Главред: Назад в СССР. Книга 4

– Давно, – чекист сегодня оказался неожиданно откровенен. – Но опять же – на рядовых исполнителей. А крупная рыба пока в глубине. Ее мы и ожидаем, затаившись около лунки.

– Понял, – кивнул я. – Значит, игра продолжается.

– Продолжается, – подтвердил Поликарпов.

Глава 6

Первым делом, вернувшись в редакцию, я просмотрел план номера вечерки. И остался доволен! Все-таки Зоя на своем месте. Не жалею ни разу, что продвинул ее кандидатуру. Даже тему болезней умудрилась затронуть по-своему, чтобы не пересекаться с «Андроповскими известиями». Так, если в основной газете у меня должны выйти календарь прививок, история эпидемий в уезде и «объяснялка» про вакцинацию, то из пятничного выпуска вечерки читатели узнают, что такое ОРВИ и чем она отличается от ОРЗ. А еще – простые правила гигиены, помогающие защититься от инфекций.

«Интересно», – улыбнулся я, увидев, что Зоя поставила в план интервью с Варварой Афанасьевной Строговой, подругой и коллегой Аглаи.

А потом я даже одобрительно закивал, обнаружив задание для Сони Кантор – выведать все о скотомогильниках, где покоятся умершие от сибирской язвы животные, и в идеале достать последние результаты проверок образцов, которые, как оказалось, регулярно проводятся союзным минздравом. Тоже хорошая мысль: цифры и факты решают. Еще в качестве идеи на следующий номер я увидел наброски статьи о работе ветеринарных служб. Ее Зоя хотела написать сама. Молодец, правильное решение. Пусть девушка продолжает нарабатывать опыт не только руководить, но и самой готовить отличные материалы. Надо лишь грамотно все это сочетать, чтобы не завалить себя чрезмерной нагрузкой. Но за этим уже я помогу ей проследить.

– Валечка, – я поднял трубку внутреннего телефона. – Пригласите ко мне, пожалуйста, Громыхину, Бульбаша, Бродова и Шабанову. И еще… вызовите Хлыстова. Сбор через час, это с учетом времени на то, чтобы он добрался.

– Поняла, Евгений Семенович.

– Да, и еще, Валечка, – спохватился я. – Богдан Серафимович пусть тоже заходит.

Сегодня среда, день планирования и обсуждения идей. Устроим с коллегами мозговой штурм, а цепкий калининский деятель Хватов получит новую пачку аргументов в пользу телерадиоцентра. Фактически-то у нас только приемная вышка, которая транслирует центральные каналы на телевизоры андроповцев, и пионером в авторских передачах уже скоро станет Калинин. Но я буду еще раньше. Даже знаю, как это сделать.

* * *

– Значит, ты не отступишь, – усмехнулся Богдан Серафимович.

– Конечно же, нет, – я тоже ответил улыбкой. – Как видите, моя идея с вечеркой оказалась работающей. Так и здесь.

– Но ведь в Андроповске только корпункт, Женя, вещать неоткуда и некуда, – Дорофей Псоевич Хлыстов, корреспондент Всесоюзного радио, почесал белоснежно седой затылок. Этим они, кстати, были очень похожи с Хватовым, только радийщик вдобавок щеголял длинными моржовыми усами.

– А если на любительские частоты? – подкинул идею Бульбаш.

– Думаю, Поликарпов с коллегами нам не дадут это сделать, – усмехнулся Хватов. – Это же фактически подпольное вещание. Как «Би-Би-Си» и «Голос Америки».

– «Би-Би-Си», кстати, с сегодняшнего дня прекратили глушить[2], – возразил Дорофей Псоевич. – Теперь их можно послушать.

Я вспомнил, как утром британскую радиостанцию поминал депутат Растоскуев. А я еще удивился. Оказывается, вот оно как – ветер перемен крепчает.

– Знаю, – грустно вздохнул Хватов. – Не нравится мне это все, ох, не нравится…

– Напрасно, Богдан Серафимович, – я покачал головой. – Мы же все время только об этом и говорим. Не глушить надо и не запрещать, а самим делать хорошо и качественно. Да так, чтобы всех за пояс заткнуть. Чтобы людям самим нас хотелось слушать. И читать. Тут мы, к слову, справляемся.

– Кстати, мне знакомый звонил, – вклинился в разговор Бродов. – В киосках ни одного экземпляра не осталось. Все раскупили.

