Бактр 2 Танцор в темноте

Дела у Маркуса на производстве бумаги шли неплохо. Вместо создания кучи дорогих прессов этот ушлый человек притащил каменные плиты с развалин, у мастеров по дереву заказал формы под листы из дерева с канавками для отвода влаги, и под плиту импровизированного пресса таких форм помещалось сразу три, а то и четыре штуки. За день с одного чана получали до тридцати листов. Отформованные и подсохшие листы просто сушили на солнце, а ненужное отсекали ножом по форме. На бумагу это пока мало походило, скорее на тонкий картон, но это было сильно лучше папируса, имевшего тут хождение. Увеличение количества производимой бумаги пока упиралось только в количество форм и отсутствие древесины для форм в нужном количестве.

Утро началось с резкого хлопка где-то в печах. Хлопнуло пару тигелей, видимо, попала какая-то добавка, которая и разорвала тигель. Главное, никто из рабочих не пострадал. Руда у нас начала подходить к концу, и в переплавку шел различный измельченный металлолом. Металлолом с города все так же привозили, и горы его только росли. Бактра город был, мягко скажем, не маленький, и жило тут минимум шестьдесят тысяч, а с временными жителями и все сто тысяч, поэтому металла тут еще на пару месяцев точно хватит. Косма тоже взялся за работу, и уже делались несколько горнов, а он бродил по двору и отбирал металл для стволов получше. Замки для оружия он тоже заказал, о чем и сообщил при встрече.

Отток людей из города тоже имел место быть, и с караваном уходила часть ремесленников, у которых мы выкупили мастерские. Сейчас по сути формировалось ядро будущей промышленной корпорации Бактра. В обед меня снова позвали к главным воротам, прибыли делегации из Александрии Эсхаты, Александрии Кавказской, Александрии Арахозии. Это были просто люди, оставшиеся после нашествия, которые хотели узнать: что дальше-то? Я просто предложил собрать оставшихся людей и переселиться в Бактрию. Тут хотя бы стены мы чиним и совместно возможно сможем отбиться, если снова заявятся кочевники. Сил для защиты этих, не маленьких, мягко скажем, городов на сегодня у меня не было, о чем я честно и поведал им. По словам прибывших людей, в этих трех городах осталось от двух до пяти тысяч, остальные или были угнаны в рабство, или убиты при нашествии. К вечеру прибыла еще одна делегация из города-крепости Антиохии-Заяксартской. У них в городе осталось вообще пятьсот человек, и все близлежащие земли были разорены. Я ходил и показывал им работы, которые проводятся в городе, все это строительство и прочее. Наконец-то мастера по дереву нашли подходящее дерево для восстановления центральных ворот и во время моего показа тесали доски. Вернулся я ближе к восьми вечера весь уставший от бесчисленных этих переговоров. Меня ждал Маркус для разговора.

– Аундрей, что ты думаешь по поводу армии?

– Маркус, я пока ничего не думаю. Нужно сначала стены хотя бы восстановить.

– У меня появились некие соображения, Аундрей. В мое время только появился новый вид войск. Мы называли их рейтары. Это всадники в полудоспехе, вооруженные обычно двумя или четырьмя пистолетами, которые расстреливали пехоту, используя приемы караколь и улитку. Я предлагаю создать и тут такой вид войск. Вооружить их рапирой, как ты называешь свой меч, пистолетами и использовать верблюдов вместо лошадей. Еще можно копье использовать римское – вот это.

Он положил передо мной свои зарисовки оружия, доспехов и техник. Я их внимательно осмотрел.

– Маркус, идея безусловно здравая. Но римское копье, он же пилум – это метательное оружие. Второе, доспех можно максимально упростить; я тут начал закупки крепкой ткани. Из нее можно сшить чехол для металлических пластин спереди и сзади и чехол для стальных наплечников или вообще без них. Этот вид брони из моего времени называется словом «plate carrier», в переводе с английского – носитель пластин или держатель пластин.

Я взял лист бумаги и изобразил ему, как устроен обычный типовой «лифчик» для брони из 2026 года. Маркус очень задумчиво принялся все это изучать.

– Тут можно еще сделать отсеки для пластин сбоку и для пластины, которая прикрывает паховую область. А теперь подумай, что дешевле: ковать пластины или латный доспех?

