Мой случайный босс

— Ксю, ты чего? С каких пор ты начала всё воспринимать буквально? — Валя не оправдывается, но я с ней согласна — реакция была нестандартной.

— Не знаю, — опускаюсь на стул, мгновенно успокоившись, — наверное, Душнила так на меня влияет. Он-то точно всё воспринимает буквально. Когда раздавали чувство юмора, он стоял в очереди за серым костюмом. В пятницу рассказал, что до меня работали… Нет, не так — пытались работать, — двадцать шесть человек. И все ушли. А он вот вообще не понимает, почему, — развожу руками, уловив ухмылки подруг. — И знаете, он действительно не понимает: что договор шокирует, что он сам производит не слишком положительное впечатление, что офис больше походит на режимный объект.

— Так может, ему объяснить?

— И нарваться на штраф? — Девчонки отводят взгляды, потому что помнят — два у меня уже есть. — У меня и так уже третий маячит… — перехожу на шёпот и опускаю голову.

— За что? Туфли? — Отрицательно мотаю головой. — Яркая рубашка? — Снова «нет». — Что, Ксю?

— Цветок, — бурчу неразборчиво.

— Чего?

— Цветок! В горшке. Комнатный цветок в большом керамическом горшке.

— И что ты с ним делала?

— Хотела переставить из коридора в приёмную.

— И-и-и? — Девчонки обмениваются смешками, уже предполагая, что история намечается интересная.

Беру телефон и нахожу видео, которое Клейнберг мне «заботливо» прислал, когда я поднялась в квартиру. Видимо, чтобы я понимала, за что будет выписан третий штраф.

— Вот, — подталкиваю к девчонкам.

Молча палятся в экран, но спустя две минуты Валя не сдерживается и начинает ржать. Сашка подхватывает, и вот уже вовсю сыпятся комментарии.

— Ксю, ты огонь! — Валя стирает слёзы и включает ролик с моим участием снова. — Я от тебя другого не ожидала.

— Угу, хорошо, что в приёмной нет камер. Там как раз и было продолжение.

— Так, так, так, — Сашка придвигается ко мне, толкая в плечо. — Давай рассказывай.

И я рассказываю, как на меня упал горшок и едва не лишил меня жизни в приёмной босса. А после он появился и спас меня, напоследок прислав свидетельства моих пятничных приключений. Вот бы мне такое видео с его участием: я бы точно использовала его по максимуму в своих целях.

— Я даже представить не могу эту картинку, — Сашка снова заливисто хохочет. — Ты и горшок между ног. И босс, спасающий твою жизнь. Ай, не могу…

— Да ну вас, — равнодушно махнув рукой, включаю второй раз чайник. — Опять оштрафует.

— А за что? Цветок же его, а не принесённый тобой. Просто ты его переместила на несколько метров.

— Я ему так и сказала, — жую конфету, предлагая девочкам и получая отказ. — Аргумент вроде бы принял, но не факт. В понедельник буду знать точно.

— Чёрт, Ксю, — вздыхает Сашка, — его Ирэн бросила. Он завтра будет злой как собака.

— Посмотрим, — поникнув, понимаю, что подруга права.

— Так, но мы же в субботу идём в клуб? — Валя водит пальчиком между нами. — Планы не меняются?

— Обязательно идём, — отвечаю первая. — Мне нужно расслабиться после интенсивной работы с Душнилой.

— И мне, — дополняет Сашка, — да и давно никуда не выбирались. Так что никаких отмен.

— Никаких…

Девчонки уходят спустя час, а я обдумываю, в чём появиться завтра в офисе. Четыре дня в чёрном костюме по ощущениям из меня душу вытянули. Есть серый вариант и тёмно-синий. Останавливаю выбор на первом. Серый в списке присутствует, да и, судя по всему, это любимый цвет босса. Так что он будет только за.

Достаю коробки с туфлями и открываю, выбирая те, что станут очередным потрясением для Душнилы. Засматриваюсь на винтажные туфли, купленные мной в прошлом году с рук у девушки, которая распродавала вещи бабушки. Невероятные серо-розовые туфли, комбинированные атласом и кружевом, дополненные фигурным стальным каблуком. Отдала за них пять тысяч, но они стоили больше. Девушка даже не поняла, что владеет парой туфель, созданной сто лет назад не в нашей стране. Не знаю, как они достались её родственнице, но вряд ли она их купила. Может, подарок?

