Лиз на краю вселенной

Йенс проигнорировал шуточку. Он продолжал смотреть на карту, не двигаясь.

– Я видел этот континент. Во сне. Или в том, что было до.

Тем временем Тану вытаскивал следующий кристалл. И ещё один. Карты менялись. Континенты – дрейфовали. Где-то появлялись новые острова, где-то – исчезали целые регионы. Один из кристаллов показывал мир, покрытый льдом, другой – полностью озеленённый, третий – испещрённый вулканической активностью.

– Это не просто карты. Это хронологические снимки. История мира. В разных временах на протяжении десятков тысяч лет, – прошептала я.

– Это невозможно. Между этой и вот этой картой – пятьсот лет разницы. Но подпись – та же, – сказал Стилет.

– Если это существо живёт долго… или… Или… здесь просто время идёт иначе.

Я поняла, что именно мне это место напоминало. На Земле. В районе Умбы существует закрытая деревня. Бывшее пристанище Поморов. Сейчас там научный закрытый комплекс. И вот там, говорят, время течет со скоростью идентично спирали РА. А это 1:49 по отношению времени Земли. Здесь, похоже такая же ситуация.

Повисла тишина.

– То есть, ты хочешь сказать… – начал Тану медленно, – что в этом мире время течёт быстрее?

– Относительно нашего Земного. Может и также. Относительно РА и ГРА В разы быстрее. Возможно – в десятки раз.

Согласно первому кристалу мы видим, что нас выкинуло далеко за пределы витка А спирали. Соответственно на крайней планете от Хроноса.

– Если судить по записям, этот мир вращается быстрее – значит, мы стареем здесь тоже быстрее, – Стилет заистерил, отшатнулся от кристаллов, будто они начали обжигать.

– То есть, пока мы тусим в библиотеке с призрачным вайфаем, на Земле ещё можно успеть на обед… А здесь уже три поколения сменились?

– Если быть точной, то, скорее всего, эта планета вращается со скоростью 1: 7 относительно Земного времени. А этот остров не движется в нашем понимании вообще.

Йенс тяжело выдохнул:

– А значит, Каи, если он выжил… может быть, уже прожил здесь целую жизнь.

– И умер в ней, – тихо добавил Тану.

Все замолчали.

Только проекция над кристаллом продолжала вращаться – медленно, настойчиво, будто сама библиотека пыталась что-то сказать. Или предупредить.

Лекция на развалинах

Кристаллы над пьедесталом продолжали проецировать изображения – слои времён, карты континентов, сдвиги тектонических плит и миграции цивилизаций. Всё вращалось, как в гигантском атласе эпох.

Стилет почесал висок, не отводя взгляда от очередной проекции.

– Слушай, Лиз… а ты не могла бы, ну… как преподаватель, объяснить нам, что вообще за фигню ты сейчас говорила?

Ты же у нас тут профессор. Расскажи. По-умному. Только так, чтобы мы, простые смертные, тоже поняли, – он махнул рукой в сторону мигающих кристаллов.

Я вздохнула и потерла переносицу.

– Хорошо. Только не перебивайте меня, ладно?

Йенс, сидевший на каменном выступе, обмотанный плащом по-видимому одним из коллекции Стилета, и с видом будды, едва заметно кивнул. Он уже выглядел человеком. Слегка надорванная рубашка болталась на поясе, волосы были растрёпаны, а взгляд – слишком спокойный для того, кто недавно был тюленем.

Я сделала шаг в центр зала, туда, где голограммы разносились над их головами, и начала говорить:

– Представьте себе Вселенную. Не в виде шара или звёздной карты. А как Спираль, вращающуюся вокруг центральной оси.

Эта ось – Хронос. Стрежень мироздания. Источник времени. Или нулевой отсчёт. Там, в самом центре, оно тянется медленно, плавно, почти недвижимо. А чем дальше – тем быстрее несётся поток.

– Типа воронки? – уточнил Тану.

– Почти. Только бесконечной. И многослойной.

В центре – ГРА. Три внутренних витка.

Там живут те, кого мы называем демиургами. Существа, у которых мысль равно материя. Они мыслят – и возникает мир. Им понадобилось семь дней, чтобы создать Землю. Нам – миллиарды лет, чтобы понять, как включить Wi-Fi.

– Следующие витки – РА. Здесь живут существа, такие как драконы, с продолжительностью жизни около 300 лет. Однако, если они перемещаются на внешние витки, например, на Землю, их восприятие времени меняется. Они могут прожить тысячи земных лет, старея в соответствии со своим родным временем.

– Далее идут витки А, где обитают существа с продолжительностью жизни от 200 до 10 000 лет если ты разумное дерево. И, наконец, внешние витки – такие как Земля, где время течёт быстрее всего.

