Колдун

Он поднялся, принюхался, закрыв глаза, и пошел вперед, остановившись у небольшого валуна. Здесь пахло человеческой кровью сильнее всего. Огляделся, и, не заметив ничего подозрительного, принялся разгребать руками землю, почти сразу наткнувшись на чью-то ногу.

– Ой, это вы его, что ли? – раздалось из-за плеча, и Трофим чуть не закричал от испуга.

Развернулся, мгновенно вытаскивая кинжал, и замер, удивленно моргая. Как он его не почувствовал? Такая мощная защита!

– Ты что здесь делаешь? – спросил хмуро Трофим, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. – Ты обед должен готовить.

– Я подумал, что у вас рука, а там собаки… Ну и… А вы правда маньяк?

Надо отдать Ване должное: пока говорил, он отошел от Трофима подальше и приготовился дать стрекача. Не совсем безголовым был.

– Именно, что маньяк. – Колдун кивнул.

Может, это переубедит мальчишку, и тот уедет. А потом подумал и протяжно простонал. Уедет и первому же встречному полицейскому расскажет, что он тут людей убивает. Не т, чтобы Трофим волновался по поводу представителей власти, просто это опять время, потраченное на объяснения.

– Да не я это, – хмуро пробормотал Трофим.

– Я так и думал. – Ваня его обошел и склонился над ямой. – Это труп? Давайте, достанем? Может, его ищет кто.

– Их. – Трофим встал рядом и пояснил недоуменно поднявшему брови парню. – Их там четверо. По одному на каждую… кхм… собачку.

Тела лежали кучей, и чем дальше Трофим раскидывал землю, тем неприятнее открывалась картина. Оборотни покуражились, но жрать не стали. Вырванные куски мяса не в счет. Колдун локтем убрал волосы со лба и посмотрел на Ваню, который уже на второй жертве отошел подальше и обнимался с березкой, сравнявшись цветом лица с ее корой.

– Ты ж медик будущий, иди смотри.

– Ага, я сейчас. – Тот дышал ртом, не поворачиваясь. – Дядь… Трофим, надо кого-нибудь вызвать! Скорую там, полицию… Отлов диких животных.

– Все тебе надо, – пробурчал Трофим, поднимаясь на ноги. – Еще раз назовешь меня дядей, отправишься домой быстрее, чем тебя стошнит.

– Ой, – проблеял Ваня и резко наклонился, кашляя.

– Мда… – Трофим покачал головой. Ничего, к трупам тоже можно привыкнуть. Даже к таким.

Он осторожно ощупал карманы мертвецов, проверяя документы. Ничего. Кое-кто уже вытащил все, оставив только тела. Даже закопать толком не удосужился.

Трофим поднялся, посмотрел на Ваню, сидящего на земле, а потом поднял руку, провел ею над ямой и мокрая ткань вспыхнула на телах, будто бензином политая. Не хотел силу выпускать, но тут уж без вариантов.

– А? Что? – подпрыгнул на месте парень.

– Если не сжечь, уже к следующему полнолунию мы будем иметь новый выводок оборотней, – спокойно пояснил колдун. – И ни один отлов не поможет, уж поверь. Кое-кто, похоже, решил собрать себе армию из нежити прямо тут, не боясь ни наказания, ни проклятия, которое может на него свалиться.

– Че-го? – Ваня выпучил глаза, переводя взгляд на горящую кучу, начинающую вонять жареным мясом. А потом булькнул, закатил глаза и комом свалился на землю, теряя сознание.

– Приехали, – буркнул Трофим, опускаясь рядом. – Вот вам и медик будущий. Давай, очухивайся, я тебя обратно на себе не потащу.

Глава 7

– А вы можете в зверей превращаться? – Ваня не донес ложку до рта, замер на полпути.

– Нет, – ответил Трофим.

– А создавать предметы? Можете? Деньги, например?

– Нет.

– А… – Мальчишка поскреб рукой по затылку, положил ложку обратно в тарелку и хитро улыбнулся. – А девчонки? Как с ними? Можно их как-то?..

Трофим протяжно вздохнул. Что ж, сам виноват.

– А вампиры есть? – не дождавшись ответа, подскочил Ваня. – Оборотни есть, значит, и вампиры должны?

– Угу. – Трофим откусил хлеб. – Только не такие красивые, как в фильмах. У нас тут есть гнездо…

– Ого! Они как летучие мыши, да?