Их и возьму. Должен же быть у босса хоть один день без особых потрясений.

***

Понедельник и отсутствие цветка. Он возвращён на прежнее место — в холл. Для симметрии и личного спокойствия Клейнберга. А как же я и хоть какой-то островок радости в этой серой унылости?

Ладно, может быть, хоть штрафа не будет…

— Доброе утро, Аристарх Игоревич, — поднимаюсь, произнося едва слышно и готовясь к нагоняю.

— Доброе, Ксения. — Привычно обходит стол и смотрит на мои туфли. — Эти одобряю.

Беззвучно открываю рот. Оказывается, босс меня ещё и оценивает. Может, он мне оценки выставляет, а в конце месяца будет суммировать? Знать бы критерии и условия их выставления.

— А цветок нет? — интересуюсь несмело.

— Он будет стоять на своём привычном месте. Но я разочарован, — вскидываю взгляд, внимательно смотря на него, — был уверен, что вы уже затащили его к себе.

— Второй раз не смогу.

— Это хорошо. Давайте договоримся: больше никаких изменений без моего согласия.

— Вы ни на что не согласитесь, — обиженно бурчу.

— Именно так. Потому что это моя компания и мой офис.

— А штраф?

— Я обдумал ваши аргументы и согласен — цветок уже находился здесь. Тот факт, что вы хотели его переместить, является нарушением правил, но не критичным.

— Спасибо, Аристарх Игоревич.

Выдыхаю, понимая, что минуса не будет. Нужно продержаться до зарплаты без эксцессов.

— Кстати, сегодня группа во главе со мной едет к Замятину для итогового подписания. Вы с нами.

— Я?

— Да. Включайтесь в процессы нашей компании. Вы пришли, когда сделка была на завершающем этапе, но в следующий раз я хочу вашего активного участия.

— Поняла вас.

Соглашаюсь, а когда он исчезает в кабинете, оседаю на стул. То есть, я не просто секретарь, а личный помощник? Но я мало что понимаю в сфере работы компании Клейнберга. Или понять придётся? А может, я просто ходячая записная книжка: пометить, запомнить, проинформировать его? Ладно, для начала необходимо понять, что входит в мои обязанности.

Но меня однозначно радует поездка к Замятину. Очень приятный мужчина, оставивший исключительно положительные впечатления. Ни на что не рассчитываю, но кто сказал, что не может возникнуть симпатии? А там, возможно, получится сбежать от Аристарха к более приятному во всех отношениях лицу.

Заполняю документацию, откладывая в отдельную папку бумаги на подпись, и неожиданно вспоминаю — его бросила Ирэн. Ни намёка на сложности в личной жизни. Ему действительно плевать? Или же малознакомые люди недостойны проявления его переживаний? В любом случае это не моя проблема. Уж в этом вопросе я точно ему не помощник.

Уверенная, что успею пообедать, встаю, но в этот момент Клейнберг вылетает из кабинета. На нём верхняя одежда, что говорит о планах покинуть здание.

— Поехали, Ксения.

— Но я…

— Сейчас, — произносит твёрдо.

— Можно я переобуюсь?

— Нет. Сейчас значит безотлагательно.

Успеваю лишь схватить пальто и сумочку. Босс пропускает меня вперёд, чтобы я не задержалась на лишние несколько секунд. Семеню за ним, сожалея, что мои винтажные туфли пострадают от раскисшей жижи, которая когда-то была снегом. Но к счастью, мы спускаемся на парковку, где стоит уже знакомый мне автомобиль. Сажусь на переднее сиденье, не получая недовольства от мужчины.

— Мы поедем вдвоём?

— Остальные уже выдвинулись.

Отлично, значит, людей будет больше двух. Устроюсь где-нибудь в стороне и буду наблюдать, как проходят крупные подписания. Вряд ли кто-то обратит внимание на секретаря, при условии, что главное действующее лицо настроено присутствовать лично.

Едем минут сорок, остановившись перед внушительным стеклянным зданием. А хорошо этот Замятин устроился. Я бы не отказалась здесь работать… Искоса посматриваю на Клейнберга, заезжающего на подземную парковку. Он меня не отпустит. Теперь уже точно.

Нас уже ждут. Группа мужчин в строгих костюмах мне знакома: несколько юристов, представители экономического отдела, всегда хмурый заместитель Аристраха. В общей сложности девять человек. Не считая нас с боссом. Представительная делегация.