Я сделала паузу, позволяя информации усвоиться. И посмотреть на реакцию своей новой аудитории.

– Важно понимать, что каждое существо привязано к своему витку. Однако, если человек с Земли каким-то образом попадает в виток РА и "прописывается" там, например, через рождение потомства, или магический брак. Он начинает жить по времени РА. Это явление мы называем “парадоксом хроноса”. В этом случае его 70 лет будут равны 70 годам в РА, но на Земле пройдёт в 70 раз больше времени.

Йенс, сидящий неподалёку, задумчиво кивнул:

– Значит, путешествия между витками не только возможны, но и могут кардинально изменить нашу жизнь и восприятие времени. Но обратно возвращаться нет смысла.

Лиз улыбнулась:

– Именно. Понимание структуры Спирали Времени открывает перед нами новые горизонты и возможности.

Осознание

– Значит, нас выкинуло в зону, где время бежит быстрее в десятки раз? – Медленно произнёс Тану.

– Если не в сотни. Если верить подписям на кристаллах, один и тот же исследователь работал здесь как минимум пять веков. А для него, судя по всему, прошло от силы несколько лет, – подтвердила я.

Йенс вздохнул:

– А мне казалось, что я не долго лежал. А это, видимо, была целая эпоха.

Стилет глянул на него:

– Ты, может, и пережил смену ледникового периода, пока валялся в позе философского кота, а Каи нет.

– Лучше быть философом, чем истериком, – парировал Йенс.

– То есть, если Каи… если он попал в поток, не стабилизированный хроносом, то сейчас он может быть… стариком? – подытожил Тану.

– Или наоборот – богом местного масштаба, если выжил и адаптировался, – сказала Йенс.

– Это библиотека для тех, кто изучает этот мир, – догадался Тану.

– Именно. А мы сюда вломились, как дети в архив с хрупкими артефактами, – кивнула я, радуясь снова ощутить себя на месте.

– И нас за это никто не похвалит. Особенно если всё тут записывается, – вздохнул Стилет.

Все замолчали.

Глава 9

Кристаллы, карты и морской котик

– Ого, это карта мира! Возможно, последние обновления информации, – воскликнул Стилет.

Йенс, всё ещё малоподвижный в коротком плаще, авторитетно заявил:

– Если увидите на карте спа-салон – дайте знать.

Я, игнорируя шутку, продолжила исследование:

– Судя по данным, мы находимся между землями Ксерил и Фар'Тар. А вот эти нестабильные «тёмные пятна» – возможно, просто аномальная зона.

Этот остров, похоже, использовался как станция межпланетного перехода и библиотека для путешественников.

Тану, задумчиво глядя на проекцию, добавил:

– Интересно, как давно здесь никто не бывал? Судя по пыли – уборщица сюда давно не заходила. И роботов тоже не видно.

Стилет, рассматривая другие кристаллы, заметил:

– Ну, если здесь время течёт быстрее, может, я наконец-то смогу отрастить волосы.

Команда рассмеялась, и я, улыбнувшись, сказала:

– Давайте продолжим исследование.

Петля

– Давайте продолжим исследование. Возможно, мы найдём больше информации о том, как вернуться домой, – сказала я чуть громче обычного. Будто мне самой нужно было в это поверить.

Стилет подошёл к следующему пьедесталу и, не дожидаясь команды, вставил очередной кристалл. Проекция вспыхнула – на этот раз это была сложная схема. Линии и спирали расходились от центра, как щупальца разумного осьминога. Слова на неизвестном языке, мигающие символы.

– Это точно не карта для туристов, – пробормотал он.

Тану подошёл ближе, вглядываясь в символы. Его глаза сузились.

– Это… контрольный контур. Центральная сеть активации порталов.

– Отлично, если поймём, как она работает, сможем открыть стабильный путь обратно, – шагнула я к проекции.

Йенс наконец поднялся с пола, поправляя плащ:

– Надеюсь, на этот раз никто не улетит в портал без предупреждения.

Тану покачал головой. Лицо его оставалось сосредоточенным:

– Подожди. Вот это… это ограничитель. Здесь прописан фильтр выхода. Он проверяет соответствие… сущности, – он ткнул пальцем в мигающий символ.

Я замерла, сердце перестало стучать. Это конец! Я к такому не подготовлена. Могу, кое-что. Но перепрограммировать портал высших!

Может яхта “Анна” с чёкнутым Сашкой всё-таки в этом мире?

Иначе нам кранты!

И я уже понимая глубину опы в которую попала всё равно спросила:

– Что?

