эрик оставил её открытой и направился вглубь коридора.

Пройдя несколько метров, он увидел ещё одну дверь. Подойдя к ней, он прислонил ухо и услышал голоса — детский смех, радостный и живой. Казалось, за дверью дети играли или праздновали что-то.

Эрик распахнул дверь.

В комнате находилось несколько детей. Они играли, болтали и веселились за праздничным столом. Никто не замечал его — словно его вовсе не было в этой комнате. Среди них была и Саманта. Она просто наблюдала за детьми, и в её взгляде читалось восхищение, будто всё происходящее было её заслугой. Войдя глубже, Эрик заметил ещё одну дверь. Любопытство взяло верх, и он открыл её.

Перед ним открылось пространство, похожее на лес, окутанный туманом. Посреди этого тумана стояли шесть дверей. Над каждой было имя.

Эрик медленно читал:

Самуэль Харрис. Мариса Уокер. Лион Ревиз. Джонатан Миллер. Эльза Морган.

И на последней двери — его имя.

Эрик Брукс.

Все двери были заперты,кроме той над которым было его имя, оставалась приоткрытой, словно ждала.

Эрик замер. Сердце забилось быстрее и понимал: за этой дверью — что-то, что касается только его.

Глава 34

Грейс медленно наклонилась и подняла кольцо. Маркус не произнёс ни слова — он замер, словно сам только сейчас осознал, что произошло. В его глазах читалось растерянное понимание, будто он действительно забыл, что положил его в карман.

Грейс подошла к окну. Свет упал на холодный металл, и кольцо блеснуло в её дрожащих пальцах. Дыхание перехватило. В груди стало тесно. На глазах выступили слёзы.

Могла ли она теперь ему доверять? Значит, разговор, подслушанный в супермаркете, был правдой. Маркус женат.

Слеза медленно скатилась по её щеке. Ей казалось, что воздуха в комнате больше нет.

— Грейс… — тихо начал Маркус. — Я должен был сказать тебе это.

Она резко развернулась к нему. Он сделал шаг вперёд, попытался взять её за руку — и в ту же секунду получил пощёчину. Звук удара прозвучал глухо, но отчетливо.

Грейс вышла из кабинета быстрыми шагами, почти не чувствуя пола под ногами. Маркус, не раздумывая, направился за ней.

Войдя в её кабинет, он увидел растерянную Лину. Та переводила взгляд то на Грейс, то на Маркуса с покрасневшей щекой. Маркус коротким жестом попросил её выйти. Лина молча собрала бумаги, взяла сумку и покинула кабинет. Он задвинул штору, чтобы их не было видно из общего зала.

Грейс стояла у окна, и слезы бесшумно текли по её лицу.

— Грейс…

— Да как ты мог? — перебила она, не оборачиваясь. — Я верила тебе.

Она повернулась к нему. В её взгляде было больше боли, чем гнева.

— Я должен был поговорить с тобой об этом, — сказал он, тяжело вздохнув. — Да, у меня есть жена. И… я давно хочу развестись с ней. У меня есть ребёнок. Они живут в Белвидере.

— Почему ты молчал?

— Я не хотел спугнуть тебя. Мне нужно было время.

— Время? — горько переспросила она. — А мне ты оставил что? Ложь?Разговоры за моей спиной,что я сплю с женатым мужчиной?

Она опустилась на стул, словно силы покинули её. Маркус осторожно подошёл ближе, хотел коснуться её лица, но Грейс отвернула голову. Он остановился, не зная, что сказать.

Внутри неё всё перемешалось. Она разрушила свою семью. Она винила себя за аварию, за прошлое, за каждую ошибку. Если бы не она, ничего бы не произошло. Теперь же ей казалось ,что она вмешивается в чужую жизнь — в чужую семью. Жена. Ребёнок. Всё это существовало задолго до неё. Ей стало противно от самой себя.

Она подняла взгляд на Маркуса. Он смотрел на неё — устало, с каким-то отчаянным ожиданием.

— Уезжай, — тихо сказала Грейс и отвернулась к окну. — Я нужна сыну.