– Аундрей, это же гениально. В мое время существовало что-то похожее, мы называли это бригантиной, но очень сильно устарело.

– Я тебе уже показывал, что нужны валы для прокатки металла. Тогда мы сможем получать более-менее одинаковые металлические пластины, прокатывая их между валами.

– Я займусь, Аундрей. Ты меня сегодня снова поразил своими предложениями.

Потом я просто пошел спать, так как за день вымотался весь.

Бактрийское царство

город Бактра (Балх)

время неизвестно

День 141-149

Сто сорок первый день моего пребывания в этом времени или мире начался со встречи с вернувшимися двумя поставщиками руды. Как выяснилось, от кочевников они тоже скрывались в горах, и руды у них скопилось великое множество, поскольку рудники так и продолжали работать с максимальной осторожностью. Они узнали от местных крестьян, сбывающих в городе продукты, что какая-то жизнь в Бактре еще остается, и, навьючив всех верблюдов, привезли руду на продажу. Я просто за золото выкупил у них всю руду с сорока трех верблюдов, и мы условились о поставках каждые семь дней. Восстанавливать город оказалось полным адом. Я то и дело набирал людей на разбор разрушенных и сожженных домов, а то и целых кварталов. Люди тоже побежали из города, так как не видели тут перспектив; снова пошли караваны в обе стороны, и базар начал оживать понемногу. На месте разбираемых кварталов я планировал возводить дома по чертежам Маркуса в средневековом стиле. Но для всего требовались рабочие руки и просто прорва ресурсов. Строить из местного самана я просто запретил, мне хотелось видеть город из более крепких материалов, а не очередной горный аул. Поэтому на месте снесенных кварталов сразу начинали обжигать кирпич и складировать его там же. Рабочие в основном занимались разбором и сносом старых построек, пострадавших при нашествии. Основную массу людей я переселил в «богатый район» около цитадели, разделяя каждую виллу на четыре семьи. Маркус пока смотрел за возведением нового района около центральных ворот, где я делал «караван-сарай кластер» с отдельными домами-номерами. Тут же строилась и большая харчевня, и я оставил место для десятка небольших, которые будут принадлежать частникам. В строящейся харчевне мы совместно с Дзерассой составляли пару дней типовое меню из местных продуктов. Получились лепешки, похлебки, шашлык, рыба жареная, рыба вареная, что-то похожее на десерт из фиников и местной груши и прочие такие незамысловатые блюда. Тут же я планировал разместить и бар, в котором продавать крепкие напитки. Дзерассой было заказано еще четыре перегонных куба из той медной посуды, что была собрана с города, и они ждали своего часа. Сырья все равно не было, и брагу по сути гнать было не из чего. Сезон на местные груши прошел, мед караваны не привозили, вина с базара все утащили кочевники. Если в качестве сырья использовать зерновые, то есть будет вообще нечего.

В обед на базаре я увидел плоды местной финиковой пальмы и, закупив пару телег плодов, отправился пробовать делать брагу, чем и занимался до конца дня. Утром следующего дня с удивлением обнаружил, что пошел процесс брожения в емкости. Надо будет все финики скупать и засушить часть, чтобы перегонка шла без перебоев. Если продукт получится вкусный, назову его Коньяк. Показал Дзерассе, что брожение пошло, можно скупать финики и гнать продукт. Место, где разместить перегонку, пускай сама выберет, мест около замка хватает.

Вот как у других попаданцев в книжках все так складно получается? То самолеты строят, то калаши во времена Петра Первого. Тут штаны то сшить, даже при наличии ткани, специалистов, красителей проблема великая, туники им подавай. Гарем из эльфиек хочу и ничего не делать!

Надо было начинать создавать что-то похожее на вооруженный отряд. Где брать людей? Из местных вояки, как из говна пуля! Сброд в туниках, который разбежится по щелям, что собственно и показали события при нашествии кочевников. Вот кочевники – вояки, что и показали при осаде, взяв город за три дня. В общем, нужно уже что-то решать. Самым целесообразным это отправить Мазия и еще пару человек вместе с ним, чтобы они привели сюда своих соплеменников.

