Заноза в сердце Киборга. Убрать нельзя оставить

— Будет вам тортик! Из “Эклера” пойдет?

— Да! Фруктовый! — закивали дружно.

Уходила Наталья с работы в обнимку с коробкой, в которой лежали её личные вещи. Оказывается, за три года не так уж много их и набралось.

Глава 4

Вернувшись домой, первым делом купила билеты на самолет, открыла шкаф и вздохнула:

— Вот тебе и “носить нечего”! Два полных чемодана точно ведь наберется.

За два дня предстояло упаковать вещи, сходить на почту, — что-то придется отправлять посылкой – а еще вытерпеть визит квартирной хозяйки с потенциальными покупателями.

— Это ж сколько времени в пустую уйдет, — вздохнула и вытащила огромный чемодан, устроила его на кровати. — Да и фиг с ней! Пусть приводит. Они ж не в гости ко мне придут! Посмотрят и уйдут. Тут главное, чтоб сама Зоя ко мне обратно не притащилась. Вот реально не до неё сегодня! Ладно, придумаю что-нибудь.

Визит покупателей прошел быстро, ими оказалась молодая пара. Пока муж общался с Зоей, жена, улучив момент, поинтересовалась:

— А как тут соседи?

— Нормальные. Как везде. Пьяниц и любителей послушать музыку до утра нет, если Вы об этом. Только вот Зоя Михайловна любительница пошпионить. Хотя, может, за Вами и не будет. Это ж я у неё снимала квартиру, вы-то покупаете.

— Вы уж не держите на нас зла, что выселяем Вас, — женщина кивнула на раскрытый чемодан.

— Ну Вы-то точно здесь не причем, — Наталья удивилась тому, что женщина перед ней зачем-то извиняется. — Я послезавтра вообще улетаю в другой город. Работу мне там сегодня предложили. Так что тут, скорей, всё совпало. Ой, только Зое не говорите, ладно?

— Надеетесь залог вернуть, — догадалась женщина.

— Да, — не стала скрывать Наталья. — И ещё, не верьте Зое, когда она начнет прибедняться и давить на жалость. Она тетка хитрая и не такая простушка, какой пытается казаться. А вы ребята приличные, так что торгуйтесь по цене. Я уверена, что там есть куда подвинуться. Кстати! Там внизу висит объявление, что трубы в подвале будут менять, так вот я на них уже сдала. Зое Михайловне.

— Спасибо! — шепнула женщина, благодарно улыбнулась и пошла к мужу и Зое.

На следующий день соседка не приводила покупателей, но всё равно пришла. Дурой она не была и чемоданы Наташки, уж конечно, тоже видела.

— Наташенька, неужели ты уже нашла новую квартиру? Так быстро?

— Да, повезло. Мой коллега предложил пожить в своей. Он завтра уезжает на год, ну и не хочет, чтобы его квартира пустовала. А кому-то чужому сдавать он тоже не хочет. Вы же сами знаете, как тяжело найти порядочных квартиросъемщиков, — Наталья, конечно, врала, но говорить правду этой мымре она категорически не хотела.

— Ой, так ты уже завтра съезжаешь? — забеспокоилась квартирная хозяйка. Глазки женщины забегали — она не хотела отдавать залог за только что начавшийся месяц.

Наталья это понимала, но и у неё деньги не были лишними. В итоге они договорились на половину суммы.

Зоя и тут поимела свою выгоду. Зато, стоило Наталье согласиться лишь на половину суммы, хитрая бабенка тут же достала деньги из бездонного кармана.

— Ой, да нафиг! — Наташка выдохнула, закрывая дверь за соседкой. — Завтра уже дома буду! Так, теперь надо Ильке позвонить, обрадовать, что прилетаю завтра.

С подругой они не виделись три года. Наташка даже на рождение Дубова-младшего не прилетала. Не отпустили с работы.

