Возьму тебя штурмом

Глава 1

Штаб генерала Зартеи, город Амбер.

Мужчина с легкой проседью в волосах устало смотрел в окно, заложив руки за спиной. Рукава зеленой рубашки были закатаны по локоть, а черный китель с звездными нашивками давно занял свое место на спинке стула. «Милена бы высказала мне за такое пренебрежение к форме», – подумал он о покойной жене, тяжело вздохнув. А мысли сами перетекли от супруги к дочери, его младшенькой, любимице всей семьи.

– Генерал! Капитан Манок прибыл по вашему приказанию, – отчитался вошедший секретарь.

– Пропусти, – Генри Армфельд повернулся к двери и указал вошедшему офицеру на стул.

– Здравия желаю, товарищ генерал, – отдал честь тот, перед тем как присесть.

– Вольно, капитан Манок. Вы здесь, скорее, по моей личной просьбе, чем официально.

– Я слушаю вас, генерал, – осторожно сказал его подчиненный.

– Как дела у моей дочери?

– Недавно задержала грабителя, что орудовал на улице лавочников в восточной части города.

– Без побочных эффектов?

– Как вам сказать… Условно да, – замялся капитан.

– Смелее, – не выдержал генерал.

– При задержании не пострадало ни одного человека, не считая преступника.

– Он жив? – Армфельд сел и закурил трубку.

– Да, – подчиненный дождался, когда генерал затянется. – Рядовая Армфельд преследуя преступника, применила магическую силу и подожгла штаны на беглеце. Легкие ожоги она залечила тут же, на месте, ожидая подмоги. Так что встречного иска о превышении полномочий подать он не сможет.

– Это хорошо, – ухмыльнулся генерал, благодаря про себя старшего сына, который когда-то целый отпуск втолковывал младшенькой, что преступник должен быть цел и невредим после задержания или допроса. Пусть сам генерал и его средний сын не придерживались этого мнения, вернее считали, что наносить вред даже преступнику неприлично, но именно из-за этого оказывалось, что и овцы целы, и волки сыты.

– Генерал, разрешите обратиться.

– Разрешаю.

– Вы же не ради этого меня вызвали.

– Нет, капитан, я знаю, что моя дочь вновь подала документы в МОБР?

– Да, генерал, но я отклонил их, так как полковник Сейфир категорически против женщин в своем подразделении. Он считает, что они слишком эмоциональны для Магического Отряда Быстрого Реагирования.

– Вы пропустите эти документы, а он их примет, более того, я хочу, чтобы она отправилась после инструктажа на первую же практику в крепость Энней.

– Генерал? – почти с ужасом воскликнул капитан. – Там же демоны из скверны!

– Я хочу, чтобы она сама решила уйти из армии. Иначе замуж моя девочка никогда не выйдет. Насильно отговорить от службы я не могу, как и заставить обратить внимание на жениха. Никого слабее своих братьев Жизель рядом с собой не потерпит.

– Но она может погибнуть!

– Так приставьте к ней лучших бойцов, капитан!

***

Отделение городской стражи. Город Амбер.

Капитан Манок вернулся в родное отделение после разговора с генералом и полковником. Последний рвал и метал, но противиться воле своего генерала не мог. Вдвоем они определили группу, в которую должна попасть генеральская дочь, а капитан «порадовал» командира МОБРа, что девушка не так плоха, как может показаться.

– Да она ходячая катастрофа, – вопил Сейфир.

– Но везучая до жути, сами стихии ей, видно, благоволят, – возражал Манок.

А сейчас ему предстояло сказать рядовой Жизель Армфельд о переводе.

– Капитан, вызывали? – рыжие кудри непослушной волной выбивались из-под фуражки, придавая девушке легкомысленный вид, впрочем, как и широкая улыбка. Только выжидающий взгляд загнанного зверя выдавал беспокойство генеральской дочери.

– Да, – он протянул ей конверт. – Поздравляю, рядовая Армфельд, вы переводитесь в отряд стажеров Магического Отряда Быстрого Реагирования.

– Капитан? – девушка удивленно взяла бумаги. – Вы не шутите? – она вытащила письмо о переводе, быстро пробежала по нему глазами, и стоило ей перевести взгляд на своего начальника, как в кабинете раздался дикий восторженный визг, сравнимый разве что с магической сигнализацией, что срабатывает при пожаре, а самого капитана практически задушили в объятиях. – Спасибо! Спасибо, капитан! Вы не пожалеете! Я вас не подведу!