Трофим задумался:

– Скорее, как полуразложившиеся грифоны.

– Фу! – радостно заявил Ваня и подпрыгнул на месте. – А я? Я тогда кто?

– А ты готовишь, убираешь дом и помогаешь с ремонтом, – спокойно ответил Трофим.

– Но…

– Или не держу.

Парень опустил глаза, но тут же снова вскинулся:

– А нас таких много?

– Кто убирает и готовит? Достаточно. – Трофим усмехнулся, доедая вкуснейший хаш, который сварганил Ванька по приходу домой. И где только научился?

Трофим закончил и поднялся, хлопая себя по карманам в поисках ключей от машины. Привыкнуть к тому, что он больше не один, не получалось. Что ж, никто и не говорил, что это будет просто.

– Почему я такой? – позвал его Ваня. – Нет, правда, я ж из обычной семьи, батя…

– Наверное, мать. – Трофим пожал плечами, оборачиваясь, – Дар просто так не приходит. Только не у нас.

– Дар… – мечтательно протянул Ваня. – Вот научите вы меня, приеду к себе, найду Наташку и…

– Не приедешь, – хмуро ответил колдун, остановившись на пороге. – Если решишь остаться, обратной дороги не будет. Ты изменишься, изменятся твои приоритеты, желания. Еще есть время передумать. Возвращайся сейчас. Выучишься на медика, дар будет помогать, но останешься в мире людей.

– С ума сойти! – Мальчишка закрыл глаза. – Мир людей и мир колдунов! С ума сойти.

Трофим покачал головой и надел куртку:

– Я отъеду, к вечеру вернусь, Кузьму покорми, если я задержусь!

– А рыбка тоже волшебная?

– Ага, желания исполняет, – хмыкнул Трофим. – Особенно те, что со смертью связаны.

– Ой.

– Я шучу, но пальцами в воду лучше не лезть. – Трофим, забавляясь, подошел к банке с Кузьмой Дормидонтычем и щелкнул пальцем по стеклу. – Вот, старый, тебе и компания, наслаждайся.

– Дя… – начал Иван и тут же поправился: – Трофим, продуктов бы купить, я тут посмотрел, почти ничего не осталось.

Трофим скривился, представив поход по магазинам, но кивнул.

***

– Соскучился? – Ведьма открыла дверь, привалившись плечом к косяку. – Не думала, что ты так скоро захочешь продолжения.

Ненакрашенная, с хвостом на затылке, в простых спортивных штанах и футболке, она выглядела почти ребенком, и Трофим на мгновение засомневался. Ее дом он нашел очень быстро, остановив мальчишку, бежавшего куда-то с мячом. И был удивлен, увидев маленький одноэтажный дом на пару комнат. Ведьмы любили роскошь и богатство. Собственно, ему казалось, что они и жили только для этого. Но этот аккуратный домик, стоящий на самом краю поселка, мало походил на роскошный особняк. Разве что утопал в цветах, любовно высаженных не небольшом участке перед крыльцом.

Алина отошла в сторону, приглашая Трофима внутрь.

– Спальня прямо по коридору, – шепнула она ему в спину.

Трофим вздрогнул и обернулся:

– Надо поговорить.

Сегодня она была какая-то другая: потухшая и расстроенная. Не было того задорного блеска в глазах, что он помнил, а улыбка все время выходила кривой, но Трофим по опыту знал, что это просто новая игра. И в том, что Алина его ждала, не сомневался. После нападения зверей не могла не ждать.

– Кофе? – Она махнула рукой в сторону крохотной кухни.

– Я не буду принимать еду из твоих рук, – ответил он, прислоняясь плечом к стене прямо в коридорчике.

– Надо же, такой большой, а боится маленькой беззащитной ведьмочки, – прошептала она, подходя ближе и кладя ладони ему пояс. И тут же, дотронувшись до кинжала, зашипела и отскочила. – Убить меня пришел? Ну, давай, попробуй!

Она пригнулась, поведя плечами, а Трофим недовольно поморщился:

– Перестань устраивать театр. И не путай меня с собой, в отличие от тебя, я не стал бы… Но вчера ты перешла черту: четыре человека! Прямо под моим носом!

– Я перешла черту? – удивилась она, выпрямляясь. – Правда? Я? А ты – белый и пушистый? Ты, колдун, никогда человеческие жизни не отнимал, а все это ведьмино – «тьфу-тьфу, гадость»?

