Десятый дом

Утро не задалось после такой бурной второй половины ночи. Я проспала. Впервые в жизни проспала. Меня Франческа разбудила, облив ледяной водой из чайника. А фамильяр прыгал по мне и танцевал. Я с трудом разлепила глаза и прошла в душ.

– Кэти, торопись, осталось две минуты! – услышала я встревоженный голос Франчески прежде, чем захлопнула дверь.

О, святые демиурги, что за стадо мышей пробежало по моей голове? Волосы взлохмачены и взъерошены, из копны волос торчали веточки и листочки. И как они только туда попали? Губы припухли и приобрели ярко-малиновый оттенок. А на шее наливался засос. Тут двумя минутами никак не отделаться.

Я выглянула за дверь и увидела тут же подпирающую стенку Франческу с косметичкой. Затащив ее в комнату, я начала быстро ополаскивать лицо холодной водой. Подруга срочно вытаскивала из сумочки румяна и пудру. И пока она пыталась спрятать мой засос под тонной пудры, я старалась нанести румяна на щеки, чтобы губы не выделялись больше обычного.

– Я не буду тебя ни о чем сейчас спрашивать. Ты расскажешь подробности потом. Но ты же не перешла черту?

– Нет, ничего больше поцелуев не было. Мы больше разговаривали о многих вопросах.

– Ну вот, вроде, стало не так заметно, – закончила Франческа скрывать следы моей бессонной ночи.

В две руки мы также причесали мою копну волос и заплели в высокий хвост, попутно вычесывая травинки. Вернувшись в комнату, я натянула форму и побежала нагонять подругу.

«И мои ловцы будут оберегать ту, что является миром для меня» – эта фраза засела у меня в голове и с остервенением просачивалась в каждую мысль дня. На каждом занятии, при общении с друзьями, я то и дело возвращалась к ней. Задумавшись, я пропустила удар в лицо и из носа брызнула кровь.

– Преподаватель, зачем вы так её бьёте? – со всех сторон посыпались вопросы к Ястребу.

Именно он стал автором удара мне в нос. Своей сегодняшней жертвой избиения он выбрал меня. Наш спарринг никаким тренировочным боем и нельзя было назвать. Это было точно избиение меня. Натан не давал мне никакой поблажки. Дважды сделал подсечки, от которых я с грохотом валилась на платц. Пять раз выкручивал руки до жуткого хруста в суставах. А уж после удара в нос мне срочно требовалась помощь лекаря. Кровь лилась и не желала прекращать. Но удары продолжали сыпаться даже тогда, когда я повалилась на платц и согнулась. Натан избивал меня своими ботинками. Я стала захлебываться от крови во рту. Сквозь пелену боли я увидела, что другие кадеты хотели подбежать и оттащить Ястреба от меня, но он окружил нас щитом. По алому свечению я поняла, что никто из моих друзей не мог мне помочь. У них не было нужного уровня магии.

– Рыжая сука! Из-за тебя убили моего повелителя! Он должен был спасти всех нас и привести к лучшему миру. А ты змеей вползла в его сердце и мысли, что он потерял бдительности и голову. При чем голову в самом настоящем смысле. Мы не сможем его оживить.

Что происходит? О ком он говорит? И я уже находилась на краю бессознательной тьмы, когда удары прекратились, а затем тьма всё же потащила меня к себе, даря спасение от лавины боли.

Мне снился сон. Я и бабушка сидели на нашем ромашковом поле. Моя голова лежала у неё на коленях, мои волосы стекали полукругом вокруг. На мне был простой белый сарафан. Бабушка расчесывала мои волосы золотым гребешком и напевала тихую песню.

– Бабушка, а как умирают ведьмы? – задала я вопрос шёпотом.

Рука над моей головой дрогнула и песня оборвалась.

– Милая, ты ещё слишком молода для таких мыслей. Жизнь ждёт тебя не простая, но долгая. Голубка моя, раны твои затягиваются. Но боль от предательства будет ещё долгой. Для тебя становится слишком опасно в Академии. Пора оттуда уходить. Как только выздоровеешь до конца, то мы обсудим пути твоего ухода. Думаю, что пора тебе открыть твой самый главный дар. Мой подарок тебе. Его я подарила ещё твоей маме, но она не смогла вовремя им воспользоваться. С тобой я такой ошибки не допущу. А теперь просыпайся, Катарина. Пора тебе стать собой. Ты можешь смело открывать свою тайну о своей магии. Время пришло.

Я проснулась и ощутила боль в каждой клеточке своего тела. Во рту был вкус крови и очень сильно захотелось смочить горло. Я попыталась встать, но грудь будто придавил тяжёлый камень.

– Ай, – не смогла я сдержать стон боли.

На звук моего голоса открылась дверь и в комнату зашла леди Флора. И после этого я заметила, что нахожусь не в лечебнице Академии.

– Кэти, девочка, лежи. Тебе нельзя двигаться. Ты осмотрена нашим лекарем, поскольку лекарь Академии утратил наше к нему доверие. И на время твоего лечения мы забрали тебя домой. Тебе дать водички?

Я кивнула после того, как из моего рта не вырвался больше ни один звук. Пересохшие связки не давали возможности разговаривать.

Флора быстро налила мне воды и помогла напиться, придерживая меня за голову. Затем, переставив стакан, положила мне подушки повыше. Так дышать оказалось легче.