– Прекрасно, – я улыбнулся, понимая, что бойцы Сивого выполнили задание.

– А вот на остановке кто-то стенд с газетой порвал, – добавил Арсений Степанович.

– И не на одной, – добавила Зоя. – Валя мне говорила, что звонили читатели, сообщили, что вечерку сорвали в нескольких местах.

– Поздравляю, товарищи, – я обвел взглядом небольшое собрание, мысленно удивившись оперативности «хулиганов». – Конкуренты нас уже не только не любят, но и боятся. Вы же понимаете, что они тем самым показывают свою слабость?

– А вы считаете, что это они? – Бродов по-прежнему время от времени переходил в разговоре на «вы», особенно когда был со мной в чем-то не согласен.

– А кому это еще нужно? – я ответил вопросом на вопрос. – Были бы это, например, мальчишки-сорванцы, вряд ли бы они провели такую массовую акцию вандализма.

– Вандализм и есть, – нахмурился Хватов. – Правильно говоришь, Женя.

– Добавим новость об этом в следующий номер, – предложил я. – Не будем открыто говорить, что это наши конкуренты. Просто сообщим о факте, а читатели сами разберутся.

– Так надо же им, наоборот, указать! – воскликнул Бродов, нервно теребя свои фирменные подтяжки. – Указать, что мы знаем и осуждаем!

– Арсений Степанович дело говорит, – одобрительно кивнул Хватов. – Нужна реакция.

– Так это и будет реакция, – терпеливо объяснил я. – Проигнорировать сам факт мы не можем, но и вешать ярлыки без доказательств – это не наш метод.

– Тебе видней, – вновь нахмурился Хватов. Было видно, что он со мной не согласен, но доверяет и готов уступить. И это, пожалуй, приятней, чем безоговорочная поддержка.

– Теперь предлагаю вернуться к аудиогазете… – я напомнил о теме планерки.

– Аудиогазете? – я впервые произнес это слово, и собравшиеся моментально переключились.

Сначала я долго думал, чем заменить слово «подкаст», а потом решил: зачем изобретать велосипед? Если в этом времени уже есть радиоспектакли, значит, можно использовать этот термин, просто немного переработать. Аудиогазета, аудиожурнал – окончательный вариант мы еще обсудим. Сейчас важнее сам механизм.

– Идея такая, – начал я, с удовольствием наблюдая искренний интерес в глазах коллег. – Во время заседаний клуба «Вече» – ближайшее, к слову, состоится уже завтра – звучит много чего интересного. Затем это в краткой выжимке выходит в газете, но сама дискуссия теряется.

– Но нам же пишут читатели, – заметила Громыхина, блеснув стеклами очков. – Вот и дискуссия.

– Это не совсем то, Клара Викентьевна, – я покачал головой. – Я говорю о дискуссии во время самого заседания. Вопросы оппонентов, просто людей из зала. Представьте, что это идет в эфире телевещания или в радиопередаче. Зрители или слушатели имеют возможность узнать содержание всего разговора, а не только краткую выжимку в газетной колонке.

– То, что ты мечтаешь о телерадиостудии, все уже поняли, – добродушно усмехнулся Хватов.

– Но пока ее нет, – подхватил я, – мы будем выпускать аудиогазету. Как я это вижу. Мы собираемся, например, здесь, в моем кабинете. Дорофей Псоевич, вы нам поможете организовать запись. Я ведущий, приглашаю спикеров… то есть выступающих экспертов. И мы говорим на заданную тему.

– Например… – улыбнулся Хлыстов.

– Например, о пресловутой холере, – кивнул я. – Я даю короткую вводную, задаю вопросы экспертам – той же Варваре Афанасьевне, инфекционисту. Аглае Тарасовне, Василию Васильевичу… Этот наш разговор по существу мы записываем на магнитную пленку, размножаем. А потом раздаем кассеты в кафе и рестораны города. Посетители сидят, кушают и… слушают.

– Интересная мысль, – довольно усмехнулся Хлыстов. – Как радиоспектакль, только на магнитофоне!

– Именно, – подтвердил я.

– Или грампластинки с записью сказок, – Зоя провела другую параллель. – Это ведь тоже как спектакль, только аудио, и слушают его тоже дома. А можно ведь и не только там.

– Может, и неплохо, – все еще с сомнением протянул Хватов. – А будут ли слушать?