– Рядовая, – просипел Манок. – Вы свободны, собирайте вещи, и завтра же отправляйтесь в расположение отряда. И отпустите меня, наконец!

***

Отделение городской стражи. Город Амбер.

Счастливая, как ветер, выпущенный на волю, Жизель Армфельд, вытаскивала вещи из своего ящика в раздевалке.

– Эй, Зелька, ты куда это намылилась? Смена еще не окончена! – возмутился ее непосредственный начальник, сержант Гусн, которого все называли за глаза «гнусом».

– Сержант Гусн, благодарю вас за вашу мудрость и доброту, что вы проявляли ко мне на службе. С сегодняшнего дня меня перевели из рядовых в стажеры…

– Понизили, значит, – ехидно улыбнулся сержант.

– В стажеры отряда Мобр, – с улыбкой закончила девушка.

– Поздравляю, – крякнул «гнус», сначала пораженный, что у этой девицы все-таки вышло. А потом до него дошло, что Жизель больше не его подчиненная, и он, радостно пожелав ей хорошей службы и успехов в отряде, побежал в кабинет праздновать.

Поволжье, наши дни. Обычная средняя школа.

Молодой мужчина в шортах и футболке-алкоголичке посмотрел на седьмой класс, толпившийся перед входом в школу. Их классная руководительница, учительница английского среднего звена, нет-нет, да кидала заинтересованный взгляд на учителя физкультуры. А Виктор Сергеевич, буквально разрывался от желания пригласить ее на свидание прямо сейчас, и долга, ведь урок никто не отменял, даже не смотря на жару в плюс тридцать пять градусов, что на солнце превращались во все пятьдесят.

– Так, седьмой «А», стройтесь по парам. Самойлов, берешь Елизавету Андреевну под руку и ведешь себя как джентльмен, а то дополнительные двадцать отжиманий твои, – главный задира класса сморщился, но указание выполнил. – А мы с Кариной будем замыкать, – он предложил локоть старосте класса, – заодно посмотрим, чтобы не один птенчик не улетел из гнезда и не словил прогул, – улыбнулся физрук, а класс расхохотался.

Двадцать восемь человек бодрым шагом направились к ближайшему скверу с детской площадкой. Жара не позволяла проводить занятия ни в школе, где вентиляция не справлялась с растущей температурой воздуха и духотой, ни на специальной площадке за ней, ведь на последней не было ни сантиметра тени, и руководство школы всерьез переживало за здоровье и учеников, и учителей физкультуры. Поэтому сколько возможно уроков, Виктор Сергеевич проводил там, где оказалось хоть немного прохладнее. Сквер встретил их пением птиц и шуршанием листвы, даже дети притихли, наслаждаясь тенью деревьев.

– Пять кругов вокруг площадки, потом в две шеренги на разминку, – скомандовал физрук, и дети послушно побежали.

– Виктор Сергеевич, – англичанка в легком летнем платье плывущей походкой подошла к мужчине. – Как у вас так получается?

– Что именно, Елизавета Андреевна? – улыбнулся он, на секунду оторвав взгляд от женщины. – Чумаченко, штрафной круг!

– Ну, Виктор Сергеевич! – заныл пацан.

– А нечего срезать! – присек нытье мужчина и вернулся к собеседнице. – Да я ничего такого не делаю, Елизавета Андреевна…

– Можно просто Лиза, – стрельнула глазами собеседница и мужчина решил, или сейчас, или никогда.

– Лиза… Тогда уж и я – Витя, – он не очень любил свое короткое имя, но было бы странно сказать полное. – А давайте, Лиза, встретимся как-нибудь после школы и придумаем, что такого сделать, чтобы ваш класс хорошо себя вел не только на моих уроках.

– Я согласна, – эти слова, несомненно, порадовали Виктора, ведь уже он давно приглядывался к девушке, но считал, что его репутация «физрука-тиктокера» оттолкнет ее.

Парню нравилось снимать видео, дети вообще были в восторге от такого учителя, но вот педагогический состав, состоящий в основном из женщин постбальзаковского возраста, считал такое поведение неподобающим, недостойным учителя. Да и ассоциации учителя конкретно его специфики с туповатым быдлом никак не искоренялись из умов окружающих. А ведь Виктор Сергеевич был не так уж и глуп, и выражение «качок-дурачок» было явно не про него.