Она притворно округлила глаза:

– И те трое твоих гостей-братков уже не в счет? Тогда все было нормально, да? Тебе было удобно, что убрали от дома ненужный хлам, а теперь, видите ли, перебор? Да вы, колдуны, по жестокости ни с кем не сравнитесь! Вспомнить только…

Трофим перебил:

– Не передергивай, тогда ты была в своем праве. Они пришли со злом, и ты отвечала действием на действие, поэтому я не стал вмешиваться. А эти оборотни, которых ты на кой-то хрен создала, напали на беззащитных людей прямо недалеко от моего дома. Я уж молчу про себя. Если звери начнут пачками людей жрать в лесу, это привлечет внимание…

– Эти не начнут. – Она поджала губы. – Ты их очень качественно убил.

– Алина, – зарычал Трофим, начиная выходить из себя.

– Побереги нервы, – зло зашипела она, тыкая в него пальцем. – Тебя в наших краях не ждали. Не нравится – вали! Но, если тебе станет спокойнее, то я совершенно точно знаю, что делаю.

– И что же ты делаешь?

– Уже бегу и все тебе рассказываю! Вот что, Трофим, предлагаю еще чуток подумать, действительно ли ты хочешь влезать в противостояние с ведьмой. А потом собрать вещички и уезжать туда, откуда приехал. А то я уж найду рычаги воздействия, чтобы тебя убедить, постараюсь.

– Если ты не прекратишь нежить поднимать, я…

– Ой, напугал! – Ведьма сложила руки на груди. – Еще раз повторю: то, что в лесу происходит – не твое дело. Не вмешивайся, целее будешь!

Трофим громко выдохнул, успокаиваясь, и предупредил:

– Если у моего дома будут твориться подобные вещи, тебе это с рук не сойдет!

Она пожала плечами и отвернулась:

– Все, я уже боюсь, доволен?

Алина подошла к двери, распахнула ее, и, усмехнувшись, проговорила:

– Я так понимаю, для интима у нас обоих сегодня настроение неподходящее, так что больше не задерживаю. Как-нибудь в другой раз, да?

Трофим оглядел ее еще раз: отголоски ведьминых эмоций, которые он ловил под воздействием зелья, не соответствовали ее словам. Алина правда была расстроена, иначе он не стал бы с ней разговаривать. Убийства людей она никак не планировала, это чувствовалось сразу, но какая-то потаенная надежда в ее мыслях, решимость… Что это? Он цокнул языком. Не хватало ему одного Гребенкина с его непонятной силой, теперь еще ведьма куда-то вляпалась. Знает ли сама, куда?

Он вздохнул и вышел на улицу. Вздрогнул, когда за спиной громко хлопнула дверь. Сел в машину и задумался: действительно, не слишком ли много он на себя взял? Стоит ли вмешиваться в ведьмины дела? И тут же зло одернул себя – она первая начала! Он дома, а дома должен быть порядок! Хватит ему сложных заданий, трудновыполнимых заказов и невинных жертв. Он усмехнулся: теперь просто Трофим, наставник поневоле. Знал бы, что так выйдет, может, рванул бы куда в Индонезию, чтоб точно не нашли.

Теперь же путь его лежал в продуктовый магазин. Правда, что ли, Ваньке машину дать, чтоб покупками занимался? Или лучше велик ему раздобыть, пусть педали крутит?

Нагруженный под завязку пакетами, Трофим подъехал к дому и вышел из машины, молча оглядывая припаркованную поперек дороги дорогую черную BMW. Очень быстро все. Слишком.

Достал продукты из багажника, выгрузил их на крыльцо и вошел в дом.

– Трофим! – Темноволосый парень кинулся к нему и повис на шее.

С тех пор как Трофим видел его в последний раз, ничего не изменилось – все такой же порывистый и непоседливый. Материнская улыбка с ямочкой на щеке больно отозвалась в памяти, и Трофим дернулся, отстраняя парня. А вот кудри у него были от отца. Красивый, стервец!

– Ну здравствуй, Макс, – сказал Трофим, неловко похлопывая того по плечу, и повернулся к нахохлившемуся Ивану, сидящему за столом. – Познакомились уже?

Ванька хмуро кивнул, отвернувшись. Уже что-то не поделили?

– Ты прикинь, – хохотнул Макс, доставая из сумки-холодильника, которую, видно, привез с собой, банку пива. – Этот хмырь говорит, что это его дом! Повылезают из своих деревень, а потом на чужое имущество рот разевают.