Мазий нашелся на разломе, где он контролировал работы по восстановлению стены.

– Мазий, можно тебя на разговор!

– Да, вождь!

– Нам нужно войско! Как воины, скифы очень хороши! Предлагаю тебе отправиться и привести сюда свой народ. Земли много, хватит всем! Могу поселить всех в Бактре, могут жить как крестьяне.

– Отсюда далеко! В одну сторону дней пятьдесят!

– Бери людей и езжайте! Приведешь столько, сколько сможешь! Золото я дам! Купите еду, повозки, животных, все что нужно.

– Я отправлюсь в путь, вождь!

Мы еще обсудили детали поездки и договорились, что Мазий двинется в путь в течение пяти дней. Город мы понемногу восстанавливали, но что делать со всем царством? Свалилось на голову мне «щщастье»! Сидим где-то в горах, тут хрен поймешь, что творится, Будды, Зевсы, греки, порталы! Рыцарь средневековый в виде Маркуса! Шиза какая-то! Ладно, что-то я разнылся! Надо двигаться дальше!

Вернувшись в замок, увидел, что ушлый мой друг из средневековья руководит выгрузкой куска полированной колонны.

– Что, решил античностью увлечься?

– Привет, Аундрей! Думаю из этого один вал сделать! Второй отлить из бронзы!

– Ну, пробуй, пробуй!

– Я Мазия отправил за его соплеменниками. Нам войско надо их, кого-то набирать! Воинов в городе вообще нет! Человек тридцать из местных мы наберем, а дальше что делать?

– Правильное решение!

Блуждала у меня мысль одна про греков. Кто у греков были лучшие воины? Спартанцы! Вопрос: существуют ли они тут? Надо через купцов, которые идут в Грецию, распространить информацию, что царь Бактрии приглашает к себе всех спартанцев, выделяем землю, даем дома.

На следующий день пришли переселенцы из двух городов в количестве трех тысяч. Меня позвали к воротам, и мне снова пришлось надевать доспех и ехать толкать речи.

– Люди Бактрии! Мы живем в сложное время! Нас осталось очень мало! Старой жизни больше не будет! Мы строим новое общество! Новую жизнь! Оставайтесь тут и живите! Делайте свою Бактрию лучше!

Народ взревел и начал скандировать «Царь»; я поднял руку, и толпа немного поутихла.

– Я не закончил. Кто не хочет тут оставаться и ищет лучшей жизни! Я никого держать тут не буду! Выделяю один статер на семью и можете уходить с ближайшим караваном. НО! Запомните! Больше вас в Бактрии быть не должно!

Из прибывших вышло человек триста и вопросительно на меня уставились.

– Пошли вон отсюда! За ворота города! Деньги вам выдадут до конца дня!

Толпа снова взревела и на выходящих в ворота начала улюлюкать и всячески их обзывать. Я поднял руку, и все это прекратилось.

– Не надо их обзывать! Это их право! Они сделали свой выбор! Пусть идут!

– Всем остальным я говорю: Добро пожаловать!

Толпа явно была удовлетворена таким решением и снова принялась скандировать.

– Прибывшие! Если среди вас есть воины, ремесленники, выйдите: направо воины, налево ремесленники и строители.

Люди немного помялись, и направо вышло человек двадцать, а налево человек семьдесят.

– Вышедшие за мной. Остальным покажут уцелевшие дома, которые сможете занять.

Потом было распределение людей в наши мастерские и на строящиеся объекты; с воинами я поступил проще. Разместил всех в одном большом доме недалеко от замка и, раздав мечи нашего производства, с завтрашнего дня дал задание дежурить на центральных воротах и ходить по улицам, следя за порядком. В итоге я построил всех и назначил главой самого старого воина, представившегося Феагеном. Его же и пригласил на разговор в замок.

– Феаген. Войско будет расти, и со временем все будут иметь доспех типа моего и новое оружие. Тебе придется много работать и учиться новому.

– Царь. То, что я тут вижу в Бактрии, просто не укладывается у меня в голове. Вы восстанавливаете город с удивительной скоростью. А вот эти мечи. Это же Wootz, он стоит не меньше двадцати статеров, а вы раздали их обычным воинам.