Поднимаемся на девятнадцатый этаж, попадая в просторный холл, утопающий в зелени. Наши два цветка — полная скудность. И да, с восприятием цветов здесь всё в порядке — сдержанно, но позитивно.

Вот бы Душнила сделал выводы и хоть как-то задумался бы об изменениях. Хотя о чём это я, он и слов-то таких не знает.

Нас приглашают в конференц-зал, где уже всё подготовлено для деловой встречи. Просторное помещение с овальным столом на сорок мест. Мы занимаем одну сторону. Точнее, я жду, когда подчинённые Аристарха рассядутся, а я спрячусь за ними, устроившись последней.

Встреча начинается, когда Замятин входит в зал и приветствует гостей. Обсуждение вопросов чёткое и быстрое. Вероятно, подготовка была длительной и сейчас лишь итоговые штрихи. Хозяин встречи говорит прямо, видимо, уже поняв особенность Клейнберга. С таким шутки могут закончиться нехорошо, особенно если ты заинтересованная сторона.

Я внимательно смотрю и слушаю, отмечая для себя, как проходят подобные встречи. Угрюмов встречался с потенциальными партнёрами на нашей территории, а если и уезжал, то без меня. Поэтому сейчас чувствую себя особенно — частью чего-то важного.

— Ксения, папку, — доносится рядом голос одного из юристов.

Пропустила момент, когда босс всучил мне документы, кстати, не потрудившись пояснить, в какой момент они понадобятся.

Встаю и направляюсь к Аристарху, кладу перед ним папку и, поймав взгляд блондинки, которая сидит по правую руку от Замятина, возвращаюсь на место.

— Предварительные согласования окончены. Перед вами итоговый вариант договора о сотрудничестве. Если у сторон больше не имеется замечаний, можем приступить к подписанию, — произносит кто-то из группы Замятина.

Клейнберг подписывает стопку бумаг, выводя на каждой странице свою подпись, и передаёт Замятину. Последний планирует сделать то же самое, а когда кончик ручки почти касается листа, блондинка его останавливает и что-то шепчет, приблизившись вплотную.

Пауза, которая мгновенно озадачивает присутствующих. Что-то не так? Неужели в последний момент договорённости будут изменены?

— Замечаний по договору не имеется, но есть условие, Аристарх Игоревич.

Даже я чувствую, как босс напрягается. Спокойный и собранный Клейнберг сейчас растерян в ожидании новых требований.

— Я могу узнать, какое?

— Да, — Замятин немного сокращает расстояние, сдвинувшись по столу, — мне нужны туфли вашей помощницы.

Глава 7

Мне не послышалось? Нет, не послышалось. Потому около двух десятков пар глаз переключаются на меня, а затем на мои туфли. Те самые, которые могут стать камнем преткновения и разрушить договорённости.

Но первое: мне неясно, почему мои туфли. Второе: кто эта женщина рядом с Замятиным и почему он готов вынести такое странное условие на обсуждение?

Сглатываю и сжимаюсь, потому что присутствующие чего-то ждут. Чего? Перевожу взгляд на босса, а в нём явное «что происходит?».

— Ксения, — зовёт меня негромко, — нам нужны ваши туфли.

Нам? Ага, сейчас.

— Аристарх Игоревич, я никому… — начинаю, повышая голос.

Подскакивает, оказываясь рядом со мной быстрее, чем я успеваю выплеснуть своё возмущение.

— Пойдёмте со мной, — шипит. — Прошу прощения, — обращается к присутствующим, одновременно подталкивая меня к двери, — мы вернёмся через две минуты.

Оказываемся за пределами конференц-зала. Здесь несколько сотрудников компании Замятина, видимо, ожидающих итогов переговоров. Клейнберг отводит меня в сторону, оборачиваясь и контролируя, чтобы нас никто не услышал.

— Снимайте туфли, — отдаёт приказ.

— Нет.

— Ксения, от ваших туфель зависит подписание сделки. А она для меня очень важна. Переговоры шли несколько месяцев, и я не хочу остаться без выгодного контракта по причине вашей упёртости.

— Упёртости? Аристарх Игоревич, сделка ваша?

— Да.

— А туфли мои, — складываю руки на груди, заняв оборонительную позу.

— Снимайте туфли.

— Не вы мне их купили, чтобы требовать, ясно?

— Это всего лишь туфли.