– Портал не выпустит наружу тех, кто не "зарегистрирован" в системе. Это защитный протокол. Всё здесь настроено на сохранение контекста. Только маркированные могут уходить.

Повисла пауза. Даже Стилет не пошутил.

– То есть… мы заперты? – Медленно произнёс Йенс.

– Пока да, по крайней мере – до тех пор, пока наш профессор не найдёт способ обойти фильтр,– подтвердил Тану.

Я отошла от проекции, как от удара.

– Мы чужие. В этом мире мы – ошибка. Нас не выпустят, как антивирус не выпускает заражённый файл.

– Ну, звучит… вдохновляюще. Кто хочет стать "местным или маркированным"? Есть вакансии на позицию "смертного с пропиской"? – Хмыкнул Стилет.

– Значит, вернуться можно только потеряв себя? – Спросил Йенс.

– Или найдя точку доступа с разрешённым двусторонним каналам, – добавила я.

Йенс прищурился:

– Или найдя того, кто всё это создал. Архитектора. Хранителя. Систему. Позвонить на базу?

Молчание. Все поняли: это будет не просто. Или просто никак.

Я собралась с мыслями. Бороться надо до конца. Иначе сядем тут и умрем. Я повернулась к остальным:

– Надо найти ядро сети. Центр управления. Кто-то, где-то, должен был отметить варианты пропусков.

– Отлично. Новый квест. Записал: "выжить, взломать магическую операционку и не умереть от скуки", – выдохнул Стилет.

Йенс посмотрел на меня и сдержанно кивнул:

– Веди, профессор. Теперь ты у нас и компас, и навигатор, и вирус в системе.

Я вздохнула и сжала кристалл в руке:

– Тогда двигаем дальше.

И мы снова двинулись вперёд – глубже в сердце станции.

Глава 10

Таракан №9

Катакомбы вели всё глубже. Свет кристаллов становился тусклее, а

воздух – суше. Мне всё это не нравилось, но покер фейс я

держу профессионально.

– Ну вот, мы официально перешли из раздела "приключение" в раздел -

"кладбище", – хрипло выдал Стилет, протискиваясь между

двумя колоннами.

– Это если повезёт. Если не повезёт – в раздел "меню дня",

– пробормотал Йенс.

Я шла первой, держа артефакт, реагирующий на остаточные магические поля.

Он дрожал и мигал чаще. Что-то было рядом.

– Стоп, – сказала я и остановила процессию.

Прямо перед нами открылась полость. Пыль, тишина, обломки

непонятной маготехники, обросшей мхом и трещинами. И в центре,

прислонённый к стене…

– Кто это? – спросил Тану.

– Это… таракан? Большой. Очень… дохлый таракан, – выдохнул Стилет, сделав шаг назад.

Существо было ростом почти с Йенса, хитиновый панцирь треснул

в нескольких местах. Руки-лапки были прижаты к груди, а от головы

в стороны расходились высохшие усики.

Глаза, когда-то, видимо, блестящие, теперь были мутны и осыпались,

как стеклянная пыль.

– Это сектант – Вид ксеноморфы. Существа, живущие на временных

границах А спирали, – блеснула я своими академическими знаниями.

Мой артефакт замерцал сильнее и я прижала его к пластине на

теле существа.

– У него накопитель информации с подзарядкой, – пояснила я

народу свои действия.

Кристалл активировался.

Проекция открылась. Голос был… нечто среднее между скрипом

старого шарнира и перезагрузкой материнской платы.

"Я – Хиил'Каар из роя 9. Охотник, учёный, пилот… "

Проекция показала карту – похожую на ту, что мы уже видели.

Линии порталов. Но один из узлов мигал тревожно-красным.

"Цель выхода сдвинута. Конечная точка зависла в пространстве. Координаты не фиксируются. Портал… укусил сам себя."

"Я пытался выйти на Тару. Барьер острова меня не пустил. Настройки сбились. Я не прошёл верификацию."

– Вот дерьмо! Нас ждёт экзамен по прописке в аду. И почему он говорит на английском, – пробормотал Йенс.

Стилет поёжился:

– И ведь мумию не заплесневело. Не таракан, а реклама долговечности.

Я закрыла проекцию.

– Он говорит на своем языке. И гуманоидам его понять было бы крайне затруднительно. У него в записывающее устройство встроен языковой артефакт.

– Подожди, а почему он умер?

– Думаю, он не умер от голода. Но я не знаю. Отстаньте!

Тану стоял в стороне, молча рассматривая старые магические круги

на полу.

– Он пытался открыть портал. Здесь. Под этой точкой.

Он указал на выбитый в камне символ – руна портального ключа,

изрезанная, переписанная, почти сгоревшая от переизбытка магии.