Она снова почувствовала себя пленницей. Чем яснее она представляла своё будущее — запутавшееся, тяжёлое, без выхода, — тем страшнее становилось.

Маркус ничего не ответил. Он постоял ещё несколько секунд, затем молча вышел.

У двери своего кабинета он столкнулся с Фредом.

— Я надеюсь, ты подумал?

Маркус задержал взгляд на полу, затем поднял глаза.

— Да, Фред. Я уезжаю.

— Вот это другое дело, Маркус. Это повышение. Там тебе будут платить в три раза больше. Ты сможешь избавиться от долгов, в которые втянула тебя твоя жена.

Маркус ничего не сказал. Он лишь коротко кивнул и скрылся в своём кабинете, закрыв за собой дверь.

Через пару минут дверь кабинета резко распахнулась — в помещение вбежала Лина. Грейс вздрогнула, испуганно подняв голову.

— Грейс, где ваш мобильник?

— В сумке, наверное… Что случилось?

Грейс торопливо начала рыться в сумке. Достав телефон, она замерла: пятнадцать пропущенных вызовов от Моники. Она медленно подняла взгляд.

— Звонила Моника… — голос Лины дрожал. — Ваш сын… он потерял сознание.

Глава 35

У Грейс подкосились ноги. Мир словно качнулся. Она даже не надела пальто — схватила ключи от машины со стола и выбежала, сжимая телефон в руке.

Руки дрожали так, что она с трудом вставила ключ в замок зажигания. Машина завелась, и Грейс резко тронулась с места. По дороге она снова и снова набирала номер Моники.

— Бери же… пожалуйста, бери…

Гудки тянулись бесконечно. Никто не отвечал. Грейс с отчаянием бросила телефон на соседнее сиденье и сильнее вцепилась в руль. Подъезжая к дому, она увидела машину скорой помощи. Белый кузов с мигающими огнями показался ей нереальным, словно из чужой жизни. Сердце забилось так сильно, что она почти не чувствовала собственного тела.

Грейс вышла из машины на ватных ногах. Она боялась представить, что ждёт её за стенами этого дома. Резко захлопнув дверь, она побежала к входу.

На кухне она столкнулась с Моникой, которая нервно ходила из стороны в сторону.

— Грейс!

Моника попыталась остановить её, но Грейс вырывалась.

— Где мой сын? Где Эрик?

— Подожди, Грейс…

Моника с трудом удерживала её. Через приоткрытую дверь в гостиную Грейс увидела движение — силуэты врачей, белые халаты, медицинские сумки.

— Мне нужно увидеть моего сына!-выкрикнула она

Она вырвалась и распахнула дверь.Грейс словно остолбенела,она глубоко дышала приоткрыв рот от картины,которую она всегда боялась представить,а глаза наполнялись слезами.

Эрик сидел в своём кресле неподвижно, как манекен. Лицо бледное, глаза закрыты. Вокруг него работали врачи — молодой парень и девушка, сосредоточенно выполняя какие-то манипуляции.

— Миссис Брукс?

К ней подошел врач постарше, лет сорока.

Из глаз брызнули слезы,а ноги подкосились она старалась удержать себа. Она смотрела то на врача, то на сына.

— Присаживайтесь… или лучше пройдемте на кухню, — мягко сказал он

Он осторожно взял её под руку и развернул. Грейс ещё раз оглянулась на Эрика — на его неподвижную фигуру среди суетящихся врачей — и, с трудом подчиняясь, пошла вслед за доктором на кухню.

Грейс медленно опустилась на стул за кухонным столом. Напротив неё сел врач. Моника налила стакан воды и поставила перед Грейс. Врач поблагодарил её лёгким кивком и едва заметной улыбкой.

Но Грейс даже не заметила воды. Её взгляд был устремлён в стену. Она словно запуталась в паутине собственных мыслей. На мгновение в голове мелькнула страшная мысль: а вдруг она и правда сходит с ума? Может быть, она слишком накрутила себя всеми этими историями, которые недавно читала. Может быть, Эрик действительно нуждается в помощи врачей, а она лишь отказывается видеть реальные проблемы сына.

