Драконы Актофироса

Он поставил бокал на стол с тихим, но властным стуком.

— Я уже отдал распоряжения. В первую очередь — увеличить добычу кристаллов сутриума. Они — ключ. Без них ни один корабль не сдвинется с места. Также нужно наладить массовое производство защитных артефактов, подобных моему доспеху. Мы должны быть сильны. Не через страх, а через мощь.

Тиберий задумался. Он видел одержимость в глазах племянника. Ту самую, что когда-то погубила его отца. Но в этой одержимости была и сила, которую нельзя было игнорировать. Возможно, его роль теперь не в том, чтобы останавливать, а в том, чтобы удержать корабль государства на плаву в этом новом, бурном море.

— А как насчёт военной стратегии? — спросил он, уже смиряясь с неизбежным. — Мы не можем полагаться только на щиты.

Адриан улыбнулся, и в его глазах мелькнуло удовлетворение хищника, чувствующего, что добыча у него в лапах.

— Салливан уже вызвался обновить наши доктрины. Он понимает, что старые методы безнадёжно устарели. Его подходы… нестандартны, но эффективны. Я доверяю ему в этом.

Тиберий вздохнул. Барьер был пройден. Сопротивляться дальше значило оттолкнуть от себя Адриана и потерять последние рычаги влияния.

— Ты всегда был амбициозным, племянник. Но помни, на тебе лежит ответственность не только за будущее, но и за настоящее. Если что-то пойдёт не так…

— Если что-то пойдёт не так, — перебил его Адриан, его взгляд стал острым, как бритва, — я решу эту проблему. Но чтобы двигаться вперёд, мы должны перестать цепляться за прошлое. Этерия заслуживает большего. Нельзя быть вечным заложником собственных страхов. И я сделаю всё, чтобы дать всем это будущее.

Тиберий взял свой бокал и сделал большой глоток. Горьковатый вкус поражения смешивался со сладким привкусом новой, опасной возможности.

— Ладно, — ответил он, капитулируя с достоинством. — Я не буду тебе мешать. Но помни, я всегда рядом, чтобы… оказать необходимую поддержку.

Адриан кивнул, его улыбка стала чуть теплее, но в ней читалась благодарность не столько родственнику, сколько полезному союзнику.

— Это всё, что мне нужно, дядя. Твоя мудрость… всегда была моим ценным активом.

Они продолжили разговор, но теперь он вёлся на иных условиях. Тиберий уже не оспаривал, а лишь уточнял детали, встраивая себя в новую архитектуру власти, которую обозначил его племянник. Адриан, сидя в полумраке бара, чувствовал не радость, а холодную уверенность. Он глядел в будущее, где Этерия была лишь первой жемчужиной в ожерелье его империи, а боль потери и тень отца наконец оставались позади, в пыли уходящей в прошлое планеты.

Глава 2. Ксанадес.

Завтрак в беседке посреди актофиросской пустоши застыл в хрупком равновесии, как стеклянная сфера на острие иглы. Аромат чая смешивался с пылью песков, создавая призрачный мост между реальным миром и иллюзорным уютом покоя. И в этот миг равновесие рухнуло.

Сначала на горизонте, где раскаленный воздух дрожал, словно желая сжечь сам себя, возникли тени. Алиса, по наивности, приняла их за мираж — еще одну насмешку беспощадной пустыни. Но тени уплотнялись, обретая форму, стремительность и четкость вооруженных фигур. Лязг оружия о броню и чуждый ритм движений нарушили звенящую тишину — это был патруль. Местные стражи порядка, безликие в своих стандартизированных шлемах, окружили беседку, выхватывая их из уединения, как хищники, напавшие на водопой.

— Стоять! Не двигаться! — прозвучал резкий, лишенный тембра голос, прорезавший воздух, как выстрел.

Алиса инстинктивно вскочила, заслонив собой детей, ее собственное сердце колотилось где-то в горле. Она чувствовала на себе холодные прицелы.

«Маскировка Келя... должна сработать?..» — мысленно металась она.

Но голос ее прозвучал на удивление ровно.

— Мы безоружны. Нам нужна помощь.

«Все же насколько удобен встроенный в артефакт автоперевод.» - В очередной раз всплыло в сознании Хранительницы.

Ее взгляд скользнул по лицам спутников. Кай, Элис и Тай смотрели на нее с немым ужасом и вопросом. А потом она увидела Келя. Его щупальца замерли в неестественной позе, а на его обычно невозмутимом лице читалось не притворное, а самое настоящее изумление, смешанное с яростной досадой.