— Это всего лишь мои туфли. Разницу чувствуете? Это вещь, которая принадлежит мне, и никто не имеет права забрать её у меня. Не отдам! — приближаюсь, отчего наши лица оказываются близко к другу и, не отводя взгляд, выдерживаю битву напряжением.

— Я куплю вам новые.

— Эта пара туфель создана в начале двадцатого века. Винтаж в чистом виде. Стоит много.

— И как же вы их купили? Недавно вы мне сказали, что делаете покупки на распродажах.

— Купила с рук у девушки, которая распродавала вещи бабушки. Она даже не подумала, что они могут стоить больше пяти тысяч рублей.

— Ладно, — Клейнберг шумно выдыхает, — пять пар туфель взамен этих.

— Нет.

— Десять.

— Снова нет.

— Пятнадцать.

— Опять нет.

— Двадцать.

Собираюсь сказать «нет», но в моём воображении уже создаётся картинка, где я, довольная и счастливая, тащу домой двадцать коробочек с новой обувью.

— Как вы щедры, Аристарх Игоревич. С чего бы это?

— Я хочу подписать контракт с Замятиным.

— Кстати, кто эта особа, заставившая серьёзного мужчину, включить в условия договора туфли?

— Его невеста.

Даже немного грустно, что Замятин уже занят. Интересный мужчина, в отличие от Душнилы, который готов наброситься на меня и силой стащить туфли.

— Всё равно нет.

— Ксения, что вы хотите взамен?

В голове каруселью несутся мои хотелки, но все они не имеют отношения к боссу, да и не готов он к их исполнению.

— Двадцать пар туфель и аннулирование штрафов.

— Согласен.

— По рукам, — тянет свою ладонь, но я вовремя вспоминаю, что для босса слова не имеют значения — только официальный документ. — А где гарантии, что вы меня не обманете? — прищуриваюсь и жду его ответа.

— Я даю слово, Ксения.

— Нет, Аристарх Игоревич, у меня было время, чтобы немного вас изучить. Только документ, где вы поставите свою подпись.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно.

— Ладно… — Спешит в конференц-зал, а через несколько секунд появляется в сопровождении юриста компании. — Идёмте.

И мы идём, оказавшись в первом же кабинете, где Клейнберг просит сотрудницу Замятина создать документ под его диктовку.

— Я, Клейнберг Аристарх Игоревич, генеральный директор ЗАО «АРГО», обязуюсь купить Солнцевой Ксении Витальевне двадцать пар туфель, а штрафные санкции, полученные неделей ранее, отменить. Всё? — выжидающе смотрит на меня.

— И цветок.

— Какой цветок?

— Я хочу цветок в приёмную. В большом красном горшке с круглыми ярко-зелёными листьями, — выдаю подробности, чтобы босс не притащил мне микроскопический кактус. — Теперь всё.

— Хорошо. Информацию о цветке допечатайте, пожалуйста.

Девушка, исполняющая указания, странно на нас поглядывает, едва заметно улыбаясь. Ну а что? Если крутить босса, то по полной. И момент для этого настолько идеальный, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не добавить ещё парочку «хочу».

— Прочтите, — босс протягивает мне распечатанный лист, где крупными буквами выделено «Расписка». — Всё верно?

Пробежавшись по строчкам, с трудом сдерживаю эйфорию, рвущуюся из меня. Нужно это девчонкам показать.

— Да.

— Два экземпляра, — машет передо мной листами, а затем ставит свою подпись и передаёт юристу, — моя подпись и Ивана Дмитриевича. Ваш экземпляр, — протягивает мне. — А теперь отдайте туфли, — замирает передо мной.

— Давайте вернёмся в зал. Я сяду и сниму обувь.

И мы возвращаемся, сопровождаемые взглядами заждавшихся присутствующих. Оказавшись на своём месте, расстёгиваю ремешки и отдаю Клейнбергу туфли, которые он ставит на стол перед Замятиным. Невеста последнего довольна, что подтверждается ликованием во взгляде. И да, она знает, что туфельки ценные.

Расстроилась ли я? Не очень. Такая обувь не на каждый день, и, если быть честной, сегодня я впервые надела эту пару. Зато взамен я получу двадцать новых. А ещё получу полную зарплату. И цветок. Что ж, неплохо я раскрутила босса. Спасибо вам, Замятин Егор Леонидович.

