Тени и Отражения

Он протянул руку. Узкую, с длинными изящными пальцами — словно ладонь музыканта, а не воина. Но Лаура знала: эти пальцы могут сломать шею быстрее, чем она успеет прочитать заклинание.

— Сначала — ужин. Всего час твоего времени. Разве это много?

Она смотрела на его руку. В висках стучало. Слишком сладко. Слишком много. Танец, хвойный напиток, можжевельник, о котором он не мог знать, — всё это обволакивало, как тёплая вода, — хотелось закрыть глаза и позволить себе... позволить ему...

Нет.

Лаура резко выпрямилась. Бархатные подушки соскользнули на пол.

— Никаких танцев. Никаких сюрпризов, — сказала она, и голос теперь был совсем другим — холодным, ясным, голосом Рауля. — Ты даёшь мне обещанное усиление. Я ухожу.

Итер склонил голову набок. Что-то мелькнуло в его глазах — не злость. Интерес. Так смотрит игрок, который думал, что ведёт партию, и вдруг обнаружил, что противник тоже умеет ходить.

— Как скажешь, — он убрал руку. — Без танцев — так без танцев. Но можжевельник ты всё-таки попробуй. Я его с Внешних Пределов привёз. Обидно будет, если пропадёт.

Он повернулся и пошёл вглубь дворца — лёгкой, танцующей походкой, словно музыка всё ещё звучала для него одного. Лаура последовала за ним. Спина прямая, плечи развёрнуты. Маска скромной помощницы треснула по швам, но пока держалась.

Пока.

Ужин вышел коротким — Итер не обманул. Никаких танцев, никаких певиц. Только низкий стол, заставленный блюдами, и полумрак, в котором его лицо казалось особенно хищным. Мясо таяло на языке — нежное, с горьковатой можжевеловой нотой, и Лаура, забыв о приличиях, ела жадно, почти облизывая пальцы. Итер смотрел на неё с лёгкой, едва заметной улыбкой — той самой, от которой у неё всё внутри переворачивалось.

А потом он потянулся через стол — медленно, не сводя с неё глаз — и большим пальцем стёр каплю соуса с её подбородка. Движение вышло небрежным, почти случайным. Но затем он поднёс палец к губам и облизнул — так же медленно, глядя ей прямо в глаза.

— Вкусно, — сказал он, и было совершенно непонятно, имеет ли он в виду соус.

С этого мгновения с Лаурой что-то случилось.

Она не сразу поняла, что именно. Просто внизу живота вдруг вспыхнуло — горячо, влажно, как будто кто-то чиркнул спичкой о мокрую кожу изнутри. Жар прокатился по телу, опустился ниже, и там, где только что было всё совершенно спокойно, вдруг стало непривычно мокро. Совсем по-другому, чем она привыкла за годы в мужском теле. Никакого давления извне, никакой неловкой выпуклости, которую не спрячешь. Вместо этого — влага. Горячая, предательская, собирающаяся там, где её быть не должно. Где её никогда раньше не было.

Лаура замерла, боясь пошевелиться. Пальцы, всё ещё липкие от мяса, вцепились в край стола. Она чувствовала, как там, внизу, всё сжимается — мягко, ритмично, словно тело живёт собственной жизнью и знать не знает ни о каком смущении. Ткань белья стала влажной. К счастью, космический костюм был плотным, непроницаемым, многослойным — ни пятна, ни запаха, ни намёка. Мужская форма выдаёт себя мгновенно — достаточно одного взгляда ниже пояса. А тут... хоть что-то можно было скрыть.

Она выдохнула. Медленно. Стараясь не встречаться с Итером глазами.

"Что это вообще такое?.."

— Наелась? — голос дракона прозвучал почти нежно.

— Да, — выдавила она. Голос сел, пришлось прокашляться. — Спасибо. Всё было... великолепно.

Итер улыбнулся уголком губ и поднялся из-за стола. Пора было идти.

Он шагал впереди, и толпа расступалась перед ним, как вода перед носом корабля. Лаура смотрела на его спину, на движение плеч под тёмным плащом — и в груди сжималось, тёплое и колючее одновременно. Там, внизу, всё ещё горело — влажно, настойчиво, непривычно. Она чувствовала каждый шаг не ногами, а где-то глубже, где тело помнило прикосновение его пальцев к подбородку и язык, облизнувший соус.