– Почему нет? – возразил я. – Газету же нашу читают… Обе газеты. И за дискуссиями в клубе «Вече» тоже следят. А тут еще и нашему тресту ресторанов и столовых плюс. К ним еще чаще ходить будут, чтобы нас послушать.

– И как ты планируешь это внедрить? – Богдан Серафимович поиграл бровями.

– Очень просто, – я улыбнулся. – Напрямую предложить это товарищу Нигматуллиной, начальнице треста. Если нужно, попросим помощи у Анатолия Петровича.

– А ей-то какой резон? – Бродов тяжело откинулся на спинку стула, и тот предательски под ним скрипнул.

– Так я же и говорю, в ее заведения чаще ходить станут, – терпеливо повторил я. – Тем более что мы в газетах будем анонсы печатать и расписание выхода. Чтобы не как попало, а, к примеру, по пятницам и субботам новые выпуски. Причем можно ведь не только о тех же болячках говорить, – меня понесло, – у нас ведь выходят статьи о театре, о кино и литературе. Почему бы той же Марте Рудольфовне Мирбах не пригласить режиссера Филиппа Владимирского и не обсудить с ним современные тенденции в драматическом искусстве? В итоге у нас могут получиться коллекции аудиогазет под разные типы заведений.

– Эх, жаль, к нам актеры кино не приезжают, – вздохнула Зоя. – Никита бы с ними хорошую аудиостатью подготовил. И не одну.

– Можно же по-другому поступить, – сказал я. – Выходит в нашем кинотеатре новый фильм, и Никита собирает, например, того же Сеславинского, директора районного дома культуры, опять же Владимирского, которые в искусстве разбираются. И вот они могут обсуждать достоинства фильма. С недостатками, к слову, тоже.

– И кому интересно слушать мнение какого-то директора ДК? – возразил Хватов, но было видно, что сама идея ему нравится.

– Тем, кто его знает, во-первых, – ответил я. – Не просто лично, к примеру, на одной лестничной клетке живет. А тем, кому известно, что он человек с хорошим художественным вкусом и соответствующим образованием. А во-вторых, не все, кто смотрит кино, понимают, по каким законам оно работает. Ведь это же интересно, когда объясняются какие-то сюжетные ходы, приемы. Или трюки в остросюжетных фильмах. В конце концов, у нас сейчас много иностранного кино, вот где раздолье для обсуждений!

– А мне нравится! – Дорофей Хлыстов даже ладонью по столу хлопнул, подергав себя перед этим за усы.

– И мне, – одобрительно кивнула Громыхина.

– Тогда действуй, Кашеваров, – неожиданно и Хватова все-таки проняло. – Ты ведь уже наверняка все продумал заранее?

Я только улыбнулся в ответ.

* * *

Готовить первый выпуск «аудиогазеты» решили сегодня же. Хлыстов привез «Электронику-302», массивный, но надежный магнитофон с подключаемым микрофоном и запасом аудиокассет. Я позвонил Аглае, у которой как раз заканчивалась смена, все ей объяснил и предложил приехать в редакцию вместе с подругой.

– Тем более что ты, можно сказать, уже в штате, медкор Ямпольская, – улыбнулся я.

– Медкор? – мелодично рассмеялась Аглая. – Это от слова «мёд»? Намекаешь на то, что я сладкая?

– Не намекаю, а заявляю об этом официально! – подхватил я ее шуточный тон. – Сейчас я пошлю за вами машину…

– Вот этого не надо, – перебила меня Аглая. – Мы с Варей и на автобусе прекрасно доедем.

– Скромность говорит о нас больше, нежели громкие слова, – пафосно изрек я, мы оба засмеялись, и девушка, попрощавшись, положила трубку.

– Акустика здесь, конечно, так себе, – ворчал Хлыстов, размещая и настраивая свою нехитрую по меркам будущего технику. – Но стены толстые, с обшивкой, мебель опять же… Да и дверь мягкая, толстая. Пойдет, в общем!

– Так, а еще нам надо будет сделать несколько фотографий, – я спохватился. – Сам процесс записи. Опубликуем в вечерке анонс с позволения Зои Дмитриевны, а со снимками он еще более эффективным будет…

Шабанова вновь стала пунцовой, как будто бы я ее на свидание пригласил. Скромничает все-таки по-прежнему – приятно девчонке, что я ее разрешения спрашиваю, непривычно ей.