«Он? Неужели лимантар их вызвал? Чтобы избавиться от нас? Или...»

— Что случилось? — тихо, но с металлической ноткой тревоги спросил Кай, и его взгляд был прикован не к стражам, а к Алисе, будто пытался прочитать в ее глазах правду.

Внутри нее словно что-то оборвалось. Эти дети, потерявшие всё, чьи судьбы теперь висели на волоске из-за ее необдуманных, беспечных решений, из-за этой паутины предательств, в которую они все попали.

— Ничего, — выдохнула она, пытаясь выжать из себя что-то, похожее на улыбку. — Всё будет хорошо.

Хотя чувствовала, будто подкашиваются ноги. Страх сковывал мышцы ледяными тисками. Но она заставила себя выпрямиться, вдохнув раскаленный воздух, словно выпив эликсир решимости.

— Мы найдем новый дом. Я обещаю.

И в этот миг, стоя в кольце вооруженных стражей на чужой, враждебной планете, она ощущала не панику, а странное, ясное пламя, разгорающееся в груди. Оно сжигало остатки ее прежнего, капризного «я».

— Мы справимся, — сказала она, глядя на детей, и это было уже не пустое утешение, а клятва, данная самой себе.

Именно тогда Кель, оправившись от первоначального шока, сделал шаг вперед. Его поза изменилась — он сгорбился, а голос стал вкрадчивым, заискивающим, маска жалкого мусорщика была надета безупречно.

— Господа стражи, простите великодушно! — залопотал он, почтительно сложив щупальца. — Я, местный мусорщик, просто случайно наткнулся на этих бедных несчастных... Голодные, обездоленные - женщина с малыми детьми, пропадают в пустыне! Умоляю, позвольте мне проводить их? У меня есть знакомая, заведующая в центральном магазине столицы, тоже лимантар, но очень уважаемая особа! Она поможет бедняжкам пристроиться, найти кров и работу. Не гоните их, прошу!

Местные полицейские, слушая его, не опускали оружия. Их командир снял шлем и сурово окинул группу холодным взглядом. Внутренне он уже лихорадочно подсчитывал прибыль: «Чистая добыча. Новый работник для сервисных ферм или даже обслуживающий персонал. Да и дети — не обуза. Система примет как долгосрочный ресурс. Впрочем, за них могут и премию выписать, если тестирование покажет хоть какую-то пользу. Но этот мусорщик... Низшая раса презренных изгнанников, грязь под ногтями цивилизации. Зачем делиться с ним славой? Еще начнет претендовать на долю вознаграждения. Гнать в шею, чтобы духу его тут не было!»

— Вы беженцы. Без документов. Значит, без прав, — его голос прозвучал как приговор. — Будете доставлены в город для регистрации и дальнейшего распределения согласно системе контроля. А ты, — он бросил на Келя взгляд, полный неприязни, — проваливай. Нечего тут торчать.

Хранительница поняла, что любые возражения сейчас — нож в собственное горло. Они попали в ловушку, и единственный, кто пока что сохранял подобие свободы действий, был Кель со своей притворной покорностью. Она заметила, как он стиснул зубы, и его щупальца на мгновение сжались в тугой, яростный узел. Он явно не рассчитывал, что его так просто отринут, вышвырнут как ненужный хлам, лишив возможности контролировать ситуацию.

И пока они ждали дальнейших распоряжений, девушка поймала на себе взгляд Кая. В его глазах читался тот же вопрос, что горел и в ее душе: «Кто их предал?» И этот безмолвный вызов висел в воздухе, густой и тяжелый, как предгрозовая туча, грозящая разразиться новой бурей.

— Смотри, у него уши как у кошки, — прошептала Элис, указывая на одного из полуволков.

— Это кэмоно. Анимаги. Полуволки, — Кай внезапно блеснул своими знаниями. — Сейчас стражи в боевой форме полутрансформации, так они намного сильнее и быстрее.

Ясновидящая восхищенно закивала. Алиса, напротив, почувствовала себя неловко. Она понимала, что за время ее приключений с Хранителем так и не изучила досконально все расы, миры и технологии других цивилизаций. Волшебница ощущала себя двоечницей, которая пропустила все важные уроки.

