Люблю. Целую. Босс

Несколько раз рука тянется к телефону, чтобы оповестить подругу, что я всё же работаю с её мужчиной бок о бок. Анализируя всё, чтобы было рассказано Леной о Маркове, прихожу к выводу, что представляла его себе иначе. Информация о нём и реальный объект, который в данный момент находится за стенкой, разительно отличаются.

Подруга утверждала, что её Капибарчик лёгкий, позитивный, разговорчивый, щедрый на комплименты и красивые слова, но вчера и сегодня я видела перед собой немногословного и сосредоточенного человека, который вряд ли способен улыбаться. Он не грубил и не повышал голос, но всё его существо просто кричало, что он устал. Нет, не так — задолбался настолько, что не хочет открывать рот. В чём причина его усталости? Работа или личные моменты, а может, и то и другое?

Не так просто жить на два фронта, уделяя время любовнице и одновременно играя роль примерного семьянина. И если общий образ Маркова положительный, то момент с изменой значительно приземляет его в моих глазах. Напоминаю себе, что я наконец-то нашла работу с достойной оплатой и отличными условиями, а сопутствующие сложности меня не касаются, как и личная жизнь босса. Я вообще могла прийти сюда по приглашению без напутственных комментариев Лены и не сразу узнала бы, что босс и подруга связаны личными отношениями.

Именно так. Киваю сама себе, соглашаясь с выводами и решая, что легко могут отстраниться от мыслей о Ленке и сосредоточиться на работе. Да, она не отстанет с расспросами, но кто сказал, что я вообще что-то узнаю?

— Всё в порядке?

Поднимаю голову, увидев, что надо мной стоит Марков, разглядывая таблицу в планшете.

— Составляю ваше расписание. В нём удобнее и можно взять с собой при необходимости. И отредактировать, если нужно.

— Вы так эмоционально проявляли себя, — обводит пальцем в воздухе моё лицо.

— Мысленная беседа с собой. — Понимаю, что не стоит углубляться в размышления на рабочем месте, потому как это будет замечено начальством.

— И чем закончилась беседа?

На миг теряюсь, удивлена, что ему интересно, о чём думает его секретарь.

— Верными выводами и согласием, что на работе нужно думать только о работе.

— В таком случае, Вита, — интонационно выделяет моё имя, — подумайте о боссе. — Сосредоточенно смотрю на Маркова в попытке понять, что имеется в виду. — А именно, закажите мне обед.

— Что предпочитаете? То есть какую кухню? На мой выбор или что-то конкретное?

Выкладывает передо мной буклет ресторана. Ручкой обведены несколько позиций, а судя по потрёпанности бумаги, выбор Маркова неизменен уже давно.

— Это. В мой кабинет. Скажите название компании, они знают.

Исчезает за дверью, а я набираю номер и как только начинаю диктовать, на том конце заканчивают список за меня и называют адрес. Предполагаю, что босс — их постоянный клиент. Что удивительно, клиент с одним и тем же составом заказа. Ну хоть в этом он постоянен, проскакивает мысль. Чего не скажешь о личных предпочтениях.

Через тридцать минут поступает звонок с поста охраны, а ещё через пять курьер выставляет контейнеры, из которых по приёмной растекается аппетитный аромат. Я даже не подумала заказать что-то для себя. С другой стороны, бюджет ограничен, а цены в заведении значительные.

— Пожалуйста, — заношу и выставляю еду перед боссом. — Приятного аппетита.

Оставляю его наедине с пищей, а сама наливаю очередную кружку кофе и прикидываю, что работать мне ещё четыре часа. Завтра обязательно позабочусь об обеде и загляну на офисную кухню. Не знаю, насколько разговорчивыми являются сотрудники, но вдруг после бесед с ними Марков станет для меня более понятен.

Глава 4

— Доброе утро, — приветствую босса, появившегося в приёмной не из кабинета.

— Доброе. — Буркнув приветствие, проносится мимо меня, но задерживается. — Сегодня у меня встреча в городе…

— Да, в три часа, — листнув вкладку планшета, открываю расписание Маркова.

— Вы едете со мной.

— Конечно, Александр Алексеевич.