Признаться подруге в том, что она и сама не хочет прилетать в родной город, Наталья не могла. После всего случившегося это было слишком тяжело для неё. Наталье до сих пор еще, правда всё реже, снился тот ужас.

Да, Наташка скучала по подруге, по их посиделкам и разговорам ни о чем и обо всем сразу.

И да, Тихон ей тоже снился. Она так и не смогла его забыть, как ни старалась. У Ильки тоже не спрашивала о Киборге, боясь, что та расскажет мужу о её интересе.

Илька иногда вскользь говорила о Тихоне.

То они праздновали день рождения Дмитрия, и Киборг подарил другу редкий экземпляр в его коллекцию моделей машинок.

— Прикинь, заморочился мужик! Дима эту модельку уже несколько лет не мог найти в продаже, — восхищалась Илька начбезом.

То он просто приходил к ним накануне в гости и весь вечер, играя в подаренную им машинку с пультом управления, провозился с Гришкой.

— Знаешь, они тут такие гонки устроили, — смеялась вспоминая.

Наталья слушала эти отступления и не задавала вопросов.

Ни к чему это. Тихон шикарный мужик, наверняка в его жизни уже появилась более достойная, чем Наташка, женщина.

Да, наверняка у него уже кто-то есть. Не святой же он и обетов никаких не давал! А Илька, скорей всего, просто не хочет ей об этом рассказывать, тем более что и сама Наталья не спрашивает её о Тихоне.

Иногда Наташке казалось, что она видит Тихона. То как будто в отражении витрины мелькнет его лицо. То одинокий мужчина за дальним столиком в кафе, резко отвернувшийся, был очень на него похож. А то шлейф знакомого запаха туалетной воды у них на этаже в офисе.

Она в таких случаях резко оборачивалась, всматривалась в посетителя, жадно принюхивалась, но всегда это было впустую. За спиной никого не было, посетитель больше не поворачивался, а туалетной водой мог быть надушен любой другой мужчина из её коллег.

Она в таких случаях ругала себя, обзывая параноиком, но потом, ночью, ей опять и опять снился Тихон. Его руки со сбитыми костяшками, крепкие плечи, рельеф мышц на его груди. И даже помнила, как бьется его сердце, и какие у него нежные и жадные губы!

Просыпалась утром невыспавшаяся, обещала себе принять предложение и сходить на свидание с очередным ухажером. И ведь ходила! Но дальше поцелуев у неё ни разу ни с кем не заходило.

Не могла. Элементарно не возбуждали они её как мужчины. Слюняво целовались, пахли не так, слишком нагло и грубо лапали её.

С другими мужчинами всё было не так, как с НИМ.

Ночами потом плакала в подушку и просила, обращаясь к Тихону в пустоту квартиры, чтоб он отпустил её.

Не помогало. Не отпускал Киборг свою Занозу. Не выходил ни из сердца, ни из мыслей. Всех с ним сравнивала.

— Ну вот прилечу завтра и сама, лично, всё ему и скажу! — пообещала себе и набрала номер Ильки.

Глава 5

Наталья, предвкушая радость подруги от новости, которую она ей приготовила, набрала Илларию и, едва та сняла трубку, выпалила:

— Соскучилась?

— Еще как!

— И это радует!

— А не хочешь ли ты мне сейчас сказать, подружка, что собралась наконец прилететь? — Илька замерла, ожидая подтверждения своей догадки.

— Ой, да ну тебя, Дубова! Вот ничего от тебя не скроешь! — Наташка сделала вид, что расстроилась, а потом, без перехода, выпалила: — Прилетаю завтра утром! И не просто прилетаю, а насовсем. Устала я от этой столицы! Ну её!

Наталья услышала, как у Илларии что-то упало, и наступила тишина. Потом послышались какие-то шорохи и едва слышимые ругательства.

— Иль? У тебя там всё в порядке? — забеспокоилась о подруге, слушая шуршание. — Все живы?