— Миссис Брукс, меня зовут доктор Люк Бендон. Я здесь, чтобы помочь вашему сыну.

Он посмотрел на Монику. Та, прикрыв глаза, слегка кивнула.

Доктор продолжил:

— Моника рассказала мне о том, что происходит с Эриком. Но…

Он замолчал.

— Что с моим сыном? — голос Грейс прозвучал хрипло.

Доктор вздохнул.

— Нам нужно разобраться. Врачи не ставят диагнозов по внешнему виду. Необходимо обследование. Пока вы добирались сюда, Моника рассказала нам историю вашего сына… что с ним произошло.

Грейс медленно покачала головой, будто соглашаясь на всё, лишь бы спасти его.

— Я хочу, чтобы вы, миссис Брукс, дали разрешение на обследование.

Моника положила руку ей на плечо. Грейс вздрогнула, словно очнулась.

— Хорошо… но…

— Я обещаю вам, — мягко перебил доктор, словно предугадывая её слова, — мы сделаем всё возможное.

Грейс сжала кулаки, собираясь с силами.

— Тебе не стоит переживать, Грейс, — тихо сказала Моника, наклоняясь к ней. — Я возьму всю заботу на себя. Я побуду с твоим мальчиком. Доверься нам.

Грейс подняла на неё взгляд, полный отчаяния и благодарности. Затем она попросила врача хотя бы на минуту увидеть сына перед тем, как его повезут в больницу. В гостиной остались только она и Эрик. Он сидел неподвижно, взгляд его был устремлён в одну точку. Лицо без эмоций. Грейс опустилась рядом. Осторожно взяла его холодную руку в свою.

— Эрик… прости меня, пожалуйста. Прости меня за всё, сынок…

Слезы скатились по её щекам. Эрик не отвечал. Он сидел в кресле, словно манекен, не реагируя ни на слова, ни на прикосновение. Через несколько минут Грейс поднялась, собрала кое-какие вещи Эрика — документы, одежду и необходимые мелочи. Затем они попрощались. Врачи, Моника и Эрик уехали. Грейс осталась в доме одна.

Глава 36

Утром Грейс готовила завтрак перед тем, как отправиться на работу. Она всё делала на автомате: включила чайник, поставила сковороду на плиту, достала хлеб. Иногда она останавливалась и смотрела в окно, не замечая прохожих, ни проезжающих машин. Все её мысли были там, рядом с сыном, за стенами больницы. На мгновение она обернулась и посмотрела на место, где обычно сидел Эрик.

Грейс внезапно охватил холодный ужас. А что если это конец? Что если Эрик больше не вернётся в этот дом? Что если он навсегда останется в стенах больницы?

Что же произошло с её сыном? Почему он так резко изменился? Это обида? Обида на неё за разрушенную семью? За то, что она лишила его отца? Или, может быть, ревность к Маркусу?

— Что я сделала не так?.. — прошептала она почти беззвучно.

Завтрак так и остался нетронутым. Грейс сделала лишь пару глотков уже остывшего кофе и встала из-за стола. Переодевшись, она задержалась в прихожей перед зеркалом. Некоторое время просто смотрела на своё отражение. Тусклый взгляд, усталое лицо и тени под глазами. Она провела пальцами по щеке. ,,Во что я превратилась…?,, Эта мысль прозвучала в голове тяжело и отчетливо. Грейс вышла из дома и подошла к машине. По ту сторону забора у соседей снова работал Том — так же, как и в тот вечер.

Он поднял голову и посмотрел на неё и в этом взгляде было что-то большее, чем простое любопытство. Грейс показалось, что он уже все знает. Что ему известно о вчерашнем приезде врачей. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь что-то сказать без слов. Затем Грейс отвела взгляд, села в машину и уехала.

Том ещё какое-то время смотрел ей вслед. Потом перевёл взгляд на дом, тяжело вздохнул и задумался, будто понимал больше, чем говорил вслух, и боялся того, что может произойти дальше.

