Ты все еще не знаешь меня

— Только теперь давай действительно аккуратно.

— Ха. После твоего резкого «тормози» я вообще больше не доверяю твоим дорожным указаниям.

И уже через несколько секунд маленький электрический самокат снова тихо покатился по ночному осеннему городу, унося их всё дальше по освещенным улицам — мимо редких полуночных прохожих, тёмных витрин закрытых магазинов и золотых пятен от городских фонарей.

Марго снова привычно устроилась впереди, а Виктор — плотно позади неё, накрывая её своими широкими руками.

Только теперь они оба отчётливо помнили о том, насколько опасно близко они находятся друг к другу и какой сладкий пожар способно вызвать даже самое случайное прикосновение.

Глава 10

К дому они добрались почти через час после того, как покинули набережную. С учётом остановки у вагончика, бесконечных светофоров, нескольких вынужденных объездов и пары моментов, когда Марго особенно рьяно пыталась доказать, что умеет управлять самокатом, путешествие на нём окончательно превратилось из спонтанной забавы в полноценную экспедицию.

Виктор всю последнюю часть дороги мысленно подсчитывал, сколько времени уже мог бы провести дома, если бы они с самого начала поехали на его машине.

Десять минут. Пятнадцать. Двадцать.

За это время он успел бы принять душ, переодеться, выпить чаю и, возможно, даже немного отдохнуть.

Вместо этого он стоял на электросамокате с затёкшими ногами, чувствовал неприятную тяжесть в мышцах и периодически ловил собственные мысли на том, что снова прокручивает в голове вопрос: зачем вообще он на это согласился?

Ответ находился слишком быстро. Марго.

Стоило ему посмотреть на неё, и все мысли о машине, кресле, горячем душе и тишине квартиры отходили куда-то далеко. Она ехала впереди, иногда поворачивала голову, чтобы что-то сказать, смеялась, когда ветер снова растрёпывал волосы, и выглядела настолько довольной этой совершенно нелепой поездкой, что Виктору становилось всё сложнее считать её ошибкой.

Он снова посмотрел на Марго. Она ехала впереди, смеясь над чем-то, и Виктор поймал себя на том, что уже давно перестал считать минуты до возвращения домой.

Марго несколько раз оглянулась. Виктор менял положение ног и на остановках чуть сильнее сжимал её талию, но ни разу не предложил закончить поездку. Она отвернулась прежде, чем он заметил её улыбку.

***

У подъезда они наконец остановились.

Марго слезла с самоката и несколько секунд просто стояла, разминая ноги. Виктор выпрямился, разминая плечи после долгой поездки.

Марго посмотрела на него. Потом на подъезд.

— Может… — начала она и замялась.

Виктор поднял взгляд.

— Что?

Она пожала плечами, будто сама ещё не была уверена, что собирается это предложить.

— Может, зайдёшь на чай?

Виктор замер, не сразу найдя ответ. Он знал её квартиру лучше, чем имел право знать, — и всё же никогда не бывал там гостем. Сейчас Марго сама открывала ему эту возможность, не подозревая, насколько многое в этом приглашении для него меняло.

Телефон завибрировал в кармане. Виктор достал его: на экране светилось одно слово: СРОЧНО

Его лицо изменилось почти незаметно. Только губы сжались в тонкую линию, а пальцы крепче обхватили телефон.

Несколько секунд он ничего не отвечал. Марго продолжала ждать. Она смотрела на него с лёгкой неуверенностью, будто уже начинала жалеть, что вообще осмелилась предложить.

Виктор поднял взгляд. Он хотел согласиться — войти в квартиру, которую прежде изучал тайком, теперь уже по её приглашению. Хотелось простого вечера на кухне, чашки чая и её бессмысленных историй, которые почему-то никогда не казались ему бессмысленными.

Но телефон в его руке снова коротко завибрировал.

Виктор прикрыл глаза на секунду, затем убрал его в карман.

— Прости, — тихо сказал он. — Но нам обоим надо выспаться.

Марго несколько мгновений смотрела на него, после чего понимающе кивнула.

— Да. Наверное.

Она попыталась сказать это легко, но улыбка исчезла прежде, чем она успела отвернуться.