И решила исправить упущение. Её взгляд стал внимательным, аналитическим. Отряд патрульных действительно были полуволки — высокие, мускулистые существа с острыми мордочками, пушистыми ушами и густой шерстью на руках и ногах. Столь ярко-желтые глаза наверняка светились в темноте, а движения были грациозными и мощными. Дети с любопытством разглядывали их, но больше не удивлялись. Видимо, в их мире такие расы были обычным явлением.

“Понятия не имею кто такие кэмоно и на что они способны. Как же я могла быть такой беспечной? — думала она, глядя на полуволков. — Любимый столько раз говорил, что нужно быть готовой ко всему.”

Она изучала, как мускулы играют под короткой шерстью, как стражи расставлены на местности — не кучкой, а по схеме, образуя периметр. Оружие держат не в напряжении, а с привычной, почти расслабленной готовностью. Хищники. Хорошо обученные. И сейчас они явно скучали, что делало их ещё более опасными.

Пока их конвоировали, Алиса впервые увидела транспорт Актофироса во всей его странной красе — аэроплатформы, парившие над песком, как призрачные сноуборды, оставляющие за собой лишь легкую рябь на раскаленной поверхности. Они были порождением технологий, столь же чуждых, сколь и враждебных.

— Смотри, они как будто летают! — прошептала Элис, указывая на охранников, которые плавно скользили над песком, оставляя за собой легкий след пыли.

— Это аэроплатформы, — объяснил Кай, стараясь звучать уверенно, но его взгляд был прикован к удаляющейся фигуре Келя. — Они работают на силе гравитации.

Алиса наблюдала за ними с любопытством и легкой завистью. Охранники, особенно полуволки, выглядели настолько естественно на этих устройствах, будто они были их продолжением. Их движения были грациозными и точными, а лазерное оружие, которое они держали в руках, лишь подчеркивало их профессионализм.

Для того чтобы транспортировать захваченных путников, патруль развернул большую аэроплатформу. Это устройство показалось волшебнице похожим на ковер-самолет из детских сказок, но вместо магии оно использовало ту же гравитационную технологию. Платформа была достаточно широкой, чтобы вместить всех беженцев и охранников, и парила над землей на высоте около метра.

— Поднимайтесь, — приказал один из полуволков, его голос звучал резко, но без злобы.

Беженцы осторожно ступили на платформу. Она была мягкой под ногами, как будто покрыта невидимым амортизирующим слоем. Когда все разместились, конструкция плавно поднялась в воздух и начала двигаться вперед, унося их в неизвестность, в то время как фигура лимантара осталась позади, растворяясь в мареве пустыни — несостоявшийся спаситель или скрытый предатель, чья истинная роль в этой игре все еще оставалась загадкой для Хранительницы.

— Как весело летать, — прошептал маленький Тай. Малыш раскинул руки в стороны, глаза словно искрились от восторга.

Алиса почувствовала, как ветер дует ей в лицо, но платформа была настолько устойчивой, что даже дети не боялись.

— Как эти устройства работают? — спросила девушка, обращаясь к ближайшему охраннику. Она смотрела на него с искренним любопытством, забыв на миг о страхе перед странным на ее взгляд существом. Это привлекло внимание хищника больше, чем сама просьба.

Высокий полуволк на мгновение оторвал взгляд от горизонта. Его янтарные глаза, обычно застывшие в привычной бдительности, скользнули по её лицу, и в них промелькнула лёгкая растерянность. Глупые вопросы от грязных, затравленных беженок редко его волновали. Люди, в присутствии хищников в боевой фазе, как правило, вообще молчали и боялись. А эта — смотрела прямо и ждала ответа. Странно, но ему и самому захотелось дать ей разъяснения.

— Гравитационные генераторы, — его голос прозвучал чуть тише, почти ласково, без обычного металлического оттенка презрительного превосходства. — Они создают поле, которое нейтрализует силу притяжения. Купол, кстати, использует тот же принцип.

Он намеренно сделал паузу, его взгляд внезапно сверкнул опасным, хищным блеском. Мужчина наклонился чуть ближе, и его голос стал низким, доверительным, но от этого лишь более угрожающим.

— Чужак попробует запрыгнуть — его отшвырнёт на пару сотен метров, как паршивого щенка. А пассажирам не упасть и не сбежать… — Он многозначительно обвёл взглядом периметр платформы, а потом вернул его к девушке, стараясь заглянуть ей прямо в глаза. — … граница остановит. Мгновенно и без предупреждения. Так что не пытайтесь.