Босс покидает приёмную, а я понимаю, что иногда всё же придётся его сопровождать на встречах. Окунев часто брал меня с собой и в какой-то момент стал просто говорить «моя Вита всё запишет», «позвоните Вите, она в курсе», «этот вопрос к Вите». По-моему, он даже моей фамилии не знал, обращаясь исключительно «моя Вита». Нет, никаких намёков со стороны Владимира Олеговича никогда не было, это, скорее, походило на отеческое снисхождение, а иногда наставления человека значительно старше по возрасту. Его жена была частым гостем в нашем офисе: мы знали её, а она всех нас. Может, кто-то и думал о неделовых контактах между нами, но мне было всё равно.

Я встречалась с Вадимом, который, кстати, Окуневу не нравился ни как работник, ни как мой мужчина. Почему, я не знаю до сих пор. Расстались мы по обоюдному согласию, точнее, Вадим честно признался, что встретил другую и намерен построить с ней совместную жизнь. Да, было немного обидно, что два года отношений закончились скупым «прости, но я влюбился в другую женщину», но никто не обещал мне любовь до гроба.

Иногда я мониторю страницу бывшего ради интереса, чтобы увидеть ту, что завладела его сердцем, но на фото он всегда один. В какой-то момент я пришла к выводу, что никакой другой женщины не было, а он просто меня бросил, потому что я ему надоела. Пусть так. В некоторой степени меня это задевает, но не настолько, чтобы впасть в депрессию и приписать себе пару комплексов.

До обеда кабинет босса превращается в проходной двор, и когда к нему приходит один из заместителей, который вчера провёл у Маркова полтора часа, решаю спуститься на этаж ниже и осмотреться.

В лифте меня сторонятся, показательно отходя в сторону, а когда появляюсь на кухне, присутствующие замолкают. А их, присутствующих, около пятнадцати. Просторное, светлое помещение свободно вмещает два десятка сотрудников. Здесь имеются круглые столики, большой холодильник, микроволновка, кофемашина и даже аппарат с шоколадными батончиками и орешками. А судя по количеству подписанных кружек, кухня пользуется популярностью.

— Всем здравствуйте. Меня зовут Виталина, и со вчерашнего дня я секретарь Александра Алексеевича.

Скупые кивки как подтверждение, что меня услышали. На лицах проскальзывают странные эмоции: смесь презрения, зависти и страха. В принципе, реакция понятна, при условии, что я контактирую с их боссом на протяжении рабочего дня и услышанное в этой комнате могу передать ему не задумываясь.

Разогреваю обед и занимаю свободный столик у окна. Поглощаю рис с овощами, рассматриваю крыши автомобилей внизу и мечтаю о выходных. Рада, что вышла на работу среди недели, и у меня будет время выдохнуть и собраться с мыслями, а также позвонить Ленке и посвятить время рассказам о работе с её мужчиной.

— Наталья Павловна. — Вздрагиваю, а повернув голову, вижу перед собой улыбающуюся женщину лет шестидесяти, протягивающую мне руку. — Отдел маркетинга, бренд-менеджер.

— Виталина, — скрепляю знакомство рукопожатием.

Внимательно осматриваю её, отмечая очень короткую стрижку-ёжик и ярко-розовый цвет волос. Необычно, но ей удивительно идёт.

— А правда, что вы замужем?

— Да, — показываю правую руку, позволяя ей увидеть кольцо. — Что-то не так?

— Мы думали, Кисленко пошутила, когда озвучила особое условие для соискателей. — Смотрю на женщину, пытаясь вспомнить фамилию, которую уже слышала, но не помню, какую именно должность занимает сотрудник. — Кисленко — начальник отдела кадров. — Короткий кивок, подтверждающий принятие информации. А заодно и напоминание, что в названный отдел нужно зайти, чтобы предоставить документы для оформления меня как сотрудника компании. — Но Александру Алексеевичу не везёт с секретарями.

— Да, я слышала про волшебное место.

— Волшебное не то слово. — Наталья Павловна мило улыбается, не обращая внимания на сотрудников, которые косятся в нашу сторону и прислушиваются к разговору. — В прошлом году сменилось семеро, — растопыривает пальцы перед моим лицом, — а в этом уже двое. И последняя вышла замуж за двоюродного брата босса. Он даже кресло менял дважды — не помогло, представляете? Какая-то аура там особенная, — проговаривает с придыханием, — романтичная.

— Можете считать, что романтика закончилась. На мне, — цокаю и продолжаю поглощать обед.

— Хотя зря он, — хмыкает, отпивая чай. — Ему сейчас свободная девушка на месте помощницы не помешала бы.

— Это почему?