— Наташ, мне же сейчас не послышалось? Ты действительно сказала, что завтра утром именно возвращаешься домой? — Илька, игнорируя вопросы подруги и боясь, что ослышалась, переспросила. — Не прилетаешь погостить на несколько дней, а именно возвращаешься?

Наталья улыбнулась и качнула головой, поняв, что Илька, услышав новость, выронила телефон, на себя же и ругалась за это. Рассмеялась и проговорила, четко и разделяя слова на отдельные предложения:

— Не послышалось. Прилетаю. Утром. Не погостить. Насовсем, — не выдержав, сменила официальный тон на привычный: — Илька, я соскучилась!

— Ох, а я-то как соскучилась, Наташ! — Иллария выдохнула облегченно, и уже обе рассмеялись одновременно.

Конечно, подруги созванивались. И, конечно, подолгу и помногу часов говорили обо всём и сразу. Болтали подруги чаще по видеосвязи, вроде как не по телефону тогда получалось.

Но хотелось-то обеим, как когда-то в далеком детстве, сидеть, обнявшись, и болтать, глядя глаза в глаза, и чтоб непременно на ушко.

Наталья три года тому назад, выписавшись из больницы и так и не получив поддержки от родителей, собрала вещи и пошла увольняться.

Ей повезло, начальница, услышав желание своего ответственного и серьезного работника уехать, похлопотала за неё перед директором главного офиса, и подругу взяли туда на работу. Увольняться не пришлось — толковые и ответственные сотрудники нужны везде.

Илька помнит последний разговор с подругой практически слово в слово. Не смогли его вытеснить из памяти ни свадьба с Дмитрием, ни рождение сына.

— Иль, я уезжаю послезавтра рано утром.

— Всё-таки решила, да?

— Да, Иль, решила.

— А как же Тихон? Он отпустил?

— Он мне никто, чтоб отпускать или нет! — Наташка было взвилась, услышав эти слова единственной подруги, но, увидев в её глазах понимание и поддержку, сдулась, отвела взгляд и выдавила из себя: — Отпустит. Уже отпустил.

Илька тогда не стала рвать душу подруги, лишь обняла её крепко-крепко:

— Знай, надумаешь вернуться, мы все будем рады тебе! Все. Слышишь? Запомни это!

Конечно, Наташка сказала тогда, что и услышала, и запомнила.

И вот она возвращается.

— Наташ, во сколько ты прилетаешь? Ты ведь самолетом, да? Или поездом? — тараторила Илька в трубку. — Ой, прости, чепуху несу. Прилетаешь, да. Тебя встретить?

— Прилетаю. Не надо встречать, Иль. Сама доберусь. Поверь, дорогу я еще помню, — Наталья невесело усмехнулась.

— К родителям поедешь? — поинтересовалась аккуратно, хоть и знала, что вряд ли Наташка поедет к ним. Но мало ли? А вдруг помирились? Всё-таки их единственной дочери три года дома не было.

— Нет. Не поеду, Иль, мы с ними не общаемся. Вычеркнули они меня из своей жизни три года тому назад. За эти два дня, что мы с тобой не болтали, ничего в этом направлении не изменилось, — Наташка помолчала. — Я в Савеловском районе, недалеко от вас, квартиру съемную нашла. Туда поеду. Душ с дороги приму, переоденусь и потом к вам приеду.

— Сдурела? Зачем в квартиру? — Илька даже задохнулась возмущением.

— Не хочу в гостиницу. Знаешь ведь, что не люблю, — Наталья, не поняв еще, куда клонит подруга, напомнила Ильке о своей нелюбви к отелям и гостиницам.

— Да помню я, что ты их не любишь! — взорвалась возмущением Илька и распыхтелась: — У нас дом огромный! К нам приезжай! И слышать ничего не хочу! Ишь, чего она удумала! Квартиру она съемную нашла!