Он ждал. Ждал, как её зрачки расширятся от страха, как она отшатнётся, как в её позе появится покорность. Это был привычный, почти ритуальный жест доминирования — показать силу, указать на ловушку и насладиться реакцией добычи.

Алиса лишь чуть прищурилась, её брови сошлись в лёгком недоумении. Страха в её взгляде не было и в помине. Только сосредоточенное внимание, как у студента, который слушает сложную, но увлекательную лекцию.

— А… порог срабатывания у этой границы каков? — девица слегка наклонила голову, словно что-то прикидывая в уме. — Или она реагирует на намерение? На вес? На биоэлектрическое поле? Потому что если насекомое или птица…

Она произнесла это естественно, с лёгкой заинтересованностью в голосе, словно размышляла над технической задачей. Её тон был лишён всякой бравады или вызова. Она просто… спрашивала.

Полуволк замер. Его оскал, готовый сложиться в самодовольную ухмылку, застыл. Янтарные глаза, ещё секунду назад сверкавшие угрозой, отразили чистое недоумение. Он ожидал от слабой человечки чего угодно — истерики, слез, подобострастного заискивания, — но не этого беспечного, почти академического любопытства. Оно выбило его из роли. На мгновение ему даже показалось, что он не грозный конвоир, а гид в технологическом музее, загнанный в тупик вопросом особо любопытного посетителя.

Девушка же кивнула, словно сама неожиданно все поняла и более в его разъяснениях не нуждалась. Так Алиса старалась не показать излишней заинтересованности, боясь выдать истинную личность, но все равно чувствовала себя как школьница, которая впервые узнала о законах физики. «Интересная система, — промелькнуло у неё в голове. — Принцип тот же, что и в некоторых барьерах Хранителя, только грубее, примитивнее. Если основа — гравитация, то теоретически…»

Из рядов стражей тут же донесся сдавленный, хриплый смешок, оборвавший её мысли.

— Ох, смотрите, Альдек лекцию читает! — подколол юный полуволк, весело щёлкая клыками. — С чего такой учтивый? Беженка понравилась? Так давно самки не было, уже и на человечишек засматриваешься?

Пристыженный Альдек резко повернулся к коллеге. Смущение от неожиданной реакции Алисы мгновенно сменилось яростью за подорванный авторитет. Его шерсть на загривке и предплечьях встала дыбом. Он фыркнул, и этот звук был похож на предупреждающий рык.

— Заткни пасть, Грот! — прошипел он, но оружие не поднял, лишь с силой поправил рукой ремень лазерной винтовки. Рутинная ссора в стае. Острые и чуткие уши, слегка прижались к голове, выдавая его смятение. Он сам, казалось, осознал и удивился своей внезапной любезности. — Следи за горизонтом и за своей болтовней.

Снова уставившись вдаль, он сделал вид, что не замечает насмешливых взглядов товарищей, но его хвост нервно дёрнулся один раз, сметая с платформы невидимую пылинку. Алиса же, получив неожиданно полезную информацию, снова погрузилась в наблюдения, уже мысленно примеряя свойства «гравитационного купола» к своим потенциальным нуждам. Она даже не заметила, какой конфуз вызвала у серьёзного вояки.

Но для себя всё же отметила странную динамику их беседы. Звериная жестокость, мгновенно сменяющаяся почти человеческой отзывчивостью, и тут же — грубое стадное подавление любого отклонения от нормы. «Интересно, — размышляла Хранительница, — они и между собой также? Один шагнул в сторону — остальные тут же возвращают в строй. Прям стая».

Патруль двигался быстро, но девушка успевала замечать детали. Она огляделась вокруг, стараясь запомнить каждую мелочь. Пустыня, казавшаяся такой бескрайней и безжизненной, теперь выглядела иначе. С высоты платформы она видела следы древних руин, странные растения, которые цеплялись за жизнь в нелегких условиях. В песке виднелись следы незнакомых существ, а вдалеке мелькали тени, которые исчезали, как только она пыталась рассмотреть их поближе.

— Это дикие песчаные скорпионы, — внезапно отозвался тот самый Альдек, снова нарушив молчание. Он заметил ее настороженный, почти испуганный взгляд и с наслаждением начал нагнетать жути. — Лучше держаться от них подальше. Яд парализует на сутки, а потом начинается медленное растворение тканей изнутри. Красиво умирать не будешь.