Она вернула лицу привычную улыбку, будто ничего особенного не произошло, поднялась на носочки и на этот раз уже совершенно без прежней неловкости коснулась губами его подбородка. Короткий поцелуй. Тёплый. И настолько неожиданный, что Виктор даже не успел ничего сказать.

Марго тут же отступила, спрятав вспыхнувшие щёки за распущенными волосами.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Она быстро открыла дверь подъезда, проскользнула внутрь и исчезла за ней.

Виктор остался перед закрывшейся дверью. Телефон снова завибрировал, но он не сразу достал его.

Виктор провёл ладонью по рулю самоката, там, где недавно лежала её рука. Улыбка продержалась недолго: телефон напомнил о другой жизни, от которой он не мог отмахнуться. Он убрал его в карман и вызвал такси.

***

Через некоторое время он уже сидел за рулём собственной машины.

Город за окном постепенно становился тише. Ночные улицы редели, витрины гасли одна за другой, а свет фонарей скользил по лобовому стеклу.

В машине Виктор молча положил руки на руль. На пассажирском сиденье лежала спортивная сумка, и от одного взгляда на неё плечи сами собой напряглись.

Виктор доехал до дома, загнал машину на привычное место и несколько секунд сидел неподвижно, положив руки на руль. Потом вышел. Открыл багажник. Тёмная спортивная сумка лежала там, где он её оставил. Он достал её и закрыл крышку сильнее, чем ожидал.

Ещё до того, как войти в квартиру, Виктор понял: после сегодняшнего вечера прежний порядок уже не вернётся.

Телефон зазвонил почти сразу. Виктор ответил, не приветствуя собеседника.

— Слушаю.

На другом конце несколько секунд говорили. Его лицо постепенно становилось всё жёстче.

— Она вышла на связь? - Пауза. — Понял.

Ещё несколько слов. Виктор опустил взгляд на фотографии, закреплённые на доске. На одну из них. Мужчина. Несколько записей рядом. Имя наверху.

БОРИС.

— Действуем, — произнес голос в трубке.

Виктор сжал телефон.

— Принял.

Он сбросил вызов. В кабинете снова стало тихо. Но на этот раз тишина не успокаивала. Она давила.

Виктор медленно подошёл к рабочему столу, открыл нижний ящик и достал оттуда небольшой нож. Он редко позволял себе подобное. Почти никогда. Но сегодня что-то внутри него сорвалось. Пальцы сомкнулись на рукояти, мышцы предплечья напряглись. На несколько секунд он просто стоял, глядя на фотографию Бориса. Затем резко развернулся и метнул нож. Лезвие с сухим ударом вошло в доску прямо между глазами мужчины на фотографии.

Виктор застыл. Грудь тяжело поднялась. Он смотрел на нож, торчащий из фотографии, а затем провёл ладонью по лицу. Ему хотелось разбить что-нибудь. Разорвать доску. Сорвать фотографии со стены. Выплеснуть накопившуюся ярость хотя бы на предметы, которые не смогут ответить.

Но он ничего не сделал. Только подошёл ближе.

На доске Борис был всего лишь фотографией среди других материалов. Но теперь его имя снова звучало в жизни Марго — и это превращало расследование в нечто личное.

Виктор вытащил нож из доски. Посмотрел на фотографию ещё несколько секунд и тихо произнёс:

— Ты слишком долго заставлял меня ждать.

За окном начинался новый дождь.

И где-то в другом конце города Марго, скорее всего, уже спала, даже не подозревая, насколько далеко от её тёплой кухни и недопитой чашки чая сейчас находится человек, который несколько минут назад хотел подняться вместе с ней наверх.

Две его жизни снова разошлись в разные стороны. И на этот раз тёмная собиралась забрать его целиком.

***

Утро началось с дождя. Он тихо стучал по окнам, стекал тонкими дорожками по стеклу и размывал привычный вид за окном, превращая двор в серую акварель. Небо затянуло низкими облаками, и даже город, который обычно просыпался вместе с первыми машинами, сегодня казался сонным.