– Может, сегодня вечером сходим на набережную, там собрали кинотеатр под открытым небом? – решил не откладывать в дальний ящик мужчина.

– Давай, – улыбнулась девушка его мечты, и он, довольный, пошел проводить разминку у ее класса.

Елизавета Андреевна же с упоением разглядывала мужчину, думая, что пока все ее коллеги считают его недалеким, она своего не упустит. Молодой учитель, спортивный, пользующийся популярностью у учеников, с чувством юмора, и на самом деле достаточно умный. Лиза подписалась на него уже давно и смотрела каждое видео, и где он объяснял, как лучше общаться с трудными подростками, как им помочь влиться в коллектив, и где он дуэтом выполнял какие-то немыслимые акробатические этюды, и где просто шутил. Влюбленность пришла незаметно, но смелости англичанке не хватало. Потому девушка ждала, когда Виктор созреет сам. И этот день, наконец, настал.

Оторвалась от своих мыслей Елизавета Андреевна, только от того, что будущий отец ее детей, еще пока об этом не подозревающий, протянул ей телефон.

– Заснимете? Договорился с ребятами, что если обойду пятерых из них и забью броском из-под корзины, то весь класс будет паиньками до конца дня.

– Конечно! – обрадовалась Лиза, сегодня у ребят зачет по химии, а с этой учительницей были трения у всего класса.

Виктор Сергеевич достал из пакета баскетбольный мяч и всей толпой они перебрались на площадку для стритбола, тень здесь была после обеда, поэтому на ней занимались те, кто учился во вторую смену.

Через экран Лиза наблюдала, как физрук ловко обходит первого ученика, второго.. Последнего. Вот он подбежал к цели, с третьего шага оказался под кольцом, подпрыгнул, схватился за него, и под восторженный крик семиклашек мяч полетел в «корзину». Мужчина мягко приземлился и победно посмотрел на классную своих учеников, как вдруг произошло непредвиденное. Баскетбольный щит оторвался от крепежа и упал Виктору Сергеевичу на голову.

Глава 2

Военная часть МОБР, окрестности Амбера

Отец отрядил в честь такого машину с личным водителем, и как Жизель не отбрыкивалась, ехать пришлось. Машины использовали магическую энергию и были знаком статуса, простой человек ее позволить себе не мог. И так выпячивать свое происхождение у девушки не было желания, но обижать папу или ругаться с ним в такой судьбоносный для нее день она тоже не хотела. Поэтому внутренне уже была готова к косым любопытным взглядам.

«С другой стороны, на меня и так все будут глазеть, ведь я единственная поступившая сюда девушка», – разумно рассудила она и, прихватив сумку, вылезла из салона.

За высоким забором, вдоль которого тянулись тонкие нити сигнализации, пряталось несколько зданий и полигон. Предъявив документы и переводные бумаги на контрольно-пропускном пункте, Жизель отправилась в административный пункт, там, на первом этаже, стояла пара десятков человек. Девушка заняла очередь и начала разглядывать будущих коллег, но каково же было ее удивление, когда она увидела среди ожидающих не только мужчин. «Все-таки мне соврали, что женщин в МОБР не берут», – подумала она, но затолкала свое возмущение поглубже. Наконец, парень, что был перед ней отошел от принимающего, и генеральская дочка, положив документы на стол перед офицером, вытянулась по стойке смирно.

– Так, куда вас? В бухгалтерию? В столовую? – унылым голосом протянул мужчина, разворачивая документы.

– Никак нет, рядовая Армфельд переведена в стажеры группы МОБР, – отрапортовала она и улыбнулась.

– Баба? – вырвалось у какого-то из парней, и маленькая искорка соскользнула с пальцев Жизель, чтобы найти несдержанного гражданина и научить его учтивости.

– Страж и маг, документы об окончании военной школы и академии магии приложены, – заметила девушка и прикусила язык.

– Да, вижу, как в отделении городской стражи учат субординации, – усмехнулся принимающий. – Что же, добро пожаловать стажер.

– Благодарю, лейтенант, – прижала она ладонь боком к брови. – Служу Зартее.

– Ваш отряд, стажер, – офицер указал на парней, что в недоумении смотрели на нее.

Но Жизель не впервые вписываться в мужской коллектив, поэтому она с широкой улыбкой подошла к своим одногруппникам.