– Феаген. Эти мечи, как и Wootz, мы делаем тут сами.

– Поразительно, царь.

– Феаген, скажи, если я приглашу в город спартанцев, пойдут сюда?

– Конечно пойдут, царь! За одни эти мечи сюда сбежится половина Спарты.

– Тогда вот тебе моя воля! Озвучивай ее всем купцам, прибывающим в город. Царь Бактрии приглашает к себе всех спартанцев. Любому – дом и земля.

– Я услышал, царь.

В этот момент пришел Маркус, и мне пришлось его знакомить с Феагеном. Феаген и Маркус еще побеседовали минут десять, и наш новый знакомый ушел.

– Я дал задание распространить слух, что мы привлекаем спартанцев и всем будем давать дома и землю. Ничего более умного, извини, не придумал.

– Аундрей, это очень умное решение. Нам нужны люди и, желательно, лояльные люди. Про твое решение выдать по статеру тем, кто хочет уехать, тоже мудрый шаг. Нам потенциальные смутьяны тут не нужны.

– Маркус, начинай строить еще минимум шесть замков при входе и выходе из каждого квартала. Люди сегодня пришли, и рабочие руки появились. На сегодня нас можно брать голыми руками. С этими замками хотя бы часть города выстоит, если снова придут кочевники. Еще готовься примерно через месяц поедем забирать бронзовую пушку, сам знаешь откуда. Для защиты города нужна артиллерия, без нее отбиться вообще не получится.

– Согласен со всем, Аундрей.

Бактрийское царство

город Бактра (Балх)

время неизвестно

День 150-170

В этот период все по дням не помню, только какие-то эпизоды из этого периода. Косма развернулся со стволами на полную. Со своими десятью помощниками они начали выдавать по 4 ствола в день. Материала, свезенного с города и превратившего наш участок в «пункт приема металлолома», можно было сделать тысячи три стволов. Косма же, получив первые длинные стволы, еще и каждый отстреливал; те, которые рвало, просто шли в тигель и на Wootz. Первый готовый мушкет местного производства аля «водопроводная труба с огнивом» я уже держал через неделю. Жесткие его испытания показали, что изделие, конечно же, дает осечки, но на черном порохе имеет просто колоссальный запас прочности и держит две с половиной пистолетных навески. Калибр, к слову, был около четырнадцати миллиметров. Пули мы сразу начали отливать под него не сферические, а типа пули Фостера, так называемый «колпачок». С ним даже эта «водопроводная труба» стреляла на метров сто двадцать и попадала в ростовую мишень, при этом колошматила любой местный доспех.

Наше воинство расширилось еще на двенадцать человек, прибывших из других городов, и всего составляло тридцать два человека. Как только были готовы первые штыки из Wootz с нормальной закалкой, я принялся лично заниматься с десятью самыми способными воинами, проводя примерно по десять часов за стеной каждый день. Одевать их в броню пришлось исходя из того, что осталось в лавках. К слову, местные распробовали, что такое джинсы и джинсовка, и людей заметно так прибавилось в этой одежде в городе. Я же получил джинсы с золотыми пуговицами и клепками, ремень с золотой пряжкой, джинсовку с золотыми пуговицами и ботинки тоже, отделанные золотом. Причем я никого об этом не просил, мастера сами все изготовили в трех экземплярах.

Так вот, эти десять человек мною планировались как железный кулак на решение различных непредвиденных ситуаций. Половина скифов уехала с Мазием, вторая половина стояла на охране, и со мной обычно ездил только один в качестве охраны. Первое время все, конечно, боялись стрелять, но я их переводил на арбалет, выделку которых организовал Маркус; потом, когда они учились работать с механическим воротом и понимали, как летает болт, снова вручал им «водопроводную трубу». Среди первого десятка был и Феаген, который был настоящим фанатом оружия и за день разобрался, как стрелять из арбалета, а за два – как из «водопроводной трубы». Он был моим лучшим стрелком. Вооружить я планировал их сразу и арбалетом, и «водопроводной трубой». После моего интенсива прямо у стены было оборудовано стрельбище, и канонада там стояла день и ночь.