— Он же разводится, — переходит на шёпот. — Но там какие-то проблемы с разделом имущества.

Что ж, мысленно приношу извинения Лене, а заодно и Маркову. Не солгал, когда сказал подруге о непростом разводе. И пусть то, о чём судачат сотрудники, можно разделить на два, факт запуска бракоразводного процесса имеется.

— Я об этом ничего не слышала. И жену не видела.

— Ещё увидишь. Мало приятного.

— С ней что-то не так?

Женщина молча достаёт телефон, возится несколько минут и поворачивает ко мне экран.

— Новогодний корпоратив в прошлом году. Блондинка рядом с ним.

Рядом с Марковым красивая женщина. Тонкие черты лица, мраморная кожа, точёная фигура — идеальная. И несомненно, они прекрасно смотрятся вместе.

— Очень красивая, — не могу не принять данный факт, говоря об этом собеседнице. — Они отлично смотрятся вместе. — Но в моменте вспоминаю, что кроме развода Лена упомянула какую-то болезнь. — Она здорова?

— Ну если хамство можно считать болезнью, то со здоровьем имеются проблемы.

— Даже так?

— Да. — Наталья Павловна поджимает губы, отвернувшись к окну.

— А дети у них есть?

— Нет. Почему не знаю. Может, он не хотел, может, она.

— А может, просто не получилось. Иногда у пар существуют проблемы, о которых никто не желает распространяться.

— Если честно, я плохо представляю её матерью.

— Почему?

— Она вся такая возвышенная, несравненная, неземная, что вряд ли опустится до уровня орущего маленького человека. Она привыкла к дорогой жизни, где она сама на первом месте.

— Нельзя обвинять человека в том, что он желает только лучшего. Думаю, если бы у вас были деньги, много денег, вы вряд ли проводили бы по десять часов в офисе.

Мне, конечно, интересны детали личной жизни босса для предстоящего доклада подруге, но опускаться до обсасывания подробностей не хочу. Да и в глазах сотрудников хочется сохранить лицо и показать, что сама я приносить новости не собираюсь.

— Несомненно, но наличие средств не предполагает автоматическое унижение тех, у кого их нет. Прошлогодний корпоратив впервые проходил для всех сотрудников в сумме. Мероприятие оказалось великолепным, вот только босс, притащивший на него жену, совершил ошибку. Она демонстративно игнорировала присутствующих и сидела за отдельным столом, всем видом показывая, что мы ей не ровня.

— Ну по факту так и есть, — высказываю, видимо, непопулярное мнение, и женщина закатывает глаза.

— А как проходили корпоративы на вашей прошлой работе?

— Уютно. Коллектив был небольшим, но очень дружным. — На минуту позволяю себе окунуться в ностальгию, вспомнив о людях, с которыми было комфортно.

— А почему уволились? — И теперь от Маркова она перешла к уточнению данных обо мне.

— Фирма закрылась. Конкуренты задавили, если кратко.

— Что ж, приятно было познакомиться. — Поднимается, оглядываясь на двух женщин, показывающих, что пора идти. — Мы Александра Алексеевича очень любим. Он замечательный руководитель. — А вот и момент, который должен перекрыть обсуждение личной жизни Маркова и не очень приятные высказывания в адрес его супруги. — Надеюсь, вы у нас задержитесь.

— И я надеюсь, Наталья Павловна.

Сухой кивок на прощание, и за столом я остаюсь в одиночестве. Итак, Марков действительно разводится, но имеются проблемы. Детей у него нет, а значит, всё проще, чем я предполагала. В некоторой степени Лену можно поздравить, совсем скоро она получит мужчину своей мечты, если он, конечно, не свалится замертво. А может, я зря нагнетаю, и уставший вид — это его перманентное состояние?

Возвращаюсь в приёмную, подтверждая, что босс до сих пор общается с замом. Отшиваю нескольких посетителей, поясняя, что Марков пока занят. Я всё ещё напряжена и продолжаю сортировать файлы на рабочем компьютере, открывая и изучая каждый. Мне необходимо знать, что и где находится, чтобы в случае необходимости быстро найти.

Спустя полчаса зам покидает кабинет босса, мило улыбнувшись на прощание, а сам руководитель через пятнадцать минут напоминает, что я еду с ним. Минута требуется, чтобы сменить обувь, схватить пальто и отправиться следом.