Валечка с Кларой Викентьевной приготовили кофе и расставили на столе чашки, добавив тарелочки с конфетами и печеньем. Я улыбнулся, вспомнив, как наша парторгша поначалу сопротивлялась такой нагрузке. А теперь вот две разновозрастные дамы даже мило беседуют, и я прям вижу, что не натянуто. Неужели я и впрямь настолько изменил климат в редакции?

Вскоре подъехали Аглая с Варварой, я провел для них подробный инструктаж, рассказал о вопросах, которые планирую задавать. По большому-то счету ничего нового не было – та же тема, что и в газете, и на собраниях клуба «Вече». Но здесь, в «советском подкасте», как я называл про себя аудиогазету, все ведь может пойти по-другому – живая беседа же. На это я в основном и делал упор, чтобы девушки, ежели что, не стушевались.

На первую запись у меня были большие планы – ее я буду показывать Краюхину, а еще Алие Нигматуллиной, суровой тетушке из треста столовых и ресторанов. Местной железной леди. И если Анатолий Петрович наверняка примет мою идею на ура, то вот Нигматуллина дама своенравная, может отказать. Так что надо будет не только рассказать ей о выгодах от рекламы, но и заинтересовать ее саму в регулярной «подписке».

Впоследствии, в девяностых, на волне приватизации и нового русского бизнеса Алия Нигматуллина станет уже не директором треста, а его полноправной владелицей. Сам же трест станет фирмой под скромным названием «Алия» и фактически подомнет под себя весь ресторанный бизнес. Борьба с монополиями в отдельно взятом городе – это мне тоже задача на будущее. А пока надо строить горизонтальные связи с местными акулами капитала. Еще одна сила, которая может ощутимо помочь в воплощении моих планов, если поставить ее на свою сторону.

– Ну что, товарищи, начнем? – я с улыбкой обвел взглядом свой кабинет, ставший на некоторое время звукозаписывающей студией. – Рассаживаемся, доктора. Настраивайтесь на позитив, держите себя естественно, расслабленно. Не стесняйтесь, пейте чай, а конфетки приберегите на потом, чтобы дикции не мешали.

Девушки присели на стулья друг напротив друга, я разместился в противоположном от своего начальственного кресла конце стола. Лене Фельдману, конечно, не очень удобно будет снимать, но по-другому вся композиция будет ломаться.

Я мельком взглянул на Аглаю – волнистые локоны спускались к плечам в безупречном белом халате. Волевой носик вздернут, ресницы густые и кажутся бесконечными. Затаив дыхание, аккуратно скользнул взглядом вниз, к изящным длинным ногам в обтягивающих модных сапожках. Еще и замшевых. Это, конечно, нужно уметь так выглядеть снежной зимой… Так, Кашеваров, включай мозг, он тебе понадобится.

– Здравствуйте, товарищи! – бодро начал я, выдержав небольшую паузу после того, как Дорофей Псоевич включил запись. – Мы рады представить вам первый выпуск аудиопередачи «Беседы о важном». Сегодня мы говорим об опасности инфекционных заболеваний, и у микрофона я, ведущий Евгений Кашеваров. Помогать мне будут эксперты-медики – врач-кардиолог Аглая Ямпольская и врач-инфекционист Варвара Строгова. Здравствуйте!

– Добрый день, – улыбнулась Аглая.

А уверенно она держится, это прекрасно!

– Здравствуйте! – звонко сказала Варвара Афанасьевна, от неожиданности прикрыв себе рот ладошкой. – Ой, извините…

– Ничего страшного, – успокоил я Строгову, чтобы не зажалась еще сильней. – Это пробная запись, сейчас пойдет уже основная. Дорофей Псоевич, прошу вас!..

Хлыстов ободряюще улыбнулся Строговой, потом Аглае, деловито отмотал пленку назад и снова включил запись.

А вот теперь поехали!

Глава 7

В моей прошлой жизни запись подкастов была поставлена на поток. Не могу сказать, что передачи, выпускаемые районным порталом, имели бешеную популярность, сравнимую с федеральными проектами, но своя аудитория у них точно была. Счетчики просмотров, а точнее прослушиваний, говорили об этом весьма красноречиво.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Евгений имеет в виду фильм «Разыскивается опасный преступник» с Иваром Калныньшем в главной роли. Режиссер: Георгий Гахокия. Композитор: Микаэл Таривердиев. Премьера состоялась в 1992 году.

2

Глушение британской радиостанции BBC действительно было прекращено 21 января 1987 года.