— Иль, ты бы хоть с Дубовым своим посоветовалась, что ли, прежде чем меня приглашать, — Наталья попыталась было остудить пыл подруги, но неожиданно услышала:

— А вот я прям сейчас и посоветуюсь! — и без перерыва, повысив голос, обратилась к мужу: — Ди-и-им? Наталья завтра прилетает. Я ведь правильно сказала, что она у нас, а не на съемной квартире, остановится?

— Конечно, правильно! Что за глупые вопросы? Какая съемная квартира? — услышала Наталья уверенный голос Дубова. — Каким рейсом прилетает? Я отправлю водителя её встретить.

— Она говорит, что сама доберется.

— Наталья, не говори ерунды, — услышала Наташка в ту же секунду, и не где-то в стороне, на дальнем фоне голоса подруги, а уже в трубке и рядом. Дубов, забрав телефон у жены, перехватил инициативу. Добавил, надавив: — Это не обсуждается.

Наташка закатила глаза, мысленно говоря: “Ох уж эти серьезные мужики!”

Поняв, что спорить бесполезно, раз уж подключился сам Дмитрий, выдохнула и сдалась:

— Завтра. Рано утром. Номер рейса сброшу Илларии сейчас в сообщении, — и, добавив убедительности в голосе, заверила мужа подруги: — Всё, всё! Поняла! Не спорю, Дмитрий! Правда напишу.

— Ну и отлично! Всё, девчонки, не буду больше вам мешать. Наталья, жду от тебя инфу о рейсе. И, знаешь, пиши сразу мне, чтоб уж точно не потерялась.

— Ладно, напишу тебе, — окончательно сдалась Наталья и положила трубку. Рыкнула уже вслух: — Ох уж эти любящие всё держать под контролем альфачи!

Но как бы она сейчас ни пыталась злиться на Дубова, её губы всё равно расползались в улыбке.

Она соскучилась по ним.

По всем.

По нему…

Глава 6

А Дубов, закончив разговор с Натальей, передал трубку Илларии. Та, поднеся телефон к уху, услышала лишь гудки. Подняла вопросительный взгляд на мужа:

— Дима, это ты положил трубку или Наталья?

Дмитрий озадаченно посмотрел на гаджет в руках жены, силясь вспомнить ответ.

— Нет. Точно не я.

— Ага. Понятно. Значит, Наташка трубку бросила, — Иллария хмыкнула.

— Думаешь, обиделась?

— Нет. Точно не обиделась. Просто поняла, что спорить с серьёзным мужчиной бесполезно, — Иллария прислушалась к звукам внутри дома.

Сын должен был скоро проснуться. Поняв, что ребенок еще спит, вернулась к разговору с мужем:

— Привыкла, понимаете ли, она там у себя в столице включать самостоятельную деловую женщину. Всё! Наигралась наконец-то в бизнес-леди. Навключалась! Домой возвращается. Не просто в гости прилетает, а именно возвращается!

Иллария счастливо улыбалась, глядя на мужа. Поняв, что тот совсем не удивлен, протянула вопросительно:

— Ди-и-им? Ты знаешь что-то о моей подруге, чего не знаю я?

— Знаю, — не стал юлить. — У меня другие сведения о том, почему Наталья возвращается.

— О как!

— Да, так. Слышал я, что начальница её бывшая идет на повышение. На её место обещали прислать кого-то из столицы. Вот думается мне, что этот кто-то и есть твоя подруга.

— Да ты что-о-о! — Илька протянула удивленно и продолжила не то восхищенно, не то обиженно: — Вот коза, а! А мне ничего не сказала!

— Значит, сюрприз хотела тебе устроить, а я всё обломал, — Дубов улыбнулся. О том, что между подругами нет секретов, он знал. — Но ты же меня не выдашь, жена?

Дмитрий сцапал любимую синичку, обняв её со спины и прижавшись к сладкой попке, двинул бедрами.

— Ди-и-има, — выдохнула Илька и попыталась развернуться к мужу лицом, но кто бы ей дал это сделать.