– Я не… – Ваня приподнялся, сжимая кулаки.

– Алкоголь вы здесь не пьете.

Перебил Трофим и забрал у Макса пиво, кинув его в мусорное ведро.

– Мне уже двадцать, – напомнил тот, прищурившись, но тут же замахал руками и улыбнулся. – Но как скажешь! Я тебе документы привез. Отец передал, что ему пришлось повозиться, надо было раньше начинать. Но он все сделал, он у меня вообще молодец, да?

Он сходил в прихожую за кейсом и отдал его Трофиму.

– Там доки на дом и еще кое-что. – Макс нахмурил лоб. – Папа просил сказать, ты поймешь.

Трофим молча кивнул, забрал чемоданчик и сказал:

– На крыльце продукты, разберите.

Зашел к себе в комнату, устало сел на кровать и открыл кейс. Внутри, как и говорил Макс, лежали документы на землю, оформленные на него, Ермакова Трофима Никитича. Он хмыкнул, тысяча девятьсот восемьдесят первого года рождения. Надо же, даже данные его нового паспорта Мишка сам нашел.

В дверь заскреблись, и, не дождавшись ответа, внутрь сунулась Ванькина голова:

– Дя… Трофим, это что за придурок, а?

Трофим сквозь зубы простонал, закатив глаза. Ведь подозревал, что нечто подобное и начнется, когда парня оставил! И один ученик – уже проблема, а двое?..

– Он кто вообще? – Иван протиснулся внутрь, закрыл за собой дверь и прижался к ней спиной. – Зачем он тут?

– А ты?.. – огрызнулся Трофим. – Ты зачем тут?

Ваня промолчал, только на щеках вспыхнули яркие пятна, а Трофим добавил:

– Учиться? Ну и он поэтому. Когда-то я пообещал его отцу. Так что Макс остается. Прими как данность, иначе он тебя изведет. Просто не реагируй на нападки.

– Да как «не реагируй»! – вскинулся парень. – Он пришел и почти сразу мне на дверь указал, мол, вали отсюда!

– Так и валил бы.

Ванька набычился:

– Чего сразу я вали? Пусть он. Дом мой.

– Дом уже мой. – Трофим кивнул на бумаги. – И всегда был моим. Если хочешь, я покрою расходы твоего отца. Дать тебе денег? Поедешь в город, купишь себе квартиру, поступишь в мед.

– Да что вы опять! – начал Ваня, всплеснул руками и вышел, хлопнув дверью напоследок.

– Что ж за напасть-то? – Трофим поднял глаза на потолок. – Расплата за грехи?

Он разжал ладонь и посмотрел на старую закопченную монету – талисман с дыркой для веревки, которую положил в документы Миша. Этот грех он все равно не сможет искупить. Но и Мишка ему не оставил выбора.

– Так. – Трофим вышел на кухню, засучив рукава. Оглядел недовольно сидящих по разным сторонам пацанов, подвинул кресло и сел к столу. – Если уж никто тут не хочет никуда валить, а мне выбора не оставили, давайте сразу к правилам этого дома.

Ваня переставил стул и сел ближе. Макс смешливо поглядел из-под кудрявой челки и хмыкнул.

– Слушаться меня беспрекословно. Если я скажу молчать – будете молчать, скажу бежать – побежите. Подрываться по любой моей просьбе – ваша основная обязанность.

Ванька хмуро кивнул. А Макс разулыбался, что-то там себе придумывая в голове.

– Язык держите за зубами. Все, что будет происходить тут, не должен знать никто. – Он посмотрел на Максима. – Даже Михаил.

Помолчал и добавил:

– Особенно Михаил.

– Будто я трепло какое. – Пожал плечами тот.

– Силу, пока опыта не наберетесь, в доме не использовать!

– Так я и не понимаю, как… – начал Ваня, а Макс поднял руки, и в лицо Трофима ударил поток воздуха.

– Эту, что ли? – хохотнул он.

Трофим нахмурился:

– За ослушание… – Он задумался. – По первости пятьдесят отжиманий хватит.

– Страсти какие! – Макс округлил глаза. – Как бы не скопытиться. Хотя этот деревенщина… – Он кивнул на Ваньку. – …кажется, только рад будет тебе служить. Трофим, заканчивай уже во взрослого играть, а? Помнишь, ты меня когда в школу водил, показывал, что будет, если…

– Ты ослушался. – Трофим спокойно положил руки на стол.