Спустя двадцать минут, стороны обмениваются папками, а руководители дополняют подписание крепким рукопожатием. Становится шумно, конференц-зал пустеет, а я не спешу подниматься.

— Ксения, нам пора, — медленно приближается ко мне босс.

— Аристарх Игоревич, я, вообще-то, босая, — поднимаю ногу, покрутив ступнёй.

— Да, точно. И что делать?

— Вы можете съездить в офис и привезти мне сапоги. Я вас здесь подожду.

А пока он будет ездить, я с пользой проведу время в офисе Замятина, а именно, рассмотрю сотрудников-мужчин.

— Я потрачу на дорогу около двух часов. Меня ждут юристы для проработки дальнейшей стратегии по подписанному сегодня договору.

— Ладно, — поднимаюсь, — пойду босиком.

— Нет-нет, это не гигиенично.

— Тогда как быть?

Жду решения от мужчины, который действительно не знает, что делать. Смотрит на мои ступни, словно на них туфли яркого цвета, которые ему так не нравятся.

— Я не знаю, — он в панике.

Душнила в панике, потому что не может прийти к самому простому решению.

— Вы можете меня донести до машины.

— Донести?

— Взять на руки и донести.

— Да. Я могу донести, — мямлит. — Точно могу.

— Идём?

Кивает, а затем подходит сбоку и поднимает меня. Руками обвиваю его шею, чтобы не упасть, и опасаюсь, что у Клейнберга не хватит сил двигаться в комплекте с не очень лёгкой ношей. Но к моему удивлению, он уверенно идёт к лифту, который гостеприимно открывает свои двери, и наша парочка, провожаемая заинтересованными взглядами сотрудников Замятина, скрывается внутри.

Молчу в ожидании, когда босс сможет «скинуть» неценную ношу в машину. Он держит крепко, не чувствуется дрожи в руках или же сдавленного дыхания. Словно я совсем лёгкая, а он готов тащить меня через весь город. А с виду Душнила выглядит совсем не спортивным: средняя комплекция, без горы мышц и показательной силы.

— Потяните ручку, — оказавшись на парковке, останавливается со стороны пассажирского сиденья и ждёт, когда я открою дверь.

Бережно усаживает меня, а сам обходит автомобиль, чтобы сесть за руль.

— Спасибо, — скупая благодарность. — Когда приедем, мне придётся снова залезть к вам на ручки.

— Почему?

— А как я дойду до офиса?

— Да, точно. — Смотрит перед собой и не спешит выехать с парковки. — Ксения, до конца рабочего дня осталось полтора часа. Мы приедем в офис, и вам практически сразу нужно будет его покидать. Поэтому сейчас я отвезу вас домой. Согласны?

— Да.

Сегодня замечательный день по всем направлениям.

— Или сапоги, оставшиеся в офисе, у вас единственные?

— Нет. Я могу их забрать завтра.

И теперь он спешит в уже знакомом ему направлении. Ко мне домой. А я думаю о его обещании. Да, расписку он составил и даже подписал, но точные сроки не были указаны. А если туфли он мне купит через полгода или не купит вообще, сославшись на размытость временных рамок? Не уточнила — туфли не получила. Об этом я не подумала. В этот момент градус радости значительно падает, а я уже сожалею, что отдала невесте Замятина свои туфельки.

— Когда я могу выполнить своё обещание?

Кто бы сомневался, что босс серьёзно относится к документам, которые подписал. А я заранее в нём разочаровалась.

— Когда вам будет удобно.

— Завтра?

— Давайте завтра.

— Сегодня отправлю распоряжение в бухгалтерию об отмене удержания штрафов.

— А цветок? — И это не менее важно, чем туфли и отменённые штрафы.

— О цветке не забыл.

Что ж, всё в стиле исполнительного босса. Да, он требует соблюдения правил, но и сам от них не отказывается. Вот так мне однозначно нравится: когда его правильность работает на меня.

Через полчаса мы у моего дома, где Клейнберг снова берёт меня на руки и идёт к подъезду. Прикладываю электронный ключ, чтобы открыть дверь подъезда, и нас сразу же ждёт неприятность, а именно табличка «Лифт не работает».

— Чёрт! Опять сломался.

Понимаю, что сейчас босс поставит меня на ноги, и придётся подниматься на своих двоих по грязным ступеням.

— Ничего страшного. Есть же лестница.