В ответ на её протяжный выдох Ильку лишь сильнее прижали к груди и, целуя в ушко, прошептали:

— Обещаешь, что не выдашь?

— Обещаю! Не выдам!

Только после этих слов Илларии позволили развернуться в крепких объятиях, и только лишь за тем, чтобы впиться жадным поцелуем ей в губы.

— Люблю тебя, моя синичка!

— Люблю тебя, — повторила она в сладкие губы. — Медведь мой.

Наверху в детской хлопнула дверь.

— Беги, папка! А то сын еще полчаса из дома не выпустит.

Дубов неохотно отстранился от жены. Илька была права, сегодня ему обязательно надо было появиться в офисе. Но по дороге туда было у него еще одно дело.

— Сегодня буду не поздно, — пообещал жене уже в спину.

— Будем ждать тебя! — Илька послала мужу воздушный поцелуй и умчалась в детскую, к сыну.

Дубов постоял еще пару минут в прихожей, прислушиваясь к воркованию жены и звонкому голосу сына, который уже что-то рассказывал матери, улыбнулся и вышел из дома.

Кивнул охране, здороваясь, бросил короткое:

— В офис к Слободскому, — и сел в машину.

Пока открывались ворота и выезжала первая машина охраны, вытащил из внутреннего кармана пиджака телефон, нашел контакт “Киборг” и набрал ему короткое сообщение:

“На месте?”

Тут же получил ответ:

“Да”.

“Есть срочное дело. Увидеться бы”.

“За полчаса успеешь?”

“Да”

“Ок”

Получив ответ Тихона, Дмитрий убрал телефон в карман и, глядя на пробегающий пейзаж за окном, задумался, гадая — Киборг уже знает о том, что его Заноза возвращается, или ещё нет?

Почему-то был уверен, что еще нет, не знает.

Вот он и сообщит ему эту новость. Сам. Лично.

А уже от реакции Тихона и будет зависеть дальнейшее.

Сводником Димон никогда не был, и, прежде чем отправлять, точнее, просить Киборга съездить в аэропорт, он хотел убедиться в том, что другу это всё ещё нужно.

Что женщина эта, засевшая занозой в его груди, еще нужна ему.

К офису компании Слободского они доехали быстро, благо, не надо было переться на другой конец города. Охрана на входе в здание пропустила их беспрепятственно, ребята знали, кто это и к кому приехали.

Дубов в сопровождении одного охранника поднялся на лифте на нужный этаж, вышел и направился в противоположную от кабинета Валерия сторону.

Тот, кого когда-то называли Отшельником, шел по коридору не торопясь.

Сотрудники при виде его расступались, самые отчаянные кивали, здороваясь и стараясь не показывать своего удивления.

Дубова в компании Слободского, конечно же, знали, как знали они и о том, что эти двое не просто друзья, а уже несколько лет и родственники.

Удивление людей вызывал тот факт, что шел Отшельник не в кабинет их шефа, а к его начбезу.

Тому самому, с которым сотрудники компании по личной инициативе старались не контактировать. Почему? Да потому что обычные смертные не любят общаться с бездушной и безэмоциональной машиной, каким он был для всех.

Да, для всех Тихон Петрович Яковлев был, есть и будет Киборгом.

И только самые близкие друзья знали его совсем другим.

В дверь нужного ему кабинета Димон стукнул пару раз для приличия и вошел сразу, не дожидаясь разрешения хозяина.

Тихон, услышав стук, поднял взгляд от экрана компьютера.

— Здоров, Тихон Петрович, — Дубов, бросив охраннику приказ остаться за дверью, вошел один.

— И тебе, Дмитрий Григорьевич, не хворать! — поздоровался в его манере, встал навстречу вошедшему, обошел свой стол и протянул руку.

Махнул на два кресла и журнальный столик, стоящие в стороне:

— Присаживайся. Кофе?

— Нет, спасибо. Из дома еду.