Грейс прибыла на работу, припарковала машину и вошла в здание. Поздоровавшись с работниками, она направилась в кабинет. Лина уже сидела на рабочем месте и перебирала бумаги. Грейс поздоровалась, Лина ответила ей спокойным кивком. Грейс налила себе кофе и села за стол. Она долго не могла приняться разбирать документы, просто сидела, откинувшись в кресле. Лина иногда посматривала в её сторону, словно хотела что-то сказать, но так и не решалась. Наконец Грейс взялась за бумаги, быстро пролистала несколько бланков, собрала их в стопку и встала. Не глядя на Лину, подходя к двери, она сказала:

— Я у Маркуса, нужно передать ему эти бланки.

Лина приподнялась, будто хотела её остановить, но не успела — дверь уже захлопнулась. Грейс без стука зашла в кабинет Маркуса и замерла. Кабинет был пуст.В кабинете остались только стул ,стол и шкаф. Грейс чуть пошатнулась. Сзади неё уже стояла Лина.

— Маркуса нет, — тихо сказала она. — Он уехал…навсегда.

Больше Лина ничего не добавила и вернулась в свой кабинет. Грейс вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Ещё вчера он был тут, целовал её.Она медленно села в кресло, где сидел Маркус. Чуть наклонив голову к спинке, она почувствовала запах его парфюма. Частица Маркуса всё ещё витала в кабинете, так же как частица в её сердце всё ещё любила его… несмотря на то, что он был с ней неискренен. Судьба в один день «забрала» и сына, и любимого человека. Грейс сжалась, словно только сейчас почувствовала, насколько ей одиноко и страшно. Она теперь одна. Абсолютно одна

Глава 37

Дома Грейс сидела на кухне за чашкой горячего чая. Несколько минут назад она разговаривала с Моникой и поблагодарила её за то, что та всё это время находится рядом с Эриком и буквально не отходит от него ни на шаг.

Моника старалась говорить спокойно и уверенно. Она рассказала, что Эрик уже чувствует себя лучше. Завтра вместе с врачом они начнут сдавать необходимые анализы, а позже, возможно, с ним поработает и психолог.

— Не волнуйся, Грейс, — уверяла её Моника. — Твой сын в надежных руках.

Эти слова немного успокоили Грейс. Во время разговора она даже рассказала Монике о том, что накопилось у неё на душе — о ссоре с Маркусом и о том, как всё между ними закончилось.

Грейс ещё некоторое время сидела за столом, медленно помешивая ложкой чай, который уже начал остывать. Потом она решила подняться на второй этаж, чтобы забрать свой ноутбук. Подойдя к комнате Эрика, Грейс остановилась. Она смотрела на дверь и старалась не думать о плохом — о том, что Эрик может больше никогда не вернуться в этот дом. Эти мысли пугали её. Но слова Моники всё же звучали в голове успокаивающе. Эрик находится в надёжных руках.

Сделав глубокий вдох, Грейс уже хотела открыть дверь своей комнаты, как вдруг её взгляд остановился на двери чулана. Грейс невольно усмехнулась. В этой усмешке было и облегчение, и легкая ирония над самой собой.

— Дура… — тихо произнесла она.

На мгновение ей даже стало немного стыдно. Стыдно за свои страхи, за мысли, которые так настойчиво преследовали её последние дни. И за то, что она тогда поехала к Лауре, пытаясь найти в этом доме что-то необъяснимое. Сейчас всё это казалось ей странным и даже немного глупым. Грейс вошла в комнату, и её взгляд снова упал на газету. Казалось, история с Джоанной Морган никак не хотела отпускать её.

Она на мгновение задержала взгляд на пожелтевшей странице, затем взяла ноутбук и спустилась в гостиную. Включив компьютер, она увидела, что вкладка со статьёй всё ещё открыта. Она вспомнила статью о том ключе,который при смерти нашли у Джоанны. Грейс нашла статью и увеличила фотографию. Прищурив глаза и задумчиво проводя пальцами по подбородку, она внимательно рассматривала изображение, пытаясь вспомнить, где уже видела этот ключ. Несколько секунд она смотрела на экран, затем медленно подняла глаза. Лицо её изменилось. Она вспомнила. Грейс резко поднялась со стула. Губы её приоткрылись, словно на мгновение ей стало не хватать воздуха.