– И что? – Макс подмигнул. – Грозный колдун мне сделает ата-та?

Трофим пожал плечами.

– Выставлю вон.

Макс обиженно на него посмотрел, подумал, а потом лег на пол и стал отжиматься.

– Хорошо получается? – спросил у Вани, быстро опускаясь и поднимаясь на руках. – Для тебя стараюсь. Видишь, как я тебя подстраховал? Теперь знаешь, что будет, если дерзить нашему злобному наставнику.

– Я и не хотел.

Трофим потер лоб. Кажется, все будет немного сложнее, чем он себе представлял.

– Что еще? – Макс закончил и сел обратно, чинно сложив руки на коленях. – Я готов внимать. Деревенщина тоже проникся.

Ваня зарычал сквозь зубы, но промолчал.

– Здесь вы равны, нет прошлого и старых заслуг, никаких «деревенщин» и «мажоров» чтоб я не слышал! Никаких дурацких кличек и обзывательств.

– Кто мажор? Я? – Макс подскочил на месте и тут же уселся обратно, повинуясь взгляду Трофима. – Все-все, услышал. А… тупеньким я Ваньку могу называть? Умственно отсталым? Заторможенным? Если что, я не обзываюсь, я констатирую факты.

– Придурок! – вспыхнул тот, вскакивая, но тут же недовольно поморщился, а затем помялся и, опустившись на пол, принялся отжиматься.

– Во исполнительный какой, – восхитился Макс и замахал руками, когда Трофим нахмурился. – Да все, теперь точно все, я самый послушный, неконфликтный и просто идеальный ученик!

– Макс, прекращай глумиться. Не знаю, как тебя папа воспитывал последнее время, но тут, у меня… – начал Трофим.

– Понял я уже. – Он почесал затылок, взъерошив и без того лохматую шевелюру. – Еще какие-нибудь правила, отче Трофим?

– К рыбке моей не лезть, – ответил он и посмотрел на Дормидонтыча. – И придумайте сами, как спать будете. Завтра переезжаем в строительный вагончик на время ремонта, так что можете особо не стараться.

– А что на ужин? – Макс белозубо улыбнулся и сразу закончил сам: – То, что приготовим, то и жрем. Что непонятного? Все предельно ясно! Вано, ты готовить умеешь? А то я только сосиски в микроволновке…

Трофим дослушивать не стал, собрался, надел куртку, прихватил лежащие на столе Максовы наушники и вышел на улицу. Ему нужна передышка. Если пацаны не справятся и вцепятся друг в друга… Что ж, клятвы еще не были произнесены, пока он за этих охламонов ответственности не несет.

Глава 8

Трофим стоял на крыльце, чертыхаясь, открывая и закрывая кейс с наушниками. Максовы дорогие «уши» никак не хотели стыковаться со старым китайским телефоном Маши с заправки. Он пробовал уже по-всякому, но, видно, не судьба. Он сунул трубку в карман и, сгорбившись, пошел в лес.

Он сейчас слишком взбудоражен, чтобы принимать правильные решения. Да еще и Макс, так похожий на Яну. Трофим остановился и задрал голову вверх. После ее смерти он дал себе зарок – не привязываться, не дружить, не пускать никого близко. И вот теперь, с появлением учеников, все идет наперекосяк.

Он сел на поваленный ствол дерева, подтянул джинсы и закурил. И ведь учеников придется учить! Трофим хрипло засмеялся и помотал головой. Что ж, по крайней мере он постарается, чтоб эти мальчишки усвоили главное и не вытворяли ничего из того, чем он занимался по молодости.

В кармане завибрировал телефон. Трофим посмотрел на экран, наморщил лоб и взял трубку.

– Звонишь узнать, прибыла ли твоя посылка?

На том конце хмыкнули.

– Прибыла, – продолжил он и улыбнулся. – Документы отдала, послание передала, надерзила, теперь вот ужин готовит.

– Ужин? – заинтересовался Михаил. – Я бы тебе советовал не есть, сын кастрюлю от сковородки не отличит, но ты любой яд переваришь, так что…

– Но ты же не только поэтому звонишь, да? – перебил его Трофим.

– Не только, – ответил Миша после секундного молчания. – Макс мне уже отзвонился, конечно. Я по другому поводу.

Он замялся и продолжил:

– Я уже не вправе просить что-либо…

– Не вправе, – подтвердил Трофим.