"Он — друг Хранителя. Ему можно доверять."

"Но почему тогда сердце пропускает удар каждый раз, когда он оборачивается?"

Короткий взгляд через плечо — и внутри всё сжалось, как перед прыжком. Она стиснула зубы и ускорила шаг.

— Не отставай, — Голос тихий, но в нём звякнул металл — не просьба, приказ.

— Я... не отстаю. — Она почти догнала его.

Рынок Дар-Эль-Шахри бурлил, как кипящий котел: торговцы выкрикивали цены, дети носились между лотками, а в воздухе витал звон монет и веселый смех. Лаура привыкла к тишине, к стенам библиотеки, к мерцанию экранов с бесконечными строками кода. Здесь же все было слишком — слишком громко, слишком ярко, слишком... живо.

Итер остановился у прилавка с механическими деталями, его пальцы скользнули по блестящим шестеренкам с причудливыми зазубринами.

— Вот это подойдет, — он протянул ей небольшой, но сложный механизм.

Лаура взяла деталь. Их пальцы соприкоснулись — на долю секунды, не дольше. По спине побежали мурашки.

«Глупости, — она отдёрнула руку быстрее, чем собиралась. — Он просто помогает. У него наверняка десятки таких, как я. Сотни. Он — Хозяин Хаоса, древний дракон, а я... никто. Если бы Хранитель не взял меня в ученики - Итер меня и вовсе бы не заметил. Только рядом с мастером я хоть чего-то да стою».

Но тут он наклонился ближе — показать что-то на схеме, — и дыхание коснулось её щеки. Тёплое. Чужое. Слишком близкое. Все мысли, которые она только что старательно выстроила, рассыпались, как сухой песок.

— Ты... так хорошо разбираешься в деталях межпланетных двигателей. — А между тем его лицо было красивым. И притягательным, словно созданным для восхищённых взглядов. Но её интересовали исключительно шестерёнки. И она уж точно не задерживала взгляд на его губах, влажных и отчегото невыносимо манящих… нет! Ни за что. Лаура смотрела на детали. Только на них. И больше никуда!

— Это моя работа, — он усмехнулся, и в уголках его глаз собрались легкие морщинки.

Она улыбалась редко. Но сейчас почувствовала, как уголки губ сами ползут вверх, и ничего не могла с собой поделать.

"Что это со мной сегодня?" — Она опустила глаза. Жар разливался по щекам, и кажется даже добрался до ушей. Программист не привыкла к такому вниманию. Чтобы кто-то смотрел только на неё.

А Разрушитель в этот момент изучал её не отрываясь — и думал о том, какой же он жалкий.

«Даже не взглянула на меня. Ну конечно, двигатель-то важнее. Всё для наставника. Я для неё просто проводник. Источник магии. Чем я могу впечатлить - дурацкими танцами и жареным мясом? Всё это наигранное притворство только унижает меня в её глазах. Надо было сразу в пещеру тащить, а не позориться с этим глупым ужином».

— Нам нужно еще кое-что, — произнёс Итер, уже серьезный. — Двигатели. Без них корабль Адриана не поднимется в небо.

Она кивнула, сжав в руках планшет со схемами так, что он чуть не выскользнул "Соберись уже, хватит в облаках витать. Наставнику нужна помощь. Алиса в очередной раз сбежала…" - мысленно уговаривала она себя. Но почему то игривая улыбка не слушалась. Сидела на лице, чужая и довольная, так и не желая уходить.

"Сконцентрируйся. Это важно. Ты не можешь позволить себе отвлекаться."

Они снова двинулись сквозь толпу. Его плащ иногда касался её руки — ткань была мягкой, невесомой, но каждое прикосновение отдавалось где-то в солнечном сплетении.

"Что если бы он обернулся и посмотрел на меня не как на союзника? Не как на часть миссии? А просто увидел бы меня. Ту, кто всегда пряталась в тени. Но мечтала о свете."

Итер снова улыбнулся — легко, непринуждённо, словно весь этот мир был его личной шахматной доской. Лаура поймала себя на том, что завидует этой уверенности. Не маске, не наигранному теплу — а настоящей, глубинной свободе, которой у неё самой никогда не было.

"Я устал. — Мысль пришла неожиданно и отозвалась в груди холодной, железной правдой. — Устал быть идеальным учеником. Ловить каждый взгляд мастера — и знать, что он видит во мне лишь полезный инструмент. Устал от этой оболочки, которую сам же и создал, чтобы быть ближе, а стал только дальше."