Маркус снова запустил производство пороха, а хлевов в городе и округе было полно. Серу привез один из караванов, да и добытчики железной руды знали, где ее взять, и мы обзавелись местным поставщиком. После моего интенсива с ними работал Маркус и учил работать мечом типа спата, пугио и пилумом. Вот чего у моего средневекового друга сделать не получилось, так это валы для прокатки, хотя фиговый опыт тоже опыт, и работы в этом направлении велись. Аналогично начали тестово собирать первый молот на «ослиной тяге», но все было брошено на изготовление пороха и «водопроводных труб».

Камень регулярно теперь приходил с рудника, и проблем в деньгах не было особо. Плюс начали сдаваться первые дома у центральных ворот, и заработала все еще строящаяся харчевня. Из фиников тоже получилось выгнать нормальный дистиллят, правда, в нем от фиников практически ничего не осталось, и пришлось засыпать дубовую щепу для настоя, и розлив одного из экспортных продуктов продолжился.

Вставал острый вопрос с разменной монетой и вообще деньгами. Имеющиеся в обращении монеты уже начинали рубить на кусочки. Я решил пойти двумя путями: начать чеканку монеты и попробовать запустить выпуск бумажных денег. Чеканить старую монету не имело вообще никакого смысла; за образец размера я взял французские монеты эпохи Наполеона, которые у меня имелись. Долго сидел над клише и тем, что я хочу на нем видеть. С одной стороны отрисовал медузу-горгону с надписью на греческом «Бактра»; на другой стороне разместил два рыцарских шлема с характерным забралом для максимилиановского доспеха, один напротив другого, с надписью «Арей» и «Маркус» на греческом. Маркус, увидев мои зарисовки, аж прослезился. Клише из Wootz в количестве шести штук заказал у ювелиров. Чтобы выпускать монету, нужны были драгметаллы, причем желательно добываемые на территории. О золотых рудниках, имеющихся на территории Бактрии, узнал от Феагена; как выяснилось, два рудника были в районе реки, на которой стояла Александрия на Оксе, один был в месте, местными называемом Тахар, и еще один в месте, называемом Самти. Месторождение Самти находилось в тех же краях, что и рудники около Александрии на Оксе.

Пришлось заказывать лотки для добычи, лопаты, кирки и даже соорудить из досок что-то похожее на драгу, используя в качестве ковров домотканные ковры с высоким ворсом. Как раз на рудники и сплавлю народ, который «небо коптит» в Бактре. Пускай восстанавливают Александрию на Оксе и добычей занимаются. Воровать будут, конечно, но у меня есть там Агафокл, ему и поручу работу с рудниками. Во время следующего визита состоялся у меня с ним вот такой разговор.

– Агафокл! В твоем районе, кроме лазурита, и золото три рудника есть.

– Есть! Никто не добывает, все разбежались.

– Я тебе предлагаю двести человек, желающих работать на добыче, и инструменты. Поселишь их в уцелевших домах в Александрии на Оксе. Тебя я хочу назначить главным по добыче и главой города. Привлекай людей, добывайте золото и лазурит, восстанавливайте город.

– Царь! Это очень большая честь для меня занять такую должность.

– Вот и занимайся. Но начнешь воровать – считай, воруешь не у меня, а у всех, кто выжил после нашествия. Я все деньги пускаю на восстановление, чтобы кормить людей и им было где работать.

Агафокл постоял, помялся, но так ничего и не сказал. Я передал ему заготовленные инструменты и распорядился собирать народ, который захотел работать на добыче. Через день они ушли.

Не было серебра. Его пришлось заказывать купцам и ждать доставки, которую обещали не раньше чем через тридцать дней. Я же пока занялся валами для раскатки золота в пластины, круглыми пробойниками для изготовления заготовок для монет и другой оснасткой. Чеканку планировали разместить на втором этаже замка и задействовать двух человек из ювелиров. Я планировал чеканку сначала двух золотых весом примерно в четыре грамма и восемь грамм и мелкой монеты из меди, которые будут чеканить в одной из кузниц. На первое время это решало проблему хотя бы оборота внутри города и постепенный отход от работы за еду. С бумажными деньгами было все сложнее, я планировал их начать использовать как некие расписки с правом перепродажи под будущую производимую продукцию в Бактре с погашением по предъявлению продукцией с мастерских или золотом. Вот так для купцов будет понятнее. Все крупные сделки все равно шли через меня или Маркуса.