Тихон кивнул и первым опустился в одно из кресел, положил руки на подлокотники и замер, наблюдая за другом.

Дмитрий сел, вытянул ноги, скрестив их в лодыжках, выудил из внутреннего кармана пиджака телефон, проверил, нет ли входящих сообщений, едва заметно хмыкнул своим мыслям и положил гаджет на стол перед собой.

Его движения были неторопливы и как будто бы ленивы. Он мог обмануть этим кого угодно, но только не Киборга. Тот смотрел внимательно, пытаясь угадать, что ж за дело такое привело к нему Дубова.

У Отшельника и своя серьезная служба безопасности имелась. К слову, ничем не уступающая его команде. Тогда почему Димон так тщательно готовится к разговору? Все эти неторопливые движения и усаживания поудобнее — неспроста.

Уж Киборг-то это точно знал!

А Дубов устроился поудобнее и перевел на него странный и нечитаемый взгляд. Попытался надавить этим самым взглядом, но, вспомнив, где и с кем играет в гляделки, хмыкнул.

Тихон усмехнулся и первым начал разговор:

— Рассказывай, что за срочное дело тебя ко мне привело. Это с чем же таким твои церберы не справляются, что ты ко мне пришел?

— Да они-то справляются, но уж больно дело деликатное, — напустил Димон туману и вновь замолчал.

Услышав вступление, Тихон удивленно поднял брови, но не проронил больше ни звука, давая тем самым понять, что он — весь внимание.

— Понимаешь… завтра рано утром прилетает… Нет, возвращается… — Дубов, мысленно подгоняя Наталью и её смс-ку с номером авиарейса, сделал вид, что задумался, вспоминая подробности разговора. — Да, точно, именно возвращается домой… Подруга моей жены…

Димон успел сказать только первое предложение, а Тихон уже понял, о ком идет речь.

Друг говорил, делая паузы и не называя имени подруги жены. И Киборг понимал, что сейчас Дубов за ним наблюдает, но ничего не мог с собой поделать.

“Старею, что ли?” — подумал с тоской.

Да, Дубов говорил и внимательно наблюдал за Тихоном.

Именно наблюдал. А потому всё подмечал и понимал.

Видел, как дернулся кадык Тихона.

Видел, как он, сам того не осознавая, потянул галстук, распуская идеальный узел.

И, уж конечно, Дубов видел, как Тихон потер грудь в районе сердца…

Тихону было плевать, что он сейчас сдал сам себя. Знал, что друг не осудит и все правильно поймет.

Он уже понял, что Дубов приехал именно за этим всем. Не мог друг знать, как Киборг воспримет новость о возвращении своей Занозы.

Не мог, потому что не обсуждали они это с друзьями, когда изредка, по старой памяти, собирались втроем.

Как не мог знать и о причинах его “деловых” поездок в столицу. Хотя деловыми они всё-таки были.

А Дубов увидел всё, что хотел, едва заметно дернул уголком рта и договорил:

— Хочу попросить тебя встретить красавицу. Не могу никому другому доверить её.

— Во сколько? — Тихон откашлялся и перефразировал вопрос: — Каким рейсом?

Ровно в этот момент на телефон Дубова прилетело сообщение. Он открыл его, прочитал и тут же кому-то отправил.

На телефон Киборга тоже пришло какое-то сообщение, он слышал сигнал о входящем, но сидел, не шелохнувшись. Дубов же убрал свой телефон во внутренний карман пиджака, поднялся из кресла и только потом, кивнув на телефон Киборга, произнес:

— А вот этим!

— Актер погорелого театра! — Тихон хмыкнул и, еще не открывая сообщения и не видя ни времени, ни номера рейса, ответил: — Встречу.

— Ну и ладушки! Наталью сразу к нам вези. У нас она будет жить. Пока, во всяком случае. А там… Там сами разберетесь, — и, не дожидаясь ответа Киборга, вышел.