– Но все же попытаюсь.

– Миш. – Трофим нахмурился. – Ты же знаешь, что я больше не берусь ни за какие заказы. Все. С прошлым покончено. Даже ради тебя.

– И чему ты мальчиков собрался учить?

– Мальчиков? Ты знаешь, что их двое? А… Макс…

– Да, Макс рассказал. – Миша покашлял. – Ты не подумай, я не прошу ничего плохого, ничего из того, чем ты последние годы промышлял.

– Не начинай, Миш, – глухо ответил Трофим.– Мы друзья, но …

– Просто выслушай.

Трофим прижал телефон ко лбу, постучал им несколько раз, морщась, и выдохнул в динамик:

– Ну?

***

Возвращался он поздно, луна стояла высоко, освещая дорогу. В лесу Трофим всегда чувствовал себя как дома. Даже тогда, во время войны… Видно, у него в роду лесовик какой затесался, иначе чем объяснить его гадкий характер и тягу к природе? А может, дедова кровь все же дает о себе знать.

Трофим подошел к дому и осторожно заглянул в окно. Нет, он, конечно, не ждал, что мальчишки без него погром устроят, но и входить сразу не хотелось. Прошмыгнуть бы сразу в комнату, запереться, а утром уже решать, что делать дальше.

Но пацаны сидели у стола, похоже, нашли общий язык и… Трофим поднял брови – пили пиво.

– Ну еще ведьмы есть, – вещал Макс, отпивая из банки, видно, не первой по счету. – Они, паскуды такие, нашего брата совсем не любят, вечно каверзы какие строят.

– А почему? – удивился Ваня. – Мы враждуем? Нам их убивать надо?

– Не надо. – Макс махнул рукой. – Но и дружить с ними нельзя. Они подставят только влёт. Но красивые, это да.

Трофим покачал головой, поднялся на крыльцо и взялся за ручку двери.

– Слушай, а откуда ты Трофима знаешь? – спросил Иван.

– Они с мамой моей дружили. – Трофим прислушался. – Учились вместе, потом работали бок о бок. В свое время здорово по миру поколесили. Я потом отца спрашивал, чем они занимались, но он особо ничего не рассказывал. Когда мне было десять, они уехали куда-то в Африку. Помню, как она с отцом ругалась накануне, дескать, последний раз. Но мама не вернулась.

Макс вздохнул, а Трофим прислонился лбом к двери.

– Отец тогда еще более-менее справился, он бизнесмен, умеет держать лицо, да и я у него остался, а вот Трофим сдал: черный ходил, людей пугал… Спустя месяц пришел к нам как-то ближе к ночи, они с отцом заперлись в кабинете, покричали друг на друга, и Трофим ушел. Совсем.

– И куда он пошел?

– Откуда ж мне знать? Думаешь, колдуны кому отчитываются? Я его с тех пор и не видел. Только слышал про него от отца периодически. Совсем с радаров он не пропал.

– А чего он сюда решил приехать? – не останавливался Ванька, и Трофим еле слышно зарычал. Но так и не мог заставить себя зайти, продолжал стоять на улице.

– Там вообще история мутная, – голос Макса звучал все тише и тише. – Читал новости про недавний пожар в московском торговом центре, где куча людей задохнулось? В мае это не сходило с первых полос?

– Ну?

– Я думаю, там Трофим руку приложил.

– С чего? – удивился Ваня.

– Отец тогда сильно в это дело впрягся, звонил все кому-то, выяснял…

Ваня, помолчав, проговорил:

– Это больше похоже на теорию заговора! Я читал про тот пожар, но там вроде с проводкой проблемы были.

– Ну-ну, – ответил Макс.

Трофим скрежетнул зубами и распахнул дверь.

Мальчишки разом вскочили с места. Колдун оглядел стол с грязной посудой и банками пива и сложил руки на груди.

– Ой, – начал бледнеть Ваня.

Макс покаялся сразу:

– Это я его споил. – Он лег на пол и принялся отжиматься, поглядывая на Трофима сквозь кудрявую челку. – Сам подумай, как нам еще отношения налаживать? Алкоголь – это ж замечательное средство для этих самых налаживаний. Мне еще батя говорил: хочешь узнать, что за человек твой бизнес-партнер и можно ли иметь с ним дело – напои его и дело с концом!

Ваня посмотрел на смурного Трофима и тоже опустился на пол.