– Здравствуйте! – непослушный локон выбился из хвоста и упал на лицо, девушка попыталась сдуть его, а парни дружно засмеялись.

На стажера Армфельд тут же накатила обида, но потом она представила, как смешно выглядит со сведенным к носу глазами и губами-дудочкой и тоже захихикала.

– Отставить смех! – послышалось за ее плечом, молодые люди мгновенно умолкли и встроились в шеренгу, в центре которой, каким-то непостижимым образом оказалась Жизель. – Я ваш командир на ближайшие две недели, старший лейтенант Будхен. Мои приказы не обсуждаются. Так, а что вы тут делаете? – посмотрел он на девушку. – Марш на кухню! – тут к нему подбежал принимающий и показал документы. – А, понятно, протеже капитана Манока. Что же. Стажер Армфельд, тут вам не там, и никаких поблажек не ждите, для меня существует один пол и этот пол – стажер! Все ясно?

– Так точно, старший лейтенант Бухен.. Будхен, простите сэр, – Жизель в ужасе от собственной ошибки выпучила глаза, на которые тут же упала кудряшка, заставив весь состав ее отряда икнуть от смеха.

Мужчина закатил глаза и, покачав головой, отвернулся от нее, генеральская дочь же украдкой посмотрела на усердно сжимающих губы, чтобы не заржать, парней и показала им кулак с десятком искорок.

– Казарма это вам не комнаты в академии и родительский дом, нянек и уборщиц нет, – продолжил старший лейтенант. – Будете жить вместе, тренироваться вместе, убираться вместе, страдать вместе и даже спать вместе, – тут его взгляд упал на девушку, но она даже бровью не повела. Зато парни довольно заухмылялись. – Непорядок. Но как я и говорил, никаких поблажек!

– Напугал мага зуботычкой, – фыркнула под нос рыжая, и тут же шлепнулась на попу от подсечки щупом воздуха, именно так же ее выводил из строя старший брат Дэнни.

– Разговорчики в строю! Я научу вас уважать старших, стажер Армфельд.

– Да, старший лейтенант Будхен, – она почти не спотыкнулась на фамилии нового командира, но парни все равно растянулись в улыбках.

– А чтобы стереть счастливое выражение с ваших лиц, вы вместе со своей одногруппницей пробежите двадцать кругов вокруг полигона. Тридцать минут на распаковку вещей и обустройство в казарме. За каждого опоздавшего штрафной круг! Бегом марш! – на уровне ультразвука взвизгнул командор, а новоиспеченные МОБРовцы подхватили свои вещи и рванули к временному жилью.

Девять человек одновременно в одну дверь протиснуться не смогли, поэтому пока парни выясняли, кто в их песочнице главный, Жизель проскользнула внутрь, оценила пять двухъярусных кроватей, десяток тумбочек, пару шкафов, большой стол с табуретками, две двери, видимо, душевой и туалета и выбрала самую удобную с ее точки зрения койку. Крайнюю, одной боковиной стоящей к стене, а изголовьем к окну. Еще поколебавшись между верхней и нижней, она все-таки закинула наверх сумку и повернулась к двери. Там замерли одногруппники. Они, кажется, не ожидали подобной обстановки в помещении, да и оперативности девушки тоже удивились.

– Что стоим? Время идет! – вернула она их в действительность, вытащила из сумки спортивный костюм, стянула с себя курточку, потом вновь глянула на парней, уже рассредоточившихся по комнате и с интересом за ней наблюдающих, угукнула и скрылась за одной из внутренних дверей.

Оказавшись в душевой, она хмыкнула, мол, сойдет, и за считанные секунды переоделась. Когда ты живешь с братьями, которые чуть что стонут, что все женщины переодеваются медленно, как черепахи, то очень быстро осваиваешь технику мгновенного переоблачения. Парни были в разной степени одетости, когда она вышла. Но основная часть группы уже натягивала спортивную обувь.

– Байяс, Байяс Лис, земля, – протянул руку самый крупный из стажеров.

«Не человек, а гора», – подумала девушка.

– Жизель Армфельд, огонь, воздух, – ее пальцы утонули в его ладони. – Познакомимся после полигона, договорились? У нас несколько минут, – все согласно кивнули и ломанулись к выходу, опять создав затор. – Стоп, – крикнула девушка и подняла руку, – первый, второй, третий… Восьмой, – тыкала она на парней и согласно номеру они покидали комнату. – Девятый, – генеральская дочь захлопнула дверь и побежала вслед за парнями.