Марго проснулась раньше будильника. Для неё это уже само по себе было событием. Она некоторое время лежала, слушая дождь, а потом вдруг вспомнила о Викторе и резко села на кровати. Сегодня ей хотелось сделать кое-что самой. Не заказать. Не купить по дороге. Не позволить ему снова позаботиться о ней. А позаботиться о нём.

Марго быстро накинула домашний халат, собрала волосы и отправилась на кухню. Музыку она включила ещё до того, как успела поставить чайник, а через несколько минут уже пританцовывала возле плиты, взбивая тесто для блинов.

— Так… — пробормотала она себе под нос, переворачивая первый блин. — Только не сожги. Это мужчина тридцати двух лет. Он может не пережить твою кулинарную атаку.

Первый блин получился вполне приличным. Второй — ещё лучше. На третий Марго уже окончательно вошла во вкус и, придерживая одной рукой сковороду, второй поправляла волосы, подпевая музыке.

В небольшой ланч-бокс она аккуратно сложила сыр и виноград, отдельно упаковала маленькую порцию мёда, а блины завернула так, чтобы они не остыли слишком быстро.

Она посмотрела на результат. Получилось мило. Не идеально, конечно. Но зато её.

Марго довольно улыбнулась, сфотографировала завтрак и отправила Виктору сообщение.

Марго: Доброе утро Я сегодня решила поменяться с тобой ролями. Узнаешь при встрече)

Она подождала. Ничего. Марго пожала плечами.

— Наверное, ещё спит.

После вчерашней поездки на самокате он действительно мог устать. Да и сам выглядел так, будто к концу вечера мечтал только о кровати.

Она не стала придавать молчанию значения. Через несколько минут надела пальто, взяла сумку и вышла.

Однако, у подъезда её уже ждали.

Он стоял под зонтом безупречно собранный, как всегда. Только на её приветствие ответил не сразу, а взгляд скользнул мимо неё, будто он всё ещё мысленно находился где-то в другом месте.

Марго подняла голову и улыбнулась.

— Ты каждый раз будешь меня встречать?

Он посмотрел на неё.

— Постараюсь.

Она быстро забежала под зонт. Виктор открыл перед ней дверь машины, дождался, пока она сядет, и только потом обошёл автомобиль. Марго пристегнулась и вдруг увидела на центральной консоли знакомый контейнер.

— О!

Виктор протянул ей завтрак. Внутри были куриная грудка, брокколи и морковь.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Это что, попытка конкурировать?

— Просто завтрак.

Марго с довольным видом достала из своей сумки собственный бокс.

— Тогда у меня тоже просто завтрак.

Она протянула его Виктору. На несколько секунд он действительно удивился. Не потому, что не ожидал еды. Он не ожидал, что она приготовит её для него.

Виктор принял контейнер и посмотрел внутрь. Блины. Сыр. Виноград. Маленькая упаковка мёда.

— Ты готовила?

— Лично.

— Встала ради этого раньше?

— Не задавай вопросов, которые заставляют меня выглядеть слишком хорошей.

Уголок его губ едва заметно дрогнул. Они поменялись боксами. И поехали. В этот раз — в полной тишине. Без классической музыки. Без радио. Без привычного фонового шума. Только дождь стучал по крыше автомобиля, дворники размеренно проходили по стеклу, а город за окном медленно плыл серыми пятнами.

Сначала Марго решила, что он сосредоточен на дороге. Но Виктор не шутил и отвечал односложно даже тогда, когда она сама пыталась начать разговор.

Она несколько минут смотрела на него, потом всё-таки не выдержала.

— У тебя радио сломалось?

— Нет. - Он ненадолго отвёл взгляд от дороги. — Сегодня хочу побыть в тишине.

Марго кивнула, хотя пальцы сами собой сжали упаковку мёда.

Она покрутила в руках упаковку мёда.

— У тебя всё хорошо?

— Да.

Марго прикусила язык. После вчерашней поездки он вполне мог устать — и она не хотела превращать обычное молчание в допрос.

— Кстати, — тихо сказала она, — спасибо за вчера.

Виктор ничего не ответил сразу.

— И прости.

— За что?

— За эту вылазку. Я понимаю, что ты мог спокойно доехать домой на машине, а вместо этого… - Она махнула рукой. — Самокат, хот-дог, ветер, мои волосы у тебя на лице… В общем, насыщенная программа.