Она взглянула на своё отражение в витрине — красивая девушка с яркими глазами. Рауль смотрел на неё изнутри, и в его душе больше не было прежнего восторга перед Хранителем. Только пустота и горький привкус неразделённой любви.

"Кристиан никогда не выберет меня. Даже если Алиса исчезнет навсегда — он не посмотрит в мою сторону. Я для него — всего лишь ученик, удобная помощница… кто угодно, кроме равного."

Итер пообещал Силу, о которой Рауль мечтал с тех пор, как впервые увидел, на что способен наставник. Могущество, способное сделать из жалкой пешки достойного игрока. Силу, с которой он наконец перестанет быть безликой тенью за спиной великого мага.

"Я хочу, чтобы он увидел меня. Хотя бы раз. И если для этого нужно рискнуть всем — я готов."

А Разрушитель в двух шагах от неё разглядывал своё отражение в соседней витрине — и видел пустышку. Смазливое лицо. Идеальная фигура, которую любой маг меняет как одежду. Всё это — фальшивая мишура. А она — настоящая. Гениальный ум, способный держать реальность на кончиках пальцев. Что ей до моих танцев? До вечеринок? До меня самого?

«Наверняка сейчас думает о наставнике. Сравнивает. И определённо не в мою пользу. В мире Силы важна только власть, и прав тот, кто может подчинить своей воле другого. Только так, а не иначе. А она даже не смотрит на меня — не враг, и не союзник. Это равнодушие хуже ненависти. Хуже презрения. Я для неё просто — никто. Пустое место.»

Лаура встряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли, и поспешила за Итером. Она ещё не знала, что цена этого риска окажется выше, чем она могла себе представить.

На центральной площади артисты устроили представление. Танцовщики в ярких нарядах кружились в ритме музыки, их движения были плавными и завораживающими. Акробаты прыгали через огненные кольца, а фокусники создавали иллюзии, которые заставляли зрителей задерживать дыхание. Лаура смотрела на это, стараясь не показывать, насколько она впечатлена.

— Ну что, Лаура? — с легкой улыбкой спросил Итер, подходя к ней. — Нравится? Я хотел, чтобы ты почувствовала себя как дома.

— Дом у меня конечно же другой, — сухо ответила она, но все же взяла кусочек рахат-лукума, который ей поднесли в очередной раз. — Но твое гостеприимство... впечатляет.

Итер рассмеялся, его голос звучал как звон колокольчика - ей показалось в нем было столько тепла.

— О, это только начало. Я хочу, чтобы ты почувствовала, что Дар-Эль-Шахри может стать для тебя вторым домом. Здесь есть все, что ты только можешь пожелать.

Лаура посмотрела на него, ее взгляд был недоуменным и оценивающим.

— Я не из тех, кого можно купить роскошью, Итер.

— Конечно, конечно, — быстро ответил он, делая вид, что не замечает её холодного тона. — Но иногда стоит позволить себе немного... расслабиться. Ты давно этого заслуживаешь.

Лаура чуть не фыркнула: «Заслуживаю. Как же. Если бы не приказ наставника — тебя бы даже не интересовало, как меня зовут».

Итер отвёл глаза. Он не врал — действительно думал, что она достойна большего, чем роль скромной ученицы. И её недоверие с той ехидной усмешкой резануло глубже, чем он ожидал. В её взгляде так и читалось: «Кто ты такой, чтобы рассуждать, чего я достойна? Сам — пленник. Ничтожество. Всю жизнь в цепях, а теперь и вовсе пресмыкаешься перед предателем. — Что-то внутри него переключилось. — Сегодня я положу этому конец. И ты, моя дорогая, в этом мне поможешь. Твой ум, моя жажда мести — стоит объединить усилия, и даже великому Безупречному не выстоять против воли Хаоса. Пусть увидит Силу Разрушения».

Он промолчал. Только улыбнулся — криво, хищно, маняще. Лаура перехватила взглядом эту улыбку, и по спине побежали мурашки. Она не поняла, что это было — предвкушение или предупреждение. И спрашивать тем более не стала.

Хозяин сделал знак слугам, и те начали расходиться, оставляя их наедине. Музыка стихла, артисты закончили свое представление, и мир будто заполнила тишина, которая казалась почти неестественной после всего этого шума.