– Так и знал, – нахмурился старший лейтенант, увидев, что Жизель прибежала последней. – Но успели. Что стоим, кого ждем? Вокруг полигона бегом! – стажеры, не успевшие восстановить дыхание, вздохнули, но выполнили приказ.

После десятого круга стажер Армфельд начала задумываться, а нужно ли ей это все, но природное упрямство и голубая мечта доказать, что женщине все по плечу, заставили перебирать ногами быстрее. К слову сказать, девушка бежала не последней, чем немало удивила и парней, и нового командира, но последний был наслышан о казусах, случавшихся с ней о время службы, потому особо не обольщался. Хоть и сердился и на полковника Сейфира, и на капитана Манока, и даже на генерала Армфельда. Как можно так девочку воспитывать? Живет в одной комнате с парнями, бегает в облегающих штанах, имеет пусть низшее, но военное звание. Это же позор! Да и вообще, женщина в отряде не к добру.

Одно успокаивало старшего лейтенанта, что генеральская дочь тут всего лишь на подготовку, ведь ей подготовили сюрприз в виде назначения в крепость Энней к демонам, а ближайшая отправка через две недели. И ведь кто-то из этих парней отправится с ней. Если раньше ее сами не прибьют. Такого «учебного момента» в воспитании мужчина тоже не понимал, как можно свою кровиночку собственноручно отправить к этим исчадием скверны?

Пока командир рассуждал, стажеры добежали озвученную дистанцию и выстроились в шеренгу.

– Сегодня у нас в расписании дисциплинарное совещание, знакомство, обед, подготовка оружия, физическая подготовка, ужин, изучение возможных угроз и отбой. Запомните, физическая подготовка, а значит бег и упражнения на разные группы мышц, будет два раза в день. С третьего дня выполнять вы будете ее с оружием. Ваше личное оружие определим завтра, на боевой подготовке. А сейчас разойтись, через час жду вас в лекционном зале. Если найдете, – усмехнулся начальник. – Вольно!

Группа отправилась обратно в казарму, и пока парни живо обсуждали расписание и командира, Жизель поспешила в их комнату, чтобы первой занять душ. Смысла мыть голову она не видела, ведь вечером ее ждали еще двадцать кругов и другие прелести физкультуры, поэтому, когда послышался стук в душевую, девушка уже одевалась.

– Свободно, – открыла она дверь, довольная, что пока все идет как надо. Вот только распахнула дверь Жизель резко, широко и, стоящий с другой стороны, стажер завыл, схватившись за нос. – Ой, прости, пожалуйста! Давай помогу! – кинулась она исправлять оплошность, но забыла, что в руках вещи, уронила их на пол, спотыкнулась и рухнула на одногруппника.

– Садистка, – ревел парень, но генеральская дочь, оседлав его, уже положила ладони ему на лицо. – Убивают!

– Не знал, что тут такая конкуренция, – сказал кто-то из парней, а Жизель, быстро вылечив пострадавшего, подняла голову. – Хотя я не против оказаться на его месте.

– Извини, не думала, что ты так близко стоишь, открывала бы аккуратнее.

– Ничего, только слезь с меня, я все-таки не евнух.

– Ой, прости, – девушка вскочила. – Жизель, – она помогла парню встать.

– Рикки Бойл, не знал, что огневики умеют лечить.

– Я могу, это наследственное.

– А твой отец, – начал стажер, что сказал про конкуренцию.

– Да, мой отец – генерал Армфельд, – улыбнулась Жизель, ведь она, на самом деле всего старалась добиваться сама и никогда не просила отца помочь, даже с назначением сюда. В данном вопросе он был категорически против, о чем не раз ей говорил.

– Изик Старски, земля, – представился он. А Рикки бочком протиснулся в душ, за ним туда отправилось еще несколько парней, так как кабинок на самом деле было пять. – Так почему ты здесь?

– Мой отец – генерал, старший брат – лейтенант, средний – сержант, я бы сказала, что у меня просто не было выбора с таким примером перед глазами. Да и просто, я хочу делать мир лучше, а МОБР спасают жизни, идеальнее способа для этого не найти.

– Слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой, – усмехнулся один из оставшихся.