— Мне было нормально.

— Нормально?

— Да.

Марго улыбнулась.

— Тогда хорошо.

Когда они подъехали к университету, Виктор остановился немного дальше от входа.

— Сегодня я буду занят весь день.

Марго уже потянулась к ручке двери, но остановилась.

— Работа? Ты же работаешь из дома?

— Чаще всего. Но у меня есть команда, которая требует периодических совещаний.

— Весь день?

— Скорее всего.

Он посмотрел на неё.

— И постарайся сегодня не устраивать спонтанных путешествий без плана.

— Я подумаю.

— Марго.

Она усмехнулась.

— Хорошо-хорошо.

Марго кивнула. Она уже привыкла к тому, что работа Виктора окружена недосказанностью, но сегодня это ощущалось особенно сильно.

— Ладно. Тогда до вечера?

— До вечера.

Она вышла из машины, захлопнула дверь и через несколько секунд обернулась. Виктор всё ещё смотрел на неё. Марго подняла руку, показывая маленький жест «пока», и скрылась под его зонтом за дверями университета.

Он проследил за ней взглядом пока она не исчезла из поля зрения. Только тогда его пальцы сильнее сжали руль. В голове снова прозвучала вчерашняя фраза.

Она вышла с ним на связь. Ожидаем.

Виктор медленно выдохнул. Он слишком долго готовился к этому. Годами. Выстраивал информацию, ждал подходящего момента, собирал детали, которые однажды должны были сложиться в единую картину. И теперь, когда этот момент наконец наступил, выяснилось самое неприятное. Марго оказалась частью этой истории.

Он бросил взгляд на университетские двери. Марго не должна была иметь к этому отношения. Но теперь он думал не только о результате расследования — впервые его занимало, что останется после него.

Он нам не помешает, — подумал Виктор, глядя на университетские двери. Марго шла по коридору, прижимая к себе сумку и его зонт.

Но придётся на время отступить.

Он завёл двигатель.

***

У Марго тем временем настроение было совершенно другим. Несмотря на странную утреннюю тишину Виктора, день начинался хорошо. Она почему-то чувствовала себя лёгкой. Наверное, потому что впервые за долгое время проснулась не с ощущением, что день нужно пережить, а с желанием что-то в нём сделать.

В коридоре она даже разговорилась с несколькими первокурсниками, которые растерянно искали нужную аудиторию.

— Вам на третий этаж, потом направо, — объяснила Марго, показывая рукой направление. — Только не перепутайте с соседним корпусом, а то будете искать эту аудиторию до следующего семестра.

Ребята засмеялись.

— Спасибо!

— Не за что. Я сама однажды туда пришла и минут двадцать доказывала преподавателю, что это он находится не там.

Она пошла дальше, улыбаясь.

Перед следующей парой Марго вышла на улицу покурить. Дождь немного усилился, поэтому она спряталась под козырьком, достала электронную сигарету и сделала несколько затяжек. И вдруг почувствовала странную волну тошноты. Марго нахмурилась. Она замерла, прислушиваясь к себе.

— Нет…

Через несколько секунд стало чуть лучше. Она вспомнила о месячных. Они начались сегодня. Но за всё время у неё никогда не было тошноты во время цикла.

— Прекрасно, — пробормотала она. — Только этого мне не хватало.

Она выпустила последний клубок дыма, вернулась внутрь и направилась в туалет. Но там стало не лучше. И не хуже. Просто неприятное ощущение никак не хотело окончательно уходить.

Марго посмотрела на своё отражение. Выглядела она сегодня действительно хорошо: аккуратный макияж, уложенные волосы, любимая одежда, хорошее настроение. И совершенно неподходящее этому состоянию ощущение в желудке.

Она достала телефон. Открыла женский чат.

Марго: Девочки, мне почему-то тошнит. Никогда такого во время месячных не было.

Арина: Поздравляю, мать, ты беременна 😂

Марго: И от кого, позволь спросить? От святого духа?

Арина: Ну мало ли. Ты теперь женщина в отношениях. Статистика пошла вверх.

Женя: Арина, замолчи 😭

Дарина: Марго, ты нормально себя чувствуешь?

Марго: Да. Просто странно.