Семеню за мужчиной, осматривая его со спины. Тёмно-серое кашемировое пальто сидит на нём идеально, подчёркивая широкие плечи. И если не считать отпечатка усталости на лице Александра, я бы сказала, образ идеален. В лифте становится неловко. Мы стоим плечом к плечу, и я лишь теперь я улавливаю нотки его парфюма: сандал, древесный компонент, мята и свежесть цитрусовых. Терпкий, но очень приятный и ненавязчивый. Сразу вспоминаю своего «возможного» босса и вонь, которой, кажется, пропиталось всё здание. Слава богу, Марков знает меру в использовании парфюма.

Оказываемся на подземной парковке, о существовании которой я не знала. Оно и понятно, у меня нет машины, а все сотрудники, имеющие транспорт, вероятно, оставляют его здесь. Чёрный мерседес ожидает нас, и босс услужливо открывает для меня заднюю дверь, позволяя оказаться в салоне. Сказать, что машина шикарная, — не сказать ничего, потому что я в таких никогда не сидела. Водитель приветствует меня едва заметным кивком и, как только Марков занимает место рядом со мной, давит на газ.

— Игорь, это Виталина, — произносит босс, сосредоточившись в телефоне. — Маршруты по последующим поездкам будет отправлять она.

Так, у меня появилась ещё одна строка в обязанностях — связь с водителем. Интересно, он один или существуют сменщики? Сталкиваюсь взглядами с Игорем в зеркале заднего вида и отмечаю едва дёрнувшийся уголок губ. Лёгкая усмешка предназначается мне? По какой причине?

На протяжении пути стараюсь не смотреть на Маркова, который уткнулся в телефон, быстро порхая пальцами по экрану. До меня доносится лишь звуки короткой вибрации, будто ему приходят сообщения. Может, он прямо сейчас переписывается с Ленкой? Мужчины, как правило, более приветствуют звонки, когда можно спросить и получить ответ, не ожидая сообщения от собеседника, но мой босс в их число, вероятно, не входит.

Осознаю, что мне неуютно наедине с ним. Нет, это не то чувство, когда нахождение рядом невыносимо и в срочном порядке хочется покинуть пространство, но напряжение имеется. Может, дальше станет проще? Когда мы притрёмся друг к другу и выстроим отношения босс-подчинённая.

Пока я не поняла, какой он человек и на что способен, когда зол. О радости не говорю, потому как улыбки на его лице пока не заметила. Или он не улыбается?

— Ожидай.

Короткий приказ водителю, остановившемуся около дорогого ресторана в центре. Я в таких местах не бывала. Нет, деньги на такое заведение у меня имелись, только я смотрелась бы здесь неуместно. Иду за Марковым, а когда оказываемся внутри, я позволяю себе осмотреться, а босс уверенно направляется к столу с мягкими кремовыми диванчиками. На них устроились двое мужчин, однозначно ожидающих нас.

— День добрый, Юрий Витальевич, — Марков пожимает одному из них руку, усаживаясь напротив и указывая мне на место рядом с собой. — И тебе, Антон.

Коренастый мужчина за шестьдесят неспешно поедает отбивную, запивая напитком зелёного цвета. Устроившийся рядом молодой, чуть за тридцать мужчина с голубыми глазами и модельной стрижкой держит планшет. Вероятно, он является помощником и находится здесь по тем же причинам, что и я.

Через несколько минут к нам подходит официант, и босс называет две позиции из меню, а после поворачивается ко мне:

— Вы что-то будете?

Прикидываю, что это «что-то» будет отминусовано от моей зарплаты. Вряд ли Марков планировал кормить секретаршу из своего кармана.

— Нет, я обедала в офисе.

— Может, десерт?

А я уже обратила внимания на эклеры. И один стоит, как шесть в кондитерской около моего дома. Соблазн велик, но я всё-таки спешу отказаться, напоминая себе, что средств впритык, а зарплату я ещё не наработала.

— Нет, спасибо.

— Я внесу в свой счёт, если вы переживаете за это.

У меня на лице написано, что я нуждаюсь? Или Марков хочет проявить себя в моих глазах как джентльмен?

— Эклер. И чай. Чёрный.

Официант, ожидающий у стола, делает отметку и исчезает. И пока не принесли заказ, мы с Антоном вслушиваемся в беседу боссов, помечая важные моменты. Я не понимаю и половины, постоянно отвлекаясь на специфические термины. На выходных нужно посвятить время детальному изучению деятельности компании, а также прояснить многие моменты, иначе в таких ситуациях буду выглядеть глупо. Да, секретарь в офисе не обязан разбираться в инженерном оснащении объектов, но мне, видимо, придётся.