И он действительно поднимается по этой самой лестнице, быстро преодолевая ступени. Кто этот человек, дыхание которого не сбивается с каждым пройденным этажом? А Душнила-то у нас выносливый и крепкий. Нужно это учесть. Пока не поняла, для чего мне эти знания, но пусть будут.

— Открывайте, — замирает перед нужной дверью.

— Вы даже номер квартиры знаете?

— Я уже говорил, что посмотрел в личном деле и запомнил.

— Точно…

Поворачиваю ключ, а когда дёргаю дверь, в меня летит громкое мяуканье. Босс ставит меня на ноги и в прямом смысле отпрыгивает назад.

— Что с вами? — Смотрю на Марысю, изучающую Клейнберга, который смотрит испуганно на кошку.

— Аллергия на кошек. С детства.

Дружок, нам точно с тобой не по пути. Хотя какой путь? О чём это я? Встряхиваю головой и гоню от себя странные мысли.

— Спасибо, Аристарх Игоревич. До завтра?

— А? — Дарит мне свой взгляд, наконец-то оторвавшись от лицезрения Марыси. — Да, Ксения, до завтра. Ещё раз спасибо за туфли.

Разворачивается и спешит удалиться от меня и кошки. Смотрю на рыжее пушистое чудо, а через секунду громкое «мяу» напоминает, что моя питомица проголодалась.

И пока Марыся жуёт корм, кратко описываю события сегодняшнего дня девочкам в чате, а затем фотографирую расписку и отправляю. Реакция не заставляет себя ждать, а я улыбаюсь, довольная сложившимися обстоятельствами и тем фактом, что босс изменил своим правилам, чтобы исполнить мои требования.

Сашка: Мой респект этому Замятину. А он вообще, кто?

Я: Замятин Егор Леонидович. Посмотри в интернете.

Не проходит и минуты, как в чате появляется фото Замятина, а следом совместное с невестой. Той самой, которая получила мои туфли. Очень красивая женщина, которой я немножко завидую.

Валя: Красивый мужик…

Сашка: Мужик, который готов был пожертвовать контрактом, чтобы исполнить желание любимой женщины.

Я: Ничем он не жертвовал. Просто точно знал, насколько Душниле важен контракт. Поверь, если бы он попросил моего босса раздеться, тот не задумываясь сделал бы.

Сашка: А там есть на что посмотреть?!

Я: Понятия не имею.

И почему я вообще должна знать? Подобного рода фантазий в моей голове не было. Да, мой босс мужчина привлекательный, но ровно до того момента, пока не откроет рот.

Валя: А на ощупь? Ты же его обнимала, пока он тебя нёс.

Воссоздаю в памяти тактильные впечатления. Тело Клейнберга упругое и твёрдое, но явных мышц я не ощутила. Он вынослив — это факт. Доказательством этому служит девять лестничных пролётов, которые были преодолены, как мне показалось, без особых усилий.

Я: Ничего выдающегося обнаружено не было.

Сашка: Если их сравнивать, то Замятин однозначно выигрывает.

А дальше в чате появляется два фото — Замятина и Клейнберга. Первый живой, с искрящимся взглядом и уверенной подачей, второй — серьёзный, с поджатыми губами и пустотой в глазах. Разница очевидна…

Сашка: А вот ещё.

Чат заполняется картинками, и они мало походят на фото в официальной обстановке. Замятин на отдыхе с невестой, да и Клейнберг в машине.

Я: Откуда фотографии?

Сашка: Смотри.

Перехожу по ссылке, а там группа «Богатые холостяки нашего города». Так, ни один, ни второй ими не являются. Уже Замятин точно. Здесь альбомы с фотографиями трёх десятков мужчин, которые, по мнению создателя сообщества, имеют приоритет в сравнении в другими представителя мужского пола.

Парочка лиц мне знакомы: они появлялись в приёмной Клейнберга. Остальные неизвестны, но являются вполне привлекательными. Подробное досье на каждого «жениха» удивляет: словно кто-то следил за ними, чтобы выдать достоверную информацию.

Я: Холостяки? Они практически все заняты.

Сашка: Может, информация давно не обновлялась? Хотя твой Душнила уже свободен.

Я: Он не мой. Да и с Ирэн не всё однозначно. Может, она действительно нуждается в паузе, а спустя время вернётся к жениху, и свадьба прогремит на весь город.

Валя: Мне кажется, нет. В ресторане она была настроена на окончательный разрыв.