Арина: Тест купи.

Марго: Откуда у меня ребёнок, Арина?

Арина: Я просто поддерживаю сюжет.

Марго закатила глаза, но улыбка быстро исчезла: тошнота никуда не делась.

Раздался звонок на пару. Марго посмотрела на дверь аудитории и вдруг поняла, что совсем не хочет туда идти.

Она спустилась на первый этаж, подошла к автомату с едой и напитками, выбрала воду и приложила телефон. Автомат задумался. Пожужжал. И ничего не выдал.

— Ну конечно.

Марго попробовала ещё раз. Ничего.

— Я тебя ненавижу.

Она отошла от аппарата, глубоко вдохнула и всё-таки поднялась на пару. Села на своё место. Открыла тетрадь. Попыталась сосредоточиться. Получалось плохо. Она медленно выравнивала дыхание, делая глубокие вдохи и такие же медленные выдохи, стараясь не обращать внимания на неприятное ощущение в животе. Через несколько минут стало чуть легче.

А потом во время пары дверь аудитории тихо открылась. Марго подняла голову.

На пороге стояла вахтёрша. Она жестом позвала её выйти.

Марго недоумённо подошла.

— Что такое?

Женщина молча протянула ей бутылку воды и небольшую упаковку таблеток.

— Вам передали.

Марго нахмурилась.

— Мне?

— Да.

Она посмотрела на бутылку. Потом на таблетки. И всё поняла.

Виктор.

Марго невольно улыбнулась. Даже когда его нет рядом, он умудряется каким-то образом оказывать помощь.

Она вернулась на своё место, поставила воду на стол и ещё несколько секунд смотрела на неё. Потом открыла переписку. Последнее сообщение всё ещё оставалось без ответа.

Доброе утро Я сегодня решила поменяться с тобой ролями. Увидишь при встрече)

Марго тихо усмехнулась.

— Вот же…

Она допила воду и приняла таблетку. Ей и в голову не приходило, что человек, подвезший её сюда, сейчас совсем не сидит спокойно за рабочим столом. Что за пределами её университетского дня уже разворачивается совсем другая история. И что впервые за всё это время ему пришлось столкнуться с тем, чего он совершенно не предусматривал в своих расчётах. С мыслью о том, что женщина, которую он так долго наблюдал издалека, теперь стала частью его собственной жизни. И именно поэтому предстоящая миссия впервые была для него не просто работой. Она могла отнять у него нечто гораздо более важное.

Марго.

А принять то, что теперь её судьба оказалась связана с его тёмной стороной, Виктор пока так и не смог.

***

К началу большой перемены Марго уже почти перестала чувствовать себя плохо.

Тёплый завтрак, который Виктор оставил ей утром, оказался гораздо лучше, чем выглядел в контейнере: куриная грудка, брокколи, немного моркови и что-то ещё, чему она не смогла подобрать нормального названия, но съела всё равно, потому что желудок наконец перестал бунтовать, а еда была приготовлена с тем самым странным вниманием, которое всё чаще заставляло её думать о нём в самые неподходящие моменты.

Она сидела в университетской столовой у окна, подперев щёку ладонью, и медленно допивала чай. Перед ней лежал пустой контейнер. Телефон — рядом. Марго несколько раз брала его в руки, открывала переписку с Виктором, смотрела на последнее сообщение и снова блокировала экран.

Он сам сказал, что будет занят. Значит, не нужно ему писать.

Во всяком случае, именно так она пыталась себя убедить. Она уже почти убедила. Но телефон коротко завибрировал.

Марго молниеносно схватила его. Пальцы сами открыли чат с Виктором, ещё до того, как она успела подумать, зачем вообще это сделала.

Последнее сообщение осталось прежним. Она нахмурилась, вернулась назад и только тогда заметила маленькую строку среди уведомлений.

Борис.

Марго перестала дышать. Всего одно имя. Шесть букв, а внутри будто кто-то резко распахнул дверь в комнату, которую она три года держала закрытой.

Она перечитала ещё раз.

Борис.

Нет. Не может быть.

Она открыла уведомление.

Три года назад Борис исчез так внезапно, будто между ними ничего не было. Марго злилась, пыталась понять причину, набирала сообщения и стирала их — пока не научилась убеждать себя, что ей всё равно.

