Тени и Отражения

— Что они все имеют против теней? — прошептала она, касаясь пальцами поверхности ближайшего зеркала. Оно дрогнуло, как вода, и за её спиной мелькнул чей-то силуэт. Алиса резко обернулась, но там никого не было — лишь бесконечная вереница отражений, уходящая в темноту.

— Межпланетный Альянс… кто они вообще такие, чтобы решать, какая магия достойна существования?

Зазеркалье, словно уловив её мысли, ответило. Одно из зеркал внезапно вспыхнуло серебристым светом, и перед Алисой возникла чужая реальность: роскошный кабинет с витражами, изображающими воинственных зеленых драконов, и два знакомых силуэта.

Ларил'сан. И рядом с ним — его отец, Изенгард, глава клана Сан Стефано.

Старый дракон, чья кожа отливала изумрудной чешуей даже в человеческом облике, сидел в огромном кресле, больше напоминающем трон. Его пальцы с длинными когтями неторопливо барабанили по богато украшенной ручке подлокотника.

— Предатели сознались? — его голос напоминал скрежет камня.

Ларил'сан, обычно такой уверенный, сейчас слегка нервничал. Он поправил манжет рубашки дважды, прежде чем ответить.

— Нет. Отпираются по-прежнему.

— Ладно, мерзкая лимантар… терпеть не могу этих земноводных — глава пренебрежительно махнул рукой, будто речь шла о назойливом насекомом. Алиса презрительно наморщила лоб.

Но следующая фраза заставила сердце девушки сжаться.

— Но Дайтс? Этот несчастный сирота служит тебе с детства. Вы же росли вместе и всегда были друзьями. Никто прежде не сомневался в его преданности, даже я верил этому котенку…

Ларил'сан потупил взгляд. В его глазах мелькнуло то, что Алиса никак не ожидала увидеть — стыд.

— Друзья не предают интересы клана, — пробормотал он.

Хранительница в гневе отшатнулась от зеркала. У неё аж скулы свело и ладони невольно сжались в кулаки. Поймала своё отражение в соседнем зеркале — и не узнала собственного лица...

— Так вот оно что?! Не просто запрет на магию Теней — охота на тех, кто посмел усомниться. Даже на своих. Изенгард. Вот кто настоящий враг. Ларил'сан — лишь пешка. Но у них в руках её союзники.

«Дайтс. Марина. Дети... Если я просто уйду, их та же участь, что постигла принцессу Кассию. Исчезнут без следа. Глава Клана даже родную кровь не пощадил».

Зеркало начало тускнеть, но последнее, что она успела рассмотреть — как Ларил'сан сжимает в руке кулон… точно такой же, какой подарил ей Адриан.

— Трус, — прошептала Алиса. — Снова кругом обман. В очередной раз тот, кому я почти поверила, подсунул мне ложь. Хранитель хотя бы уж не скрывает, кто он. А этот дракон... подлый трус. Боится отца. И системы. Даже сам себя…

Но теперь у неё был ответ. Ведь и Альянс боится. Всех, кто не вписывается в их идеальный мир. И если тени — их враг, то она станет самой тёмной из них.

Хотя бы для того, чтобы осветить правду.

Она сжала кулаки. План «узнать о совместимости и сбежать» трещал по швам. Но план «спасти тех, кого подставила» — выкристаллизовался сам собой.

Нужно немедленно освободить пленных.

Туманные коридоры Зазеркалья дрожали — не как прежде, от её силы, а мелкой, нервной рябью, словно вода в стакане, когда от страха трясутся руки. Алиса стояла перед огромным зеркалом и смотрела на Актофирос. Город под куполом: золотые шпили, серебристые ленты дорог, равнодушные огни чужих окон. Дети, Марина, Дайтс. Все они сейчас где-то там, в этих каменных сотах. А она здесь — в безопасности Зазеркалья, но загнана, как зверь в нору. Муж, возможно, уже ищет её, и вместо воссоединения его встретит война с целым кланом. И нет ни плана, ни зацепки — только туман и зеркала, которые ждут её приказа, а могущественная Хранительница понятия не имеет, с чего начать.

«Зелёные драконы не просто так держат заключённых в клетках… — её пальцы впились в предплечья. — Они что-то затевают. А если я полезу туда в лоб — меня встретят уже подготовленной. И тогда пленники пострадают первыми…»

Внутри что-то оборвалось. Впервые ее сковал непредвиденный страх — липкий, холодный, ползущий от солнечного сплетения к горлу. Зеркало, словно почувствовав, подёрнулось, и в его глубине проступила другая сцена: кабинет Изенгарда. Старый дракон, холодные глаза Ларил'сана, кулон в его руке. Тот самый кулон. Как у Адриана. Как насмешка над ней.

Алиса смотрела — и в груди поднимался не просто гнев. Жар. Она едва ли не возненавидела этот мир. Этот клан. Это лицо принца, который не нашёл в себе смелости быть кем-то, кроме пешки.

Не отдавая себе отчёта в действиях, она размахнулась и ударила по зеркалу.

Стекло хрустнуло. Трещины побежали от места удара, унося с собой образ предателя, и поверхность разлетелась на тысячи осколков. И вместо того чтобы осыпаться на пол, они вздрогнули, замерли на мгновение — а потом взлетели. Все разом. Закружились вокруг неё, как рой разъярённых светлячков, вспыхивая серебристыми искрами. Алиса отшатнулась, прижав руки к груди. Она не понимала, что происходит. Никогда осколкам зеркал не приказывала. И вообще не знала, что так бывает.

— Стойте! — вырвалось у неё, но осколки не слушались, лишь воздух вокруг задрожал. Они кружили всё быстрее, и каждый звенел, как струна, натянутая до предела. Алиса зажмурилась. — Я не знаю, что делать. Как это остановить?

И в тот же миг всё стихло.

Она открыла глаза. Осколки висели в воздухе неподвижно, только один — самый крупный — медленно подплыл к её лицу. В его сердцевине разгорался фиолетовый огонёк, но тёплый и пульсирующий, как её собственное сердце.

Алиса осторожно протянула руку. Осколок лёг в ладонь.

Она не сразу поняла, что произошло. Просто смотрела, как в глубине стекла медленно разгорается фиолетовое пламя — живое, нетерпеливое. Осколок дрожал, тянулся к ней, будто хотел что-то сказать. И вдруг — в неём замелькали обрывки образов, словно вспышки.

Кабинет. Изенгард. Кулон. Её собственный гнев, застывший в трещинах.

Алиса моргнула. Сила внутри осколка была огромной — она буквально почувствовала её кожей, кончиками пальцев - да всем своим существом. Словно в ладони лежал не кусок стекла, а свёрнутое в точку торнадо.