На этот раз его «любезность» прозвучала иначе — с леденящим, почти сладострастным спокойствием профессионала, описывающего рабочую ситуацию. Он явно наслаждался кратковременной властью — знающего, над невеждой. И ему нравилось, как она его слушает, как широко открываются её глаза. Это была не забота, а демонстрация силы. Послание было ясным: «Здесь всё может убить. И мы — единственные, кто может сдержать эту смерть на цепи. Без нас вам конец…» Он провел языком по клыку, и его взгляд скользнул по её фигуре с откровенной, животной оценкой.

Алиса кивнула, стараясь не показать своего страха. Внутри всё похолодело. Его поведение не было простым хамством. Это была демонстрация иерархии. Песок попал в ее обувь, а солнце и обезвоживание высушили кожу. Как же бесила вынужденная магическая изоляция. Но нельзя нарушить маскировку. Дети сидели молча, хотя глаза были полны любопытства.

Мысли Хранительницы беспокойно метались. «Как же Кель доберется по такой гиблой местности? Он, конечно, опытный маг, но все же... Может, нужно было попросить стражей взять его на борт? Неужели они действительно оставили его одного? Мы ведь можем за ним вернуться?»

Девушка не выдержала и начала расспросы.

— А лимантар сможет самостоятельно добраться до города? Здесь ведь так опасно.

— Ха, его проблемы, — рыкнул один из патрульных. — Еще мы всякую шушеру не транспортировали!

Он плюнул сквозь клыки, и слюна, попав на раскалённый песок, тут же зашипела и испарилась.

— Сдохнет, так и поделом ему, — поддержали полуволка коллеги. Их лица, искажённые оскалами, были лишены всякой человечности. Это были морды хищников, наблюдающих за слабым звеном в стаде и предвкушающих его гибель.

Алиса сразу сникла. «С виду такие милые, а на деле — настоящие нелюди. Еще и в охране работают. Должны беспокоиться о мирных гражданах, а они...»

— Но... вы же стражи… — неуверенно начала она, понимая, что зря затевает этот спор, но уже не могла поступить иначе. — Разве вы не должны заботиться о безопасности жителей города? Неужели вам правда не важна чужая жизнь?

Хранительница замолчала, грустно опустив голову, понимая всю бесполезность своих слов. Их каменные лица были красноречивее любых доводов.

Но тут в разговор вмешался командир, строго шикнув на своих подчиненных. Сначала это был просто жест начальника, пресекающего беспорядок в подконтрольной стае. Но его острый взгляд, скользнув по своим солдатам, задержался на девушке. Он видел, как они на неё смотрят — не просто как на добычу, а с каким-то странным, излишним для конвоя интересом. И это заставило его обратить на беженку более пристальное внимание. Его взгляд, до этого скользивший по пустыне с профессиональной отстранённостью, теперь был прикован только к ней. Не как к подозрительному объекту, скорее к источнику беспокойства в его чётко отлаженном механизме. «С чего это они все так встрепенулись? Из-за такой-то замухрышки?» — мелькнуло у него. Но, отбросив логику, он инстинктивно принял самое простое объяснение: личный, низменный интерес. Этого он допустить не мог. Ну что ж, если уж его люди не могут держать себя в руках, он покажет, как это делается. И раз уж она такая бойкая, можно и пофлиртовать — утвердить свой статус альфы даже в столь нелепой ситуации. Которая, тем не менее, сделала её интересной игрушкой, если за право обладания ею уже так явно конкурируют его люди.

— Они имели в виду, что наша главная задача сейчас поскорее доставить вас в столицу в целости и сохранности. — Прежде резкий голос, смягчился на полтона, став почти бархатным. Он придвинулся ближе, неосознанно нарушая стандартную дистанцию, принятую при конвоировании. — Мусорщик уже не первый год здесь ошивается, поэтому точно не пропадет. Это он высадил те странные деревья. Надо отметить, его стараниями пустыня в некоторых местах существенно преобразилась. Но, обычно, после набегов Огненных, все живое гибнет на мили вокруг.

Он внимательно посмотрел на собеседницу, и этот взгляд уже не был просто оценкой угрозы. Он скользнул по её бледному, испачканному пылью лицу, задержался на слишком прямых, особенно для испуганной беженки, плечах.

— Вижу, вы очень впечатлительны и столь юны... Позвольте просканировать вашу ауру?