– Как давно я была без сознания?

– Три дня. Дочка, ты что помнишь последнее?

– Ужас, потеряны целых три дня. У меня осталось всего несколько дней до экзамена. Я помню, что меня избивал Натан Ястреб. И что он говорил, что я виновна в гибели его повелителя. Только я не знаю никакого повелителя. Потом я отключилась от боли. А ещё помню, что было очень много крови во рту.

– Сейчас прибудут остальные и тебе всё расскажут. Но одно скажу точно, я не отпущу тебя в таком состоянии сдавать этот ужасный экзамен.

– Без него мне не отдадут документы о получении образования и будет считаться, что я не закончила обучение. Это было требование отца. Хотя я и не поступила на ту же кафедру, что и он. Но всё же смогла получить достойное образование. Я почти жнец. И в любом отряде сгожусь.

– А нам всем ты нужна ещё и живая. Положение нашей семьи позволяет тебе не быть в отряде. У тебя есть свои обязанности внутри Дома. Но о них мы поговорим позднее.

Из появившегося портала в комнату шагнула мужская часть семьи вместе с Леонардом. Он выглядел обеспокоенным, но найдя мой взгляд тревога из его глаз ушла, уступая место ярости и гневу. В комнате становилось холоднее с каждой секундой.

– Леонард, выдохни. Она жива. Как глава Дома, я приказываю тебе успокоиться, – твёрдым голосом сказал лорд Микаэль.

И тут же стало ощутимо теплее.

– Прошу прощения, мой лорд, – склонив голову в знак вины, сказал Изверг.

– Катарина, ты как? Всё болит? – спросил меня лорд Арахтель после того, как все присутствующие расселись вокруг меня. Не хватало только Франчески.

– Франческа ещё на занятиях. После окончания они вместе с Тоби перенесутся сразу же. В Академии небольшие структурные изменения, – заметил Микаэль.

– Если ты называешь «небольшие структурные изменения» то, что ты разнёс половину академии, да ещё и вмазал ректору на том злополучном платцу, то да, там небольшие изменения. И всё это происходило под твои слова: «Ректор, вам доверили двух моих дочерей и вы не уберегли одну. Молитесь известным вам Богам, чтобы девочка выжила, а не то я приду и разрушу вторую часть обожаемой вами Академии. Скажите спасибо, что пришёл я, а не моя жена. иначе, вы бы уже не дышали. Она слишком любит наших детей, чтобы прощать тех, кто допускает подобную халатность». И после этого ты ещё напоследок сжёг платц, – поведал нам Эндрю.

– И он тут прав. Ректору повезло, что информация сначала поступила к твоему отцу, а не ко мне. Я бы сжёг там всё вместе с недоубийцей-лекарем и этим Ястребом без выяснений. А твоя мама знает слишком много ядовитых растений, – заметил дедушка.

– Франческа по Ястребу молнией долбанула, после того, как Леонард разорвал его щит и с ноги вырубил его, – продолжал делиться подробностями Эндрю.

Я переводила взгляд с одного на другого. И радовалась этим замечательным темным, которых Судьба послала мне.

– Я же узнала, что с тобой случилось уже тогда, когда ты была осмотрена нашим лекарем в своей спальне. Ты, кстати, сейчас уже в ней. Это был наш сюрприз на окончание учёбы. Но пришлось открывать его раньше, – сказала Флора, поглаживая себя по круглому животу. Беременность удивительным образом шла ей.

– А что было с лекарем в Академии? – смогла всё же спросить я, ловя извиняющийся взгляд Изверга.

– Леди Катарина, это моя вина. Весь тот ужасный день, всё то, что вам пришлось перенести по моей вине, – он говорил таким грустным голосом, что мне хотелось подойти и обнять его. – В тот день я должен был проводить тренировку. Но перед самым началом ко мне подошёл Натан и передал сообщение с требованием в кратчайшие сроки явиться к Келтину. Натан пообещал провести тренировку, я тут же ушёл порталом в Дом фейри. Но верховный правитель был занят, а его секретарь ничего не знал о моём посещении. Поэтому разбирательства заняли время. Которое, как оказалось, было очень важно для Ястреба. А точнее, вампира, который надел его личину. У ректора не возникло никаких вопросов, когда Ястреб перешагнул порог его кабинета прямо в разгар секретной миссии, он даже не спросил кодовую фразу, заготовленную для таких случаев. Он только радостно притащил лжеЯстреба на конфиденциальную встречу, разболтал ему последние новости. Которые уже переданы нашему врагу. И ректор, и вампир сидят в пыточных. С ними сейчас ведут беседы очень компетентные сотрудники. Но вернусь к рассказу, по моему возвращению я шел к платцу, чтобы узнать у Ястреба почему он солгал. Но тут я услышал крики и увидел, как тот тебя избивает. Я пробил его защиту и вырубил его. Он был в бессознательном состоянии. Я оставил его на попечении Тоби. Сам с тобой же сразу прошел порталом в лазарет. Там передал тебя лекарю и вышел за дверь. Минуты через три я услышал странные звуки, когда я ворвался в комнату, то увидел, как он тебя душит подушкой. Я выкинул лекаря из окна, а с тобой на руках уже появился здесь. Дома был только лорд Микаэль. Он ушел разбираться в Академию. Я же был тут пока лекарь тебя осматривал и не пришли все. Затем шёл уже я добывать информацию из вампира.