И пока я с наслаждением поглощаю эклер, отвлекаясь на пометки в планшете, отмечаю, что Марков говорит медленно, даже протяжно, словно каждое слово выталкивает из себя с усилием, потому как обстоятельства обязывают. Собеседник, Юрий Витальевич, наоборот, тараторит, проглатывая окончания, словно спешит поделиться с боссом. В его речи проскакивают интересные словечки, которые я помечаю себе, чтобы потом посмотреть их значение. Но Маркова они, кажется, не напрягают. Он с интересом слушает и размеренно жуёт стейк, иногда посматривая на меня.

Заслушавшись, пропускаю момент, когда крем спешит выбраться из эклера и падает мне на юбку. Быстро собираю его салфеткой, но остаётся пятно прямо посредине. Ругаю себя и, извинившись, мчу в уборную.

— Чёрт… — ругаю себя, пытаясь затереть пятно.

На светло-сером костюме испачканное место темнеет, а когда интенсивно его тру, разрастается, превращаясь в очень большое. Жалею, что не надела чёрный костюм и прикидываю, что после встречи мы вернёмся в офис, а там ещё как минимум час мне придётся щеголять перед боссом в грязной юбке.

Возвращаюсь в зал ресторана, отмечая, что Марков за столом один, а когда опускаюсь на стул, он придирчиво осматривает мои попытки очистить юбку.

— Простите, случайно получилось, — извиняюсь за свою неосторожность.

— Со всеми бывает, — тяжело вздыхает. — Занесите в мой график встречу с Гуевым. — Указывает на место, где ещё десять минут назад сидел собеседник.

— Когда и во сколько? — Удачно кладу планшет на колени, закрывая пятно.

— Через неделю. Утром. — Создаю заметку, когда он добавляет: — В Томске. Вы летите со мной.

Открываю рот и сразу закрываю. Ничего не имею против сопровождения на встречах в пределах города, но поездки в другой город… А где у нас находится Томск? Это же где-то в Сибири?

— Есть проблемы? Муж будет против?

— Муж?

Точно, я же замужем. Нужно где-то пометить этот момент, который никак не приживается во мне.

— Кстати, как его зовут?

— Вадим, — произношу имя бывшего, потому как придумать другое нет времени, да и будет довольно странно, если я задумаюсь над ответом на такой простой вопрос.

— Напомните, сколько вы женаты?

— Два года, — отвечаю машинально и лишь спустя секунды вспоминаю, что он уже задавал этот вопрос на собеседовании. Решил проверить?

— А я десять лет. — Тяжело вздыхает, проведя ладонью по волосам и слегка взъерошив их.

— Оловянная свадьба, — изрекаю и удивляюсь, что вообще владею подобными знаниями. — Планируете торжество по этому случаю? — зачем-то спрашиваю, хотя уже знаю, что Марков в процессе развода.

— Уже нет.

Встречаемся взглядами, и к усталости в его глазах цвета расплавленного шоколада читается сожаление. Не знаю, в чём причина разрыва, но Маркова это трогает. Наверное, и меня бы тронул тот факт, что спустя десять лет, всё закончилось. По чьей вине? Задаюсь мысленным вопросом и сразу же отвечаю: вина на боссе. Может, супруга узнала о Лене?

— Не хотите отмечать? — спрашиваю и кляну сама себя за то, что не могу вовремя закрыть рот. Но я ведь, по мнению босса, не в курсе изменений в его личной жизни.

— Можно и так сказать. — Кривая ухмылка трогает его губы. — Жена не хочет, — отворачивается, осматривая людей за соседними столами, и добавляет: — А вот, некстати, и она…

Глава 5

Следую за взглядом босса и вижу ту, что имела счастье рассматривать на фото двумя часами ранее. Действительно, очень красивая женщина. Белое пальто, отороченное тёмным мехом, смотрится на ней потрясающе. Сдержанный макияж, салонная укладка и украшения дополняют образ, заставляя всех, мимо кого она проходит, оборачиваться. Хотела бы я вызывать такую же реакцию, но, увы, в моём случае лишь стандартная внешность, скромный костюм и окрашенные самостоятельно волосы.

— Ты так и не ответил, когда следующая встреча, — плюхается напротив, закинув ногу на ногу и буравя Маркова острым взглядом.