Волшебница вся сжалась, но согласно кивнула. «Лучше проверить на прочность маскировку Келя посреди пустыни, чем в центре высокотехнологичного мегаполиса. Небольшой отряд я, наверное, смогу раскидать. Кай вроде бы тоже не промах.»

Командир провел рукой с небольшим устройством — плоским сканером с голографическим интерфейсом, стандартной экипировкой патрулей стражи. Его взгляд стал отстраненным, читая данные.

— Хмм... Любопытно. Фоновый магический резонанс близок к нулю. Почти как у аборигенов из заповедных зон, — пробормотал он себе под нос, а затем, взглянул на неё снова. Жёсткие складки вокруг его рта чуть разгладились. Словно переключившись, он игриво протянул девушке. — И, похоже вы не замужем?

«И это всё?.. — Алиса смущенно поправила свитер. — Много же вам удалось выяснить. Однако... хорошая у Келя маскировка. И опять это взгляд… Сканировал ауру, а спросил про семейное положение. Эти местные зверюги совсем без тормозов. Думаю, не стоит их разочаровывать. Им лучше не знать, кто мой муж и насколько сильно он ревнивый. При желании я и сама смогу надрать хвост парочке наглых псин, если уж совсем одичают.»

— А как я могу связаться с нашим другом? Хотела бы удостовериться, что Кель добрался до города в целости и сохранности, и, конечно же, поблагодарить его за помощь. Он фактически спас нас в пустыне. Когда я смогу увидеть лимантара снова?

Командир нахмурился. Ему явно не понравилось, что она интересуется каким-то презренным мусорщиком, а не тает от внимания самого главы отряда патрульных.

— Все вопросы зададите в центре распределения беженцев, — лениво бросил он. Голос снова стал холодным, официальным, но в нём прозвучала лёгкая, едва уловимая досада. Страж отвернулся, отдавая своей стае приказ перегруппироваться, но затем его взгляд ещё раз скользнул по ней, будто проверяя, не изменилось ли что-то за эти секунды. — Мы уже почти на месте.

Пока платформа набирала скорость, один из полуволков, помоложе и попроще, что стоял ближе к краю, не выдержал. Его нос, чувствительный и влажный, дрогнул. Он неуверенно, почти стыдливо, переступил с ноги на ногу и пробормотал, глядя куда-то в песок.

— У вас... странный запах. Слишком приятный. Совсем не городской. Свежий. Как после грозы в оазисе.

Старший напарник локтем ткнул ему в бок, зашипев: «Заткнись, щенок. Нечего нюхать сопровождаемых». Но и сам невольно втянул воздух, уши настороженно повернулись в сторону Лиры. Та лишь сильнее запахнула свитер, делая вид, что не слышит. Внутри же ёкнуло: «Запах? От меня? Это же невозможно... Маскировка должна скрывать всё. Или... это не магия? А просто мне давно пора принять душ?»

В этот момент Алиса почувствовала странное давление. Воздух перед городом словно сгустился, стал вязким и тяжелым. Перед ними возникла невидимая граница, и сквозь нее проступали призрачные очертания — гигантские оранжевые полупрозрачные кубы, которые медленно, словно в гипнотическом танце, сыпались друг на друга, образуя мерцающий барьер. Ее собственная магическая сущность, ее аура, встретила это препятствие и... отступила. Сила, обычно пульсировавшая в ее жилах, была заблокирована, приглушена мощным защитным полем города. Она почувствовала себя внезапно голой и уязвимой, как рыба, выброшенная на берег.

Когда они приблизились к стенам Ксанадеса, платформа замедлила ход. Их провезли через массивные ворота, которые закрылись с глухим, финальным стуком. Город был огромным, его стены сверкали в лучах полуденного солнца. Наверху виднелись патрульные дроны, которые сканировали окрестности.

— Добро пожаловать в Ксанадес, — объявил один из охранников. Его голос прозвучал несколько иронично.

Усталость подобно тяжелому плащу давила на ее плечи, словно бы сотканным из пересеченных миль пустыни и груза чужих надежд. Сердце как маленький, упрямый барабан, отбивало тревожную дробь не от страха, а от осознания — точка невозврата пройдена. Испытания ждали, тени будущих бурь уже ложились на душу, но в этой горечи была и капля нектара — шанс. Шанс начать все заново, уже не легкомысленной девушкой, жаждущей внимания, но тем, кто несет ответственность за другие, хрупкие жизни.