– Но так и есть, – пожала плечами Жизель. – Предлагаю сходить с первым помывшимся узнать, где здесь лекционный зал, чтобы потом не искать всем отрядом.

– Отличная идея, сейчас Рикки потороплю, – сказал Байяс и протиснулся в душевую.

Глава 3

Кузница, Деревня Листовичи, владения барона Скольски

Виктор силился открыть глаза, но ничего не выходило, голова гудела, словно вчера он ходил в бар болеть за сборную России на Олимпийских играх, которые были должны начаться только через пару месяцев. Парень пытался понять причину своего самочувствия, как вдруг вспомнил баскетбольную площадку, красивый заход на бросок и восторженный взгляд Лизы, сменившийся ужасом в ее глазах. А после удар и пустота.

«Но я все же жив и это замечательно, главное, овощем после такой травмы не стать», – подумал парень.

– Торвик, мальчик мой! Он дышит, отец, не обманул тебя бродяга! – мужской голос прозвучал набатом в голове, заставив Виктора застонать.

– Где я? – прохрипел он, с трудом разлепив глаза и не поверив им. Вместо больничной палаты или, на худой конец, злополучной площадки, он лежал в странном помещении, светлом, каменном, но никак не современном.

Вокруг него висели мечи, какие-то обода, кувалды, а рядом с ним оказались двое мужчин, одному лет пятьдесят на вид, крупный, короткая борода, сапоги, брезентовые штаны и фартук чуть ли не на голое тело. Второму явно за семьдесят, простого кроя рубашка, свободные брюки, пронзительный взгляд. «Суровый дед», – проскользнула у Виктора мысль.

– Что же ты, Тор, тятьку родного не знал? – обомлел младший мужик.

– Тятька… Отец что ли? – выпучил глаза физрук. – Да быть не может! Где мои семиклашки? Где Лиза?

– Разумом поехал от удара, – заключил старик. – Надобно домой отвесть, Кейлви, да знахарке показать. Вестимо, амулет того поганца нам Торвика вернул не всего.

С большим трудом Виктора отвели, куда было сказано, и то, что он увидел, поразило парня до глубины души. Странное место оказалось кузней, большой и, видимо, процветающей, за ней стоял дом, двухэтажный, с каменным первым этажом и деревянным вторым. Мужики посовещались и оставили его в комнате деда на первом этаже, все равно по ступенькам ему не взобраться, а там как знахарка скажет. Кейлви, тот, что тятька, ушел, оставив Виктора со стариком.

– Как же тебя, обормот, угораздило? – сетовал дед. – Своей же ручник себе на темя приземлить? И как голова-то твоя чугунная не раскололась? Неужто так не хочешь в примаки к Дарине идти.

– Дед, а какой же я примак, если я кузнец? – удивился парень, но решил подыграть тому дурдому, в котором оказался, пока не поймет, что именно произошло.

– Да хоть сын старосты, – заржал дед, – ровно не пара барской дочери, глупая ты детина.

– Барской дочери? – переспросил Виктор.

– На ухо после удара туг стал что ли? Хотя с такой невестой я бы тоже самоубился, – продолжал хохотать старик.

– Да что же с ней не так?

– Страшна, как демоны с границы, толста, в два тебя будет, да жрет, словно, в три горла. А так ничего, единственное дитя барона, все наследство приберет.

– И обязательно женится? – поплохело физруку, перед его глазами до сих пор стоял образ Лизы с его смартфоном.

– Чуть кони не двинул, а все туда же, жаниться, – в комнату вошла женщина средних лет с такой интонацией произнесшая последнее исковерканное слово, точно выплюнуть его хотела. – Сначала, я тебя болезный, огляжу, Кто ж знает, как на тебя молот подействовал? Авось малахольным стал? Малахольный барыне не нужон, – вроде и крикливая тетка, но почему-то Вите показалось, что она говорит все это специально. – А ну, брысь отседова, ишь уши развесили, – закричала на кого-то за окном. – Понос накличу, – тут же послушался шум удаляющихся ног, да не одной пары. – Как себя чувствуешь?

– Да нормально, голова только болит, и… Не помню ничего… Вроде, – «сознался» Виктор.

– Тятьку с дедом тоже не помнишь? – прищурилась тетка.

– Нет, – протянул физрук и вжался в кровать, сам себе удивляясь.

– Ну что, жмухи, чегось сотворили с дитем? – повернулась она к деду и маячившему за ним отцу.