— И тебе здравствуй, Юля.

— Юлианна, — поправляет, постукивая острым коготком по столу. — Времени даром не терял? — переключает внимание на меня, въедливо осматривая.

— Виталина. Мой секретарь.

— И только? — Её бровь взлетает вверх. Интересно, она действительно думает, что Марков увлечётся такой, как я?

— И только. К тому же она замужем.

— О, решил разорвать порочный круг замужеств? — Звонко смеётся, наполняя пространство искусственным смехом. — Зря, Марков, мог бы получить двойную выгоду.

— Давай оставим взаимные претензии для встречи в компании адвокатов. Кстати, когда?

— Хоть сегодня, если ты готов принять мои условия.

— Повторяю: акции на сторону не уйдут.

— Я имею право продать их кому угодно, — шипит, перегнувшись через стол.

— Но акционеры имеют преимущественное право покупки. По закону ты должна оповестить нас о продаже, а у нас есть время принять твоё предложение. И только после отказа всех держателей акций пакет может уйти третьему лицу. Но всё это тебе уже разъяснял юрист.

— Я не хочу продавать их ни тебе, ни твоей сестре, ни твоему папочке.

— Есть закон…

— Плевать мне на закон, понял?

— Я предложил тебе хорошую сумму. Она в силе.

— А я предложила тебе развод.

— Мы оформим его, как только придём к соглашению по акциям.

— Меня не устраивают твои условия.

Демонстративно вскидывает подбородок, всем видом показывая, что намерена продавить мужа. Я же молчу и пытаюсь слиться с пространством, потому что в данный момент являюсь свидетелем выяснения отношений уже почти бывших супругов.

— Тебя не устраивают двести восемьдесят миллионов за акции и пятьдесят отступных? — Юлианна молчит, не удостаивая взглядом Маркова. — Вита, вы бы согласились на такую сумму при условии, что за вами остаются ещё дом, три машины и коллекция украшений?

— А?.. — Поднимаю глаза на босса и сглатываю, потому что его жена буравит меня яростным взглядом. Надеется на женскую солидарность? Вот только работать мне с Марковым, а не с ней. — Скорее всего… — отвечаю несмело.

— Господи, да эта… — водит ладонью вверх вниз, прикидывая, как меня назвать. — Безликость будет счастлива и сотой части.

Уже открываю рот, чтобы осадить жену Маркова, но он меня опережает.

— Ты переходишь границы. — В голосе босса слышатся звенящие нотки, предупреждающие жену, что его терпение имеет пределы.

— Всё-таки спишь с ней? Как и с остальными?

— Я тебе не изменял.

Изречение Маркова хочется оспорить, потому что я-то знаю точно, что уже два года его связывают отношения с моей подругой.

— Я знаю, что изменял.

— Есть доказательства?

— Нет. К сожалению. Иначе ты не был бы в выигрышном положении.

— У нас нет брачного договора, так что факт измены твоей или моей роли не играет.

— Моей? — взвизгивает женщина, привлекая внимание гостей за соседними столиками. — Марков, я была хорошей женой. Великолепной, если хочешь. И ты не имеешь права даже предполагать, что я способна на измену. По сравнению с тобой я святая.

— Как тебе будет угодно. — Босс поднимается, и мне приходится последовать его примеру, явив пятно на юбке, которое не остаётся без внимания Юлианны. — Напиши, когда будешь готова обсудить соглашение. Всего доброго.

Почти бегу за Марковым, который хватает пальто на выходе и спешит вырваться из помещения, которое, как мне кажется, стало тесным с появлением его жены. Одеваюсь на ходу, перекидывая сумку на другую руку и радуясь, что могу прикрыть испачканную юбку верхней одеждой. Босс обходит машину, предлагая мне устроиться самой, и, оказавшись на заднем сиденье, прикрывает глаза ладонью.

— Игорь, через четыре квартала будет химчистка. Остановись.

Пропускаю распоряжение, решив, что ко мне оно не относится, и кручу в руках телефон, борясь с желанием написать Лене. Да, жена имеется, но и сложные отношения тоже. Настолько, что между супругами чувствуется тотальное напряжение. Вряд ли они живут под одной крышей, но в таком случае возникает вопрос, почему подруга ещё не заняла место Юлианны. Или Марков ждёт окончания бракоразводного процесса, чтобы супруга не бросалась в него обвинениями?