– Он перегрел узел, слишком мощный импульс в петлю. И сгорел вместе с системой, – пробормотала я, с ужасом осознавая, что мы могли быть следующими. Нафиг. Надо выбираться из лабиринта этого Острова.

– Ну и вишенка на торте, то есть если мы попытаемся сделать то же самое – нас либо испепелит, либо… сотрёт? – Фыркнул Стилет.

Этот мальчишка только что озвучил все мои страшные мысли с такой легкостью, что мне захотелось его удавить. Знаешь, как посланца тухлых вестей.

Йенс подошёл к трупу и коснулся груди.

– Он умер давно. Один. Без выхода. Всё знал, всё пытался, и всё понял слишком поздно.

– Он точно не имел с собой ведьмы с рюкзаком чудес. Всё, валим отсюда, пока не начали чесаться, – буркнул Стилет.

Я сняла с тела учёного из "9 го роя" все его "девайсы". Переводчик мне очень даже пригодится. И скинула всё в рюкзак. Подняла голову и поняла, что команда не отрывая глаз смотрит на мой рюкзак.

Йенс скрестил руки:

– Отлично. Один мертвец был пробной версией. А теперь – главная партия?

Я посмотрела на команду:

– Не совсем. Мы не будем делать то же, что он. Мы свалим с этого острова и поищем нормальный портал. Заплатим кому надо и вернемся домой, даже если нам придется для этого выпрыгнуть в АД.

– Благодарю, мечтаю, чтобы это написали на моей могиле, – хмыкнул Стилет.

– Ты ещё не заслужил могилу, пока только памятную табличку: "Жалобно шутил до конца", – буркнул Йенс.

Мы оставили тело Хиил'Каара в его каменном гробу и пошли наверх.

Глава 11

Вверх по лестнице в Мир

Катакомбы дышали затхлой пылью. Свет от кристаллов с каждой минутой казался всё холоднее. После находки сектанта я перестала реагировать на это место. Оно было интересным для Лиз – профессора-артефактора, но совершенно чуждым для Лиз – попаданки. Сейчас меня волновали барьер и этот «чудесатый» мир. Название ему – Тар, или Тару. Так его называли здесь. Но не факт, что именно так его зовут местные.

– Всё. На сегодня с меня хватит. Я подписывался на контрабанду, пиратство и максимум – боевичок. Но таракан с личным некрологом – это уже перебор, – буркнул Стилет, вытирая пот.

– Подписывался? Ты в моей команде, тебя никто не спрашивал. Куда я – туда и вы, – усмехнулся Йенс.

Мы поднялись по выщербленной лестнице обратно к поверхности. С каждой ступенью становилось свежее: сначала запах соли, потом ветер. И, наконец – небо.

Нас встретил остров – тот же, но уже другой. После подземелий он казался слишком равнодушным и застывшим во времени.

Йенс первым вышел на открытое пространство. Окинул взглядом лагуну: тот же песок, те же деревья. Катамаран – всё ещё у берега, спокойно покачивался на волнах.

– И что теперь? – спросил он, не оборачиваясь.

Я подошла к краю утёса. Присела на корточки, глядя вдаль.

– Порталы – не наш уровень. Мы не операторы, не системные администраторы, не учёные-портальщики. Это станция. Исследовательская. Всё, что мы нашли, – архитектура, сеть, наблюдение. Но не управление.

Я провела пальцем по земле, рисуя круг.

– Мы не нашли ключ. Но мы узнали, что с этого острова в астрал не выйти. Поищем другой путь.

Тану сел рядом.

– Значит, единственное, что мы можем, – уйти тем же путём, каким пришли.

– Если он ещё работает, – буркнул Йенс.

– Барьер – да. Точка входа, скорее всего, сохранилась. Это замкнутая система. Она не ломается, если её не трогать. Просто мы начали не с того конца, – добавила я.

– Мы полезли в сердце острова, а надо было – в задний двор, – мрачно резюмировал Стилет.

Я кивнула, искренне соглашаясь со Стилетом и сильно удивляясь его прозорливости:

– Всё, что мы узнали, – важно. Но, скорее всего, для кого-то другого. Мы – просто сбившиеся с курса. Наша задача – выйти. Не взломать, не победить, не переписать законы мира. Просто вернуться к катамарану, подойти к тому месту, где вошли… и повторить последовательность. Только аккуратно.

– Ты уверена? – спросил Йенс.

– Уверена, что других реальных шансов нет. Портал, с которым возился Хиил'Каар, был неисправен. Он пытался изменить схему, не понимая, что она не предназначена для ручного управления. Это как ковыряться в квантовом процессоре зубочисткой.