— Ну что, — сказал Итер, его голос стал тише, почти шепотом. — Теперь, когда ты увидела, что я могу предложить, может, мы поговорим о более... важных вещах?

Лаура посмотрела на него, ее глаза были широко раскрыты, а сердце стучало так, словно вот вот выпрыгнет из груди. Она знала, что настал момент, которого он ждал. Но она была готова. Ее бдительность не ослабла, и она не собиралась позволить ему взять верх.

— Говори, Итер, — Лаура вопросительно посмотрела на Итера, ее голос был твердым. — Конкретнее. И помни, я не из тех, кого легко обмануть. Ты уверял, здесь есть то, что поможет нам стать сильнее.

Тот остановился, оглянулся по сторонам и, убедившись, что их никто не подслушивает, наклонился к самому её уху. Горячее дыхание обожгло девушке кожу.

— Хочу показать тебе одну пещеру. Сердце Источника Силы Разрушения. Там даже Хранитель никогда не бывал. Только Хозяин Хаоса может открыть туда путь.

— И ты... — Лаура замялась, но в груди уже разгорался азарт. — Ты можешь перенести нас туда?

— Могу. — Его голос стал ниже, в нём прорезалась та самая, глубинная мощь, которую он обычно прятал за обаятельной мальчишеской улыбкой. — Одно моё желание — и мы на месте. Доверься мне.

— Да. — Его голос стал ниже, в нём прорезалась та самая, глубинная мощь, которую он обычно прятал за обаятельной мальчишеской улыбкой. — Одно твоё желание — и мы на месте. Доверься мне.

Итер смотрел на неё — и в груди разгорался холодный, ясный огонь. Пещера ждала. Источник манил. Он знал, что сделает это в любом случае — с её согласия или без. Но до последнего теплилась надежда: а вдруг? Вдруг она его поймёт? Вдруг увидит в нём не бледную тень Хранителя, а равного по Силе?

— Мастер меня ждёт, — её голос прозвучал буднично, почти нетерпеливо. — У нас мало времени.

«Мастер. Опять мастер. — Разрушитель шумно выдохнул. Резко, как спускают тетиву. Надежда погасла. Осталась только ясность. Она никогда не выберет его. Никогда не посмотрит также, как на наставника. — Что ж. Игры кончились. Танцы тоже. Ритуал смерти да начнётся».

Он протянул руку — ладонью вверх, спокойно, без нажима. Никаких сомнений. Никакой мольбы. Только холодная решимость. Она могла не брать эту руку — он бы всё равно сделал то, что должен. Но сейчас надеялся, что возьмёт. Не спешил причинять ей боль…

Лаура смотрела на эту руку и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Это было оно. То самое мгновение. Точка невозврата. Шаг за пределы привычного мира, где она всегда была лишь чьей-то тенью.

"Хранитель не боится рисковать. Я тоже не буду."

Она вложила свою ладонь в его — и мир вокруг схлопнулся. Шумный рынок, крики торговцев, запах специй — всё исчезло, сменившись холодным полумраком пещеры, где на стенах мерцали древние руны.

Итер улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то опасное. Игра только начиналась.

Вокруг царила тишина, мягкий полумрак и холодный, чистый воздух, наполненный древней магией. Девушка замерла, широко раскрыв глаза - они действительно переместились к сердцу Источника Силы Разрушения. Своды пещеры возвышались над головой, украшенные мерцающими рунами. Они переливались, словно живые, то вспыхивая фиолетовым светом, то угасая, оставляя после себя лишь теплый отблеск на камне. Эти письмена были древнее всего, что Лаура когда-либо видела.

— Это… — её голос дрогнул от восторга. — Это же ранняя форма письма Хранителей!

Её пальцы сами потянулись к стене, жаждущие прикоснуться, прочесть, понять. Она уже представляла, как будет часами сидеть здесь, расшифровывая каждый символ, разгадывая тайны, которые, возможно, даже Хранитель не знал в полной мере.

"Может быть, Хозяин Силы Разрушения привёл меня сюда именно для этого?"

Но в тот момент, когда она сделала шаг вперёд, её тело вдруг потеряло опору.

Лаура ахнула, инстинктивно вскинув руки, — и только тогда осознала, что под ногами ничего нет. Только бездна, чёрная и бездонная, зияющая внизу, словно пасть древнего чудовища.