Глава 7

Наталья прошла регистрацию на рейс, миновала очередные рамки металлоискателя с досмотром ручной клади и прошла в зону улетающих. Купила бутылку воды, нашла укромный уголок с видом на взлетную полосу и устроилась там.

Буквально вчера у любимого автора вышла новинка, и она купила её в надежде почитать в дороге.

Открыла файл книги, начала читать, но мысли постоянно убегали далеко. Взгляд то и дело приходилось возвращать в начало главы, смысл прочитанного ускользал.

Она летит домой… Возвращается…

Не побитой собакой и не потому, что не смогла устроиться в столице.

И смогла, и даже вот на повышение пошла.

Да, не в центральном офисе, а в филиале родного города. Но это даже и к лучшему. Не любит она столичную суету, не её это всё.

Её родной город тоже немаленький, но у них всё по-другому. Соскучилась она и по городу, и по его атмосфере.

По Ильке соскучилась и по родителям… Как они там? Надо будет идти мириться. Да, надо. В конце концов, она взрослая молодая женщина, и вправе сама решать, как ей жить и за кого замуж выходить.

Не в позапрошлом же веке живут!

Примут ли её бывшие коллеги теперь в качестве начальника? Не будут ли игнорировать её приказы?

Только сейчас, спустя три дня, на неё накатила паника. Сможет ли она справиться с новыми обязанностями?

— Так! Успокойся! Раз назначили, значит, увидели и поняли, что справлюсь! Уж ты-то точно знаешь, что должность эта тебе не через постель Рокотова досталась! — рыкнула сама на себя.

Вроде помогло, мысли о работе отпустили. Зато на их место пришли другие. О нем…

А Тихон? Как он примет новость о том, что она вернулась в город? Как он жил всё это время? Есть ли рядом с ним женщина?

Кажется, Илька ни разу не говорила о том, что он приходил к ним в гости с кем-то. Да, точно, ни разу.

Хотя, зная Киборга, это нифига не показатель. Он не тот, кто будет выставлять личную жизнь напоказ.

И опять не то! Семейство Дубовых, как и семейство Слободских – это самое близкое его окружение. К ним бы Тихон точно привел свою женщину, если бы она у него вдруг появилась.

— Почему же вдруг-то, Наташ? Что ж он, не мужчина, что ли? — осадила сама себя. — Шикарный мужчина. На него тетки всегда оглядывались. Забыла, что ли, как тебя это бесило?

Бесило. Еще как бесило!

Ничего она не забыла!

Помнит всё! Как помнит и их последний с ним разговор.

Когда Наталья сообщила Тихону о своем решении уехать, ждала, что он будет её уговаривать остаться. Она долго готовилась к тому разговору, каждое слово из него помнит. Каждый взгляд его помнит, как и каждый жест.

— Тихон, я уехать хочу. Не могу я здесь больше. Совсем не могу! Знаю, что бояться мне нечего, но я не Гарика с Сявой боюсь и не их мести. Знаю, что не будет этого. Я себя боюсь, понимаешь?

— Наташ, я тебя услышал. Кто я такой, чтоб тебя удерживать?

Вот, собственно, и весь разговор.

Не стал.

Не уговаривал.

Лишь посмотрел так, словно не в глаза смотрел, а в самую её душу заглянул и там всё прочитал.

Даже в аэропорт сам отвез. Пожелал ей хорошо устроиться на новом месте, посмотрел, как она прошла контроль, кивнул коротко и уехал.

А она как-то, сама не понимая как, едва различая дорогу сквозь слезы, стоящие в глазах, дошла до первого туалета и разрыдалась там. Ревела навзрыд, размазывая косметику и бубня себе под нос:

— Киборг, как есть Киборг! Робот! Сухарь! Ненавижу! Люблю его, упертого… Даже не уговаривал…

Она потом ни один раз сама себе задавала этот вопрос: а если бы предложил остаться? Осталась бы? С ним, у него, осталась бы? Смогла бы перебороть себя?