воля утреннего человека

Весь тот день на Лоре не было лица, но уже на следующий, она пришла в офис как будто ничего и не было. Я восхитился тому спокойствию и выдержке, как и восхищаюсь до сих пор.

- Да, тебе так лучше. Как там на работе?

- Так же, ничего интересного. А что ты только что делал?

- А, ничего особенного- отмахнулся я.

Она замялась и стала перебирать складки длинной офисной юбки. Заправив прядь волос за ухо, она сказала:

- Я все хотела написать тебе или позвонить, но все никак не решалась. Честно, тебя сильно не хватает в офисе. Ну, то есть мы и не общались, чтобы я о таком говорила, но твое присутствие меня как-то успокаивало. И мне кажется, как это правильнее сказать...ну, когда я смотрю на твое рабочее место и вижу новенькую...

- Ты сильно опаздываешь?- бесцеремонно перебил я и так несвязную речь Лоры

- Что? Ну, могу немного опоздать. А почему ты спрашиваешь?

- Да нет, ничего- желание пригласить ее почему-то вмиг куда-то улетучилось и мне сильно захотелось домой.

Она явно расстроилась. Не хочу надумывать, но мне кажется, я ей не безразличен. Она потупила взгляд и продолжила

- Ну, в общем, мне показалось что тебе как- то нехорошо последнее время. И то, что тебя уволили, не знаю, вдруг это могло усугубить твое состояние.

- О каком моем состоянии идет речь?

Я задал вопрос совершенно спокойно, хотя нет, больше удивленно, потому что не думал, что Лора может заметить. Но она разнервничалась, стала отнекиваться и оправдываться.

- Нет, извини, я просто, это всего лишь предположение. В общем, если вдруг тебе нужна помощь, ну или не помощь, а просто хорошая компания, то я могу помочь, ну или составить компанию. Ты только скажи, я сделаю что угодно- и она залилась румянцем.

Точно нравлюсь. В свои 29 она вела себя как школьница, но не строила из себя кого-то, а была собой- заторможенной и наивной, в какой- то степени недосоциализированной, что сближало нас. Это вызывало в моей душе странные эмоции- что-то между отвращением и сильным возбуждением. Я немного промешкался, а потом снова натянул улыбку.

- Спасибо! Тогда, напомнишь свой номер?- лишним он точно не будет, подумал я.

Она кивнула и взяла мой телефон. Она записала свой контакт как "Лора П. (коллега с работы)".

- Тогда удачи тебе на работе! Может свидимся- и я потряс телефоном в руке.

- Да,- закивала она- свидимся!

Веселой походкой Лора отдалялась от меня в сторону остановки. Странно, что она вообще здесь делает? Насколько я помню она живет в противоположной стороне. Неужели искала встречи со мной?

Совру, если скажу что мне это не польстило. Я был не из тех мальчиков, которым было сложно общаться с девочками, но и не из тех, кому легко. У меня не самые простые взаимоотношения с этим, до сих пор иногда столь непонятным для меня, полом. Многие ко мне тянулись: некоторым я казался загадочным и таинственным, некоторые просто клевали на мою иностранную внешность, некоторым я и вправду нравился. Но я выбирал именно тех, кто даже знать меня не хотел. Будь то женщина сильно старше, или девушка страдающая от клинической депрессии, или особа, уже состоящая в отношениях с тупоголовым тестостероновым красавцем. По правде говоря- это разбивало мне сердце. Никому из моего недлинного списка девушек я был не нужен, это вскрывалось в конце каждых отношений. А кто нуждался во мне- не нужен был мне.

Тогда от отчаяния и желания чего-то нового мой список пополнило одно мужское имя, но эта история закончилось ничем. Я из тех мужчин, что спокойно и без стыда может оценить красоту и привлекательность человека вне зависимости от его пола. На тот момент мне надо было убедиться, что я все это время заходил в правильную дверь, что я и сделал. Тогда мне было 27, и казалось не попробуй я это сейчас- в будущем уже не смогу. Не то, что бы мне не понравилось, но одного раза было более чем достаточно.

Я достал сигарету и направился к дому. В последнее время, меня все меньше хватало на социум: начинало подташнивать, учащалось сердцебиение и поднималось давление, лица размывались и походили друг на друга. Разные звуки доходили до моего обостренного слуха, запахи заставляли мой рвотный рефлекс работать, а в глазах все темнело и плыло. Я не хотел никуда кроме дома- одинокого и спокойного места, где прохладно и пахнет ничем.

Глава 7

Добравшись до дома в моем носу еще сохранились частички запахов от которых я никак не мог избавиться. Я скинул с себя всю одежду, зашел в душ, начистил кожу до красноты и тогда, с ощущением полного удовлетворения, рухнул на кровать. Лора... Эта встреча вызвала во мне странные чувства. Точно не те, что я испытывал, когда влюблялся. В отношениях на самом деле придирчивей меня еще поискать. В них я вступал только спустя долгое время душевных терзаний и раздумий. Причем раздумий никогда не рациональных, мне не было дело до нашего будущего, потенциальной семьи, финансового положения. Я руководствовался только силой эмоций, которые на меня обрушивались. И если они переваливали через воображаемую шкалу, тогда я всецело и смело заявлял о своих чувствах и готов был пойти на многое. Даже если этот человек того не заслуживал.