А ещё…

Он.

Итер держал её.

Крепко.

Без единого слова, без намёка на усилие — просто поддерживал на весу, его руки обвивали её талию, а горячее дыхание касалось шеи.

Лаура застыла, сердце колотилось так громко, что, казалось, его отзвуки разлетались по всей пещере.

— Ты… — она попыталась говорить, но голос предательски дрогнул.

— Не дёргайся, — его низкий голос прозвучал прямо у самого уха, и от этого по спине пробежали мурашки. — Иначе упадёшь.

Она послушно замерла, но не потому, что испугалась бездны.

А потому, что не хотела, чтобы это закончилось.

Его тело было твердым и тёплым за её спиной, а его дыхание — ровным, спокойным, будто левитация над пропастью была для него таким же обычным делом, как прогулка по рынку. Лаура смущённо опустила взгляд, чувствуя, как жар разливается по щекам.

"Надо бы попросить его отпустить меня…"

Но вместо этого её губы прошептали совсем другое:

— Эти руны… ты знаешь, что они означают?

Итер слегка повернул голову, его взгляд скользнул по стенам пещеры.

— Часть из них — предупреждение. Другая — инструкция.

— Инструкция? — Лаура не смогла сдержать дрожь в голосе. — Для чего?

Он ответил не сразу. Его пальцы слегка сжали её талию, будто проверяя, крепко ли он её держит.

— Для тех, кто попытается украсть силу, которой никто не должен владеть.

Лаура замерла.

"Значит… пришла сюда не зря? Он правда поделится с ней Силой?"

Но прежде чем она успела спросить что-то ещё, Итер медленно, почти невесомо, начал опускаться вниз. Его руки не ослабили хватку, и Лаура, к своему стыду, почувствовала, как сердце сжимается от разочарования.

Скоро он ее отпустит.

Скоро этот момент станет просто воспоминанием.

Но пока он ещё держал её…

Она позволила себе прижаться чуть сильнее.

Хотя бы на мгновение.

Итер стоял за её спиной и смотрел, как она — наивная, восторженная — тянется к рунам. Где-то в глубине его сознания, под слоями холода и вековой усталости, шевельнулось что-то похожее на жалость. Но он привычно задавил это чувство сразу и без колебаний.

"Она умна. Талантлива. И верна — жаль, что не мне. Но безоговорочная преданность Хранителю делает её идеальным ключом к моему плану."

Итер не двигался. Его лицо оставалось непроницаемым, но где-то в глубине его зрачков, за холодной сталью расчёта, мелькнуло что-то почти человеческое. Черный дракон тоже чувствовал. Но план есть план. Он не мог позволить себе отступить.

Разрушитель знал: истинная сила приходит только через жертву. Через боль. Через кровь того, кто добровольно доверился тебе. Лаура сама вложила свою руку в его. Сама согласилась. Она думала, что получит свободу, но получит лишь клинок в сердце.

"Прости, Рауль. Ты хотел стать заметнее. Вот, я тебя и заприметил. Чтобы использовать. Так устроен этот мир."

Он шагнул вперёд, готовясь начать ритуал. В его глазах больше не было ни тени сомнения.

Темная пещера озарилась зловещим свечением. Лаура не видела, как меняется мир за ее спиной. Она чувствовала лишь, как воздух вокруг стал гуще, тяжелее, пропитанным древней, неумолимой магией. Девушка застыла, ощущая, как пространство вокруг нее сгущается, наполняясь тяжелой, почти осязаемой Силой. Она все еще не видела Итера, стоящего за ее спиной, но кожей чувствовала, как пальцы юноши слегка разжались, будто готовясь отпустить ее. Как его дыхание, еще секунду назад теплое и человеческое, стало холодным, словно зимний ветер, пронизывающий до костей. Холодный пот стекал по ее спине, когда она наконец осмелилась обернуться – и замерла в ужасе.

Там, где секунду назад стоял знакомый паренек, теперь возвышалось нечто иное. Фигура в центре пещеры казалась вырезанной из самого Хаоса. Фиолетовая кожа, будто впитавшая в себя всю тьму вселенной, переливалась в мерцающем свете ритуальных символов. Два массивных рога, изогнутых и заостренных, словно клинки, венчали его голову, придавая облику нечто демоническое и величественное одновременно. Его мускулистое тело дышало мощью, которой не было в его человеческом обличье. Мышцы, проступающие под кожей, говорили о силе, которой не было предела. На поясе мерцал кинжал с рукоятью, усыпанной кровавыми камнями — инструмент, созданный для одного. Для жертвоприношения. Но самое страшное – его глаза. Холодные, стальные, бездонные. В них не осталось и следа того тепла, что она когда-то видела.