Дела с мушкетами пошли пободрее, и в день двадцать человек, которых привлек Косма, выдавали по пять готовых стволов. Иногда засады возникали с пружинами, но в течение пары дней решались. Ювелиры все равно сидели без работы, и им заказ замков практически на потоке давал постоянный доход. Вопрос с производством арбалетов контролировал Маркус, но там производительность была в разы ниже, и арбалетов в неделю делали от восьми до двенадцати. Отрядив двоих ранее обученных вояк в качестве инструкторов, те занялись обучением оставшихся обращению с новым оружием. Чего критически не хватало для обороны города, так это артиллерии. Надо было как можно быстрее ехать в хранилище и забирать в качестве образца имеющуюся там гаубицу. Бронзы уже скопилось тонн сто двадцать – сто тридцать, на отливку как минимум сотни стволов хватит. При весе той гаубицы примерно триста пятьдесят килограмм хватит и на больше. Еще я хотел отлить с пятьдесят небольших мортир, но там вставал вопрос сразу в отсутствии технологии изготовления бомб для мортир и собственно чугунного литья. Под это уже надо строить литейное полноценное производство. Пока для гаубиц я видел только одно применение – это стрельба вязаной крупной свинцовой картечью. Каменные ядра особо в гаубицу не засунешь, да и результат будет, мягко скажем, никакой из-за короткого ствола. Гаубица наполеоновских времен для нас является по сути идеальным вариантом, который позволял стрелять и из-за стены навесом, и прямой наводкой.

Торговля восстанавливалась недостаточно быстро, и часто не хватало каких-то продуктов или еще чего-то. Стабильно были только финики, топливо из навоза, хворост и саман. «Туристический кластер» уже был отстроен наполовину, рыли канализацию, подводили местный «водопровод» самотеком, мостили дорожки булыжником. Загрузка его была пока небольшой, но позволяла занимать людей на обслуживании и уборке, снимая острые социальные вопросы. Наконец была достроена харчевня у центральных ворот. На въезде построили караульную будку и что-то похожее на шлагбаум. Еще около ворот сделали две огневые точки из корзин, засыпанных землей, где постоянно дежурило двое вооруженных арбалетами, а внутри огневой точки была всегда заряженная картечью «водопроводная труба». Эксцессы периодами возникали на воротах, и там нужно было постоянно держать вооруженную охрану.

Я снова перешел на LeMat и две армейские модели Colt 1860 под .44, еще постоянно носил с собой акинак. Больше в городе и не надо было. Одевался в джинсовку и джинсы и местные ботинки. Моему же примеру последовал и Маркус, и теперь тоже носил новую одежду. Для LeMat заказал пошив кобуры, которую носил под левой мышкой под джинсовкой. Единственное, что мне не нравилось, – это калибр LeMat, под который пришлось лить пули отдельно. А так, 9 выстрелов и один ствол, заряженный картечью, – это аргумент.

От Мазия вестей не было, но нам бы очень не помешали еще пара тысяч людей, и я очень верил, что он вернется хоть с какими-нибудь новостями. Маркус разместил два места под замки, и там уже шло строительство; людей работало не особо много, скорее ковырялись, чем строили. Но лучше так, чем никак. Стены уже были восстановлены, и по ним регулярно раз в пару часов ходили двое вооруженных воинов. Понятно, что отпор они оказать не смогут, но хотя бы предупредят, если появится враг под городом. На въезд и выезд работали только одни ворота в городе, другие держали всегда закрытыми, и центральные на ночь закрывали всегда. Такое себе решение, но лучше такое, чем сидеть с открытыми воротами.

В городе существовала проблема с обеспечением свежим мясом, и пришлось набирать человек тридцать охотников и вооружать тех арбалетами и луками, сделав из них своего рода охотничью команду. Чтобы мясо не портилось, пока они будут заниматься добычей, пришлось выдавать им соль для засолки, и раз в три дня теперь регулярно приходила в город повозка, груженая обычно доверху соленым мясом. Решение было такое себе, но нужно выживать, а саму команду можно будет потом переместить в другие районы, по которым она будет кочевать.