Безусловно, я взял ее номер не для психологической поддержки. Мне так и виделась картина: она смотрит снизу вверх своими слезливыми зелеными глазами, в надежде расколоть мою "непробиваемую" и такую манящую своей недоступностью натуру, дабы узнать, что гложет и терзает мою душу. А услышав, что я ненавижу себя и пытаюсь покончить с собой, зеленые реки ее глаз выйдут из за берегов, и она не сможет боле сдерживать свой порыв и так рвущейся наружу бури эмоций. Прижмется к моей груди и будет говорить об обратном, перечислять все мои хорошие качества и игнорировать мои слова, твердящие об отсутствие подобной роскоши. Она не поймет и не захочет слушать когда я скажу, что она не может меня любить, так как меня нет, я ничто, невозможно любить человека без своего мнения, которое он меняет 5 раз на дню, бесхребетного и слабого. Она бы разревелась еще сильнее и продолжала бы обнимать меня, говорить, что мне никогда не понять глубину ее чувств, не взглянуть на самого себя ее глазами. Но об том и речь, что ее глаза дорисовывали мой образ, которого никогда не было, или же, который я неосознанно ей преподносил. Точнее не я, а тот страшный монстр который живет в моем черепе.

Иногда мне правда так казалось- что мой мозг, как самый быстрый и точный компьютер, спустя какое то время взламывал систему окружающих, и выстраивал им нужный образ: тот, что понравится, тот, что заинтересует, тот, что будет располагать к себе. Я не могу это контролировать, как и подборку мыслей, которые сразу же вскакивали при обсуждении любой свободной темы, наперед просчитанных и гарантированно устраивающих собеседника, словно в компьютерных играх при разговоре с NPC.

Ну а после всей этой слезливой сцены, я уверен, что как и многие девушки, чье сердце нетрудно растопить такими речами, она бы осыпала мое лицо поцелуями, спустилась бы вниз по шее. Как животное, которому есть что сказать, но которого обделили такой возможностью. Но в такой момент слова уже не могут полноценно передать то, что так хочет сказать душа. И находясь под таким нежным искренним порывом, я как злой, изголодавшийся по чувствам демон, не устоял бы от розовых нежных поцелуев и поцеловал бы ее в ответ. Но к сожалению не так чувственно, не так нежно, не так прекрасно. Меня бы не заботило это в моменте, об этом можно подумать и потом, а такой прекрасный шанс как заняться любовью с жаждущей того девушкой разворачивается прямо сейчас и прямо перед моим носом. И знал, знал бы, но ничего бы не предпринял, против того гадкого чувства, которое обрушится на меня после единения наших тел.

Удивительно, но, прокрутив все это в голове, я понял, что хотел бы этого. Я хочу этого. Я хочу увидеть все своими глазами и я хочу чтобы это случилось: так же искренне как с ее стороны, так и с моей. Я хочу Лору. Я не хочу открывать ей свою душу, не хочу кому либо открывать, даже Майклу, тем более Майклу, не хочу слушать аннотации от 19летнего пацана, прекрасно гармонирующего в социуме, видящего течения жизни, которые недоступны моему взору. Но я хочу жалости, хочу этого тепла, которое не получу ни от чего, кроме как от персиковых поцелуев девушки, теплящей в душе надежду, на то, что спасет столь романтичный израненный образ полюбившегося мужчины. К сожалению многие спасая такой образ, теряют всякий, даже самый малый интерес к новому, родившемуся благодаря их же помощи и любви. Ужасная ирония.

Эти мысли аккуратно ввели меня в сладкий сон. В сладкий сон, в котором была обнаженная Лора. Но по неизвестным мне причинам мой мозг предательски выдернул меня из него прямо перед кульминацией. Очнувшись столь резко и испытав неприятное покалывание в груди, как после испуга, я почувствовал, что моя голова все еще не высохла.

Я пошел в ванну и обнаружил в отражении насколько выросли мои волосы. Из-за того, что все последнее время они торчали не уложенной щёткой я и не заметил что пряди стали падать на глаза. Я снял очки и взял с кухни ножницы. Мое преображение вышло не совсем однозначным- проблема была решена, но смотрелся я странно. Подстриг еще и теперь напоминал себя молодого. Такого себя я не любил вспоминать- много странных поступков было сделано мною в то время. Моя прическа стала раздражать меня. Как будто все остальные черты лица блекли по сравнению с короткой стрижкой- пропадали прямоугольные очки, складки у глаз которые с возрастом очерчивались и делали меня еще большей копией отца, острые "женские губы", до которых не раз докапывались некоторые остолопы, ибо им не хватало ума зацепиться за что-то другое. Но следующий свистящий звук ножниц сделал бы из меня лысого. Я растрепал волосы, но лучше не стало. Ладно, к чему они мне.

Я почувствовал урчание в животе. Покидать свое пристанище во второй раз за день желания не было, поэтому пришлось импровизировать. Натянув трусы и первую попавшуюся футболку, я стал искать по ящиками и полкам, смотреть в лотках холодильника, чтобы найти хоть что то не тухлое и не заплесневевшее. Попалась лапша быстрого приготовления, которая должна была отправиться на помойку еще года 2 назад, но я дал ей второй шанс. Недавний обход по продуктовому был не напрасен, пару овощей и фруктов что я прикупил, оказались как раз кстати. Самому стало стыдно как бездарно и на отвали я готовил, даже мысленно извинился, перед кем не знаю.

Вышло что то на подобии нормального обеда. На самом деле на вкус было неплохо. Я достал банку пива и сел за барную стойку, разделяющую кухню от гостиной, откуда можно было смотреть телевизор: какая-то неприятная толстая женщина кинула кости и громко засмеялась. В квартире летал сквозняк: переворачивал страницы книг на кофейном столике, щекотал стриженую макушку, сталкивал упаковку от лапши и другой мусор. Только в такие уединенные тихие моменты моя душа была по-настоящему спокойна.