Это был Разрушитель.

Лаура попыталась сделать шаг назад, но ее ноги предательски подкосились. Вокруг нее уже смыкался сияющий круг магических символов, выжигающих на камне пещеры древние руны.

— Итер… что ты делаешь? — ее голос дрожал, но он лишь усмехнулся, обнажив острые клыки.

— Ты думала, я просто так играл в друга? — его голос теперь звучал как гром, раскатывающийся по пещере. — Ты для меня всего лишь ключ к тому, что мне нужно.

Он поднял руки, и ритуальный кинжал с драгоценными камнями вспыхнул кровавым светом. Его голос, глубокий и мощный, он раскатился по пещере, заставляя дрожать стены и осыпаться мелкие камешки со сводов.

— Время пришло. Ритуал смерти да начнется...

— Итер… — ее голос был едва слышен, больше похож на стон.

Он ей не ответил.

Руны на стенах вспыхнули, загорелись, сплетаясь в единый узор, который теперь пылал, как огненная паутина. Потоки Силы сгущались, кружились, сжимая пространство, пока в центре пещеры не возник алтарь. Энергия взорвалась вокруг. Невидимые магические нити впивались в Лауру, приковывая ее к алтарю, который материализовался прямо под ней. Камни под ее спиной стали ледяными, а руки и ноги будто приросли к поверхности. Она дернулась, но магия была слишком сильной. Она не могла пошевелиться. Не могла убежать.

— Нет… — она пыталась вырваться, но тело не слушалось. — Нет, Итер, ты же… друг Хранителя!

Его губы растянулись в улыбке, но в ней не было ни тепла, ни жалости.

— Я никогда не был ему другом.

— Нет! Ты же обещал… ты сказал, что поможешь мне!

— И помогу. — Его губы растянулись в ужасающей улыбке. — Твоя смерть здесь освободит тебя от власти Хранителя и ты всецело подчинишься мне. А твоя душа станет топливом для моей силы.

Его голос гремел, как гром, и Лаура вдруг осознала всю глубину своего заблуждения.

"Он использовал меня. С самого начала. И теперь…"

Теперь она была всего лишь инструментом.

Разрушитель поднял ритуальный нож.

Лаура зажмурилась, чувствуя, как слезы катятся по щекам. Она не хотела верить.

Холод алтарного камня просачивался сквозь одежду, сковывал мышцы. Лаура смотрела в глаза Итера — и не узнавала их. Тот, кто ещё час назад ласково держал её за руку, теперь занёс над ней ритуальный кинжал. И улыбался. Спокойно, почти нежно.

"Вот и всё. Наивный ученик мечтал о Силе — а стал жертвой. И помог врагу. Какая ирония."

Кинжал начал медленно опускаться. Лезвие блеснуло в свете рун. А в следующий момент вонзилось прямо в сердце. Магический свет вокруг алтаря загорелся ярче, и боль пронзила всё тело. Лаура закричала, но её голос тонул в грохоте набирающей мощь магии. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль: Хранителя окружают предатели. Сначала Алиса, теперь Итер.

Перед внутренним взором мелькнуло лицо наставника. Не такое, каким она привыкла его видеть — величественное и насмешливое, — а усталое, человеческое. Она так хотела бы сейчас сказать ему: «Прости. Я просто хотела быть достойной тебя».

Но он не услышит. Никто не услышит.

И не придет на помощь.

Никто.

Глава 3. Зеркальный замысел.

Туманные коридоры Зазеркалья извивались перед Алисой, словно живые. Тысячи искривлённых граней ловили её лицо — и в каждой она была другой: растерянной, злой, уставшей. Зеркала не врали. Они помнили. Улыбки, оказавшиеся ложью. Обещания, рассыпавшиеся в прах. И взгляд Ларил'сана — тот самый, когда он подсунул ей маячок вместо теста, рассчитывая на её неосведомленность. Его глаза остались пустыми. Не холодными. Пустыми. Как два изумруда, из которых вынули свет.