И вот теперь он написал. И самым страшным оказалось то, что первой эмоцией была вовсе не злость.

Она скучала.

Марго опустила телефон на стол и посмотрела в окно, словно оттуда мог прийти какой-нибудь разумный ответ на происходящее.

Не пришёл. Зато память пришла мгновенно.

***

Когда Марго впервые увидела Бориса, ему было двадцать семь, а ей — восемнадцать.

Она тогда почти ежедневно сидела в маленькой библиотеке-книжном магазине в центре города, куда заходила после занятий. Это было странное место: половина помещения напоминала обычную библиотеку, вторая была оформлена как уютное кафе. Между высокими стеллажами стояли маленькие круглые столики, у дальней стены работала кофемашина, а возле окна всегда горела тёплая жёлтая лампа.

Марго любила сидеть именно там. Не потому, что было особенно тихо. Наоборот. Там всегда кто-нибудь перелистывал страницы, звякала посуда, шипела кофемашина, негромко играла музыка, пахло корицей и молотыми зёрнами. Вокруг была жизнь, но никто не требовал от неё участия.

И именно за стойкой она однажды увидела Бориса. Он стоял в чёрной рубашке с закатанными до локтей рукавами и пытался одновременно приготовить кофе, ответить посетителю на вопрос о какой-то книге и объяснить девушке за соседним столиком, почему чизкейк сегодня лучше не брать.

Получалось у него подозрительно хорошо.

— А почему не брать? — заинтересовалась Марго, стоявшая перед витриной.

Борис поднял глаза.

— Потому что вчера я его пробовал.

— И?

— Я мужчина, который умеет признавать свои ошибки.

Марго посмотрела на кусочек чизкейка.

— А что с ним не так?

— Он сухой.

— Насколько?

Борис задумался.

— Настолько, что если положить его рядом с пустыней, пустыня почувствует себя влажной.

Марго рассмеялась. И купила другой десерт.

Через несколько дней он уже знал, какой чай она берёт, какую книгу ищет и что сначала Марго читает последнюю страницу, если сюжет начинает её раздражать. Через пару недель они разговаривали уже не только о книгах. О психологии. О фильмах. О людях, которые притворяются теми, кем не являются. О том, почему некоторые мужчины считают, что если девушка улыбается им, то она автоматически дала согласие на всё остальное. О том, почему Марго ненавидит, когда ей говорят: «Ты слишком много думаешь».

— Ты действительно слишком много думаешь, — как-то заметил Борис.

Она подняла голову от книги.

— А ты сейчас не пытаешься меня утешить?

— Нет.

— Наконец-то честный человек.

— Я могу соврать, если тебе будет приятнее.

— Не надо. Я сегодня уже достаточно разговаривала с людьми.

Он поставил перед ней чашку чая.

— Тогда просто посиди.

Марго посмотрела на него поверх кружки.

— Ты иногда очень странный.

— Это комплимент?

— Пока не определилась.

— Тогда подожду.

Он всегда умел оставлять ей пространство. Не лез, когда она молчала. Не задавал вопросов только ради того, чтобы заполнить паузу. Не пытался изображать спасителя. Но если она сама начинала говорить, слушал так внимательно, что Марго иногда забывала о телефоне, времени и том, что вообще-то собиралась домой.

Борис смеялся легко, первым заговаривал с незнакомцами и умел превратить обычный разговор в маленькое приключение. Он запоминал чужие привычки — даже те, которые сам человек предпочёл бы не замечать.

Он однажды заметил, что Марго всегда оставляет последние два глотка чая. Через неделю специально налил ей чай в чашку меньшего размера.

— Что это? — возмутилась она.

— Экономия.

— Ты решил экономить на моём чае?

— Нет. Я решил избавить тебя от необходимости оставлять два последних глотка.

— Ты ненормальный.

— Зато эффективный.

Потом дружба стала чем-то большим. По крайней мере для него. Борис никогда не скрывал, что она ему нравится. Не давил, не требовал ответа, не устраивал сцен, но иногда смотрел на неё слишком долго, иногда провожал домой, иногда оставлял на стойке маленькую записку вроде: